Главная

Популярная публикация

Научная публикация

Случайная публикация

Обратная связь

ТОР 5 статей:

Методические подходы к анализу финансового состояния предприятия

Проблема периодизации русской литературы ХХ века. Краткая характеристика второй половины ХХ века

Ценовые и неценовые факторы

Характеристика шлифовальных кругов и ее маркировка

Служебные части речи. Предлог. Союз. Частицы

КАТЕГОРИИ:






Кайлас, подпространство Проциона, 2754 год по Центральному календарю 9 страница




— Э… вы так и не сказали, что именно вы искали на Шемали, — вежливо намекнул Фористер.

Сев отпил большой глоток приторного камчая, закашлялся, хватая ртом воздух, и откинулся на подушку с утомленным видом.

— Неважно. Важно то, что здесь происходит гораздо больше, чем можно предположить, глядя извне. Не все смог узнать… но достаточно…

Вся компьютерная система Полиона была уставлена кодовыми ловушками и сигналами тревоги; в первый же раз, когда Сев попытался получить доступ к закрытым данным, Полион и его подручные насторожились и поймали Брайли с поличным прежде, чем он смог скачать хотя бы немного совершенно безобидных записей. После этого Сев показал им свое удостоверение, выданное Центром, и объяснил, что он ведет следствие, не имеющее никакого отношения к Полиону или Шемали.

— Они мне не поверили, — вздохнул молодой детектив. — Хотя на самом деле это было правдой.

— Так что вы там все-таки делали? — не отставала Микайя Квестар-Бенн.

— Потом. — Сев продолжил свой рассказ. Подручные Полиона избили его, раздели, обнаружили и обезвредили тонкую полоску-передатчик, которую Сев намеревался использовать как сигнальный маяк для Нансии в том случае, если попадет в неприятности. — Эта штука, если ее повредить, должна была начать подавать сигнал бедствия на всех частотах, в том числе и через Сеть, — жалобным тоном заявил Сев. — Так что сначала я не очень беспокоился. Но когда прошло два дня, а вы не появились, я понял, что придется выбираться самому.

— Де Грас-Вальдхейм, должно быть, знает, как обезвреживать такие маячки, — кивнул Фористер.

— Что резонно, — указала Нансия через динамик. — Он ведь их и изобрел. По сути дела, это одноцелевые гиперчипы, а Полион знает о гиперчипах больше, чем кто-либо в галактике.

Следующим открытием Сева стал тот факт, что Полион увеличил производство новых гиперчипов за счет игнорирования всех мер безопасности. Будучи послан в цех по травлению гиперчипов, где срок жизни заключенного — среди клубов нервнопаралитического газа и кислотных испарений — измеряется скорее днями, нежели годами, Сев понял, что должен вырваться на свободу. И он осуществил это намерение, как только увидел садящийся на Шемали корабль — в особенности после того, как опознал стремительные обводы корпуса Нансии под маскировочной раскраской — коричневыми логотипами и лиловыми полосами «Перевозок ОГ». Побег не был слишком трудным делом: все остальные узники были так затерроризированы, что не могли даже подумать о такой возможности, а охранники обленились, стали беспечными и не имели желания соваться в травильный цех.

— И кроме того, — с ухмылкой добавил Фористер, — никто не ожидал, что беглый узник бросится искать помощи на беспилотном корабле «Перевозок ОГ». Нансия, твоя раскраска великолепно нам послужила. Но, я полагаю, ты не захочешь сохранить ее после того, как все это закончится?

— Естественно, нет! — отозвалась Нансия. — И вообще она больше не понадобится. Когда мы закончим нашу миссию в системе Ньота, никаких «Перевозок ОГ» больше не будет. Но… что нам делать теперь?

История Сева вскрыла достаточно нарушений закона, чтобы Полиона можно было с полным правом арестовать дважды. Однако это были лишь показания одного человека, не подтвержденные никакими записями или компьютерными данными. Если взять Полиона под стражу сейчас, не заручившись никакими твердыми уликами, то к тому времени, как они вернутся — Сев был в этом уверен, — на Шемали не останется никаких свидетельств преступления.

