Главная | Случайная

КАТЕГОРИИ:






Одно условное слово состоит из 10 печатных знаков (вместе с артиклем и знаком препинания). 2 страница

ТРИ ВИДА ВНИМАНИЯ

Внимание бывает трех видов: непроизвольное, произвольное и послепроизвольное.

Непроизвольное внимание характеризуется тем, что направленность и сосредоточенность психической деятельности носят характер непроизвольный, т. е. даже и не ставится цель быть внимательным. Непроизвольное внимание возникает само собой, когда вдруг возникающие действующие раздражители ярко и броско отличаются от общего монотонного “серого” фона или когда предмет-раздражитель интересен и занимателен. Например, непроизвольное внимание вызывает громкий сигнал сирены на улице, яркая реклама, интересный рассказ или остросюжетная книга. Другой пример непроизвольного внимания — монотоническая морская вахта на корабле в открытом море, когда вдруг за бортом появляется стая резвящихся дельфинов. Моряк, стоящий на вахте, в подробностях может пересказать траектории прыжков дельфинов из воды, хотя наблюдение за ними и не входило в его обязанности. Его внимание непроизвольно фиксировало необычные факты.

Произвольное внимание отличается от непроизвольного тем, что оно мотивировано и направляется на объект под влиянием принятых решений и поставленных целей. Оно — результат нашего намерения, целевого усилия воли.

Таким образом, произвольное внимание качественно отличается от непроизвольного, что не мешает ему, однако, быть тесно связанным с нашими чувствами, интересами и прежним опытом. Но если интересы при непроизвольном внимании являются интуитивно-непосредственными, то при произвольном внимании они в основном носят характер опосредованный. Это — интерес цели, интерес последующего за тем результата деятельности. Сама деятельность может не занимать нас непосредственно, но так как ее выполнение необходимо для решения поставленной задачи, она зачастую становится и увлекательной в связи с этой целью.

Послепроизвольное внимание — это такой вид внимания, который подобно произвольному носит целенаправленный характер, но не требует для реализации постоянных волевых усилий. Например, иногда при чтении с трудом удается удержать внимание на содержании: оно трудно, скучно и даже не особенно для вас важно. Но вот в какой-то момент, незаметно для себя мы перестаем делать над собой усилие: читаем без напряжения и предмет чтения увлекает нас. Внимание из произвольного стало послепроизвольным. Из сказанного следует, что обычный процесс чтения сопровождается постоянными колебаниями внимания, которые в значительной степени и определяют темп и качество чтения. Совершенно очевидно, что быстрое чтение требует повышенного внимания. При чтении текста непроизвольное внимание зависит главным образом от автора — от его мастерства, а произвольное - от самого читателя. Таким образом, внимание предопределяет психологическую активность читателя — его настроенность и готовность. Вместе с этим оно сильно влияет и на понимание текста, и на точность и глубину усвоения содержания. При чтении очень важно не только направить внимание, но и поддерживать его длительное время.

Высокая степень сосредоточенности внимания называется его концентрацией.

От концентрации внимания зависит и успех быстрого чтения. Ей способствуют относительная тишина и отсутствие отвлекающих факторов. Продуктивность внимания определяется общим состоянием человека, его эмоциональной настроенностью; если он утомлен или чем-то расстроен, ему трудно добиться хорошей концентрации внимания. Поэтому рекомендуется читать на свежую голову и под хорошее настроение, а если это невозможно, то предварительно немного отдохнув. Нужно уметь чередовать занятия: чтение, отдых, письмо и т. д. Наконец, внимание зависит и от содержания читаемой книги, статьи, учебного текста. Если они непонятны читателю, внимание спадает. Н. К. Крупская говорила: “Браться за непосильную книгу — значит растрачивать даром силы и зря убивать время”.

