Главная | Случайная
Обратная связь

ТОР 5 статей:

Методические подходы к анализу финансового состояния предприятия

Проблема периодизации русской литературы ХХ века. Краткая характеристика второй половины ХХ века

Ценовые и неценовые факторы

Характеристика шлифовальных кругов и ее маркировка

Служебные части речи. Предлог. Союз. Частицы

КАТЕГОРИИ:






Когда одно кажется двумя . 7 страница




отпустили, и она бы разбилась — было бы это демонстрацией того, как причина и следствие не подействовали?

Это бы продемонстрировало то, как кажется, что действуют причина и следствие. Однако из освобождения возникает фундаментальное осознание того, что причина и следствие абсолютно и полностью бессмысленны. Это только ум мыслит с точки зрения этой истории. Однако идти некуда. Нет нигде, где бы что-либо когда-либо было.

Тони, этот парадокс... все, что можно о нем сказать, — что он там и вместе с тем его там нет ?

Да, это описание того, что непостижимо. Неожиданно оно просто есть. Люди мне звонят и говорят: «Я целый год слушал, как вы говорили всю эту белиберду — о том, что нет причины и следствия, — и вдруг это все стало абсолютно понятным». Сейчас увидели все, как есть, а до этого это была всего лишь концепция.

Это так трудно для ума — понять это.

Это невозможно.

Это — все, что есть. И это — бытие. Бытие... бытие комнаты, бытие тел, бытие стульев. Все, что есть, — бытие.

И сегодня мы будем делиться друг с другом этим редким и революционным посланием.

Мы можем вместе посмотреть на природу открытой тайны. Она является тайной все время, пока кто-то ее ищет. Она открыта, потому что это все, что есть.

Все, что есть, — это бытие, а бытие — суть и ничто, и все. Нет ничего другого.

Во всем, что есть, возникает идея об отдельности. Это бытие, которое кажется отдельной сущностью и которой снится, что она — отдельный индивид. И появляется сновидящий, и функция сновидящего — в том, чтобы лишь видеть сон, пребывая в отдельности, в качестве индивида. И когда это происходит, возникает ощущение дискомфорта, утраты. Так что с момента наступления отдельности в раннем детстве начинается поиск. Часы начинают тикать, а поиск — происходить. И этот поиск — желание заполнить это ощущение утраты.

Все учения становления учат, что вы — отдельный индивид, и у вас есть выбор, и вам нужно делать усилие, чтобы чего-то достичь. И вся эта система верований укрепляет силу сна и ощущение отдельности. Это просто сон. Это история. Это видимая история бытия, которое ищет бытие.

Но возможно, что когда есть готовность — и это «ничья» готовность — то будет услышано нечто другое... нечто совершенно революционное. И будет услышано, что существует пробуждение ото сна. Но это не

сновидящий пробудится ото сна. Сновидящего, ищущего, внезапно больше не станет, и это и есть пробуждение.

Происходит фундаментальный сдвиг в восприятии. Но нет никого, кто мог бы сделать так, чтобы он произошел, и это пробуждение произойдет не с «кем-то». Никто не может сделать этого для вас, и вы сами тоже не можете этого сделать, так как вы, ищущий, можете функционировать только в движущейся истории о поиске и предвкушении. «Это будет в следующий раз. Это будет после следующей медитации. Это будет на следующей странице... ответы могут быть на следующей странице». Сновидящий всегда живет в предвкушении. Часы всегда тикают.

Освобождение приносит с собой осознание, что нет никаких часов, нет никакого сновидящего, нет никакого ищущего, нет никакого гуру, нет никакого пробуждения или освобождения... все, что есть, — бытие.

Поэтому, быть может, вместе мы обнаружим, что вопросы могут возникать, и, в каком-то смысле, не будет никаких ответов, так как никакого ответа не существует. Разгадка жизни в том, что нет никакой разгадки. Так что ум наверняка будет продолжать бороться и пытаться найти что-то, что он мог бы сделать и выбрать, и, возможно, обнаружит, что здесь это невозможно. Суще-

ствует аргумент, что вопрошание продолжает восстанавливать себя посредством диалогов, но здесь это необязательно должно происходить. Здесь ум обнаруживает, что некуда идти, и сдается.

