Главная | Случайная
Обратная связь

ТОР 5 статей:

Методические подходы к анализу финансового состояния предприятия

Проблема периодизации русской литературы ХХ века. Краткая характеристика второй половины ХХ века

Ценовые и неценовые факторы

Характеристика шлифовальных кругов и ее маркировка

Служебные части речи. Предлог. Союз. Частицы

КАТЕГОРИИ:






Глава VII. Работа редактора над текстами, различными по способу изложения 4 страница




Следующий этап рассуждения – выявление недостоверности суждений оппонента. Снова перед нами симметричная конструкция. На этот раз сталкиваются противоречащие по смыслу утверждения. Шохин входил в правительство в 1991 году – Шохин не входил в течение этого времени в правительство. Сопоставить эти суждения и сделать вывод о некомпетентности их авто­ра читателю нетрудно. Последовательно проведённый приём параллелизма не только делает мысль рельефной, но и создаёт определённый ритм речи, который как всякое соразмерное построение, способен подсознательно влиять на адресата. Было бы заблуждением, анализируя рассуждения, судить о них только с позиций логики, игнорируя их эмоциональное воздействие.

Обобщённые суждения, отвлечённые построения, как правило, не достигают цели в газетной публикации. Скорее всего они пройдут мимо внимания читателя. Опытный публицист всегда предпочитает им язык конкретных ситуаций, рассказ от первого лица, конкретный факт, взятый из жизни. «Я помню», – говорит автор, рассказывая о публикации статьи, соавтором которой был. Ссылка на личный опыт – один из действенных приёмов опровергнуть недостоверное утверждение оппонента.

Психологами обследовано, как действует на аудиторию подчёркнутая беспристрастность изложения, как выигрывает сложная картина действительности перед одномерным её изображе­нием, как сопротивляется сознание слушателя, читателя назойливым повторениям очевидных истин. Результаты этих наблюдений неопровержимо свидетельствуют о необходимости учитывать психологические факторы при построении рассуждений, работая над их литературной формой. Особо следует упомянуть приём диффамации, когда намеренно разглашаются сведения, от которых может пострадать авторитет оппонента. Психологический эффект этого приёма настолько силён, что редактор должен проявить максимум внимания и осторожности, чтобы не были нарушены этические нормы, столь важные при ведении культурной полемики. В приведённом рассуждении автор обращает внимание читателя на неверно употреблённое оппонентом слово и оборот речи, на искажение цитаты из широко известного литературного произведения. Факты говорят сами за себя, и тем не менее осуждаются не личные качества человека (ну с кем не случается в конце концов), а политический смысл его высказываний, его политические амбиции.

В процессе общения, обмена мыслями люди не пассивны. Они стремятся убедить собеседника в своей правоте, защищают и доказывают справедливость своих суждений, опровергают суждения и взгляды, которые считают ложными. Умение убедительно построить доказательство в процессе рассуждения – искусство. Рассуждения-доказательства – обязательный элемент всякого спора, в частности, политической полемики, и в этом случае тщательность работы над формой, в которую облечено доказательство, особенно важна.

 

 

РАЗБОР ПРАКТИКИ

Всегда ли рассуждение необходимо? Ещё античные авторы утверждали, что «...не по всякому поводу (следует) изыскивать энтимемы, потому что в противном случае ты поступишь, так же, как некоторые философы, которые силлогическим путём доказывают вещи более известные и более правдоподобные, чем те (положения), из которых они исходят».8

Работа редактора над рассуждением требует строгой дисциплины ума, сосредоточенности, систематичности. И первое, о чём следует задуматься, анализируя текст, действительно ли рассуж­дение, предложенное нам автором, необходимо? «Ведь это невежество не знать, для чего следует искать доказательства и для чего не следует»,9 – эти слова Аристотеля полезно напоминать авторам, которые пытаются рассуждать, лишь бы только рассуждать, и облекают изложение в форму рассуждений, когда читателю всё ясно и без того. Когда газета пишет: «По нашим расчётам, за счёт более высоких урожаев озимой пшеницы валовой сбор зерна не уменьшится, а увеличится», кого и в чём она собирается убедить? Есть ли необходимость заново выводить очевидные истины и преподносить это тоном открытия? Такие «рассуждения» только подрывают доверие к пишущему, они не могут скрыть бедности мысли, и это сразу чувствует читатель.

