Главная | Случайная

КАТЕГОРИИ:






Явление одиннадцатое 4 страница

Платон . Вот уж это я дурак! (Целует ее.) Извини! Не суди строго! Все чувства убиты.

Поликсена (обнимая Платона) . Как я тебя люблю! Вот когда ты сидел далеко, я так тебя не любила, а теперь, когда ты близко, я, кажется, все для тебя на свете, ну, все, что ты хочешь.

Платон . Вот теперь мне и в яму не так горько идти.

Поликсена . Да забудь ты про все, забудь! Знай ты во всем мире только меня одну, твою Поликсену! Милый ты мой, хороший!

Входит Глеб.

 

Явление девятое

 

Платон, Поликсена, Глеб.

Глеб (Поликсене) . Ах, Поликсена Амосовна! Дурно, очень дурно, ничего нет хорошего! Вон тятенька с бабушкой идут.

Поликсена . Ах! Ну, спасибо, Глеб. (Платону.) Беги скорей, прощай. (Уходит в беседку.)

Платон идет в кусты.

Глеб . Ты куда? Нет, ты погоди!

Платон . Да что ты, в уме ли? Зачем ты меня держишь?

Глеб . Пустить нельзя, шалишь, брат.

Платон . Ну, сделай милость! Ну, не губи ты меня и Поликсену Амосовну!

Глеб . Ее дело сторона — она хозяйская дочь, может в саду во всякое время; а ты как сюда попал, какой дорогой?

Платон . Да тебе что за дело?

Глеб . Как что за дело? Да кому ж дело-то, как не мне? Мне за вас напраслину терпеть.

Платон . Да об чем ты?

Глеб . Об чем? Об яблоках. (Громко.) Караул!

Входят Мавра Тарасовна, Барабошев, Мухояров.

 

Явление десятое

 

Платон, Глеб, Мавра Тарасовна, Барабошев, Мухояров. В беседке Поликсена, Филицата.

Барабошев (Глебу) . Что, братец, за дебош? Коль скоро ты поймал вора, сейчас крути ему назад лопатки и представь на распоряжение полицейской администрации.

Мухояров (Глебу) . Как ты хозяев до беспокойства доводишь, караул кричишь. Нынче уж эта песня из моды выходит, приглашают полицию, составляют акт без этого невежества.

Глеб . Я вам докладывал, что вора предоставлю, вот извольте, и с поличным. (Берет у Платона из рук яблоко.)

Барабошев . Да это Платон Зыбкин. На словах ты, братец, патриот, а на деле фрукты воруешь.

Платон . Я не вор.

Барабошев . В таком случае зачем твои проминажи в чужом саду?

Платон . Я не вор.

Мавра Тарасовна . Так ты, миленький, не воровать приходил?

Платон . Да нет же, говорю я вам; на что мне ваши яблоки!

Мавра Тарасовна . Что ж вы на парня напали? За что его обижаете? Он не вор, он гулять в наш сад приходил, время провести. С кем же ты, миленький, здесь в саду время проводил?

Барабошев . От таких твоих проминажей может быть урон нашей чести. У нас каменные заборы и железные вороты затем и поставлены, что в нашей фамилии существует влюбчивость.

Мавра Тарасовна . Уж ты не утаивай от меня, я хозяйка; коли есть в доме такие гулены, так их унять можно.

Платон (решительно) . Вяжите меня скорей! Я вор, я за яблоками, я хотел весь сад обворовать.

Поликсена (выходя из беседки) . Не верьте ему: он ко мне приходил.

Барабошев . Маменька, удар! Я даже разговору лишился и не имею слов. Обязан я убить его сейчас на месте, или эту казнь правосудию предоставить, я в недоумении.

Мавра Тарасовна . Погоди, миленький! Ничего я тут особенного не вижу, это часто бывает. Сейчас я все дело рассужу. Кто виноват, с того мы взыщем, а для чего мы девушку здесь держим? И не пристало ей пустые разговоры слушать, и почивать ей пора. (Филицате.) Ну-ка, ты, стража неусыпная!

Филицата . Кому что, а уж мне будет.