Итак, жизнь, это — то, что, как кажется, происходит. Оно просто происходит в «ничто». Это абсолютно фундаментальный сдвиг, который настолько простой, что приводит ум в полное замешательство. Это просто жизненность — и при этом нет того, кто живет.

+ + +

Тони, в данный момент кажется, что существует какое-то легкое и тупое фоновое ои&щение неудовлетворенности, того, что чего-то не хватает в теле-уме... и

что это абсолютно нормально.

Да? (смех) Почему это должно быть абсолютно нормально?

Уменя нет ощущения, что я пытаюсь из этого выйти, я просто хочу поговорить об этом.

Итак, теперь вы начали рассказывать историю — о том, что существует неудовлетворенность и что это абсолютно нормально. Так что, предположительно, это абсолютно нормально для кого-то, что существует неудовлетворенность, это история.

Это на самом деле замечание, замечание об определенном переживании.

Вы вновь вернулись в историю обо всем этом; о том, что все нормально. А то, о чем это говорит, — что все, что есть, и есть все, в том числе и неудовлетворенность. Но давайте удержим эту мысль... существует неудовлетворенность, и затем может возникнуть идея, что это абсолютно нормально. В этом смысле обе они являются тем, что есть, но трудность в том, что ум затем присоединяет идею о том, что это абсолютно нормально для него. И это и есть начало всего процесса этой истории об индивиде, который продвигается к какому-то месту под названием «быть нормальным».

Существует некое ощущение неудовлетворенности, утраты или как это ни назови, и также существует некое ощущение того, что это — нормально, и также есть нечто на тему того, что нормально так ощущать.

Да, продолжайте.

Существует идея о том, что считать неудовлетворенность нормальной, или осознавать ее — в некотором роде полезно.

Но там также что-то происходит на тему того, чтобы как-то разобраться с тем, что возникает. Иными словами, если все, что возникает, определенным образом рассматривать как нечто, что является нормальным, или если его видеть осознанно, то это каким-то образом и разбирается с ситуацией.

Понятно.

И получается, что у вас все еще там, внутри, есть полицейский. Каким бы изощренным оно ни было, там внутри все еще есть что-то, что разбирается с тем, что происходит, или пытается это сделать.

Это также точка Ърения, похожая на точку зрения медитации, правда?Когда мы это видим, то все иначе.

С этим ничего не поделаешь, это то, чем оно является.

Это чувство беспокойства — откуда оно берется?

Ниоткуда, (смех)

Оно что-нибудь значит ?

Опять! (смех) На самом деле, вопрос: «Оно что-нибудь значит?» — то же самое, что «осознавать это», или ощущение того, что «это нормально, мы с этим разберемся. Оно что-нибудь значит? Мне нужно это понять, проанализировать это, и тогда я смогу с этим разобраться». Не может же неудовлетворенность просто существовать!

Здесь безусловно присутствует тревога и страх.

Все это — то, что происходит. Это просто то, что происходит, — страх, адреналин, чашка чая, адреналин вновь утихомиривается, сигарета...

Такое ощущение, что нужно найти средство от этого.

Как только задействуется ум, тотчас же возникают средства, анализ и ответы на вопрос о том, как же с этим разобраться. «Как мне с этим разобраться?» Возникает страх — на самом деле он возникает в безвременье, — но затем ум вновь его захватывает, и часы начинают тикать, и теперь нам уже нужно что-то с этим делать. Начинается некая история; это уже другая история. Происходят миллионы маленьких историй на тему того, как справиться с тем, что происходит; нет никакой возможности просто позволить ему быть тем, что оно есть. И, в конце концов, ищущий обычно ищет лучшую ситуацию, или, если это чистое удовольствие, за ним также стоит что-то, что говорит: «Как мы можем это удержать?» Потому что где-то осознается, что удовольствие не долговечно. «О, может ли это быть вечным?», или «Оно здесь, оно прекрасно, но каким-то образом я знаю, что оно скоро пройдет». В отдельности присутствует некая постоянная вмешивающаяся во все функция. Пока ваша жизнь не утрачена, вы постоянно будете в нее вмешиваться.