Не придадут весомости публикации и рассуждения «мнимые»: «Взрослому человеку трудно усваивать бессодержательный материал. Его содержательность определяется количеством полезной информации, поэтому необходимо стремиться к более глубокому и возможно более полному освещению основных вопросов науки». Зачем вообще усваивать бессодержательный материал и говорить, чем определяется его содержательность? – вправе спросить читатель. Такое рассуждение не будет «усвоено» именно потому, что оно бессодержательно.

Непростительна для журналиста и банальность рассуждений. Её мы наблюдаем обычно, когда рассуждение ведётся по способу «от общего к частному». Заметим, что задача доказать истинность общего суждения в этом случае перед автором не стоит. Его цель – с позиции общеизвестной истины, которая сомнению не подлежит, осмыслить конкретные факты. Причём либо факты эти должны быть новыми сами по себе, либо взгляд автора на них должен быть оригинальным и открывать новые возможности соотнесения конкретного факта и общего суждения. В этом, а не в подтверждении известного положения сведениями, ряд которых можно продолжать бесконечно, суть нового знания, к которому должен вести нас ход рассуждения публициста.

Обратимся к «дежурной» ситуации. Готовится материал ко дню 8 Марта, и журнал счёл нужным представить своим читательницам рассуждение на тему: «Ответственность женщины и мужчины за судьбы мира и человечества равны». Доказывать истинность этого суждения нашим современницам нет необходимости, но найти созвучные сегодняшнему дню повороты темы, осмыслить свежие факты, заставить взглянуть на известную истину по-новому всегда интересно. Ничего этого мы в рассуждении не находим. Небрежно сформулирован сам тезис: «Женщина, подобно мужчине, существо ещё и общественное, и на неё возложена такая же и равная ответственность за судьбы мира и человечества». Ложен по своей сути и приём полемики, к которому прибегает автор, старательно опровергая слова чеховского героя: «Призвана она мужа любить, детей родить и салат резать, так на кой ей знания». Сатирический эффект, на который они рассчитаны, в учёт не принят. Не оригинальны ссылки на античных авторов, случаен подбор имён из отечественной истории: Марфа Посадница, Софья Ковалевская и Юлия Вревская. Среди современных женщин предпочтение отдано Маргарет Тэтчер как женщине, «обладающей государственным умом и глубоко, всесторонне образованной, что не помешало ей быть любящей матерью и заботливой супругой», и ... Агате Кристи, «ставшей королевой детектива благодаря удивительному умению мыслить рационально». Затем, как дань злободневности, упомянута сексуальная и порнографическая беллетристика. И беда не в том, что вывод автора: «следовать своему великому предназначению в мире, обществе, семье женщина может, только достигнув высокого духовного и нравственного развития», не нов. Возражать против него было бы странным. Беда в том, что ход рассуждения ничуть не обогатил нас новым знанием, а искусственный пафос вызвал лишь раздражение.

 

Уточнение логической структуры. Логическая структура рассуждения должна быть выявлена и выверена редактором. Напомним, как важно свободно владеть методикой анализа текста. Даже такая, на первый взгляд, простая операция, как определение границ смысловых звеньев текста, может вызвать затруднения, если навыки логического мышления не отработаны.

Контроль за тем, чтобы связь между суждениями была правильной, а выразители этой связи верны, – важное условие построения рассуждения. Наиболее типичными выразителями связи логического следования служат предлоги, союзы, наречия и наречные сочетания (ибо, вследствие, потому, после того, вслед за тем и др.), а также устойчивые сочетания (теперь остановимся на.., далее отметим...)10 Иногда простая небрежность приводит к грубому извращению смысла, а формальные связки только подчёркивают неточность мысли. Например:

 

...Я продолжал искать такую форму, которая помогла бы мне показать этого героя более выпукло. И потому, в конце концов, я взялся за трудное дело – написание повести. И хотя я писал рассказы, но перед новеллой испытывал некоторую робость. «Кристальный генерал» – это скорее сборник исторических, овеянных легендой рассказов о Викториано Лоренсо, потому, что, кроме реальных фактов, я привнёс туда и то, что рассказывают крестьяне об этом человеке, защитнике их интересов.

