Главная | Случайная
Обратная связь

ТОР 5 статей:

Методические подходы к анализу финансового состояния предприятия

Проблема периодизации русской литературы ХХ века. Краткая характеристика второй половины ХХ века

Ценовые и неценовые факторы

Характеристика шлифовальных кругов и ее маркировка

Служебные части речи. Предлог. Союз. Частицы

КАТЕГОРИИ:






КУЛЬТУРНО-ТИПОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАННИХ ЦИВИЛИЗАЦИЙ




Ранние цивилизации в культурном отношении объединяет определенный набор особенностей.

Во-первых,это условия труда и жизни. Большинство великих цивилизаций древности зарождалось в долинах крупных полноводных рек, побережья которых содержат слой плодородного ила, остающегося после сезонных разливов реки: Древний Египет - река Нил, Месопотамия - реки Тигр и Евфрат, Древняя Индия - реки Инд и Ганг, Древний Китай - реки Хуанхэ и Янцзы. Исключение составляет Эгейская цивилизация, возникшая на островах и побережье Эгейского моря, с чем связан ряд ее специфических черт.

Определяющее значение такого жизненно важного для древних народов природно-географического фактора, как реки, обусловило обозначение древневосточных цивилизаций как «речных», или цивилизаций бассейнового и ирригационного типа. (Уместно вспомнить и утверждение Геродота о том, что «Египет - дар Нила»).

В речных цивилизациях раньше, чем в других регионах Земли, произошли аграрные революции, т.е. совершился переход к оседлости и аграрному (земледельческому) труду. Можно сказать, что по своему типу все ранние цивилизации являются аграрными (сельскохозяйственными). Вся их культура формировалась вокруг занятий, связанных с сельскохозяйственным трудом: с возделыванием земли, строительством ирригационных сооружений, посевом и сбором урожая, выращиванием и разведением домашнего скота.

Другой важнейшей типологической характеристикой ранних цивилизаций выступает специфическое ментально-ценностное ядро в его важнейших категориях – «модель мира» и «модель человека». Следует прежде всего отметить, что архаическая ментальность формировалась в условиях «речного» характера цивилизации, под влиянием земледельческих занятий, когда главной задачей было совместить ритмы природной и общественной жизни. Т.о., в культуре архаики чрезвычайно значима роль природно-климатического и географического факторов. Жизнь человека подчинена природе, направляется стремлением жить в унисон с нею. Именно поэтому в культуре данного исторического типа господствует установка на наблюдение и невмешательство, консервацию уже имеющегося достояния.

Модель мира в древнейших культурах являла собой примитивную антропологию с космоцентристским мировоззрением. Именно из космологических представлений древнейший человек черпал свои знания о мире и о себе. Традиционные культурные требования возвращали человека в вечный цикл космического существования.

Природа дала человеку плодородного региона три постоянно повторяющихся временных цикла, в пределах которых протекает, весь круг хозяйственной деятельности. Цикличность и круговорот, существующие в природе и прежде всего в поведении реки (сезонные разливы), имели особую значимость для древнейших культур. Причины, вызывавшие эту цикличность, очень долго были человеку неведомы. Он создавал мифологические объяснения этому, при том, что сама цикличность была отмечена им и учитывалась для исчисления времени. Природные циклы, вызываемые вращением Земли вокруг своей оси, движением Луны вокруг Земли и движением Земли вокруг Солнца, выявлялись на основе наблюдений, которые со временем послужили основой для создания первых календарей.

Природные циклы, определяя цикличность сельскохозяйственных занятий и всего жизненного уклада, формировали соответствующее «циклическое мировосприятие».

«Цикличность» мировосприятия означает, что древние народы еще не знали историзма (как представления о поступательном историческом процессе) и мыслили бытие как бесконечный круговорот событий, сущность которого неизменна.

Время понимается не как необратимый процесс, но как осуществление некоего цикла, бесконечного круговорота событий, и в этой повторяемости отражается универсальность законов бытия, существующих «от века». Жизнь каждого человека, как и жизнь целого поколения, рассматривалась как способ проявления, воспроизведения раз и навсегда установленного, изначально «запрограммированного» порядка вещей. Отсюда и «циклическое» представление о времени, которое мыслится как круг, цикл (греч. kyklos - круг). Культурное сознание древних земледельческих народов отображало человеческую жизнь изоморфно природной жизни.

 

Существуют и другие характеристики времени: его конкретность, «привязка» к значимым событиям, связь с пространством, неоднородность. Так, по наблюдениям И.С. Клочкова, в древних языках Вавилонии отсутствует обозначение времени как абстрактного понятия. Вместо него используется указание на восход или заход солнца, других светил, на событие или цепь событий: ši˛hit šamši «подъем солнца», maşşartu bararītu «утренняя стража», eburu «жатва», umšu – «зной». 30-й год правления Хаммурапи обозначался как mu ugnim NIMKI, т.е. «год (в который) войско Элама (оружием он поразил). Широко используются указания на неопределенную длительность: «в дни прежние», «до потопа», «при царях-предках моих» [5].