Это всегда портило мне все массажи (смех), потому что уже через несколько минут было ощущение, что «Это скоро закончится», (смех)

+ + +

Итак, Тони, когда ум все это захватывает, вы можете объяснить разницу между функционирующим умом и умом, который во все вмешивается ? Потому что много что возникает, и может возникнуть мысль о будущем, и может появиться некое беспокойство... это и есть?..

«Сновидческое» мышление.

Это «сновидческое» мышление?

Да.

Итак, вы говорите, что при освобождении все просто происходит, и нет нужды ни о чем думать?

При освобождении «сновидческое» мышление происходит, но его гораздо меньше. Оно все еще происходит, и это просто еще одна видимость, которая происходит ни с кем, в свободном падении. Никто на нее не претендует.

Но вы различаете «сновидческое» мышление и функциональное мышление ?

Нет необходимости в различении, так как оба этих видимых происшествия — это бытие, и, таким образом,

ни одно из них не является более важным или ценным, чем другое. Нет больше ничего, что бы все просчитывало — это есть это, а то есть то — это есть только то, чем оно является. Но чтобы ответить на вопрос, я его описываю.

Но какая часть на самом делеуслышала бы, что все, что есть, — это?

Нет ничего, что бы слышало, это — все, что есть. Невозможно об этом рассказывать. Это нельзя познать! Отвечая на вопрос, я говорю вам, какое оно; это описание того, что является бытием. «Сновидческое» мышление просто является «сновидческим» мышлением. Однако, описывая его, очевидно, пользуешься какими-то словами, но в реальности нет никакого рассказа об этом, так как нет ничего, что бы воспринимало. Иными словами, там внутри больше нет судьи, который бы пытался определить ценность какой-то определенной мысли.

Существует тенденция думать, что что-то должно быть услышано и что кто-то должен это услышать.

Когда это существует, когда кто-то задает вопрос «ничто», это «ничто» отвечает и, описывая видимую ситуацию, подходит к данному вопросу с точки зрения того, кто задает вопрос. Оно разрушает то, что стоит за этим вопросом, но оно также использует язык, пытаясь описать то, что невозможно описать. Язык неизбежно двойствен.

Не нужно размышлять над вопросами ?

Конечно, нет. Я только что объяснял кому-то там, снаружи, что это настолько полностью спонтанно, так

как внутри этого ничего нет, так как то, что сейчас говорится, идет не от ума; ум в этом вообще не участвует. Это исходит просто из «ничто», поэтому нет никакого наблюдения за этим. И ничто не говорится. Если бы ответы давались с точки зрения понимания ума, то мы бы получали совершенно другие ответы, которые бы были прочно укоренены в логике, истории и идее о становлении.

+ + +

Такое ощущение, что то, что здесь происходит, в каком-то смысле очень опасно, так как вы разрушаете сон...

Да. Но это только опасно для иллюзорного индивида, укорененного в отдельности. Нет никого, кто бы разрушал мнимый сон. Разоблачается невежество сна о становлении.

Имы не можем вернуться назад?

Нет никакого «назад» или «вперед». Разрушитель иллюзии — это сострадание, и оно не в том, чтобы помогать женщинам переходить дорогу или помогать людям жить свою жизнь. Сострадание помогает не отдельному индивиду, оно разоблачает сон отдельности и оставляет лишь свободу Безусловная любовь не признает, что есть отдельный индивид, которому нужна помощь... в этом и состоит освобождающая природа безграничности, которая ощутима, когда мы вместе.

+ + +

Тони, «я»-сознание и ищущий — одно и то же?

Да, «я»-сознание — это отдельность, «Я — отдельная сущность».

А можно также сказать, что в каких-то телах, например, больше «я»-сознания, чем в других?