 

Разберём ещё одно рассуждение, где предпринята попытка установить причину явления:

 

Синицына не случайно связала свою судьбу с народной песней, потому что она чувствует эту песню, а чувства, как известно, не ошибаются, ибо, в отличие от мысли, от мечты, от фантазии, им не дано абстрагироваться, оторваться от действительности, от жизни.

 

В этом рассуждении допущена ошибка, которая в логике называется учетверением термина. Автор не учёл, что слово чувства можно истолковать двояко. Как известно, чувства – это ступень познания, которую дают нам зрение, слух, осязание. По отношению к данному рассуждению с некоторыми оговорками, как противопоставление мечте, фантазии, это значение можно было бы принять. Но слово чувства может означать также «эмоции», «переживания», «отношение к окружающей действительности». И скорее именно в этом смысле оно было употреблено в первой части рассуждения. Значения слова чувства в первой и второй частях рассуждения не совпадают, связь между суждениями нарушена, движение мысли прервано, и союз ибо восстановить связь не может.

Проследим за ходом рассуждения рецензента, пишущего о новом телеспектакле:

 

Казалось, что все уже давно поняли, что духовность никогда не корректируется материальными ценностями. Материальное поощрение духовности фельетонно: за хорошее поведение – гопак в исполнении бабушки, а за пятёрку по физике – соответствующее поощрение рублём. Такое уже казалось «временами Очакова...» Ан нет! Живуча ещё «прикладная» педагогика. Не гопак, так джинсы, не рубль, так лодка с мотором.

«Часы снимай! Не достоин. И куртку снимай! Не достоин!» – кричит отец Алёши. Словно бы, отобрав материальные ценности, он их автоматически восполнит нравственными.

Не восполнит. Нечем. Правомерен вопрос его жены: «Когда ты в последний раз в кино был?»

Давно. Все субботы и воскресенья он проводит под машинами частников. Для него, для Алексея. Чтобы обеспечить его материально. А духовно?

Нельзя требовать высокой духовности от сына, коль сам нищ, коль «духовность» твоя находится в прямой зависимости от часов и куртки.

Отец и сын – сообщающиеся сосуды, и уровни их нравственности и духовности равны. Это закон.

 

Тезис доказательства: ...духовность никогда не корректируется материальными ценностями – сформулирован неточно. «Корректировать» – значит «выправлять», «вносить поправки». Корректировать духовность материальными ценностями невозможно. Не все аргументы, приведённые как доказательство истинности тезиса, удачны. Так, явно несостоятельно введённое в качестве аргумента утверждение о том, что человек, который давно не был в кино, нравственно беден. Важнейшее правило логического доказательства: все суждения должны быть ясными и точно определёнными – тоже оказалось нарушенным. Вывод из рассуждения: Отец и сын – сообщающиеся сосуды, и уровни их нравственности и духовности равны. Это закон, – ошибочен, хотя и звучит весьма категорично.

Достаточно часто при построении доказательств встречается ошибка, которая называется подменой тезиса. Она возникает, когда нарушено правило, требующее, чтобы на всем протяжении доказательства тезис оставался тождественным самому себе. Так, сформулировав тезис: «Рубль – не только деньги, он ещё и воспитывает правильное отношение к труду, платить этот рубль за труд надо не как попало, а хорошо разобравшись, за что платить», авторы газетной статьи «Наше или не наше дело» начинают рассуждать о чрезмерной специализации, о бюрократических методах руководства и других проблемах, ни прямо, ни косвенно не связанных с выдвинутым тезисом. Концовка также не связана с ним: «...дать возможность каждому строителю работать с наибольшей отдачей... Тогда будет меньше недоделок, быстрее пойдёт строительство».

Информационные публикации прессы не предназначены для представления сложных мыслительных операций, они обычно фиксируют их результат, но далеко не всегда свободны от логических погрешностей, которые часто возникают из-за нарушения принципа поэтапного формирования представлений. Один из примеров этого – ошибка поспешного обобщения, имеющая в своей основе нарушение закона достаточного основания. Именно по этой причине заметка «Женьшень – богатырь» не может не вызвать недоумение читателя.