Мавра Тарасовна . Веди ты ее, укладывай почивать! Коли бессонница одолеет, сказочку скажи.

Поликсена (обнимая Платона) . Бабушка, поздно вы хватились: нас разлучить невозможно.

Мавра Тарасовна . Да зачем вас разлучать, кому нужно? Только не сейчас же вас венчать; вот уж завтра, что бог даст. Утро вечера мудренее. А спать-то тебе надо, да и ему пора домой идти. Ишь он как долго загостился. Иди-ка, иди с богом!

Поликсена (целуя Платона) . Прощай, мой милый! Я слово сдержу. Мое слово крепко, — вот так крепко, как я тебя целую теперь.

Мавра Тарасовна . Ну, вот так-то, честь честью, чего лучше! Ужо еще поцелуйтесь. При людях-то оно не так зазорно.

Поликсена целует Платона и уходит.

Небось хорошо, сладко?

Платон . Чудесно-с! Но ежели вы меня убивать — так сделайте ваше одолжение, поскорей!

Мавра Тарасовна . Погоди, твоя речь впереди! Чтоб не было пустых разговоров, я вам расскажу, что и как тут случилось. Вышла Поликсеночка погулять вечером да простудилась, и должна теперь, бедная, месяца два-три в комнате сидеть безвыходно, — а там увидим, что с ней делать. Парень этот ни в чем не виноват; на него напрасно сказали; яблочков он не воровал, взял, бедный, одно яблочко, да и то отняли, попробовать не дали. И отпустили его с миром домой. Вот только и всего, больше ничего не было, так вы и знайте!

Платон . Очень, очень премного вами благодарен.

Мавра Тарасовна . Не за что, миленький.

Платон . Есть за что: рук не вязали, оглоблей не били. Только душу вынули, а членовредительства никакого.

Барабошев . Красноречие оставь! Тебе оно нейдет.

Мавра Тарасовна . Не тронь его, пусть поговорит. Проводить успеем.

Платон . Вы разговору моему не препятствуете? И за это я вас благодарить должен. Все вы у меня отняли и убили меня совсем, но только из-под политики, учтиво… и за то спасибо, что хоть не дубиной. Уж на что еще учтивее и политичнее: дочь-девушку, богатую невесту, при себе целовать позволяете! И кому же? Ничтожному человеку, прогнанному приказчику! Ах благодетели, благодетели мои! Замучить-то вы и ее и меня замучите, высушите, в гроб вгоните, да все-таки учтиво, а не по-прежнему. Значит, наше взяло! Ура!! Вот оно — правду-то вам говорить почаще, вот! Как вы много против прежнего образованнее стали! А коли учить вас хорошенько, так вы, пожалуй, скоро и совсем на людей похожи будете.

 

Действие четвертое

 

ЛИЦА:

Мавра Тарасовна.

Барабошев.

Поликсена.

Мухояров.

Платон.

Грознов.

Филицата.

 

Большая столовая: прямо стеклянная дверь в буфетную, через которую ход в сени и на заднее крыльцо; направо две двери — одна ближе к авансцене, в комнату Мавры Тарасовны, другая в комнату Поликсены, налево две двери, — одна в гостиную, другая в коридор, — между дверями ореховый буфет; посередине обеденный стол, покрытый цветной скатертью. Мебель дорогая, тяжелая.

 

Явление первое

 

Из средней двери выходят: Филицата и Грознов.

Филицата . Вот это у нас столовая, Сила Ерофеич! Вот буфет; тут посуда, столовое белье, серебро.

Грознов . Много серебра-то?

Филицата . Пуды лежат, шкап ломится, и старого и нового есть довольно.

Грознов . Хорошо, у кого серебра-то много.

Филицата (у двери гостиной) . Уж на что лучше. А вот это у нас комнаты не живущие, гостиная, да еще другая гостиная, а там зала.

Грознов . Как полы-то лоснятся.

Филицата . В год два раза гости бывают, а каждую неделю натирают, вот они и лоснятся. А вот комната Мавры Тарасовны!.. (Отворяет дверь.)

Грознов . Ишь ты, какой покой себе, какую негу нажила!

Филицата . И деньги свои, и воля своя, так кто ж ей запретит.