 

Моряк, стоящий на вахте, в подробностях может пересказать траектории прыжков дельфинов из воды, хотя наблюдение за ними не входило в его обязанности

 

Нежелательно и непроизвольное отвлечение внимания от чрезмерно легкого текста. Необходимо помнить, что любой текст, как объект восприятия характеризуется двумя сторонами: содержанием и формой. Каждая из этих сторон может быть объектом внимания.

Ученые установили, что обычное состояние человека при чтении текста — направленность сознания на смысловое содержание материала и сосредоточенность его на этом. Здесь огромное значение имеет установка — как и что читать — направленность внимания на тот или иной аспект. Экспериментально установлено, что при восприятии текста внимание привлекают:

1) отдельные ключевые слова, существенные для понимания содержания;

2) новые или непонятные слова, затрудняющие понимание текста;

3) слова, отличающиеся особенностями конфигурационной формы.

Выделение при восприятии этих слов при чтении по-разному сказывается на понимании текста в зависимости от их принадлежности к той или иной вышеназванной группе. Если внимание сосредоточивается на словах, относящихся к первой группе, то это положительно влияет на понимание общего содержания текста. Если выделяются слова второй группы, это всегда нарушает понимание текста — внимание концентрируется на непонятном, и отдельные слова начинают выступать в качестве психологического барьера, препятствующего пониманию всего текста и снижающего скорость чтения.

Исследования последних лет, проведенные проф. П. Я. Гальпериным с сотрудниками, показали, что внимание надо рассматривать как отдельную форму психической деятельности. Отсюда следует, что сосредоточению, как и всякому другому действию, надо специально учить.

Проф. Ю. Б. Гиппенрейтер в своих работах также особое место уделяет зрительному вниманию как специфическому внутреннему механизму. В основе зрительного внимания на уровне глаз лежит феномен пульсирующего оперативного поля зрения, совпадающего в основном с зоной ясного видения. Работы Ю. Б. Гиппенрейтера показали, что характерная особенность оперативного поля зрения — чрезвычайная подвижность его границ. Чаще всего оно принимает размеры и конфигурацию объекта, воспринимаемого в данный момент. Этот феномен называется варископичностью. Можно представить себе оперативное поле зрения в виде ситуации, когда, луч прожектора как бы “шарит” по странице текста. Такой луч не только перемещается по странице одновременно с движением глаз, но и изменяет размеры светового пятна, освещающего различные участки текста. Умение расширять размеры светового пятна восприятия текста, пожалуй, является важнейшей характеристикой зрительного внимания человека, умеющего быстро читать. Еще одна характеристика работы зрительного внимания его уровневая интенсивность. Субъективно это выражается в различной ясности или в различной степени осознания того зрительного содержания, на которое в данный момент направлен взор. Если продолжить аналогию с прожектором, то это свойство аналогично степени яркости пятна прожектора. Во время чтения такое пятно не только перемещается по странице текста, меняет свои размеры, очертания, но и изменяется по яркости, то усиливаясь, то ослабевая, иногда потухая вовсе. В последних случаях наступает состояние психической слепоты или невидящего взора, при котором ваше внимание как бы меркнет.

Отсюда следует, что нужно уметь произвольно управлять вниманием при чтении с помощью умения и волевых усилий. Это главное при тренировке внимания — важнейшего параметра психической деятельности.

В заключение подведем некоторые итоги.

Внимание — своего рода катализатор процесса чтения. Эффективность чтения во многом зависит от того, насколько читающий способен управлять своим вниманием. Оно определяет темп чтения, на него влияет и утомление, связанное с этим процессом. Как очень высокий (более 8000 зн. /мин), так и замедленный темп чтения (менее 600 зн./мин) утомляет, способствует снижению внимания.

Чтение в условиях непроизвольного внимания наиболее эффективно. При освоении метода быстрого чтения необходимо в первую очередь развить произвольное внимание, а затем сформировать навык послепроизвольного из устойчивого произвольного.

Практические инструкции по тренировке и развитию всех видов внимания предполагают выполнение специальных упражнений.