Да, так кажется.

Может ли тогда, таким образом, быть уменьшение самосознания?

Может, но это не имеет никакой важности для пробуждения. Бытие вообще не заинтересовано в степени своего собственного кажущегося «я»-сознания. Все является выражением бытия. Мнимый индивид может быть каким угодно невротическим, каким угодно тихим и недвижимым, каким угодно умным, каким угодно шизофреничным или каким угодно самосознающим, и все это — игра бытия. Это все уже и так является безукоризненно целостным.

Есть ли в этой истории соотношение между пробуждением и людьми, которые, быть может, более расслабленные, больше ладят...

С самими собой?

Да, с самими собой. Соотношение между этим состоянием и пробуждением.

Безусловно, нет; нет никакого соотношения. Но в этой истории, как кажется, есть люди, которые более расслабленно относятся к тому, чтобы быть отдельными, чем другие люди. То, каким является этот «кто- то», не имеет никакого отношения к реальности того, что никого нет. Вовсе не обязательно, чтобы было «меньше» кого-то, для того, чтобы этого «кого-то» не было, (смеется)

А люди часто говорят о том, что неврозы исчезают.

Да, очень заманчиво и каким-то образом логично верить, что если бы вы могли утихомирить свое беспокойство, то просветление стало бы более доступным. Это спутанное личное мнение.

Ведь наверняка тот, кто не такой «я»-сознающий, не будет заинтересован в освобождении?

Нет никаких правил. И, в любом случае, не важно, насколько кто-то заинтересован в так называемом освобождении; целостность уже и так есть. Быть заинтересованным или даже страстно преданным поиску просветления — вот что, как кажется, происходит в этой сказочной истории о поиске того, что уже и так есть.

+ + 4-

Сегодня днем мы собираемся забраться на гору, и я понял, что я думал, что это было бы здорово, так как я чувствую, что хочу уйти подальше от голосов и тому подобное. И это просто ум, это не имеет никакого отношения к...

Да, не имеет значения, если бы вы сегодня забрались даже на 60 гор, это ничем бы не отличалось от этого — дело просто в том, что вы думаете, что это отличие есть. Куда бы вы, как кажется, ни ходили, везде всегда есть только тишина, бытие. Так называемые голоса и тому подобное — просто бытие, так же, как и ваша кажущаяся потребность убежать от них.

Это суждение на тему того, чем все это является ?

Да, потому что все эти разговоры, которые здесь происходят, — все это просто звучание тишины. Поэтому я бы никогда не стал навязывать идею ретрита, на котором нужно соблюдать тишину, так как эта идея основана на неверном понимании о том, что отсутствие разговоров — это тишина, и тишина каким-то образом «лучше», чем кажущийся звук. Однако на этих встречах «тишина» часто происходит естественным путем, так как ум просто сдается.

Иногда я это понимаю, а иногда становлюсь очень неподатливым для всего этого.

Когда никого нет, то нет потребности в разнице, в этом и есть разница.

Все, что есть, — это то, что происходит, и не имеет значения, если это комплекс или мысль; не имеет значения, является ли это «сновидческим мышлением», — это то, что происходит. Тем, что происходит, может быть также и неудовлетворенность и гнев из-за того, что всего этого не получаешь. Тем, что происходит, может также быть и сопротивление или отсутствие сопротивления всему этому. Сидение на стуле, чаепитие, ходьба, ощущение тепла, ощущение холода — всегда есть только то, что происходит... включая и глубокий сон, когда то, что происходит, — это «ничто». Есть только бытие того, что, как кажется, происходит.

Мы не можем убежать от бытия, достичь или осознавать его; оно просто является тем, что оно есть. Оно абсолютно открыто, и оно абсолютно тайно все время, пока кто-то его ищет. То, что ищут, никогда не может быть познано, и оно также никогда не было утеряно.

 

www.e-puzzle.ru

 

vikidalka.ru - 2015-2018 год. Все права принадлежат их авторам! Нарушение авторских прав | Нарушение персональных данных