Грознов . А сундук-то железный — с деньгами, чай?

Филицата . С деньгами.

Грознов . Чай, много их там?

Филицата . Большие тысячи лежат. А внизу у нас две половины: в одной Амос Панфилыч живет, а в другой — приказчики да контора. Вот, Сила Ерофеич, я вам все наши покои показала; а теперь подождите в моей каморке! Теперь скоро сама-то приедет. Когда нужно будет, я вас кликну. Только уж вы ничего не забудьте, все скажите!

Грознов . Ну, вот еще! Меня учить не надо.

 

Явление второе

 

Филицата (одна) . Эка тишина, точно в гробу! С ума сойдешь от такой жизни! Только что проснутся, да все как и умрут опять. Раз пять дом-то обойдешь, пыль сотрешь, лампадки оправишь, только и занятия. Бродишь одна по пустым комнатам — одурь возьмет. Муха пролетит, и то слышно.

Поликсена показывается из своей двери.

 

Явление третье

 

Филицата, Поликсена.

Поликсена . Тоска меня загрызла, места не найду.

Филицата . Уж нечего делать, потерпи, может, моя ворожба и на пользу будет. Утопающий за соломинку хватается. Сама видишь, я рада для тебя в ниточку вытянуться.

Поликсена . Ты где же была все утро?

Филицата . Все в хлопотах. Снарядивши бабушку к обедне, к соседям сбегала, провела сюда, пока самой-то дома нет…

Поликсена . И Платоша здесь?

Филицата . Здесь, у меня в каморке. Ведь мало ль что, я куражу не теряю.

Поликсена (с нетерпением) . Что ж это бабушка-то так долго?

Филицата . Должно быть, зашла к Кирилушке.

Поликсена . К какому Кирилушке?

Филицата . Блаженненький тут есть, просто сказать, дурачок.

Поликсена . Так зачем она к нему?

Филицата . За советом. Ведь твоя бабушка умная считается; за то и умной зовут, что все с совету делает. Какая ж бы она умная была, кабы с дураком не советовалась.

Поликсена . Да об чем ей советоваться?

Филицата . А как тебя тиранить лучше. Ты думаешь, своим-то умом до этого скоро дойдешь? Нет, матушка, на все на это своя премудрость есть. Вот позвонил кто-то. Ты поди к себе, посиди пока, да погоди сокрушаться-то! Бог не без милости, казак не без счастья.

Поликсена уходит. Входит Мавра Тарасовна и садится к столу.

 

Явление четвертое

 

Мавра Тарасовна, Филицата.

Филицата . (подобострастно) . Утрудились?

Мавра Тарасовна . Никто меня не спрашивал?

Филицата . Амос Панфилыч раза два наведывались, в город ехать сбираются.

Мавра Тарасовна . Подождет, не к спеху дело-то. Вели сказать ему, чтобы зашел через полчаса. Пошли ко мне Поликсену!

Филицата (в дверь Поликсене) . Поди, бабушка тебя кличет. (Уходит.)

Входит Поликсена.

 

Явление пятое

 

Мавра Тарасовна, Поликсена.

Мавра Тарасовна . Ты, миленькая, помимо нашей воли, своим умом об своей голове рассудила? Нешто так можно?

Поликсена . Я пойду за того, кого люблю.

Мавра Тарасовна . Да, пойдешь, если позволят.

Поликсена . Вы меня приданым попрекали; я пойду за него без приданого — возьмите себе мое приданое!

Мавра Тарасовна . Ты меня, миленькая, подкупить не хочешь ли? Нет, я твоим приданым не покорыстуюсь; мне чужого не надо; оно тебе отложено и твое всегда будет. Куда бы ты ни пошла из нашего дому, оно за тобой пойдет. Только выходов-то тебе немного: либо замуж по нашей воле, либо в монастырь. Пойдешь замуж — отдадим приданое тебе в руки, пойдешь в монастырь — в монастырь положим. Хоть и умрешь, боже сохрани, за тобой же пойдет, — отдадим в церковь на помин души.

Поликсена . Я пойду за того, кого люблю.