— Невозможно, — с чувством сказал Фористер. Сев устало кивнул.

— Ну. Я не говорю об экологии планеты. Но вы можете быть уверены, что в заводских цехах не останется ничего, к чему могла бы придраться комиссия. Это будут чистенькие сборочные конвейеры со всеми положенными по технике безопасности средствами.

— А заключенные, которые уже пострадали от воздействия кислот или газов?

— Я не думаю, — угрюмо промолвил Сев, — что к тому времени кто-то из них еще будет иметь возможность давать показания.

— Тогда мы должны явиться туда прямо сейчас и собрать улики, — предложил Фористер.

Сев покачал головой:

— Не получится. Он умный — для важных персон предоставляется специальный тур, подальше от опасных производственных линий и изуродованных узников. В основном по вторичным производствам на другой стороне планеты. Я знаю, как найти один из самых худших цехов. Я там был. Но без меня он будет водить вас с одного конца центральной тюремной фабрики до другого, и вы ничего не увидите, и каждый раз, когда будете пытаться свернуть в сторону, у вас на пути окажется полдюжины охранников. Я должен идти с вами. — Он попытался приподняться, но закашлялся и снова рухнул на подушки.

— Ты не можешь! — воскликнула Фасса.

— Может, если должен, — возразила Микайя Квестар-Бенн. — Долг превыше всего. — Она и Сев кивнули друг другу. — Вы обе, — генерал указала кивком на Фассу и Альфу, — возвращайтесь в свои каюты. Вам здесь больше нечего делать — не следовало позволять вам слышать и это.

— Подождите! — вскрикнула Фасса, когда Фористер взял ее за руку. — Должен быть и другой способ. Разве вы не понимаете, что, взяв Сева с собой, вы ничего не добьетесь? Даже если бы он не был в таком состоянии, но, увидев его, Полион сразу поймет, что что-то тут не так. Никто из вас — никто из нас не выйдет оттуда живым.

— Не надо так, — мягко ответил Фористер. — Твой приятель не может быть настолько опасен.

Лицо Фассы застыло.

— Если не верите мне, спросите у других. Альфа?

Альфа бинт Герца-Фонг неохотно кивнула.

Фасса подняла глаза на сенсоры.

— Нансия, ты можешь соединить нас с Блэйзом и Дарнеллом? Всего на минутку.

Оба молодых человека согласились с точкой зрения Фассы касательно данной ситуации.

— Тогда что мы можем сделать? — спросил Фористер. — Проклятье, я не собираюсь, поджав хвост, удирать с планеты от страха перед испорченным сынком из Высшей Семьи только потому, что тот заполучил в руки какие-то опасные игрушки!

— Я думаю, — медленно сказала Фасса, — что вам нужно попытаться использовать меня. — Лицо ее было бледным. — Отведите Альфу обратно в ее каюту, и я объясню, что мы можем сделать — по крайней мере, я думаю, что можем. — Она бросила извиняющийся взгляд на Альфу.

— Предательница! Когда Полион узнает…

Фасса сжала губы. Сейчас она не была милой куколкой, как обычно. Но она была почти прекрасна холодной и отстраненной красотой.

— Я должна попытаться хоть что-то сделать, верно?

— Лучше ты, чем я, — ответила Альфа и повернулась, чтобы уйти. — Ну ладно. Заприте меня. Я даже не хочу слышать про этот план. Может быть, если меня не будет здесь во время обсуждения, Полион не будет винить меня в том, что я его предала. — Однако особой надежды на это в ее голосе не было.

Когда Фасса объяснила свой план, наступило короткое молчание: Фористер, Нансия и Микайя обдумывали слова девушки.

— Ты думаешь, он попадется на эту удочку? — спросил Фористер.

