Главная | Случайная
Обратная связь

ТОР 5 статей:

Методические подходы к анализу финансового состояния предприятия

Проблема периодизации русской литературы ХХ века. Краткая характеристика второй половины ХХ века

Ценовые и неценовые факторы

Характеристика шлифовальных кругов и ее маркировка

Служебные части речи. Предлог. Союз. Частицы

КАТЕГОРИИ:






ЦАРСТВО ЗОЛОТОГО ЖЕЗЛА




История цивилизации в Андах скрыта завесой тайны, и тайна эта усиливается отсутствием письменных источников или стел с рисуночным письмом. Однако мифы и легенды дополняют картину рассказами о богах и гигантах, а также вождях, которые считали себя их потомками.

Прибрежные племена помнят легенды о богах, которые вели их предков к земле обетованной, а также о великанах, которые разоряли их поля и насиловали их женщин. Горные племена, среди которых в период испанской Конкисты главенствовали инки, подтверждали направляющую руку богов во всех искусствах и ремеслах, в сельском хозяйстве и строительстве. У них были свои мифы творения, рассказы о смутных временах и о Великом Потопе. И все они связывали зарождение своего государства и основание столицы с магией золотого жезла.

Испанские (а также местные, выучившие испанский язык) хроникеры установили, что отцом двух вождей инков, правивших в период завоевания их империи испанцами, был Уайна Капак, двенадцатый Инка (титул, означающий «повелитель, властелин») из династии вождей, основанной в столице Куско примерно в 1020 году нашей эры. Таким образом, инки спустились со своих горных крепостей в прибрежные зоны, где издавна существовали другие государства, всего лишь за пару столетий до появления испанцев. Расширяя свои владения — на север до границ современного Эквадора и на юг до границ Чили — при помощи знаменитой Дороги Солнца, инки распространили свою власть на культуры и организованные сообщества, процветавшие на этих землях на протяжении тысячелетия. Последней попала под власть инков могущественная империя племени чиму; ее столица Чан-Чан представляла собой огромный город, святилища, ступенчатые пирамиды и дома которого раскинулись на площади в восемь квадратных миль.

Древняя столица, расположенная вблизи современного города Трухильо в месте впадения в Тихий океан реки Моче, напомнила исследователям Египет и Месопотамию. Э. Дж Скуайер («Peru Illustrated: Incidents of Travel and Explorations in the Land of the In-kas») в девятнадцатом веке посетил руины этого города, и они даже без раскопок и реконструкции произвели на него неизгладимое впечатление. Он увидел «длинные линии толстых стен, гигантские, разделенные на камеры, пирамиды, развалины дворцов, дома, акведуки, водоемы, амбары... и склепы, протянувшиеся на много миль во всех направлениях». И действительно, вид с самолета на этот огромный город, вытянувшийся на несколько миль вдоль прибрежной равнины, напоминает то, как выглядит современный Лос-Анджелес с высоты птичьего полета.

Климат прибрежных районов между западными отрогами Анд и Тихим океаном очень засушливый. Цивилизация и сама жизнь расцвели здесь лишь благодаря воде, стекающей в океан с высоких гор в виде многочисленных больших и малых рек, прорезающих прибрежную равнину каждые пятьдесят или сто миль. Эти реки создают вокруг себя плодородные, покрытые зеленой растительностью зоны, отделяющие одну полосу пустыни от другой. Именно поэтому люди селились на берегах и в устьях рек, а археологические раскопки показали, что чиму дополняли эти источники влаги водой с гор, подводившейся при помощи акведуков. Кроме того, они соединили плодородные и населенные районы дорогой, ширина которой в среднем составляла пятнадцать футов — предшественницей знаменитой Дороги Солнца инков.

На краю застроенного пространства, где кончалась зеленая равнина и начиналась пустыня, вздымаются ввысь огромные пирамиды, смотрящие друг на друга через реку Моче. Они были сложены из высушенных на солнце глиняных кирпичей, что напомнило исследователям — например, В. У. фон Хагену («Highway of the Sun» и другие работы) — о высоких башнях-храмах (зиккуратах) Месопотамии, которые тоже возводились из глиняных кирпичей и тоже, подобно пирамидам на реке Моче, имели слегка закругленную форму.

Четыре века расцвета цивилизации чиму, примерно с 1000 до 1400 года нашей эры, были также эпохой, когда ювелирное дело достигло высот, не достигнутых даже пришедшими им на смену инками. Испанские конкистадоры с восторгом описывали изделия из золота в культовых центрах чиму (находившихся под властью инков). Золотая площадка в городе Тамбес, на которой животные и растения были сделаны из золота, по всей видимости, послужила моделью для инков при создании аналогичной площадки у их главного храма в Куско.

Окрестности другого города, Тукуме, послужили источником большей части золотых предметов, найденных в Перу после завоевания страны испанцами (эти предметы хоронили в гробницах вместе с умершими). Количество золота, которым владели чиму, поразило даже захвативших прибрежные районы инков. Эти легендарные запасы, а также находки последующих лет продолжают удивлять ученых, поскольку все месторождения золота в Перу находятся в горах, а не на безводных прибрежных равнинах.