Мавра Тарасовна . Коли тебе такие слова в удовольствие, так, сделай милость, говори. Мы тебя, миленькая, не обидим, говорить не закажем.

Поликсена . Зачем вы меня звали?

Мавра Тарасовна . Поговорить с тобой. Сделаем-то мы по-своему, а поговорить с тобой все-таки надо.

Поликсена . Ну вот вы слышали мой разговор?

Мавра Тарасовна . Слышала.

Поликсена . Может быть, вы не хорошо расслушали, так я вам еще повторю: я пойду за того, кого люблю. Нынче всякий должен жить по своей воле.

Мавра Тарасовна . Твои «нынче» и «завтра» для меня все равно что ничего; для меня резонов нет. Меня не то что уговорить, в ступе утолочь невозможно. Не знаю, как другие, а я своим характером даже очень довольна.

Поликсена . А у меня характер: делать все вам напротив; и я своим тоже очень довольна.

Мавра Тарасовна . Так, миленькая, мы и запишем.

Поликсена уходит. Входит Филицата.

 

Явление шестое

 

Мавра Тарасовна, Филицата.

Мавра Тарасовна . Поди-ка ты сюда поближе!

Филицата . Ох, иду, иду. (Подходит.) Виновата. (Кланяется, касаясь рукой пола.)

Мавра Тарасовна . Мне из твоей вины не шубу шить. Как же это ты недоглядела? Аль, может, и сама подвела?

Филицата . Ее дело молодое, а все одна да одна, — жалость меня взяла… ну, думаешь: поговорят с парнем, да и разойдутся. А кто ж их знал? Видно, сердце-то не камень.

Мавра Тарасовна . Уж очень ты жалостлива. Ну сбирайся!

Филицата . Куда сбираться?

Мавра Тарасовна . Со двора долой. В хорошем доме таких нельзя держать.

Филицата . Вот выдумала! А еще умной называешься. Кто тебя умной-то назвал, и тот дурак. Сорок лет я в доме живу, отца ее маленьким застала, все хороша была, а теперь вдруг и не гожусь.

Мавра Тарасовна . С летами ты, значит, глупеть стала.

Филицата . Да и ты не поумнела, коли так нескладно говоришь. Виновата я, ну, побей меня, коли ты хозяйка; это по крайности будет с умом сообразно; а то на-ка, с двора ступай! Кто ж за Поликсеной ходить-то будет? Да вы ее тут совсем уморите.

Мавра Тарасовна . Что за ней ходить, она не маленькая.

Филицата . И велика, да хуже маленькой. Я вчера, как мы из саду вернулись, у ней изо рту коробку со спичками выдернула. Вот ведь какая она глупая! Нешто этим шутят?

Мавра Тарасовна . Кто захочет что сделать над собой, так не остановишь. А надо всеми над нами бог, — это лучше нянек-то. А тебя держать нельзя, ты больно жалостлива.

Филицата . Такая уж я смолоду. Не к одной я к ней жалостлива, и к тебе, когда ты была помоложе, тоже была жалостлива. Вспомни молодость-то, так сама внучку-то пожалеешь.

Мавра Тарасовна . Нечего мне помнить, чиста моя душенька.

Филицата . А ты забыла, верно, как дружок-то твой вдруг налетел? Кто на часах-то стоял? Я от страху-то не меньше тебя тряслась всеми суставами, чтобы муж его тут не захватил. Так меня после целую неделю лихорадка била.

Мавра Тарасовна . Было, да быльем поросло, я уж в этом грехе и каяться перестала. И солдатик этот бедненький давно помер на чужой стороне.

Филицата . Ох, не жив ли?

Мавра Тарасовна . Никак нельзя ему живым быть, потому я уж лет двадцать за упокой его души подаю, так нешто может это человек выдержать.

Филицата . Бывает, что и выдерживают.

Мавра Тарасовна . Что я прежде и что теперь — большая разница: я теперь очень далека от всего этого и очень высока стала для вас, маленьких людей.

Филицата . Ну, твое при тебе.

Мавра Тарасовна . Так ты пустых речей не говори, а сбирайся-ка, подобру-поздорову! Вот тебе три дня сроку!