ГЛАВА ВОСЬМАЯ ЧТЕНИЕ И ПАМЯТЬ

ТЕОРИИ ПАМЯТИ

Современная наука определяет память как систему запоминания, хранений и воспроизведения информации.

Уже в древнейшие времена делались попытки объяснить механизм запоминания. Так, Аристотель (IVв. до н. э.) предполагал, что при восприятии испускаемые изучаемым объектом материальные частицы проникают в голову и оставляют отпечаток на мягком веществе мозга, как на глине или воске.

Несмотря на длительную историю изучения памяти, вплоть до начала XX в. отсутствовали сколько-нибудь строгие объяснения этого явления. Научно обоснованные данные о закономерностях этой важнейшей функции головного мозга получены лишь в последние десятилетия. Существует несколько гипотез механизмов запоминания информации в человеческом мозге. Ряд таких гипотез получили экспериментальное подтверждение.

Одна из главных гипотез возникла под влиянием величайшего открытия нашего времени в области биохимии — выявления уникальной роли нуклеиновых кислот в хранении и реализации генетической информации. Согласно этой гипотезе тайна запоминания связана с кодированием поступающей в мозг информации с помощью молекул рибонуклеиновой кислоты (РНК), т. е. с изменением последовательности укладки входящих в состав этих молекул “кирпичиков” — нуклеотидов.

Другая гипотеза связывает запоминание с возрастным разрастанием нервной ткани, — отростков нервных клеток (нейронов) и образованием в мозге многонейронных сетей памяти. Эта гипотеза также придает исключительное значение процессам синтеза РНК и белка в нервных клетках, но не потому, что в этих молекулах кодируются следы памяти. По мнению нейрофизиологов, тут все дело в том, что интенсивная деятельность нервных клеток, как и других клеток организма, сопровождается энергетическим расходованием белков и их восполнением в процессе биосинтеза. При определенных условиях синтез белков начинает преобладать над их распадом — клетка начинает расти. Подобная общая для всех живых клеток закономерность в нервных клетках проявляется в виде роста отростков нейронов и их тончайших разветвлений, вступающих в связь с отростками других нервных клеток. На наших глазах разрастается ажурное кружево переплетения нейронной сети.

Этот процесс и лежит в основе образования следов памяти в ложе только что образовавшейся молодой нервной сети. Понятно, что подавление или усиление синтеза РНК и белка должно ухудшать или улучшать возрастную память в той мере, в какой эти воздействия замедляют или ускоряют рост отростков нейронов.

Успехи биологической кибернетики в разгадке работы механизмов мозга приводят нас к все новым открытиям закономерностей и к новым гипотезам, объясняющим древнейшую и все еще не разрешенную до конца загадку природы.

Как показывает краткое рассмотрение только трех теорий памяти, стройной и единой теории, объясняющей механизм этого сложного явления, пока нет. Поэтому трудно сегодня и дать какие-либо рекомендации по тренировке и развитию памяти. Еще в 1966 г. известный английский физиолог Грей Уолтер писал: “Память — это не брошенная на стол монета, а горящая свеча”. В книге профессора А. Р. Лурия “Нейропсихология памяти”, вышедшей в 1974 г. и обобщающей основные современные взгляды на природу памяти, говорится, что память человека надо рассматривать как сложную функциональную систему, активную по своему характеру, развертывающуюся во времени, разбивающуюся на ряд энергетических потенциальных звеньев и организованную в виде ряда иерархических уровней.

Если память процесс динамический, то, очевидно, степенью активности психической деятельности человека и определяются качественные и количественные показатели памяти. Если активно работает человек, много и быстро читает, думает, то и память его светится ярким огнем сотен тысяч свечей; освещая процессы обработки и закрепления информации. И, наоборот, пассивное состояние интеллекта освещается едва тлеющим огоньком огарка свечи, при котором поступающая информация может и не найти, “не разглядеть” себе места для закрепления в глубинах мозга.

ПАРАМЕТРЫ ПАМЯТИ

Как мы уже говорили, потенциальные возможности информационной емкости мозга поистине безграничны.