— Он считает Нансию беспилотником ОГ, — указала Фасса. — И полагает, что пассажиры корабля кремировали Сева за то, что тот был досадной помехой. Если бы он не проглотил эту историю, то, поверьте, сейчас у нас уже были бы неприятности. — Она вымученно улыбнулась. — Убийство и корабль «Перевозок ОГ» — какие еще верительные грамоты нужны? И к тому же у вас буду я, чтобы представить вас…

— Я тебе не позволю! — хриплым голосом прервал ее Сев.

— Фасса останется на борту Нансии, — вмешалась Микайя. — По понятным причинам. — Она посмотрела на девушку. — Пока ты на корабле, мы сможем следить за тем, что ты скажешь. И, я думаю, тебе следует надеть вот это. — Генерал наклонилась, проделала что-то с протезом левой ноги и извлекла оттуда два отрезка блестящей, тонкой, как нить, проволоки. — Вытяни руки.

Фасса повиновалась, и Микайя обмотала запястья девушки проволочками. Когда она скрутила концы, проволочки словно съежились и стали практически невидимыми.

— Кандал-поле? Это действительно необходимо?

Микайя кивнула.

— Мера безопасности, ничего больше. Поле не будет активировано, если мы не попадем на Шемали в неприятности. Понятно, Нансия?

— Принято.

Микайя коснулась своей синтетической руки.

— Здесь у меня встроенный генератор кандал-поля, — сказала она Фористеру. — Может пригодиться нам на Шемали. Хочешь проволоку?

Фористер взял у нее горсть блестящих проволочек и с сомнением посмотрел на них.

— Я предпочитаю решать проблемы более элегантным способом.

— Я тоже. — Микайя расправила темно-зеленую штанину форменных брюк, снова скрывая протез. — Однако это не всегда возможно. Все говорят мне, что будут ужасные политические последствия, если хоть волос упадет с головы этого отродья Высших Семей. Так что… — Она снова провела ладонью по протезу и выпрямилась. — Я припрятала игольник. Согласна с тобой, взять его сразу было бы проще, но ты настаиваешь, чтобы все было сделано по учебнику…

— Это не совсем то, что я подразумевал под элегантным решением, — возразил Фористер.

Микайя посмотрела на него, и на ее мрачном лице появился намек на усмешку.

— Я знаю. Однако обычно это наиболее «элегантный» способ. Если оставить мелкого тирана развиваться и дальше, он вырастает в крупного тирана. И тогда получается капеллианская заваруха или что-то вроде того. Войны, — заметила она, — вещь совершенно неэлегантная. — Она кивнула Фассе, словно бы извиняясь. — Пойми, я не обвиняю тебя в измене, просто не пытайся ничего предпринять. Хочу тебя предупредить…

— Что если я подам Полиону какой-нибудь тайный знак, мне это принесет больше вреда, чем пользы, — спокойно завершила фразу Фасса. — Вы мне не верите. Это нормально. Я бы тоже не поверила.

Теперь даже губы ее были белыми, а руки дрожали, однако она без колебаний двинулась к выходу из лазарета.

Нансия видела, что Сев беспокоится за Фассу, но сейчас настолько не в форме, что даже попытка встать и пойти вместе со всеми может причинить его здоровью тяжкий ущерб. Поэтому она переключила экраны, чтобы дать ему возможность видеть и слышать все, что происходит в рубке.

Нансия запустила последовательность сигналов, открывающую канал связи с властями планеты. Фасса все еще была бледна, однако всю церемонию представления провела с идеальным спокойствием и сдержанностью. Фористер и Микайя были представлены Полиону как Форрестер Перес и Квалия Бентон, пара потенциальных покупателей гиперчипов, желающих вложить деньги в эту операцию. Фасса тонко намекнула, что «Квалия Бентон» на самом деле высокопоставленный генерал с Центральных Миров, и Микайя шагнула было вперед, чтобы остановить ее. Фористер положил руку на плечо Микайи.

— Доверься юной леди, Мик, — пробормотал он. — У нее… э-э… больше опыта в такого сорта делах, чем у тебя или у меня.