Культура и империя чиму, в свою очередь, были наследниками более древних культур и организованных обществ. Как и в случае с чиму, никто не знает, как эти люди называли себя; современные названия представляют собой названия мест раскопок или рек, вдоль которых были сосредоточены эти общества и культуры. На севере и в центральной части прибрежной зоны существовала культура Мочика, истоки которой теряются во тьме веков, уходя к 400 году до нашей эры. Эта цивилизация известна своей великолепной керамикой и роскошными тканями, хотя до сих пор остается загадкой, как и когда индейцы мочика овладели этими ремеслами. Рисунки на керамических сосудах изобилуют изображениями крылатых богов и грозных великанов, а также указывают на религию, в которой пантеон богов возглавлял Бог Луны Си или Си-Ан, символом которого был полумесяц.

Артефакты мочика свидетельствуют о том, что за много столетий до чиму они в совершенстве овладели ювелирным искусством, а также умели возводить из глиняных кирпичей храмы, напоминающие зиккураты. В 30-х годах двадцатого века в местечке под названием Пакатнаму немецкие археологи раскопали священный город, в котором было не менее тридцати одной пирамиды. Ученые обнаружили, что многочисленные пирамиды меньшего размера были на несколько лет старше нескольких больших пирамид, размер основания которых достигал двухсот футов, а высота — сорока футов.

Южная граница империи чиму проходила по реке Римак, название которой испанцы произносили как Лима — именно оно дало имя столице Перу. За этой границей прибрежная равнина была населена племенами чинча, а нагорье — племенами, говорящими на языке аймара. В настоящее время установлено, что инки позаимствовали свой пантеон у первых, а мифы творения — у вторых.

В древности район реки Римак имел такое же значение, как и в наши дни. Именно здесь, к югу от Лимы, когда-то стоял самый большой храм, посвященный перуанскому божеству. Его руины — с тех времен, когда он был перестроен и расширен инками — сохранились до сих пор. Храм был посвящен богу по имени Пача-Камак, что означает «создатель мира». Это верховный бог пантеона, в который входили две божественные четы, Вис и Мама-Пача («господин земли» и «госпожа земли») и Ни и Мама-Коча («господин воды» и «госпожа воды»), бог луны Си, бог солнца Илла-Ра, а также герой Кон, известный также под именем Ира-Йя. Эти имена удивительным образом напоминают эпитеты ближневосточных богов.

Храм Пачакамак был «Меккой» древних обитателей южного побережья. Паломники стекались сюда из ближних и дальних мест. Сам акт паломничества пользовался таким уважением, что даже во время войн пилигримам вражеской стороны обеспечивался безопасный проход. Паломники приносили с собой изделия из золота, потому что этот металл считался принадлежащим богам. Лишь немногие избранные жрецы имели право входить в святая святых, где по праздникам изображения богов произносили пророчества, которые жрецы передавали народу. Вся территория считалась священной, и паломники должны были снимать сандалии, прежде чем ступить на ее землю — именно так поступил Моисей на горе Синай, и этого же обычая мусульмане придерживаются до сих пор.

Легендарное золото храма не могло не привлечь к себе внимания испанцев. За ним Франсиско Писарро послал своего брата Эрнандо. Тот нашел немного золота, серебра и драгоценных камней, но не главные запасы храма, поскольку жрецы успели спрятать свои сокровища. Ни угрозы, ни пытки не могли заставить их открыть тайну (по сей день ходят слухи, что это место находится где-то между Лимой и Лурином). Эрнандо разбил золотую статую бога, забрав драгоценный металл с собой, и вытащил из стен серебряные гвозди, на которых держались золотые и серебряные пластины, покрывавшие стены храма. Одни только гвозди весили 32 тысячи унций!

Согласно местным преданиям, храм построили «великаны». Достоверно известно лишь то, что инки, переняв почитание Пачакамака от покоренных ими племен, расширили и украсили храм. Храм расположен на склоне горы на берегу Тихого океана и воздвигнут на четырех платформах, которые подпирали террасу, расположенную на высоте пятисот футов от земли. Четыре платформы поддерживались стенами из огромных каменных блоков. Площадь верхней террасы составляет несколько акров. С построек храмового комплекса, окруженных утопленными ниже уровня террасы площадями, открывается великолепный вид на безбрежный океан.

В это священное место приходили поклониться богам не только живые. Умерших также приносили в долину реки Римак и на океанское побережье к югу от нее, чтобы они провели свою загробную жизнь в тени вещих богов — возможно, с надеждой на воскрешение, поскольку у местных племен существовало поверье, что воды реки Римак способны воскрешать мертвых. В местах, которые в настоящее время носят названия Лурин, Писко, Наска, Паракас, Анкон и Ика, археологи обнаружили целые «города мертвых» с бесчисленным количеством могил и подземных склепов с мумифицированными телами знати и жрецов. Мумии находятся в сидячем положении с согнутыми руками и ногами; они связаны и помещены внутрь мешков, но при этом одеты в самые лучшие одежды. Сухой климат и оболочка из мешковины защитили великолепные одежды, шали, тюрбаны и пончо, которые сохранили свои яркие краски. Ткань, своей искусной выделкой напомнившая археологам тончайшие европейские гобелены, была украшена религиозными и космологическими символами.