Цикличность времени является основным, но не единственным представлением, существовавшим в древних цивилизациях. Известно, что в Вавилонии довольно рано стали представлять время как необратимый линейный процесс, что нашло яркое отражение в мифологии вавилонян.

Другой важнейшей характеристикой бытия выступает пространство. Оно рассматривается в ранних цивилизациях как иерархически организованное по вертикали. В культурном сознании древних бытие представляется разделенным в пространстве на три основных «яруса» («уровня»): верхний, высший - мир богов, средний -мир людей, нижний - мир смерти, подземный мир, населенный демонами. Структура, объединившая все пространственные ипостаси бытия - сферы небесного, земного и подземного - прочно закрепилась в культурном сознании людей древнейших цивилизаций и «осела» в архетипических представлениях о «мировом древе», «мировой горе», «башне».

Модель человека.

Процесс индивидуации в архаическую эпоху еще не состоялся, т.е. человеческий индивид еще не вполне выделился как самостоятельная единица человеческой общности. Значимыми субъектами бытия выступают боги и люди (последние предстают как единая общность, «коллективная личность»), причем вторые находятся в отношении подчинения первым.

Культурному сознанию древнейших цивилизаций чуждо понятие личности, выработанное намного позже другими типами культур.

В структуре доличностного, родового сознания индивидуальное начало отступает перед коллективным, главной ценностью выступает коллективно-родовое, а не единично-личное. Индивид воспринимается как часть какой-либо общности и сам по себе лишен ценности. Судьба индивида не стоит в центре внимания. Важно сохранение целого: пока оно существует, обеспечено и существование его членов, т.к. умершие возвращаются вновь, воплощаясь в новорожденных. Проблема конечности индивида получает в таком контексте вполне приемлемое для сообщества решение: посмертная судьба человека рассматривается как продолжение его существования в ином – загробном – мире. В Древнем Египте считали, что душа сохраняется, как и тело, защищенное мумификацией, гробница служит «домом» - и, как следствие, под сомнение ставится сама реальность смерти.

Личность идентифицировала себя со всем коллективом и посему не имела возможности выразить себя в сугубо индивидуальных характеристиках. «Вместо событий - категории, вместо лиц – архетипы» [6] - вот суть мироощущения человека архаического типа. Такое понимание человека и его места в структуре бытия повлияло на специфику культурного развития ранних цивилизаций (ритуалы, обряды, нормы поведения и т. д.).

Несмотря на это, архаический индивид пусть изредка, но все же ощущал себя самостоятельной единицей с набором неповторимых, только ему присущих характеристик. В связи с этим проблема смерти и последующей судьбы индивида приобретала первостепенное значение. Так, в глазах жителя древнего Двуречья смерть представляла собой окончательную разлуку с жизнью и переход в «ужасное» инобытие, как это видно из погребальной песни некого Лидингирры (около 1700 г. до н.э.) на смерть отца и жены:

О отец, ты, кто умер при нападении (?),

О Нанна (отец Лидингирры), ты,

Кто по злому умыслу был унесен в загробный мир!

Твоя жена – прежде (?) она была супругой, (а) теперь она вдова

Именно из-за этой вечной разлуки живые охвачены печалью и горем!

Их (людей) охватила (?) жалость к той, чья жизнь кончилась

Они (?) страдают (?), видя, что она лежит (?) подобно золотой статуе –

Тот, кто взглянет на нее: (как) он не опечалится (?)

[выделено нами – Авт.] [7]

 

Ценностное ядро древнейших цивилизаций может быть описано через понятие «традиционализм».

Главной ценностью в архаических культурах является сохранение, поддержание и продолжение традиции.

Гарантией достижения успешного будущего является установка на избегание возможных новшеств, с устойчивой ориентацией общественной практики на повторение уже знакомого и испытанного многими поколениями. Культура была ориентирована в первую очередь на то, чтобы закрепить норму, порядок, обычай, а не на изменение уже существующего. Результаты всякой новации вообще сомнительны; в то же время, когда слишком велик риск потерять все плоды затраченного труда, люди предпочитают полагаться на многовековой опыт старших поколений, нежели доверяться непредсказуемым по своим последствиям нововведениям. Конечно, разного рода отклонения от нормы все же происходили, но эти допущения расценивались как досадная неизбежность, произошедшая вопреки ведущей ценностной установке. Во всяком случае, даже нововведениям старались придать форму возврата к прошлому.