Филицата . Я хоть сейчас. Поликсену только и жалко, а тебя-то, признаться, не очень. (Отворив стеклянную дверь.) Матушка, да вот он!

Мавра Тарасовна . Кто он-то?

Филицата . Сила Ерофеич твой! (Уходит.)

Входит Грознов.

 

Явление седьмое

 

Мавра Тарасовна, Грознов, потом Филицата.

Грознов . Здравия желаю!

Мавра Тарасовна . Батюшки! Как ты? Кто тебя пустил?

Грознов . Меня-то не пустить, Грознова-то? Да кто ж меня удержит? Я Браилов брал, на батареи ходил.

Мавра Тарасовна . Да уж не окаянный ли ты, не за душой ли моей пришел?

Грознов . Нет, на что мне душа твоя? Давай жить да друг на друга любоваться.

Мавра Тарасовна . Да как же ты жив-то? Я давно, как ты в поход ушел, тебя за упокой поминаю. Видно, не дошла моя грешная молитва?

Грознов . Я добрей тебя, я молился, чтобы тебе бог здоровья дал, чтобы нам опять свидеться. Да вот и дожил до радости.

Мавра Тарасовна . Ну, сказывай, не томи, зачем ты теперь ко мне-то!

Грознов . Да ты помнишь клятву, свою клятву страшную?

Мавра Тарасовна . Ох, помню, помню. Как ее забудешь? Ну чего ж тебе от меня надобно?

Грознов . Хочу стать к тебе на квартиру. Выберу у тебя гостиную, которая получше, да и оснуюсь тут; гвоздей по стенам набью, амуницию развешаю.

Мавра Тарасовна . Ах, беда моей головушке!

Грознов . А вы каждое утро ко мне всей семьей здороваться приходите, в ноги кланяться, и вечером опять то же, прощаться, покойной ночи желать. И сундук ты тот, железный, ко мне в комнату под кровать поставь.

Мавра Тарасовна . Да как ты, погубитель мой, про сундук-то знаешь?

Грознов . Грознов все знает, все.

Мавра Тарасовна . Варвар ты был для меня, варвар и остался.

Грознов . Нет, не бранись, я шучу с тобой.

Мавра Тарасовна . Так денег, что ль, тебе нужно?

Грознов . И денег мне твоих не надо, у меня свои есть. На что мне? Я одной ногой в могиле стою; с собой не возьмешь.

Мавра Тарасовна . Мне уж и не понять, чего ж тебе.

Грознов (утирая слезы) . Угол мне нужен — век доживать, угол — где-нибудь в сторожке, подле конуры собачей.

Мавра Тарасовна (утирая слезы) . Ах ты, миленький, миленький!

Грознов . Да покой мне нужен, чтобы ходил кто-нибудь за мной: тепленьким когда напоить, — знобит меня к погоде. У тебя есть старушка Филицата — вот бы мне и нянька.

Мавра Тарасовна . А я только что ее прогнать рассудила.

Грознов . Ну, уж для меня сделай милость! Не приказываю, а прошу.

Мавра Тарасовна . Чего я для тебя не сделаю! Все на свете обязана.

Грознов (оглядывая комнату) . А то, нет, где уж мне в такие хоромы! Ты пшеничная, ты в них и живи; а я аржаной — я на дворе.

Мавра Тарасовна (с чувством) . А еще-то чего ты, сирота горькая, от меня потребуешь?

Грознов . Еще потребую, за тем пришел, только уж не много и никакого тебе убытку.

Мавра Тарасовна . Только б не деньги, да чести моей посрамления не было; а то все с великим удовольствием. Вижу я, не грабитель ты… а как есть степенный человек стал; так уж мне и горя нет, и не задумаюсь, а всякую твою волю исполню.

Грознов . Ну и ладно, ну и ладно.

Мавра Тарасовна . И в ножки я тебе поклонюсь, только сними ты с меня ту прежнюю клятву, страшную.

Грознов . А! что! Вот ты и знай, какой Грознов!

Мавра Тарасовна . Каково жить всю жизнь с такой петлей на шее! Душит она меня.

Грознов . Сниму, сниму, — другую возьму, полегче.