По оценкам ученых, общая информационная емкость мозга составляет 2,8 х 1020 битов.

 

Память — это не брошенная на стол монета, а горящая свеча

 

Ясно, что при таких возможностях повышение скорости чтения в два-три раза, т. е. соответствующее повышение оперативной способности принимать и перерабатывать текстовую информацию, не приводит к информационным перегрузкам мозга, поскольку здесь есть резервы. Это промежуточный первый вывод.

Следующий параметр, который необходимо рассмотреть, определяет количество информации, фиксируемой в системе памяти человека при одномоментном ее предъявлении.

Первым, кто предложил экспериментальный количественный тест для оценки человеческой способности к одномоментному восприятию предметов внешнего мира был Уильям Гамильтон, шотландский философ XIX столетия. Он писал: “Если вы бросите на пол горсть шариков, то обнаружите, что трудно сразу охватить взглядом больше шести, максимум семи шариков без ошибки”. В 1871 г. английский экономист и логик Уильям Стенли Джевос сообщил, что, бросая бобы в ящик, он никогда не ошибался в счете, когда бобов было три или четыре; редко ошибался, когда их было пять; верно определял их число только в половине случаев, когда их было 10, и почти всегда ошибался, если их число достигало 15. В дальнейшем эксперимент Гамильтона психофизики повторяли много раз с помощью совершенной аппаратуры и тонких методов контроля, и они только подтвердили предположения Гамильтона: человек одновременно способен, не считая, воспринять своим взором без ошибки до семи предметов; при превышении этого числа ошибки становятся регулярными.

Таким образом, уже к концу XIX в. возникли интуитивные догадки об ограниченных способностях объема человеческого восприятия. Научное обоснование этому явлению дал американский психолог Дж. Миллер. В 1945 г. в одном из солидных психологических журналов появилась статья Дж. Миллера с совершенно необычным для научного издания названием — “Магическое число семь плюс или минус два. О некоторых пределах нашей способности перерабатывать информацию”.

Дж. Миллер начинает свою статью так: “Повсюду меня преследует один знак. В течение семи лет это число буквально следует за мной по пятам, я непременно сталкиваюсь с ним в своих частных делах, оно встает передо мной на страницах самых распространенных наших журналов. Это число принимает множество обличий, иногда оно несколько больше, а иногда несколько меньше, чем бывает обычно, но никогда не изменяется настолько, чтобы его нельзя было узнать. Та настойчивость, с которой это число преследует меня, объясняется чем-то большим, нежели простым совпадением. Здесь чувствуется какая-то преднамеренность, все это подчинено какой-то определенной закономерности. Или в этом числе действительно есть что-то необычное, или я страдаю манией преследования...”

Логика психофизических исследований привела к материалистическому объяснению “магии” числа семь. И не даром число семь часто есть в народных пословицах и поговорках. “Один с сошкой, семеро с ложкой”; “Семь раз примерь, один раз отрежь” и т. д., в русских народных сказках и в сказках других народов мира. С детства всем памятна сказка “Про репку”. В этой сказке семь персонажей: репка, бабка, дедка, внучка, Жучка, кошка, мышка.

Исследования В. Я. Проппа, изучившего 100 русских сказок, показали, что, различаясь по сюжету, все они однотипны по своему количественному и качественному составу участников: их всегда семь — вредитель, даритель, помощник, царевна (или ее отец), отравитель, герой, ложный герой. Видимо, фольклорное искусство также подчинялось общим законам человеческого восприятия.

Исследователи, изучающие закономерности развития языка и мышления, отмечают, что все языки мира имеют тенденцию к оптимизации объема словаря, исходя из конкретных возможностей механизмов мозга, а не из фактического многообразия структуры окружающего мира.

“По-видимому, — пишет Дж. Миллер, — наш организм имеет какой-то предел, ограничивающий наши способности воспринимать информацию и обусловленный в свою очередь либо процессом научения, либо самим строением нашей нервной системы”.

