Главная | Случайная

КАТЕГОРИИ:






Я в курсе. Похоже, я слишком устал. Так что лучше я просто останусь дома, посмотрю фильм и немного отдохну. 4 страница

Что бы я прежде не чувствовал на счет этой лжи, этого больше нет. Моя мать даже не вспомнит об этом в конце дня.

- Это чудесно, - говорит она приятным, но монотонным голосом. Она ведет себя так, словно играет роль, и не пускает никого, включая меня, в свою душу.

Я не задерживаюсь надолго. Неуютный светский разговор переходит в неловкие прощания, пересыпанные обещаниями оставаться на связи и «все обдумать».

В дверях мой отец останавливает меня и говорит,

- Сынок, просто помни. Если ты собираешься когда-нибудь пустить корни, помни о возможностях для роста.

Я стараюсь не зацикливаться на этом и ухожу. Вернувшись домой, я чувствую, что буквально разваливаюсь на части, а на часах всего час дня.

Мне нужно избавиться от этих мыслей и от чертовых оков, которые за это утро стянули на мне свои ржавые щупальца. Я хожу по комнатам и смотрю на вещи, которые они мне подарили. Я пишу смс Джеймсу и через секунду звоню ему, но попадаю на автоответчик.

Постукивая телефоном по ноге, я мельком вспоминаю о Надин и понимаю, что не хочу ей звонить. У меня нет желания отвечать на ее вопросы и проводить с ней весь день, притворяясь, что все хорошо и что я именно тот, кем она меня считает – крутой пилот, которого ничто не волнует. Я не хочу, чтобы она видела мое лицо и тот след, который оставляют на нем встречи с родителями.

Я захожу в сообщения, но передумываю и набираю Стеф.

Она отвечает после третьего гудка.

- Привет, - радостно говорит она и что-то в ее голосе действует на меня, словно бальзам.

- Привет, - отвечаю я, прочистив горло. – Чем занимаешься?

- Собиралась пойти в магазин и разложить товар на завтра.

- О, - вау, даже в воскресенье, когда ее магазин закрыт, она все равно работает. Я горжусь ей, но мне искренне жаль, что она занята.

Повисает неловкая пауза.

- Хочешь со мной? – говорит Стеф.

Я сглатываю.

- Нет, нет, все нормально.

- Ты бы не позвонил, если бы все было нормально. Я знаю, с кем ты провел это утро, - говорит она. – Давай. Я заеду за тобой через полчаса.

Хоть мне и не хочется её напрягать, я все равно говорю да и спустя пару минут оказываюсь на улице. Нетерпеливо барабаня пальцами по бедру, я томлюсь в ожидании Стеф, и вскоре её красная Mazda6 появляется из-за угла. Она купила ее в тот день, когда получила кредит на бизнес. Стефани замечает меня и сигналит, хоть я давно уже вижу её и её машину, думаю, ей просто нравится сигналить.

Я открываю пассажирскую дверь и до меня тут же доносится знакомый запах, на сидении я замечаю бутылку «Wild Turkey» (прим. «Wild Turkey» - сорт бурбона).

- Уоу, - говорю я, облокачиваясь на дверь и кивая в сторону бутылки. – Не знал, что кто-то уже принял на грудь.

- Это для тебя, ковбой, - говорит она. – Я знаю, что тебе это понадобится.

Я улыбаюсь ей.

- Ты настоящий друг.

- Как будто я этого не знаю.

Я сажусь в машину. Стеф смотрит на меня и ждет, пока я открою крышку и отхлебну прямо из бутылки, прежде чем тронуться. Череп, висящий на зеркале заднего вида, раскачивается взад-вперед, пока она мастерски маневрирует по односторонним улицам Сан-Франциско. Нет ничего сексуальнее женщины, которая хорошо водит. Короткая юбка, демонстрирующая соблазнительные бедра, тоже делает свое дело, и мои яйца болезненно напрягаются. Я представляю, каково будет провести рукой по гладкой коже её бедер.