 

Центральной фигурой рисунков на ткани и на керамике всегда был бог с золотым жезлом в одной руке и молнией в другой, а также с украшенной рогами или лучами короной на голове (рис. 65); индейцы называли его Римак — так же, как и реку.

Можно ли считать Римака и Пачакамака одним и тем же божеством? Мнения ученых на этот счет расходятся, поскольку имеющиеся данные крайне противоречивы. Не подлежит сомнению, что близлежащие святыни в горах были посвящены исключительно Римаку. Его имя означает «громовержец» — то есть и смысл, и его произношение сходны с именем Роман, которым называли Адада семитские народы и которое происходит от глагола «греметь».

По свидетельству хроникера Гарсиласо, именно в этих горах в пещере, посвященной Римаку, стоял «идол в человеческом обличье». Испанец мог иметь в виду одно из нескольких святилищ в горах, окружающих долину реки Римак. Здесь до сих пор возвышаются руины сооружений, которые археологи считают ступенчатыми пирамидами (рис. 66, реконструкция художника) и которые невольно обманывают наблюдателя — ему кажется, что он видит перед собой древний месопотамский зиккурат.

Идентичен ли Римак, которого иногда называли «Кон» или «Ира-Йа», богу, который в мифологии инков носит имя Виракоча! Точно неизвестно, однако не подлежит сомнению, что именно Виракоча изображен на керамике из прибрежных районов — с трезубцем в одной руке и волшебным жезлом в другой.

_ Согласно всем древним легендам и мифам Анд именно с этого жезла — золотого жезла — все и началось. Произошло это на берегах озера Титикака в месте под названием Тиауанаку.

Когда на землю Анд пришли испанцы, эта территория находилась под властью империи инков с высокогорной столицей Куско. Согласно преданиям инков Куско был основан Детьми Солнца, которых создал и обучил на озере Титикака великий бог Виракоча, или Создатель.

Для инков Виракоча был великим Богом Неба, который спустился на Землю в глубокой древности и выбрал Анды в качестве арены своей созидательной деятельности. Как выразился один из испанских хроникеров, преподобный Кристобаль де Молина, «они утверждают, что Создатель жил в Тиауанаку, где была его главная обитель. В этом месте можно увидеть превосходные постройки, достойные восхищения.

Одним из первых, кто записал местные мифы и легенды, рассказывающие об истории и предыстории цивилизации в Андах, был Блас Валера. К сожалению, до нас дошли лишь фрагменты его работы, цитируемые другими авторами, поскольку оригинал рукописи сгорел при разграблении англичанами Кадиса в 1587 году. Он записал легенду о том, что первый монарх инков Манко Капак ушел с берегов озера Титикака через подземный туннель. Он был Сыном Солнца, и именно от Солнца он получил золотой жезл, который помог основать Куско. Когда мать рожала его, мир погрузился во тьму. После его рождения все вновь залилось светом, и зазвучали трубы, а бог Пачакамак объявил, что «наступил прекрасный день Манко Капака».

Блас Валера записал и другие версии, свидетельствующие о том, что инки приспособили для своих династических целей личность Манко Капака и легенду о нем, и что их предками на самом деле были переселенцы, прибывшие на территорию Перу морем. Согласно этой версии монарх, которого инки называли Манко Капак, был сыном вождя по имени Атау, прибывшего на побережье Перу в сопровождении ста мужчин и женщин и высадившийся в районе реки Римак. Оттуда они направились в Ику и дальше, к озеру Титикака, месту, откуда Сыновья Солнца управляли Землей. Манко Капак послал своих сторонников в двух направлениях, приказав найти легендарных Сыновей Солнца. Сам он скитался много дней, пока не нашел священную пещеру. Это была вырубленная в скале пещера, украшенная золотом и серебром. Манко Капак покинул священную пещеру и подошел к окну, которое называлось Капак Токо, или «царское окно». Уходя, он облачился в золотые одежды, найденные в пещере, и это дало ему власть над всей территорией Перу

Из многочисленных испанских хроник нам известно, что у народов Анд существовали различные варианты мифов, но все они связывают начало истории с озером Титикака, а основание монархии — со священной пещерой и царским окном. В некоторых версиях, как, например, у инков, эти события были совмещены и приспособлены к династическим нуждам, а в других отнесены к разным периодам.

В одном из вариантов мифа творения рассказывается, что Виракоча послал четырех братьев и сестер нести цивилизацию примитивным племенам и что именно эти пары супругов и одновременно братьев и сестер основали династию в Куско. По другой версии, сам Великий Бог на озере Титикака создал первую чету правителей, назвал их своими детьми и вручил им золотой жезл. Он приказал им идти на север и построить город на том месте, где золотой жезл вонзится в землю; чудо произошло там, где теперь стоит город Куско. Именно поэтому вожди инков — с учетом того, что они являются потомками царственных братьев и сестер — заявляли о своем происхождении от Бога Солнца.