Теперь, представьте себе, что испытуемому, поочередно показывают листы бумаги с различным числом нанесенных на них символов, например точек. Если число этих знаков не превышает семи, человек, не считая, сразу, интуитивно называет верное число: происходит так называемое мгновенное схватывание, или, как говорят психологи, симультанное восприятие (иногда его называют объемом восприятия). Заметим, что хотя и в первом (акустическом) и во втором (зрительном) опытах мы получили одно и то же оптимизированное число семь, процессы, лежащие в их основе, могут быть и различными. Таким образом, эта универсальная закономерность определяет только объем непосредственного восприятия, который оценивается семью элементами. Как было установлено Дж. Миллером в последующих экспериментах, при восприятии имеет значение именно общее число элементарных блоков информации, а не их содержание. Иначе говоря, объем оперативного восприятия зависит по существу не от количества суммарной информации, а от числа группировок блоков символов, или “кусков” информации, — оно (это число) постоянно и равно 7± 2. Это правило имеет большое значение и для быстрого чтения. В самом деле, если число одномоментно воспринимаемых “кусков” информации структурно постоянно, то для повышения эффективности чтения нужно сделать их содержание более емким. Например, если рассмотреть три объекта: восемь цифр, семь букв и шесть слов, то их количественные характеристики почти одинаковы. Однако их информационная емкость весьма различна. Так, восемь цифр несут информацию, равную только 26 битам, семь букв — 35 битам, шесть слов — 84 битам. Тем не менее, по правилу Миллера эти объекты запоминаются почти одинаково.

Значит, при равноодинаковом восприятии человек получает в словах больше информации, чем в буквах, и в предложениях больше, чем в словах. Иначе говоря, при чтении мозг органичней воспринимает тем больше информации, чем выше абстрагирующий уровень кода передачи информации. Способность выполнять такое перекодирование по типовым алгоритмам вместо того, чтобы хранить миллиарды частных случаев, когда встречается то или иное явление, — главная особенность системы человеческой памяти.

Кодировать информацию можно цифрами, словами, предложениями и даже текстами и идеями. Очевидно, наибольшее количество информации передается кодом идей, этот код самый емкий и экономичный.

Из этого следует второй промежуточный вывод: для повышения эффективности восприятия и запоминания текста при чтении необходимо объединить считываемую информацию в крупные информативно-смысловые блоки (словосочетания, предложения, идеи). Значит, быстрое чтение, повышая скорость, вместе с тем обеспечивает и высокое качество ее усвоения при правильной организации этого процесса.

Изложенное позволяет разработать методические приемы для обучения быстрому чтению. Суть этих приемов, очевидно, в том, чтобы выработать рациональные способы перекодирования исходного текста с учетом указанной выше закономерности Миллера.

Здесь нужно вспомнить, что уже одно из первых упражнений методики быстрого чтения помогает решить эту задачу. В самом деле: семь блоков интегрального алгоритма чтения есть не что иное, как надежное средство укрупнения считываемой информации, основанное на рассмотренной закономерности 7±2.

Перейдем теперь непосредственно к характеристике запоминания. Мы уже знаем: запоминание — это процесс памяти, в результате которого закрепляется новое и существенное для нас знание, связываясь с ранее приобретенным.

Таким образом, запоминание — активный, созидательный процесс, во время которого сравнением нового и старого создается прибавка знаний, которая и “укладывается” в памяти.

Запоминание всегда избирательно: в памяти сохраняется далеко не все то, что мы прочитываем.

Запоминание может быть произвольным и непроизвольным, механическим и смысловым. Рассмотрим эти разновидности запоминания подробно, поскольку они имеют большое значение для процесса чтения.

Произвольное запоминание — это особый вид психической деятельности, цель которой в самом запоминании с помощью специальных мнемических средств и приемов: установка на запоминание, повторение прочитанного, составление плана, генерация зрительного образа и т. п. Пример произвольного запоминания — запоминание советским разведчиком в кинофильме “Щит и меч” одномоментно таблиц, шифров и кодов с различными фактографическими данными.