Я чувствую, что Стеф смотрит на меня, и поднимаю глаза как раз тогда, когда она снова переводит взгляд на дорогу. На ее губах играет едва заметная улыбка. Она точно поймала меня на подглядывании.

И кажется, ей это нравится.

Мгновение спустя до меня доходит, что я делаю что-то не то. Это, мягко говоря, неподобающе. В смысле, у нее есть Арон, а у меня Надин. И мы просто друзья.

Но я всегда делал неподобающие вещи.

- Хочешь об этом поговорить? – спрашивает она и на секунду мне кажется, что она имеет в виду мое подглядывание. Я едва не отвечаю согласием, но вовремя понимаю, что она говорит о моих родителях.

Переведя взгляд на бутылку в своих руках, я отвечаю, - Может, немного позже.

- Ты хотя бы хорошо провел вчерашний вечер?

- Да, пока не ушел домой.

Она открывает рот, чтобы что-то сказать, но потом снова закрывает его. Ее нежно-розовые губы такие мягкие, что мне хочется их укусить. Она выглядит такой сияющей, несмотря на то, что пила прошлой ночью.

- Ты хорошо выглядишь, - внезапно говорю я.

Я могу поклясться, что она краснеет. Одно это провоцирует меня на мысль о том, чтобы чаще делать ей комплименты. Но боюсь, если начну, то уже не смогу остановиться.

- Ну, несмотря на выпивку и приближающийся средний возраст, – быстро поясняю я.

- Ха-ха. Смешно. И каково это, когда стареешь?

Я пожимаю плечами.

- Отстойно.

- Боли в спине? Ломит кости?

- Что-то вроде того.

- Наверно, меня это тоже ждет.

Я откидываюсь на сидении и смотрю в окно на пролетающие мимо узкие домики и фасады магазинов.

- Октябрь наступит, не успеешь оглянуться. У тебя есть, давай посчитаем, шесть-семь месяцев, чтобы передумать насчет Арона.

Это привлекает ее внимание. Она поворачивается и недоверчиво на меня смотрит.

- Что?

- Соглашение. Помнишь?

Она потирает губы и несколько раз моргает, выглядя при этом просто очаровательно.

- Конечно, я помню, просто…

Я как можно небрежнее пожимаю плечами.

- Предложение все еще в силе, детка. Тебе скоро тридцать, и если ты решишь избавиться от своего красавчика, то ты знаешь, где меня найти.

Она пристально изучает мое лицо, в итоге мы чуть не въезжаем в зад впереди идущего фургона. Справившись с машиной, Стеф спрашивает, - А как же Надин?

- Ради тебя я с ней расстанусь, - говорю я, глядя на нее в упор до тех пор, пока она не поворачивается в мою сторону. – Ради тебя я брошу все.

Я говорю это абсолютно серьезно, но не уверен, что сейчас ей следует об этом знать. Поэтому я улыбаюсь немного придурковатой улыбкой, и Стеф расслабляется, улыбаясь в ответ.

Теперь она думает, что я шучу. Хотел бы я, чтобы это было именно так. Но, по крайней мере, теперь я в безопасности.

Мы в безопасности.

- Просто пей свой виски, ковбой, - говорит она, закрывая дверь в этот разговор. Это к лучшему. Так и должно быть.

Клянусь Богом, я был счастливым человеком, пока мой отец не зародил семена сомнения у меня в голове. То, что он говорил о корнях и возможностях для роста, было очень похоже на правду.

Зачем оставаться в Сан-Франциско, если я не вижу тут для себя никакого потенциала? Я имею в виду не карьеру, а что-то более глобальное – любовь, брак, детей – все то дерьмо, которое ты игнорируешь, пока возраст не заставит тебя обратить на это внимание.

Вскоре мы оказываемся в ее магазине. Я облокачиваюсь на стойку, потихоньку отхлебывая восхитительно обжигающий виски. Чувствуя, как понемногу расслабляюсь, я листаю каталог мужской одежды. К моему сожалению, Арон позирует на каждой странице. Я до сих пор не могу понять, что она в нем нашла. Да, он достаточно смазливый, по крайней мере для того, чтобы быть моделью. Но он одевается как подросток, который собрался заняться серфингом, практически не носит туфли и смеется как гиена.