Итак, архаический тип культуры следует определять как традиционный.

Аксиологические приоритеты архаики исходят из описанных выше представлений. Само «вертикальное» конструирование бытия уже аксиологично: «верх» важнее «низа», он – «единичен» и уникален, тогда как «низ» состоит из множества единиц, каждая из которых обладает гораздо меньшей ценностью, чем единица «верха». Аксиологично и представление о времени. Так, прошлое в глазах древнего человека ценнее настоящего и еще в большей степени – будущего. В самом деле, прошлое – уже состоялось, осуществилось как непреложный ход бытия, оно – есть и поэтому несет в себе статус законосообразности.

В языках древних народов слова «древний» и «хороший» - почти синонимы, т.к. древность – гарантия добротности. Пример прошлого постоянно перед глазами, и человек движется вперед, будучи обращен лицом - к прошлому, спиной – к будущему. Любопытно, что в аккадском языке понятие «прошлое» передается выражением um pani, буквально означавшим «дни лица, переда» [5: С.28].

Будущее – вовсе не богатство возможностей, из которых можно реализовать в принципе любую (как оно открывается современному человеку); будущее – это то, что обязано воплотиться и стать прошлым. Будущее – это несостоявшееся прошлое. Однако оно неизвестно человеку, и его можно не столько предвидеть, сколько угадывать. Гадание как единственный способ прозреть грядущее – одна из наиболее ярких характеристик архаической культуры. Вместе с тем будущее не фатально, а главное – сомнительно, поскольку неправомерные действия человека могут привести к искажению «облика» будущего, нарушить его законосообразность. Именно поэтому статус будущего неизмеримо ниже статуса прошлого. «Светлое прошлое и сомнительное будущее» – таково воззрение архаического человека, метко охарактеризованное современным исследователем [8].

Культуры древности были обращены в прошлое, а не в будущее, в отличие от современных культур. «Максима этого сознания - чем древнее, тем подлиннее, а значит и лучше», поэтому «традиционные культуры.... были устремлены не к сияющим вершинам будущего», а «обращены в спокойные долины прошлого, где проторенные предыдущими поколениями дороги вели к неизменному образу жизни» [9].

Тип традиционной культуры утверждается также и вследствие доминирующего в культурной общности механизма дописьменного наследования культуры. Письменность уже существовала, но главным способом в осуществлении культурной преемственности выступала устная традиция. Незыблемый порядок вещей и сформировавшаяся система устойчивых ценностей передавались из поколения в поколение с помощью таких устных форм, как фольклор, мифология, обычаи, конкретно-практические навыки и умения.

Итак, история человеческих цивилизаций начиналась как история традиционных культур. Приблизительно с эпохи античности европейские цивилизации постепенно отходят от этого типа, в то время как восточные до сего времени носят характер традиционных.

Этап мировой истории, на который приходится существование архаических цивилизаций, немецкий философ Карл Ясперс в своей историософской концепции обозначил как «доосевое время».

В противовес концепции «исторических циклов» Шпенглера и Тойнби, Ясперс настаивал на единстве мирового исторического процесса, считая, что человечество связано не только общностью своего происхождения, но и общностью «духовного пути».

Полемизируя с материалистическим толкованием истории, предложенным марксизмом, ученый отрицает приоритет экономических факторов в развитии общества и видит преимущественное значение для человечества факторов духовных. Начало же мировой истории он усматривает в «пробуждении духа» у народов древности, т.е. в появлении у них единой напряженной духовной жизни.

До этого момента, по мнению К. Ясперса, человечество жило замкнутыми и разрозненными локальными общностями, и события, совершавшиеся в это время, не носили «характера исторических решений человека». Сознанию этих народов чужда рефлексия, «этим великим культурам неведом еще тот духовный переворот, который мы определили как осевое время, создавшее тип нового, современного нам человека» [3: С.70]. Иными словами, человечество не имело еще единой духовной основы, а его история – единой, стратегической линии, «оси».

Рубеж между «доосевой» и «осевой» историей человечества проходит, согласно Ясперсу, по I тыс. до н.э., когда древние народы, охваченные осевыми процессами, отделились от народов, «не знавших прорыва». К первым он относит китайцев, индийцев, иранцев, иудеев и греков; ко вторым – египтян и вавилонян, хотя культуры последних находятся в состоянии расцвета и в осевое время. В стороне от оси мировой истории оказались и великие американские доколумбовые цивилизации Мексики и Перу, которым «также недостает того, что еще до них дало нам осевое время», и поэтому «они исчезли при одном только возникновении западной, выросшей из осевого времени культуры» [3].

vikidalka.ru - 2015-2018 год. Все права принадлежат их авторам! Нарушение авторских прав | Нарушение персональных данных