 

Редкостное по нынешним временам скопище женьшеня нашёл в Уссурийской тайге промысловик В. Желдак. Девятнадцать целебных растений открылось ему на склоне сопки Островерхой. Один особо мощный корень оказался богатырским – 202 грамма. Бывалые таёжники говорят, что ему не меньше 150 лет.

А поблизости от этого великолепного экземпляра нашёлся корень, весящий 194 грамма. Общий вес таёжного клада составил 800 граммов. Руководство Приморского края приняло решение полностью запретить с будущего года добычу таёжного женьшеня.

 

Заключительная фраза никак не вытекает из предыдущего изложения. Более того, она противоречит тому, что был вправе ожидать читатель после рассказа о находке «таёжного клада». Нарушение последовательности мышления всегда влечёт за собой грубые логические ошибки, снижающие информативность текста. В правильно построенном рассуждении связь между мыслями всегда прочна, и дело редактора – проследить, чтобы разрывов в этой связи не было.

Особенно трудно воспринимается текст, когда стараниями автора его мысли облечены в нарочито сложную форму. Вот выдержки из научной статьи, с полным основанием привлекшей к себе внимание фельетониста:

 

...В соответствии с понятием компонента получается, что только вся система «человек – машина» должна рассматриваться или как организм (и так часто рассматривается), или как субъект трудовой деятельности, но точно так же должна рассматриваться и машина как компонент этой системы. Всё это означает, что человек-оператор как компонент системы «человек – машина» не может быть адекватно представлен не только в понятиях техники, но и в понятиях психологии, а человек, как и машина, не может рассматриваться как прототип системы.

 

Оценка приёмов. Образная структура рассуждений – проблема, всегда важная для публициста. Образные средства помогают разнообразить композиционные приёмы в пределах рассуждения, помогают привлечь и удержать внимание читателя. Однако образность рассуждений не должна входить в противоречие с их логической строгостью, как это произошло в очерке на темы морали, автор которого рассуждал так:

 

Если положить на невидимые весы вину Грибакина перед коллективом и вину руководителей коллектива перед Грибакиным, то чаша, условно обозначенная «коллектив», не осталась бы пустой. Кое-что лежало бы и там.

 

Сколько чаш у весов, которые автор предложил читателю представить? Что и с чем он пытается сравнить?

В явном противоречии с требованиями логики находится образный строй и следующего рассуждения:

 

Ведь плавки, как люди, не похожи одна на другую. Иная покладистая, лёгкая, летит, что конь вороной. Это значит: хорошая печь – белая вся, аж гудит, – вовремя подана шихта. Значит, каждый у мартена на своём месте, каждый понимает другого с полуслова...

 

Плавки одновременно сравниваются и с людьми, и с конями, печь белая – с конём вороным.

Сложно следить за мыслью автора в таком сравнении:

 

Не знаю, может быть, кому-то Александрия напоминает Париж, что же до меня, то один из древнейших городов мира, город, основанный Александром Македонским за три века до нашей эры, вспоминаю всякий раз, когда бываю в Ленинграде.

 

Позиция, с которой ведётся наблюдение, изменена, сравнение не состоялось. Логическая строгость рассуждения всегда требует точности его содержания и формы.

 

Вопросы для повторения и обсуждения

 

1. Чем обусловлена сложность работы редактора над текстом рассуждений?

2. Сформулируйте правила построения рассуждения, укажите его основные части.

3. Приведите примеры различных видов рассуждений.

4. Какова цель рассуждения-доказательства? Назовите его виды.

5. Какими логическими правилами руководствуется редактор при работе над текстом рассуждений-доказательств?

6. Приведите примеры рассуждений, построенных на основе рациональных объяснений и практических силлогизмов.

7. Охарактеризуйте стилистические особенности рассуждений.

8. Какие приёмы выразительности при построении рассуждений представляются Вам типичными для современной публицистической практики?

9. Укажите типичные недостатки в построении рассуждений.

 

vikidalka.ru - 2015-2018 год. Все права принадлежат их авторам! Нарушение авторских прав | Нарушение персональных данных