Стеф – трудолюбивая и умная женщина. Им должно быть не о чем разговаривать, поэтому мне кажется, что их отношения полностью основываются на сексе. Я знаю, что в этом нет ничего плохого, но от одной мысли об этом мне становится плохо.

- Так как все прошло? Как твои родители? – спрашивает Стеф, выглядывая из-за стопки одежды. Она видимо заметила выражение отвращения на моем лице и подумала, что я вспоминаю сегодняшнее утро.

- Ах, это, - говорю я, - если честно, ужасно.

Она хмурится, от чего её брови сдвигаются к переносице.

- Все настолько плохо?

Я вздыхаю и кладу голову на руки.

- Знаешь, что самое смешное? Когда я был моложе, то думал, что мои отношения с родителями со временем изменятся. Ну, знаешь, перестанут быть такими отстойными. Однако, этого не случилось. – я смотрю на нее, понимая, что могу рассказать ей практически обо всем, – Теперь я вижу все в ином свете. Мое отношение к родителям полностью поменялось. Но они продолжают обращаться со мной как с пятнадцатилетним подростком. Будто я до сих пор не имею понятия о том, что делать со своей жизнью. Они считают, что должны помогать мне на каждом шагу и что у них есть полное право вмешиваться в мою жизнь и контролировать меня.

- Что они пытаются сделать?

- Пытаются заставить меня переехать.

Ее глаза с ужасом распахиваются.

- Куда?

- В Нью-Йорк. Они купили квартиру на Манхеттене и хотят, чтобы я там жил.

- Но зачем?

- Думаю, потому что Брэм не оправдал их надежд, – говорю я, пожимая плечами. – Я не знаю. Мой отец очень переживает о людях, которых считает своей семьей, о наследии и прочем дерьме. Он может рассказать о нашем генеалогическом древе с самых истоков, перечислив всех наших именитых шотландских предков. Все в роду МакГрегоров имели отношение к политике или власти в той или иной форме. Мой отец определенно надеялся на Брэма, потому что тот старший, но в итоге он только потерял время. Теперь до отца дошло, что есть еще я, и он хочет, чтобы я стал таким же как он.

Она откладывает куртку из стопки и подходит ко мне, скрестив руки на пышной груди. Я стараюсь не пялиться на ее сиськи.

- Знаешь, большинство родителей гордились бы сыном, который пилотирует вертолет, - говорит она.

- Ну, мои родители не большинство. По правде говоря, они не считают это достижением. Для них это недостаточно выдающееся или интеллектуальное занятие.

- Поправь меня, если я ошибаюсь, но мне кажется, чтобы летать на этой штуке, определенно нужны мозги.

- Ты только что сказала, что я умный?

Она широко улыбается мне.

- Спятил, да? Ладно, пользуйся, пока я добрая. Кстати, о… - она замолкает и устремляется в сторону кладовки. Пока она копается там, я фантазирую о том, как иду за ней следом, закрываю за собой дверь и прижимаю ее к одной из полок. Я хочу заставить её почувствовать, что она для меня значит, хочу проникнуть руками под ее топик, дотронуться до груди и ласкать её до тех пор, пока она не начнет стонать. Потом снять с нее одежду и накрыть её соски своим ртом, готов поспорить, они идеально розовые.

Мне хочется сказать ей все те грязные вещи, о которых я сейчас думаю, и быть настоящим, хотя бы раз, вместо того, чтобы притворяться. Я хочу, чтобы она покраснела от моих грязных слов, а ее тело содрогнулось от желания.

О боже. Я захожу за стойку, чтобы скрыть собственную эрекцию, и стараюсь игнорировать растущее желание. Я должен прекратить думать о ней в таком свете. Уже много лет я говорю себе это и боюсь, что однажды не выдержу и разрушу одни из лучших отношений, которые у меня когда-либо были. Если не самые лучшие.