Рассказ о Потопе присутствует практически во всех вариантах мифа творения. По свидетельству преподобного Молина («Relacion de las fabulas y ritos de los Yngas»), уже «во времена Манко Капака, который был первым Инкой и после которого их стали называть Детьми Солнца... они имели точное представление о Потопе. Они рассказывали, что вода поднялась выше самых высоких гор, и в ней погибли все люди и все другие создания. Из живых существ спаслись только мужчина и женщина, которые укрылись в ковчеге; когда вода спала, ветер отнес их в Уанако, расположенный примерно в семидесяти лигах от Куско. Создатель приказал им остаться здесь, и именно отсюда, из Тиауанако, Создатель начал расселять народы и Племена этих земель». Жизнь на земле начала возрождаться после того, как Создатель вылепил из глины по одному человеку из каждого народа, мужчин и женщин. Он вдохнул в них жизнь и отправил в отведенные для каждого места на Земле. Те, кто не соблюдал обряды поклонения богам, были превращены в камень.

На острове в озере Титикака помимо Создателя находились Луна и Солнце, куда они пришли по его приказу. После того, как Земля вновь была заселена людьми, Луна и Солнце опять заняли свои места на небе.

В другой версии мифа два божественных помощника Создателя предстают перед нами в образе двух его сыновей. «Создав племена и народы и снабдив каждого своей одеждой и языком, — писал преподобный Молина, — Создатель отправил двух своих сыновей в разных направлениях, чтобы они несли цивилизацию людям». Старший сын, Имаияма Виракоча (что означает «тот, кому дана власть над всеми вещами»), принес цивилизацию народам гор; младшему сыну, Топако Виракоча («создатель вещей»), было приказано отправиться на прибрежные равнины. Выполнив поручения, два брата встретились на берегу моря, «откуда вознеслись на небеса».

Гарсиласо де ла Вега, родившийся в Куско от отца испанца и матери индианки вскоре после Конкисты, записал две легенды. Согласно одной из них Великий Бог спустился на землю для того, чтобы обучить человека, дать ему законы и заповеди. Он «поселил двух своих детей на озере Титикака», дал им «золотой клин» и распорядился основать город там, где этот «клин» погрузится в землю; это случилось в том месте, где стоит Куско. Другая легенда рассказывает о том, что после того, как ушли воды Потопа, на земле Тиауанаку, к югу от Куско, появился человек Этот человек обладал такой властью, что поделил Землю на четыре части и поставил править этими частями четырех людей, которым он доверял. Один из четырех, которого называли Манко Капак («господин и правитель» на языке кечуа, на котором говорили инки), основал монархию в Куско.

Разные версии повествуют о двух фазах сотворения мира Виракочей. Хуан де Бетансос («Suma у Nar-racion de los lncas») записал легенду племени кечуа, согласно которой Создатель «в первую очередь сотворил небо и землю»; кроме этого он создал человека. Однако «люди чем-то прогневали Виракочу... и в наказание первые люди вместе с их вождем были обращены в камень». Затем, после периода тьмы, Виракоча создал из камня в Тиауанаку новых мужчин и женщин. Он наделил их определенными способностями, дал задание и указал, куда они должны идти. Оставшись с двумя помощниками, он послал одного на юг, другого на север, а сам двинулся в направлении Куско. Выбрав вождя и основав царство в Куско, Виракоча продолжил свое путешествие «до самого побережья Эквадора, где к нему присоединились два помощника. Здесь они пошли по водам моря и исчезли».

Некоторые легенды горных племен подробно рассказывают об основании Куско и о божественном предписании сделать этот город столицей. По одной из версий, Манко Капак получил жезл из чистого золота, который назывался Тупак-яури, что означает «сияющий скипетр». Он отправился на поиски подходящего места в сопровождении братьев и сестер. После того как путешественники приблизились к одной из скал, их охватила внезапная слабость. Манко Капак ударил по скале волшебным жезлом, и камень затворил, сообщив, что Манко Капак избран правителем этой земли. Потомок индейского вождя, который после прихода испанцев перешел в христианство, в своих воспоминаниях пишет, что индейцы до сих пор чтят эту священную скалу. «Затем Инка Манко Капак женился на одной из своих сестер, Мама-Окльо... и они стали издавать справедливые законы, чтобы править этими людьми».

В этой легенде, которую иногда называют легендой о четырех братьях Айар, присутствует — как и во всех остальных мифах, связанных с основанием Куско — волшебный предмет из чистого золота, указывающий на избранного богами монарха и на место его столицы. На наш взгляд, именно этот золотой жезл таит в себе ключ к разгадке тайн всех древних цивилизаций Америки.