И это сработало. Полион не насторожился при виде военной выправки Микайи, и само ее присутствие рядом с Фассой на корабле «Перевозок ОГ» он воспринял как признаки того, что эта женщина настолько же коррумпирована, как сам Полион и его друзья. И он явно был рад тому, что ему удалось завязать такие контакты. Через несколько минут он отдал распоряжение встретить «друзей» Фассы и устроить им тур по новейшему заводу гиперчипов.

— Я не знаю почему, но Полион всегда стремился, чтобы армии было продано как можно больше гиперчипов, — сказала Фасса остальным после того, как сеанс связи был завершен. — И это не из-за денег: однажды он предложил Академии партию по сниженным ценам, но Совет по распределению не одобрил этого. Я знала, что ваше звание, Микайя, будет для него дополнительной приманкой. Проникнуть в систему поставок для армии с черного хода — заветная мечта Полиона.

— Полагаю, он хочет произвести впечатление на своих бывших учителей и однокашников, удостоверившись, что все они пользуются его изобретением, — подумал вслух Фористер.

Нансия была сбита с толку.

— Но ведь он не думает, что, продавая гиперчипы на черном рынке, добьется высокого статуса в глазах персонала и выпускников Академии?

Все трое мягкотелых вежливо рассмеялись, и Нансия услышала слабый смешок, донесшийся по сенсорной связи из лазарета, где отдыхал Сев.

— Как-нибудь поинтересуйся источниками состояния всех Высших Семей, Нансия, — посоветовал ей Брайли. — Деньги бесследно смывают любой позор — и куда быстрее, чем ты можешь вообразить.

— Только не для Академии, — возразила Нансия. — И не для Дома Перес-и-де Грас.

Нансия до последней минуты хлопотала вокруг Фористера и Микайи, снабжая их комм-клипсами, «жучками» и всяким другим оборудованием удаленной защиты, которое только приходило ей на ум.

— Я не знаю, какой в этом прок, — пожаловался Фористер. — Де Грас-Вальдхейм отключил «жучок» Сева, и никого это по тревоге не подняло, не так ли?

— Но я тогда не наблюдала за Севом, — указала Нансия.

Ей следовало запереть Фассу в каюте прежде, чем Фористер и Микайя уйдут с корабля. Но ей не хватило решимости.

— Кто-то ведь должен оставаться с Севом! — умоляла Фасса.

— А, пусть девочка с ним остается, — неожиданно вступился Фористер. — В любом случае она немногого стоит в качестве заложницы. Если даже половина того, что Сев рассказал нам о заводе гиперчипов, правда, то на совести Полиона де Грас-Вальдхейма уже столько смертей, что он пожертвует целым кораблем своих бывших приятелей, даже в лице не переменившись.

Фасса кивнула:

— Да, это так. Только я бы не сказала, что он не переменится в лице. Улыбнется от радости — это скорее похоже на правду.

— Почему же раньше никто из вас ничего не сказал нам о Полионе? — спросила Нансия. — Вы все что-то выбалтывали, указывали пальцем друг на друга, пытались торговаться за свою участь, но ни словом не предупредили нас о Полионе.

— Мы боялись, — горько ответила Фасса.

— Ты так боялась, что отпустила Сева на Шемали без единого предостережения? Если бы я только могла предположить что-то подобное, я ни за что не позволила бы ему лететь без наблюдения.

— Я не знала, что Сев летит на Шемали, — защищалась Фасса. — Никто мне ничего не сказал. Я даже не знала, что его не было на борту, когда мы покинули Бахати. Я знала только, что он не пришел повидать меня снова, и я думала… думала… и была права. Зачем ему волноваться о такой, как я? — Глаза ее наполнились слезами, и Нансия решила, что эти слезы уж точно были искренними.

— Фасса дель Парма, ты полная идиотка! — слабый, хриплый голос Сева заставил всех вздрогнуть; Нансия совсем забыла, что оставила включенной связь между рубкой и лазаретом. — Иди сюда, будешь держать меня за руку и утирать мне пот со лба. Я, в конце концов, ранен и нуждаюсь в заботе и внимании.