Но черт, вдруг она чувствует то же самое? Что если глубоко внутри она тоже этого хочет, круглосуточно насилуя собственный мозг, как это делаю я?

Я почти готов это сделать. Клянусь, я готов пойти в кладовку, поцеловать её и оттрахать у стены так, что у неё не останется никаких сомнений на счет моих чувств.

Глубоко вздохнув, я собираюсь с духом.

Я могу это сделать.

Она выходит из кладовки с большой коробкой, на ее лице загадочная ухмылка. Момент упущен. Я ничего не сделал.

Я трус.

Похотливый трус.

- Ну вот, - говорит она и со стуком ставит коробку на стойку. – Твой подарок на день рождения.

Я поднимаю коробку. Довольно тяжелая.

- Не стоило, - говорю я, чувствуя смущение, из-за того, что она беспокоится о таких вещах. Но черт, как же это приятно.

Она игриво пожимает плечами.

- Да ладно. Это пришло некоторое время назад, и я сразу подумала о тебе. Я спрятала это в кладовку, решив отложить подарок до твоего дня рождения. – Я смотрю на нее, и она нетерпеливо постукивает по крышке. – Ну же, открывай.

Я открываю крышку и заглядываю внутрь. Это черная кожаная куртка.

- Черт, - говорю я, медленно вытаскивая ее из коробки, словно она из чистого золота. Хоть я и не слежу за модой, но понимаю, что это невероятно крутая и стильная вещь. Она в байкерском стиле с полосками на рукавах, и это придает ей особый шарм.

- Посмотри на спину, - говорит она.

Я переворачиваю куртку. Возле воротника вышитая серебряными нитками надпись «Л. МакГрегор»

Я смотрю на Стеф, ошеломленный тем, что это было сделано специально для меня.

Она краснеет и смущенно отводит взгляд.

- Не смотри на меня так.

- Как? - шепчу я.

- Как будто это что-то особенное. Это не так. Я увидела куртку и решила, что она как нельзя лучше подходит мужественному пилоту вертолета. Поэтому я вышила на ней твое имя. Не знаю, я хотела сделать что-то на подобии фильма «Лучший стрелок». Возможно, мы могли называть тебя Ледяным человеком.

Она старается свести все в шутку, и, возможно, я должен позволить ей это сделать, но черт возьми, все это так много для меня значит. Сердце буквально переворачивается у меня в груди. Ради одного этого уже стоило вылезти из постели.

Как я могу заставить себя держаться подальше от этой женщины?

Я с трудом сглатываю и стараюсь подобрать слова. Но мне нечего сказать, кроме разве что правды.

- Спасибо. Это много для меня значит.

Она легонько касается моей руки.

- Пожалуйста.

Я надеваю куртку, восхищаясь тем, как хорошо она на мне сидит, и делаю глоток виски, чтобы вернуть мысли на место.

Надеюсь, там они и останутся.


 

ГЛАВА 8

 

30

 

СТЕФАНИ

 

Знаете, день не может начаться хорошо, когда вы просыпаетесь от того, что на вас сверху что-то капает. Чувствуешь себя как в китайских пытках (прим. «Китайские пытки» - вид пыток, применимых на территории современного Китая, человека усаживали в очень холодной комнате, привязывали его так, что он не мог пошевелиться или пошевелить головой, и в полной темноте ему на лоб медленно капали холодной водой. Через некоторое время человек замерзал, либо сходил с ума от невыносимости увернуться от постоянного капания на тело).

Я открываю один глаз, и в него летит капля воды.

- Какого черта? – я быстро вытираю лицо и уворачиваюсь от еще одной капли. Подняв взгляд на подвесной потолок, я вижу, что над которым уже сформировалась гигантская выпуклость, из котрой сочится вода, капая прямо мне на постель.

Просто, блять, великолепно. Я купила крошечную квартирку в районе Мишен два месяца назад, и она уже начала разваливаться. Если бы я снимала квартиру, то просто позвонила бы сейчас хозяину, и пусть он сам со все разбирается. Но это мое жилье и моя собственность, поэтому мне не на кого переложить эти проблемы, придется принять удар на себя.