Когда в 1533 году испанские завоеватели дошли до столицы инков Куско, они с удивлением обнаружили крупный город, в котором около 100 тысяч жилых домов окружали религиозный и административный центр, состоявший из величественных дворцов, храмов, площадей, парков, рынков и плацев. Расположенный между двух рек (Тулумайо и Родадеро) на высоте 11500 футов над уровнем моря, Куско начинается у подножья выступа Саксахуаман. Город был разделен на двенадцать районов — это число привело испанцев в изумление — расположенных в виде овала. Первый и самый старый район, имевший название «Терраса преклонения», располагался на северо-западе города, на склоне Саксахуамана. Именно здесь первые инки (и предположительно легендарный Манко Капак) построили свои дворцы. Все районы носили благозвучные имена (Терраса цветов, Священные ворота и т.п.), отражавшие их особенности.

Один из самых авторитетных исследователей Куско двадцатого века Стэнсбери Хагар («Cuzco, the Celestial City») обращал внимание на убеждение индейцев, что Куско был основан и построен в соответствии с планом, который был разработан для Манко Капака в доисторическом священном месте, откуда началась Миграция Основателей, то есть в Тиауанаку на озере Титикака. В его названии («Пуп Земли») и в его подразделении на четыре зоны в соответствии с четырьмя странами света Хагар (и другие исследователи) видел выражение концепций, имевших отношение к земле. В других аспектах он усматривал имитацию кроения небесных сфер (отсюда и название его книги). Воды рек, обрамляющих центральную часть города, были направлены по искусственным каналам, которые имитировали извилистый Млечный Путь, а двенадцать районов отражали деление неба на двенадцать домов зодиака. Примечательно, что в своих исследованиях, посвященных земным событиям и их датировке, Хагар приходит к выводу, что первый и самый старый район Куско соответствовал созвездию Овна.

Скуайер и другие исследователи девятнадцатого века описывали Куско как город, часть которого была чисто испанской, а часть построена на руинах старого города инков. Поэтому, чтобы составить представление о том, каким увидели его первые пришедшие на эти земли испанцы, нужно обратиться к свидетельствам средневековых хроникеров. Педро де Сьеса де Леон («Chronicles of Peru» в английском переводе) с восхищением описывает столицу инков с ее дворцами, площадями и мостами как «богато украшенный город», из центра которого четыре царские дороги ведут в самые отдаленные уголки империи, и приписывает его богатство не только традиции оставлять нетронутыми дворцы умерших вождей, но и закону, который требовал доставлять в город золото и серебро и под страхом смерти запрещал вывозить драгоценные металлы. «Куско, — писал де Леон, — величав, полон достоинства и, по всей видимости, построен незаурядными людьми. В нем превосходные улицы, только очень узкие, а дома сложены из камня, прекрасно подогнанного друг к ругу. Эти камни необыкновенно велики и прекрасно обтесаны. Другие части домов сделаны из дерева и соломы; среди них не видно остатков черепицы, кирпичей или извести».

Гарсиласо де ла Вега (он носил испанскую фамилию отца, но сохранил императорский титул «Инка», поскольку его мать принадлежала к правящей династии инков) описывал двенадцать районов города и сообщал, что за исключением дворца первого Инки в первом районе столицы на склоне Саксахуамана все остальные дворцы группировались в центре, рядом с большим храмом. В его время еще сохранились дворцы второго, шестого, девятого, десятого, одиннадцатого и двенадцатого правителей. Некоторые из них располагались по периметру главной площади города, носившей название Уакай-Пата. Здесь правящий Инка сидел на высоком помосте в окружении членов семьи, придворных и жрецов и руководил праздниками и религиозными церемониями, четыре из которых были связаны с зимним и летним солнцестоянием, а также с весенним и осенним равноденствием.

По свидетельству хроникеров того времени, самым известным и роскошным сооружением доиспанского Куско был главный храм империи Кори-Канча («золотаяя ограда»). Испанцы называли его Храмом Солнца, полагая, что именно Солнце было главным божеством инков. Те, кто видел этот храм до того, как испанцы разграбили и разрушили его, а потом построили на этом месте церковь, сообщали, что храмовый комплекс состоял из нескольких частей. Главный храм был посвящен Виракоче, а примыкавшие к нему или стоящие отдельно святилища — Луне, Венере, таинственной звезде с именем Коилор, а также богу грома и молнии Илла-Ра. Одно из святилищ даже было посвящено радуге. Именно здесь, в Кориканче, испанцы награбили огромное количество золота.

К храму Кори-Канча примыкал комплекс, который назывался Асла-Хуаси — «дом избранных женщин». Он состоял из жилых домов в окружении садов и парков, а также мастерских для прядения, ткачества и шитья царских и жреческих одежд. Это была закрытая территория, на которой жили девушки, посвятившие свою жизнь великому Богу. В их обязанности входило поддержание Вечного Огня, который считался атрибутом бога.