Мавра Тарасовна . Да я и без клятвы для тебя все…

Грознов . А сделаешь — так и шабаш: вничью разойдемся. Вот и надо бы мне поговорить с тобой по душе, хорошенько!

Мавра Тарасовна . Так пойдем ко мне в комнату! Филицата!

Входит Филицата.

Чай-то готов у меня?

Филицата . Готов, матушка, давно готов.

Мавра Тарасовна . Подай рому бутылку, водочки поставь, пирожка вчерашнего — ну, там, что следует.

Филицата . Слушаю, матушка. (Уходит.)

Грознов . Говорят, тебе ундер нужен.

Мавра Тарасовна . Да, миленький, ищем мы ундера-то, ищем.

Грознов . Так чего ж тебе лучше, — вот я!

Мавра Тарасовна . Значит, и жалованье тебе положить?

Грознов . Так неужто задаром? Я везде хорошее жалованье получал, я кавалерию имею.

Мавра Тарасовна . А много ль с нас-то запросишь?

Грознов . Четырнадцать рублей двадцать восемь копеек с денежкой, я на старый счет.

Мавра Тарасовна . Ну, уж с нас-то возьми, по знакомству, двенадцать.

Грознов . Ах, ты! (Топнув ногой.) Полтораста.

Мавра Тарасовна . Ну, четырнадцать так четырнадцать… Четырнадцать, четырнадцать, я пошутила.

Грознов . Не четырнадцать, а четырнадцать двадцать восемь копеек с денежкой. И денежки не уступлю. А как харчи?

Мавра Тарасовна . Харчи у нас людские — хорошие, по праздникам водки подносим; ну, а тебя-то когда Филицата и с нашего стола покормит.

Грознов Я разносолов ваших не люблю, мне что помягче.

Мавра Тарасовна . Да, да, состарился ты, ах как состарился!

Грознов . Кто? я-то? Нет, я еще молодец, я куда хочешь. А вот ты так уж плоха стала, больно плоха.

Мавра Тарасовна . Что ты, что ты! Я еще совсем свежая женщина.

Грознов . А как жили-то мы с тобой, помнишь, там, в Гавриковом, у Богоявленья?

Мавра Тарасовна . Давно уж время-то, много воды утекло.

Грознов . Теперь только мне и поговорить-то с тобой; а как поселюсь в сторожке, так ты барыня, ваше степенство, а я просто Ерофеич.

Входит Филицата.

Филицата . Пожалуйте! Готово!

 

Явление восьмое

 

Филицата (одна) . Ну, как мне себя не хвалить! Добрая-то я всегда была, а ума-то я в себе что-то прежде не замечала, все казалось, что мало его, не в настоящую меру; а теперь выходит, что в доме-то я умней всех. Вот чудо-то: до старости дожила, не знала, что я умна. Нет, уж я теперь про себя совсем иначе понимать буду. Какую силу сломили! Ее и пушкой-то не прошибешь, а я вот нашла на нее грозу.

Входят Барабошев и Мухояров.

 

Явление девятое

 

Филицата, Барабошев, Мухояров.

Барабошев . Но где же маменька?

Филицата . Подождать приказано.

Барабошев . У нас серьезное финансовое дело, никакого замедления не терпит.

Филицата . У тебя серьезное, а у нас еще серьезнее. Там у нее ундер.

Барабошев . Ундер — чин незначительный.

Филицата . Незначительный, а беспокоить не велели. Да авось над нами не каплет, подождать-то можно.

Голос Мавры Тарасовны: «Филицата!»

Вон, зовут! (Уходит.)

Барабошев . Никандра, наши обстоятельства в упадке, в таком кризисе будь в струне!

Мухояров . Первый голос вы, а я вам акомпаниман.

Выходит Филицата.

Филицата (говорит в дверь) . Хорошо, матушка. А Платон сейчас будет здесь, он тут недалеко.

Барабошев . Какой Платон, и какая в нем в настоящую минуту может быть надобность?

Филицата . Дело хозяйское, не наше. (У двери Поликсены.) Красавица, утри слезки-то да выползай! (Отворяя стеклянную дверь.) Платоша, требуют!

Барабошев . Для чего этот весь конгресс, это даже трудно понять.