Со счастливым, черт возьми, тридцатым днем рождения меня. Вот и новый десяток, полный ответственности. Не помню, чтобы я на это подписывалась.

Я вздыхаю и выбираюсь из постели, жалея что Арон не остался на ночь, он мог бы помочь мне справиться с этим дерьмом. Но потом я вспоминаю его удивительную способность исчезать, как только появляются трудности - что-то большее, чем просто позировать перед камерой. Знаю, мне стоит позвонить Линдену, по крайней мере, этот мужчина умеет решать проблемы.

Но я этого не делаю. Я знаю, его девушка ненавидит меня, и мне даже представить страшно, как она отреагирует на мою просьбу. Кроме того, это моя квартира, а значит мои проблемы. Мне уже тридцать. Настало время стать большой девочкой и самой со всем разобраться.

Удивительно, но если не считать не совсем удачного пробуждения, все не так плохо, как я думала. Наверно, мой двадцать девятый день рождения был хуже, также как тридцать девятый будет хуже сорокового. К тому времени, как эти волшебные/ужасные года приближаются все ближе и ближе, к тебе постепенно приходит смирение.

Но вот с чем я не могу смириться, так это с тем, что купила прохудившуюся квартиру. Полагаю это отчасти моя вина, поскольку я нашла самый маленький, самый дешевый вариант в несколько сомнительном районе, но покупать недвижимость в Сан-Франциско просто смешно. Если бы не моя мама с поручительством за ипотеку (похоже банки не любят тех, кто работает сам на себя) и тот факт, что это была частная продажа через племянника друга моей мамы, я бы никогда не смогла себе это позволить.

Это мой дом, хотя конечно не о таком доме я когда-то мечтала. Шестьсот квадратных футов (примерно 180 квадратных метров), одна спальня размером с берлогу и крошечный балкон, с которого открывается живописный вид на церковь и бомжей в парке. Дом конечно далек от исторического, он трехэтажный в викторианском стиле, с садиком на заднем дворе. Надеюсь, я когда-нибудь там окажусь. Я мечтала о муже и доме, в котором будет бегать куча детишек, о соседях, с которыми бы мы заглядывали друг к другу время от времени. Возможно, горячий брат моего мужа репетировал бы иногда в нашем гараже со своей подпольной группой «The Beach Boys».

Если подумать, последние десять лет моя жизнь напоминала сериал «Full House» (прим. американский телесериал в жанре ситком, транслировавшийся каналом ABC с 1987 по 1995 год). Не совсем реалистично.

Я быстро принесла металлическое ведро из под раковины и поставила его на кровать. Первая капля воды тут же со стуком упала в него. Это все, что я могу сейчас сделать.

Мой будильник и так сработает через полчаса, поэтому я решаю пойти в душ и привести себя в порядок. У меня уходит очень много времени на то, чтобы высушить волосы феном и создать на своей голове некое подобие локонов. После работы я собираюсь в «Лев», так что надеюсь, мои усилия окажутся не напрасны. Я наконец-то подстриглась и покрасилась. Мои волосы теперь блестящего шоколадно-коричневого оттенка, а новая стрижка придает мне изысканности и (надеюсь) сексуальности. В довершение ко всему, я сделала красное меллирование и по какой-то причине мои глаза теперь кажутся больше и голубее. Я выгляжу немного старше, но только в хорошем смысле, хотя я до сих пор не могу отделаться от чувства, что это делает мое хмурое, недовольное лицо еще более выраженным.

Сегодня вторник, поэтому я направляюсь на работу и как обычно просматриваю список резюме. Спустя почти год после открытия магазина, я, наконец, решила кого-нибудь нанять. Давно надо было это сделать, но я просто не могла себе позволить помощника, пытаясь сохранить депозит за квартиру. Кроме того, думаю у меня реальные проблемы с управлением людьми.