Захватившие город испанцы разграбили все его сокровища, но посчитали само место подходящим для себя и по жребию поделили все его здания. Большинство было разобрано из-за своей каменной кладки, а во многих случаях ворота или кусок стены становились частью испанских построек Главные храмы были переделаны под церкви и монастыри. Доминиканцы, первыми появившиеся в Куско, завладели Храмом Солнца, разрушили его внешнюю часть, но использовали компоновку и фрагменты стен при сооружении своей церкви и монастыря. Так, например, одна из самых интересных деталей храма осталась нетронутой и сохранилась до наших дней. Это полукруглая внешняя стена святилища, в котором находился главный алтарь инков (рис. 67). Именно здесь испанцы нашли золотой диск с изображением (как они полагали) Солнца. Этот диск по жребию достался конкистадору Легуизано, который проиграл его в тот же вечер. Новый хозяин переплавил священную реликвию на слитки.

За доминиканцами последовали францисканцы, августинцы и иезуиты; все они строили свои церкви, в том числе и главный кафедральный собор, на том месте, где стояли храмы инков. После священников пришли монахини; неудивительно, что их монастырь расположился на территории священного места инков, то есть Дома избранных женщин. Губернаторы и испанская знать брали пример с Церкви, строя свои дворцы и дома на месте каменных домов инков.

Некоторые ученые полагают, что Куско (то есть «пуп») получил свое название потому, что город являлся столицей, выбранной для того, чтобы стать центром управления. Другая теория, имеющая множество сторонников, заключается в том, что название города переводится как «нагромождение камней». Если вторая гипотеза верна, то название города как нельзя лучше соответствует его главной достопримечательности — удивительным мегалитам.

и Большая часть домов в Куско была построена из необработанных булыжников, скрепленных раствором, или из грубо обтесанных камней в форме кирпичей или блоков, однако некоторые из самых старых сооружений сложены из тщательно обработанного тесаного камня, как в остатках полукруглой стены храма Кориканча. Красота этой и некоторых других сохранившихся кладок, а также искусство древних строителей до сих пор вызывают удивление многочисленных туристов. Сэр Клеменс Маркхэм писал, что восхищение вызывает не только красота этой кладки, но и точность, с которой камни подогнаны друг к другу.

На Скуайера, который был скорее антикваром, чем архитектором, более сильное впечатление произвели другие камни Куско — огромных размеров и самой причудливой формы блоки, точно подогнанные друг к другу и держащиеся без всякого раствора. Ученый предположил, что эти трахитовые глыбы были специально отобраны из-за своей зернистой структуры, которая обеспечивала лучшее сцепление блоков, чем поверхность любых других камней. Он подтвердил слова испанских хроникеров, что полигональные (с множеством граней) блоки подогнаны другу к другу с такой точностью, что между ними невозможно просунуть самое тонкое лезвие ножа или иголку (рис.68а). Один из таких камней, пользующийся особым вниманием туристов, имеет двенадцать граней и углов (рис. 68б).

Все эти тяжелые блоки из твердого камня были привезены в Куско и обтесаны неизвестными каменщиками с такой легкостью, как будто это были гипсовые фигурки. Поверхность каждого камня отполирована и немного скруглена; никто не знает, как это было сделано, поскольку не осталось ни бороздок, ни отметок от молотка. Загадкой также остается способ, при помощи которого эти тяжелые камни поднимались и ставились один на другой, чтобы их грани совпали с расположенными под разными углами гранями нижнего ряда. В довершение всего эти блоки прочно держатся на месте без всякого раствора, выдержав не только разрушительные действия человека, но и нередкие в этом регионе землетрясения.

 

По общему мнению, совершенной формы кладка из тесаного камня относится к «классической» эпохе инков, тогда как циклопические стены гораздо старше. Привыкшие к точным формулировкам, ученые называют это время просто эпохой мегалита.

Эта загадка по-прежнему ждет своего разрешения, подчеркивая и углубляя еще одну загадку — самого выступа Саксахуаман. Эта предполагаемая крепость инков продолжает удивлять путешественников.

Название выступа переводится как «соколиное место». Он имеет форму треугольника с основанием, обращенным на северо-восток, и вершиной, вздымающейся на высоту восьмисот футов над раскинувшимся у ее подножья городом. Стороны треугольника образованы ущельями, отделяющими его от горной цепи, частью которой он является и к которой примыкает его основание. Сам выступ можно условно разделить на три части. В широком основании преобладают гигантские скальные образования, которые кто-то превратил в огромные ступени, или площадки, и изрезал туннелями, нишами и желобами. Среднюю часть выступа занимает плоская площадка длиной и шириной в несколько сот футов. На узкой вершине, приподнятой над остальной частью выступа, сохранились остатки круглых и прямоугольных строений, под которыми проходят туннели и каналы, образующие удивительный лабиринт, прорезанный в толще скалы.

Эту «освоенную» часть выступа отделяют (или защищают) от остальной три мощные зигзагообразные стены, протянувшиеся параллельно друг другу от одного края до другого (рис. 69).