Непроизвольное запоминание — это вид деятельности, при котором обеспечиваются активные познавательные и практические действия. Однако само запоминание не является целью. В таких случаях обо всем, что запомнилось, говорят: “Запомнилось само собой”.

Как показывают исследования специалистов, непроизвольное запоминание имеет две разновидности. Запоминается непроизвольно, само собой что-то необычное, занимательное, то, что вызвало сильные переживания. Однако для процесса чтения наиболее интересна вторая разновидность непроизвольного запоминания. Как показали эксперименты психологов, запоминаем мы полно, связанно и прочно не только тогда, когда хотим запомнить, но и тогда, когда такого намерения нет, но выполняемая работа носит активный, эмоционально приподнятый творческий характер. Для чтения это означает, что если, например, специалист увлечен изучением важной научно-технической проблемы и читает литературу, чтобы найти пути ее решения, ему не надо запоминать найденный материал. Нужное запоминается само собой. В этих условиях такой вид запоминания наиболее продуктивен. Таким образом, когда непроизвольное запоминание происходит с помощью активных и содержательных способов деятельности, оно оказывается продуктивнее произвольного. В условиях быстрого чтения, когда основные мыслительные процессы носят свернутый характер, роль непроизвольного запоминания особенно велика. Значение непроизвольного запоминания в начале проработки текста в том, что во многих случаях только при его помощи можно впоследствии сознательно и продуктивно запомнить весь текст. В этих случаях оно не только желательно, но и обязательно, так как преждевременное обращение к произвольному запоминанию отрицательно сказывается на понимании и запоминании материала.

Таким образом, мы приходим к третьему промежуточному выводу: при обучении быстрому чтению основное внимание должно быть обращено на создание эмоционально благоприятных условий, при которых непроизвольное запоминание активизируется.

Следующая важная характеристика запоминания — разделение его на механическое и смысловое.

При механическом запоминании материал запоминается без осознания связи между его элементами, например путем многократных повторений. Продуктивность его невысока.

Осмысленное запоминание основывается на сокращении количества информации в результате его фильтрации. Таким образом, смысловое запоминание более экономично, емко, продуктивно. По данным проф. Н.А.Рыбникова, продуктивность осмысленного запоминания в 20 раз выше механического.

Изложенное позволяет в значительной степени идентифицировать процессы понимания и запоминания. Можно считать, что материал, понятый в процессе чтения, будет более эффективно усвоен памятью. Вместе с тем это свидетельствует и о том, что оптимальное перекодирование играет ведущую роль в чтении. При воспроизведении осмысленных текстов слова и грамматические конструкции, особенно сложные, заменяются более легкими и привычными, но смысл при этом пересказе сохраняется. Таким образом, при чтении текста запоминаются не столько слова и предложения, сколько мысли, которыми они только обозначаются.

 

Запоминается непроизвольно, само собой что-то необычное, то, что вызвало сильные переживания

 

Из этого следует четвертый промежуточный вывод: перевод содержания запоминаемого материала при чтении на язык собственных мыслей, т. е. на семантический материал, уже ранее усвоенный в результате жизненного опыта, улучшает запоминание.

 

РИС. 27

 

Какие же процессы сопутствуют хранению информации в мозге человека? Оказывается, воспринятый материал не просто покоится в мозге, он продолжает все время преобразовываться.

Хранение информации, кроме того, связано и с некоторой ее потерей.

Забывание — довольно сложный и неравномерный процесс. Немецкий психолог Эббингауз в 1885 г. на основе проведенных экспериментов вычертил кривую забывания, которая показана на рис. 27.