Но если я буду продолжать тянуть все на себе, то в конечном итоге я угроблю собственное здоровье. Я едва успеваю в спортзал после работы, так что теперь мое тело пребывает в состоянии между пышным и слишком пышным. Я часто ем у прилавка в магазине не совсем здоровую пищу и когда возвращаюсь домой, у меня нет сил даже чтобы трахнуть своего парня. Раньше мне нравилось заниматься сексом, так что, это что-то да значит.

Арон по-прежнему работает моделью. Он, как говорит моя подруга Никола, “ходячий секс” – настолько горячий, что устоять невозможно.

В последнее время он действует мне на нервы, но думаю, это потому, что я слишком устала. Я реально перегружена на работе, поэтому срываюсь на всех и вся. Чертовски трудно рвать себе задницу, пытаясь наладить свой бизнес и собственную жизнь (хотя в моем случае это примерно одно и то же), при том что ваш друг действительно не имеет понятия, что значит тяжелая работа. Где-то раз в неделю он ходит на фотосессии, а остальное время он пьет и ест на эксклюзивных вечеринках и прочих мероприятиях, выкладывая свое смазливое личико и голый торс в Instagram. Большую часть времени он спит до одиннадцати, и это при том, что ему уже двадцать семь лет, а не семнадцать.

Но я решаю перестать ныть и мне приходится серьезно поработать над нейтрализацией стервозного выражения лица, чтобы заманить клиентов не только сезонными скидками. Наверное, я просто придираюсь к мелочам, потому что устала и потому что никто не любит работать в свой день рождения.

К счастью, я получила шквал постов и поздравлений на своей страничке в Facebook от совершенно разных людей, и это заставило меня в какой-то мере почувствовать себя лучше. Было одно сообщение от Пенни, подруги Джеймса, от самого Джеймса, Линден тоже написал мне позже, говоря, что думал позвонить, но не был уверен, уместно ли это. Не знаю, что это значит. То ли он не хотел мне звонить, пока я работаю, то ли он не хотел звонить мне вообще. Учитывая то, как мало я видела его в последнее время - отчасти из-за моего дурацкого графика - я действительно надеюсь, что это не второй вариант.

Мама позвонила мне, когда я уже закрыла магазин, а вот папа даже смс не прислал. Я не стала рассказывать ей об этом, чтобы лишний раз не расстраивать, но мне действительно было больно. Я помню, как мой отец проверял меня, когда я была помладше. Его очень беспокоил мой друг Оливер, и это ужасно раздражало меня. Смешно, но некоторые вещи с возрастом вы начинаете ценить.

Я уже почти дошла до дома, как обычно опаздывая. Надеюсь, мне хватит времени подправить макияж и найти, что надеть прежде, чем пора будет идти в бар. В этот момент мне звонит Арон.

- Привет сексуальная именинница, - говорит он. – Ты уже дома?

- Почти, - говорю я, переходя на желтый по улице Герреро.

- Не ходи в «Лев», - быстро говорит он. – Приходи ко мне.

Я стараюсь скрыть раздражение в собственном голосе. Арон живет около зоопарка в квартире, которую он делит с двумя другими моделями-пижонами. Там вечно пахнет грязным бельем, и я ненавижу ходить туда, но возможно мне придется делать это чаще, если я не разберусь с протекающей крышей в своей квартире.

- Арон.

- Мы просто выпьем. Парни хотят поздравить тебя с днем рождения.

Я закатываю глаза. Все его друзья только и делают, что пялятся на мои сиськи и задницу. Они, наверно, хотят подарить мне бесплатную поездку на катере. – Почему они не могут прийти в «Лев» как все остальные?

- Пожалуйста, Стефани, - говорит он, и его голос становится похож на голос маленького мальчика. Он тихо добавляет, - Я так редко вижу тебя в последнее время. Мне бы хотелось побыть с тобой наедине, прежде чем придется делить тебя со всеми.

Я вздыхаю, не хочу испытывать чувство вины по отношению к Арону, хотя до этотого он говорил, что его друзья-модели тоже там будут. - Хорошо. Я буду через сорок пять минут, мне нужно немного освежиться.