Три ряда зигзагообразных стен сложены из гигантских камней и располагаются друг за другом; каждая следующая стена немного выше предыдущей, и их общая высота достигает шестидесяти футов. Земляные насыпи за каждой стеной образуют террасы; считается, что эти насыпи использовались защитниками Саксахуамана в качестве брустверов. Самая низкая из трех стен (первая) сложена из колоссальных блоков весом от десяти до двадцати тонн. Один из камней высотой двадцать семь футов весит более 300 тонн (рис. 70). Высота многих блоков составляет около пятнадцати футов, а ширина и толщина — от десяти до четырнадцати. Как и внизу, в самом городе, поверхность этих камней тщательно отполирована, а углы закруглены. Следовательно, это не просто валуны, найденные неподалеку и использованные при строительстве, а работа искусных каменотесов.

Массивные каменные блоки лежат один на другом, иногда с неизвестной целью разделенные тонкой каменной плитой. Все камни имеют полигональную форму, и их расположенные под разными углами грани точно совпадают с гранями соседних блоков, прочно удерживая блоки на месте без помощи раствора. Стиль и возраст этого циклопического сооружения совпадают со стилем и возрастом руин эпохи мегалита в самом Куско, только размеры блоков гораздо больше.

 

На всех плоских террасах между стенами сохранились остатки строений, которые были сложены из правильной формы тесаного камня «инкского периода». Раскопки и аэрофотосъемка показали, что на вершине выступа когда-то стояли разнообразные сооружения. Все они обвалились или были разрушены в процессе войн между инками и испанцами, которые шли после Конкисты. Нетронутыми остались лишь массивные каменные стены — немые свидетели, рассказывающие нам о далекой загадочной эпохе и таинственных строителях. Исследования показали, что гигантские каменные блоки были добыты за много миль Саксахуамана, а затем доставлены на место через горы, долины, ущелья и бурные реки.

Но как, кем и зачем?

Хроникеры времен испанской Конкисты, путешественники последующих столетий и современные исследователи приходили к одному и тому же выводу: все это построили не инки, а их таинственные предшественники, обладавшие поистине сверхъестественными возможностями. Но никто даже не выдвигал гипотезы, зачем это было сделано.

Гарсиласо де ла Вега писал об этих фортификационных сооружениях, что у наблюдателя нет иного выбора, чем поверить, что они были «возведены при помощи магии не людьми, а демонами». Об этом говорят количество и размеры камней, из которых сложены три стены — невозможно поверить, что они вырезаны в каменоломнях и обтесаны индейцами, не знавшими ни железа, ни стали. Неизвестно также, каким образом их доставили на место, потому что у индейцев не было ни повозок, ни быков, ни канатов для перетаскивания камней вручную. Не существовало здесь и ровных дорог для их транспортировки — только крутые горы и откосы, которые нужно было преодолеть.

Многие из камней, писал Гарсиласо, были перевезены на расстояние до пятнадцати лиг, в частности, «Уставший камень», который так и не был использован при строительстве и который привезли из-за реки Юкай из места, расположенного на расстоянии пятнадцати лиг. Самые близкие каменоломни находились в Мьюне, в пяти лигах от Куско. Невозможно вообразить, как такое количество таких больших камней можно было совместить друг с другом, причем настолько точно, что между ними нельзя просунуть даже кончик ножа. Многие так плотно подогнаны друг к другу, что место соединения практически невозможно определить. Все это еще более удивительно, потому что индейцы не имели уровней или угольников, при помощи которых можно было проверить, подходят ли блоки друг к другу. Не знали они также подъемных механизмов и воротов. Гарсиласо приводит слова многочисленных священников, что для изготовления таких блоков, их перевозки и установки требовалась «помощь дьявола».

Скуайер, утверждавший, что зигзагообразные стены, вне всякого сомнения, представляют собой величайшие образцы стиля, который называется циклопическим, был очарован и озадачен многими другими особенностями каменных колоссов и других сооружений из скал в этой местности. К таким объектам относились три прохода через ряды стен, один из которых носил название Ворота Виракочи. Эти ворота представляли собой чудо инженерной мысли: в центре передней стены каменные блоки были уложены таким образом, что образовывали прямоугольную площадку, которая вела к четырехфутовому проходу в стене. Далее ступеньки вели на террасу между первой и второй стеной, с которой открывался сложный проход во второй стене, ведущий под прямым углом ко второй террасе. Здесь два прохода под углом друг к другу вели к третьей стене и сквозь нее.

Все хроникеры отмечают, что и этот центральный вход, а также два боковых закрывались большими каменными блоками, опускавшимися в проемы. Эти каменные блокирующие плиты, а также механизмы для их подъема и опускания были демонтированы еще в древности, однако пазы и желоба от них сохранились до сих пор. Не соседнем плато, где в скалах вырезаны правильные геометрические фигуры, не имеющие для современного наблюдателя никакого смысла (рис. 71а), есть одно место (рис 71б), в котором скалам придана такая форма, как будто здесь стоял какой-то механизм. X. Убелоде-Доринг («Kunst im Reiche der Inca») говорил об этих обтесанных скалах, что они «похожи на макет, в котором каждый угол имеет смысл».

За стенами находится часть плато, где сосредоточено целое скопление построек, некоторые из которых, вне всякого сомнения, относятся к эпохе инков.