Кривая забывания интересна прежде всего стремительным падением вниз в первые же часы после запоминания свежего материала. Оказалось, что объем усвоенной информации катастрофически уменьшается в течение первых десяти часов: со 100 до 35% . Отсюда следует, что повторять значимый материал наиболее полезно сразу же после его чтения. По этому поводу К. Д. Ушинский писал, что надо укреплять здание, когда оно еще стоит, а не пытаться чинить его, когда оно уже в развалинах.

 

Необходимо отметить, что продуктивность запоминания связана и с эмоциональной сферой личности читателя

 

Как же предотвратить резкое снижение эффекта памяти, наступающее сразу же после окончания чтения? Одно из средств — повторение, пересказ прочитанного в соответствии с блоками интегрального алгоритма. В результате повышается эффективность закрепления информации, материал переводится на язык собственных мыслей.

Из этого следует пятый промежуточный вывод: для лучшего сохранения прочитанного в памяти желательно повторить изученный материал сразу же после окончания чтения. При этом, пересказывая содержание в соответствии с блоками интегрального алгоритма, необходимо дать свое толкование прочитанному и перевести его на язык собственных мыслей.

Необходимо еще раз подчеркнуть, что продуктивность запоминания связана с эмоциональной сферой личности читателя. Чем активнее мобилизованы чувства и глубже задета эмоциональная сфера, тем полнее запоминание. Так, экспериментами психологов установлено, что уверенность в успешности предстоящей значимой деятельности способствует улучшению запоминания (особенно произвольного логического) даже в том случае, если непосредственной мотивированной связи с этой деятельностью нет.

Ленинградский психолог Р. М. Загайнов провел исследование, в котором выяснялось влияние предстоящей значимой для человека деятельности на качество запоминания, и затем результаты ее на качество воспроизведения. Моделью значимой деятельности были соревнования боксеров. Спортсменам предлагалось за час до боя прослушать, запомнить и воспроизвести ряд из 12 слов, затем, сразу же после боя, нужно было вспомнить те же слова. Подбор слов для запоминания позволял группировать их по смыслу.

Анализ полученных данных показал, что боксеры, уверенные в победе, в 73% случаев использовали логические приемы запоминания, группируя слова по смыслу (они запомнили до девяти слов); не уверенные в победе почти не пользовались логическим запоминанием и запомнили только по пять слов.

Результат значимой и мотивированной деятельности оказывает решающее влияние и на качество вторичного воспроизведения. Проигравшие бой не могли вспомнить более 60% слов, которые они хорошо запомнили до боя. В ряде случаев победители воспроизводили после боя больше слов, чем до боя.

Итак, мы разобрали основные особенности механизма памяти. Остается один вопрос, на который пока не дан ответ: как же все-таки развить и улучшить природную память?

Советы и практические упражнения по воспитанию памяти, которые приводятся в книгах о памяти, безусловно полезны, но при четырех непременных условиях: постоянной заинтересованности в этом; вере в успешность тренировок; убежденности в необходимости улучшения памяти и умении самостоятельно работать и творчески использовать лучшие особенности вашей памяти.

В заключение приведем основные выводы, которые можно сделать, рассмотрев вопросы запоминания при чтении.

1. Быстрое чтение активизирует процессы мышления и запоминания, т.е. способствует тренировке памяти, без ее перегрузки.

2. По формуле американского психолога Дж. Миллера, человек запоминает емко, глубоко и прочно только в том случае, если поступающая информация распределяется в блоки, число которых не более семи. Всегда следуйте интегральному алгоритму чтения, содержащему семь блоков.

3. Самым эффективным является непроизвольное запоминание при положительных эмоциях. Быстрое чтение реализует именно это. Если знаешь, с какой целью читаешь и читаешь с эмоциональной настроенностью, то нужное запоминается само собой.

<== предыдущая лекция | следующая лекция ==>
Одно условное слово состоит из 10 печатных знаков (вместе с артиклем и знаком препинания). 1 страница | Одно условное слово состоит из 10 печатных знаков (вместе с артиклем и знаком препинания). 3 страница
vikidalka.ru - 2015-2017 год. Все права принадлежат их авторам!