- Ты всегда свежая, малышка, - говорит он.

- Да, да, - я вешаю трубку. Я захожу домой, проверяю ведро на кровати и обнаруживаю, что оно почти полное. Меняю его и это все, что я могу сделать на данный момент. Затем я переодеваюсь в ярко-желтое мерцающее платье, которое подчеркивает мой загар и скрывает недостатки, которые слишком очевидны в последнее время. Моя прическа каким-то чудом сохранила свою форму, я наношу сверхсильный лак для волос, решая подстраховаться, и быстро наклеиваю накладные ресницы. Пурпурная помада и я готова. Я искренне надеюсь, что Арон не захочет секса и мне не придется прилагать лишних усилий, а затем испытывать чувство стыда.

Люди, я правда думала, что с возрастом сексуальное влечение женщины становится лишь сильнее, а никак не уменьшаться. Меня передергивает от этих мыслей, но я все равно иду к машине и еду через сводящий с ума трафик на Сансет, после чего останавливаюсь на 46-й и Винсент.

Двухэтажный дом Арона выглядит довольно непримечательно, в нем нет лифта, зато есть гараж. Несмотря на внешнюю простоту, уверена, стоит он довольно прилично, не зря же здесь живет куча парней. Дом довольно близко к зоопарку и пляжу, аренда должно быть просто заоблачная, впрочем как и на всю недвижимость в районе Сансет. Прежде чем купить квартиру, я несколько раз думала о том, чтобы предложить Арону переехать вместе со мной. Это помогло бы мне с ипотекой и для него было бы гораздо дешевле в долгосрочной перспективе, но честно говоря, я не думаю, что это хорошая идея. Не то чтобы я хочу жить одна всю свою жизнь. Просто я не думаю, что смогла бы жить с Ароном.

Эта мысль немного отрезвляет меня, заставляя остановиться на нижней ступеньке. Иногда, когда я думаю о чем-то подобном, мне становится интересно, почему я с ним, если не вижу нашего совместного будущего. Но перспектива снова остаться одной и зависать на сайтах знакомств пугает меня до чертиков. Я не трусиха, но сейчас это точно не то, что мне нужно.

Я делаю глубокий вдох и заставляю себя думать о хорошем, например, о бокале вина, который скоро выпью, и о своих друзьях, с которыми позже увижусь, и поднимаюсь по лестнице.

Я стучусь, и он тут же открывает дверь с бокалом пива в руках.

- Ты выглядишь чертовски горячо, - говорит он, осматривая меня с головы до ног. Он обвивает свободной рукой мою талию и притягивает к себе. Арон явно уже выпил, и это ужасно злит меня. Теперь мне придется отказаться от выпивки в собственный день рождения, чтобы вести машину. Поездка на такси отсюда влетит в копеечку, и я не думаю, что Арон заплатит за нее.

Он целует меня в губы и берет за руку, уводя в глубь дома. Кругом царит темнота, лишь тонкий луч света проникает из кухни в холл.

- Почему так темно? – спрашиваю я, осматриваясь. – Где Чак и Адам?

- Садись, - говорит он, буквально толкая меня на диван. – Я принесу тебе выпить.

Я смотрю ему вслед, пока его силуэт исчезает в холле. – Ничего крепкого, - говорю я. – Думаю, я теперь за рулем.

- Нет. Не за рулем,- кричит он в ответ.

Здесь слишком, черт возьми, темно, даже занавески опущены, закрывая доступ уличному свету. Я тянусь к лампе рядом с диваном и включаю ее.

Проходит доля секунды, прежде чем мои глаза привыкают к свету, и я не могу поверить в то, я что вижу.

Похоже все, кого я знаю, собрались здесь, кто-то сидит на корточках, кто-то прислонился к стене. Линден, Джеймс, Никола, Кайла и Пенни. Они все улыбаются, застыв на месте, словно статуи.

И тут Линден кричит.

- Сюрприз!!!

Все остальные вторят ему, кто-то кричит - С днем рождения, подруга! - и внезапно меня окружают все мои друзья.