Вполне возможно, что они стоят на месте еще более древних сооружений, но они явно не имеют никакого отношения к лабиринту подземных туннелей. Подземные ходы лабиринта начинаются и обрываются совершенно неожиданно. Один из них ведет в полость глубиной сорок футов, другие кончаются обтесанными скалами, которые напоминают ступени, ведущие в никуда.

 

Напротив циклопических стен на другом краю ровной площадки расположены выходы скальных пород, каждая из которых носит название, соответствующее своему внешнему виду. Это «Горка», тыльную часть которой дети используют в качестве горки, а также «Гладкий камень», о котором Скуайер говорил, что он выглядит так, «как будто скала была сжата в размягченном состоянии — подобно пластилину — а затем застыла, сохранив гладкую и блестящую поверхность». Рядом с ними находится «Лабиринт» — утес, природные трещины в котором были искусственно расширены и превращены в проходы, низкие коридоры, маленькие комнаты, ниши и другие пустоты. Позади этих утесов можно найди бесчисленное количество скал, с горизонтальными, вертикальными и наклонными плоскостями, проходами, желобами и нишами, имеющими правильную геометрическую форму.

Вряд ли современному наблюдателю удастся описать открывающуюся его взору картину лучше, чем это сделал Скуайер в прошлом столетии: «Скалам на всем плато позади цитадели, преимущественно известняковым, приданы тысячи разных форм. Здесь есть ниши, или даже ряды ниш, широкое сиденье наподобие дивана или ряд небольших сидений, лестничный пролет, группа квадратных, круглых или восьмиугольных углублений, длинные линии желобов, различные отверстия, уходящие вглубь... трещины в скалах искусственно расширены и превращены в камеры — и все это высечено с точностью и совершенством опытного мастера».

То, что инки использовали выступ Саксахуаман в качестве последнего рубежа обороны против испанцев — это исторический факт. То, что они возводили на нем свои постройки, видно по сохранившейся кладке. Но они не были первыми строителями этих мест, что подтверждается их неспособностью передвинуть даже один мегалит.

По свидетельству Гарсиласо, эта неудачная попытка была предпринята в отношении «Уставшего камня». Он писал, что один из строителей инков, желая упрочить свою славу, решил перетащить камень с того места, где его оставили древние строители, и использовать при возведении оборонительных сооружений. «Более 20 тысяч индейцев тащили этот камень при помощи толстых канатов. Продвигались они очень медленно, потому что дорога была неровной, и им приходилось подниматься и опускаться по многочисленным крутым склонам... На одном из таких склонов в результате неосторожности тех, кто не смог тянуть канаты равномерно, вес камня оказался непосильным для тех, кто удерживал его, и камень скатился по склону, убив три или четыре тысячи индейцев».

Судя по этому рассказу, индейцы единственный раз попытались отбуксировать и использовать гигантский камень — и потерпели неудачу. Поэтому совершенно очевидно, что они не могли вырезать, привезти, обтесать и сложить без какого-либо раствора сотни других огромных камней.

Неудивительно, что Эрих фон Дэникен, популяризировавший теорию «древней астронавтики», после своего посещения этого места в 1980 году писал («Pathways to the Gods»), что ни мать-природа, ни инки не могли быть авторами этих монументальных сооружений и странной формы скал — только древние астронавты. У. Брайфорд Джонс, увидевший эти огромные каменные блоки раньше Дэникена, в изумлении писал («Four faces of Peru», 1967): «Мне кажется, что их могла перемещать только раса великанов». За несколько лет до него Ханс Хелфриц («Die alten Kul-turen der Neuen Welt») так отозвался о невероятных циклопических стенах Саксахуамана: «Создается впечатление, что они стоят здесь с сотворения мира».

Задолго до этих исследователей Хайрам Бингем записал рассказы индейцев о том, каким образом создавались эти огромные каменные скульптуры и стены. «Одна из самых распространенных легенд, — писал он, — повествует о том, что инки знали растение, сок которого размягчал поверхность камня, и удивительное соединение без раствора достигалось простым прижатием камней друг к другу — на несколько мгновений, пока длилось волшебное действие сока». Но кто был способен поднять и удержать эти гигантские камни, чтобы затем прижать их друг к другу?

Очевидно, Бингем не поверил объяснениям индейцев, и загадка не давала ему покоя. «Я много раз посещал Саксахуаман, — писал он в «Inca Land», — и каждый раз он удивляет и потрясает. Суеверному индейцу, который видит эти стены впервые, кажется, что они построены богами». Не являются ли эти слова косвенным отражением «суеверия» самого Бингема?

Таким образом, круг замкнулся, и мы вернулись к легендам и мифам Анд. Они повествуют о том, что на этих землях жили боги и великаны, что здесь существовала Древняя Империя, царство, начало которому положил божественный золотой жезл.


ГЛАВА СЕДЬМАЯ

vikidalka.ru - 2015-2018 год. Все права принадлежат их авторам! Нарушение авторских прав | Нарушение персональных данных