Мухояров . Я так по всему заключаю, что тут будет для нас с вами неожиданный оборот.

Входят: Мавра Тарасовна, Поликсена, Платон и Грознов.

 

Явление десятое

 

Барабошев, Мухояров, Мавра Тарасовна, Поликсена, Платон, Грознов, Филицата.

Мавра Тарасовна . Здравствуйте! Садитесь все!

Все садятся, кроме Филицаты и Грознова, который стоит бодро, руки по швам.

Вот, миленькие мои, вздумала я порядок в доме завести, вздумала, да и сделала. Первое дело, чтоб порядок был на дворе, наняла я ундера. Амос Панфилыч, вот он!

Грознов . Здравия желаю, ваше степенство!

Барабошев . Как прозываешься, кавалер?

Грознов . Сила Ерофеич Грознов.

Барабошев . Ундер в порядке: и нашивки имеет и кавалерию; я его одобряю.

Грознов . Ради стараться, ваше степенство!

Мавра Тарасовна . Я тебе, Ерофеич, весь наш дом под присмотр отдаю: смотри ты за чистотой на дворе, за всей прислугой, ну и за приказчиками не мешает, чтоб раньше домой приходили, чтоб по ночам не шлялись. (Мухоярову.) А вы его уважайте! Ну, теперь на дворе хорошо будет, я покойна; надо в доме порядок заводить. Слышала я, Платон, что заставляли тебя меня обманывать, фальшивые отчеты писать.

Платон . Про хозяина сказать не смею, а Мухояров заставлял, это точно.

Мавра Тарасовна . И деньги тебе, миленький, обещал, да ты сказал, что тысячи рублей не возьмешь?

Платон . Да напрасно меня и просить, это смешно даже.

Мавра Тарасовна . Вот, для порядку, и назначаю я Платона главным приказчиком и всю торговлю и капитал ему доверяю.

Барабошев . Но он несостоятельный должник, у меня его вексель.

Мавра Тарасовна . Дай-ка вексель-то сюда!

Барабошев подает.

Вот тебе и вексель. (Разрывает и бросает на пол.)

Барабошев . Маменька, у меня к вам финансовый вопрос.

Мавра Тарасовна . Погоди, и до тебя очередь дойдет.

Мухояров . Значит, я своей должности решен?

Мавра Тарасовна . Нет, зачем же! Ты умел над Платоном шутить; так послужи теперь у него под началом! А вот тебе работа на первый раз! Поди напиши билетец: «Мавра Тарасовна и Амос Панфилыч Барабошевы, по случаю помолвки Поликсены Амосовны Барабошевой с почетным гражданином Платоном Иванычем Зыбкиным, приглашают на бал и вечерний стол». А число мы сами поставим.

Поликсена . Бабушка, так Платоша мой? Ну, вот я говорила.

Мавра Тарасовна . Никто не отнимает, не бойся!

Поликсена (Платону) . Пойдем в гостиную, к роялю, я тебе спою «Вот на пути село большое».

Мавра Тарасовна . Сиди, сиди, что заюлила!

Барабошев . Но как же, маменька, генерал?

Мавра Тарасовна . Куда уж нам; высоко очень.

Барабошев . Значит, Пустоплесов над нами преферанс возьмет?

Филицата . Ты у меня про Пустоплесова-то спроси! У них вчера такая баталия была, что чудо. Сам-то пьяный согрубил что-то жениху, так тот за ним по всему дому не то с саблей, не то с палкой бегал, уж не знаю хорошенько. Так все дело и врозь.

Барабошев . В таком случае, я на этот брак согласен. Но, маменька, финансовый вопрос… Мне надо в город ехать, по векселям платить.

Мавра Тарасовна . Ты хотел Платона-то в яму сажать, так не сесть ли тебе, миленький, самому на его место. На досуге там свой цапцапарель попьешь, лик-то у тебя прояснится.

<== предыдущая лекция | следующая лекция ==>
Явление одиннадцатое 3 страница. Зыбкина . Какие ж это будут стихи? | Явление одиннадцатое 5 страница
vikidalka.ru - 2015-2017 год. Все права принадлежат их авторам!