Думаю, у меня только что случился небольшой сердечный приступ. Проходит несколько минут, прежде чем я вспоминаю, как дышать, и издаю полный удивления крик.

- Какого черта!? – кричу я, прижимая руку к груди. Я смотрю на всех собравшихся, замечая Чака и Адама. Парень Николы, Бен, тоже здесь, как и Кэролайн с Дэном, которые работают вместе с Джеймсом во «Льве». Даже Ария, моя коллега из All Saints, пришла поздравить меня.

Это самое удивительное, что когда-либо со мной случалось. Казалось бы, что такого в том, что все, кого я знаю, собрались в одной комнате, но это много для меня значит.

Никола притягивает меня в свои объятия.

– Видела бы ты свое лицо, это было неподражаемо.

Джеймс хлопает меня по спине.

– Было так трудно не проболтаться, не могу поверить, что ты повелась на это.

Мое сердце начинает биться быстрее, когда Линден подходит ко мне.

- С днем рождения, Мальвинка. - Прежде, чем он успевает меня обнять, если он конечно собирался, Пенни хватает меня за запястья и сжимает в объятиях.

- Надеюсь, ты не обмочилась, - говорит она, обнимая меня, и я смеюсь в ответ.

- Я была к этому близка, - шучу я. Арон протягивает мне бокал вина, и когда я смотрю на него, мои глаза сверкают от счастья. Не могу поверить, что он все это спланировал для меня. Меня пронзает чувство вины из-за мыслей, которые чуть раньше крутились в моей голове. Мне не стоило так плохо о нем думать – он полон сюрпризов.

Кто-то включает одну из моих любимых песен Led Zeppelin «Trampled Underfoot», и начинается веселье. О «Льве» теперь не может быть и речи, вечеринка будет там, где и должна была быть.

Я иду на кухню, чтобы помочь Николе и Арону вытащить закуски из холодильника. После того, как Никола уходит вместе с миской со шпинатом и артишоками, я обнимаю Арона за талию и прижимаю его к себе.

- Спасибо тебе, - говорю я от чистого сердца. – Спасибо тебе. Спасибо. Ты понятия не имеешь, как много это для меня значит.

Он улыбается мне застенчивой мальчишеской улыбкой. – Не беспокойся об этом. Я подумал, это хорошая идея. Хотя на самом деле все придумал Линден.

Я не ослышалась?

- Что?

- Да, он позвонил мне несколько недель назад и сказал, что у него есть отличная идея по поводу подарка на твой день рождения, но ему нужна моя помощь. Он хотел использовать мою квартиру, потому что это не вызвало бы у тебя особых подозрений, и я подумал, что это круто. Это все он. - Арон тянется и сжимает мою задницу. - Мой подарок будет позже, не волнуйся, детка.

Я слишком удивлена, чтобы обратить внимание на его обещание.

Это все было идеей Линдена?

Линден сделал все это…для меня?

Я отстраняюсь от Арона и смотрю на него новыми глазами. Ему, кажется, не стыдно или он даже не испытывает ревности из-за того, что другой парень сделал все это для меня. На самом деле, я никогда не видела, чтобы Арон ревновал к Линдену, ни разу. Раньше мне в нем это очень нравилось, но теперь мне интересно, неужели немного ревности это что-то невыполнимое?

- Еще вина? – спрашивает он и, достав бутылку из холодильника, подливает мне в бокал, прежде чем я успеваю ответить. - Выпьем за твои чертовы тридцать, пума, - шутит Арон. Я отвожу взгляд и замечаю, как он выходит из кухни, чтобы присоединиться к остальным.

<== предыдущая лекция | следующая лекция ==>
Я в курсе. Похоже, я слишком устал. Так что лучше я просто останусь дома, посмотрю фильм и немного отдохну. 3 страница | Я в курсе. Похоже, я слишком устал. Так что лучше я просто останусь дома, посмотрю фильм и немного отдохну. 5 страница
vikidalka.ru - 2015-2017 год. Все права принадлежат их авторам!