— Вызови Альфу. Она врач, — всхлипнула Фасса.

— Мне нужна ты. Так ты идешь или мне подняться и самому привести тебя?

Фасса выбежала из рубки. Нансия смотрела, довольная, как девушка ворвалась в медотсек. В этот момент Нансия чувствовала лишь некоторую неловкость за то, что подсматривает. Разве Сев не дал ей строгие указания держать все сенсоры включенными, когда он находится наедине с Фассой дель Парма?

Эти двое были слишком заняты друг другом, чтобы от Фассы могла исходить какая-либо угроза. И все-таки Нансия не выключала сенсоры, одновременно сосредоточив большую часть внимания на информации, получаемой с комм-клипс Фористера и Микайи. Полион не терял времени даром: он встретил их на посадочной площадке во флайере. Машина немедленно взлетела и направилась к новейшему заводу по производству гиперчипов, уродливому безликому зданию, расположенному в небольшой долине. Когда-то, вероятно, эта местность была довольно красива: до того, как строительные бригады Полиона взрыли землю, а отходы, извергаемые заводом, убили всю растительность. Теперь здание стояло на покатом холме, окруженном стоячей, мертвой водой и торчащими, обломанными стволами мертвых деревьев. Нансия ощутила, как ее сенсоры сжались от отвращения при этом зрелище.

— Генерал, вы сможете вести этот флайер? — пробормотала она в комм-клипсу.

— Рада видеть, что у вас такое современное оборудование, де Грас, — вслух произнесла Микайя. — Я не так давно была испытателем прототипа этого флайера, однако понятия не имела, что эта модель уже поступила в широкую продажу.

Хорошо. Микайя сможет доставить их троих обратно. Пока Полион вел флайер на посадку и показывал Микайе и Фористеру дорогу в заводское помещение, Нансия прислушалась к разговору Сева и Фассы.

— Ты слишком много думаешь, — спокойно сказал Сев девушке. — Я имел в виду именно то, что сказал тебе тогда, и от своих слов не отказываюсь. Глупая, я ведь полетел на Шемали ради тебя!

— Ради меня? — переспросила Фасса с таким выражением, словно вообще ни о чем не думала.

Сев кивнул.

— Я каждую ночь бродил по коридорам Нансии, пытаясь придумать, как тебя спасти, и потом Дарнелл дал мне ключ. Он сказал, что ты подрядилась построить завод по производству гиперчипов для Полиона, а потом, когда первоначально возведенное здание рухнуло, ты построила его заново бесплатно. Я подумал, что, если смогу доказать это, твой адвокат сможет заявить, что ты никогда не выполняла некачественные работы преднамеренно — что все проблемы с построенными тобой зданиями были лишь результатом некомпетентности: юную девушку послали управлять бизнесом, с которым она незнакома. И он смог бы доказать это, продемонстрировав, как ты по своей воле исправила причиненный ущерб, когда эта проблема оказалась доведена до твоего сведения.

Фасса улыбнулась сквозь слезы.

— Это прекрасный, замечательный аргумент, Сев. К сожалению, в нем нет ни слова правды. Я чрезвычайно компетентный подрядчик… или, точнее, была таковым. — Она фыркнула. — Чертов папа. Он случайно послал меня управлять бизнесом, к которому у меня действительно есть талант.

— Но если это обстоит именно так, — мягко произнес Сев, — то почему бы тебе, черт возьми, просто не быть хорошим подрядчиком, вместо того чтобы разгуливать в платьях, которые то и дело спадают у тебя с плеч и сводят с ума пожилых мужчин?

Лицо Фассы окаменело.

— Спроси моего отца.

Она пыталась отвернуться, но Сев схватил ее за обе руки.

— Я заподозрил кое-что некоторое время назад. И… просмотрел старые новостные ленты. Именно поэтому твоя мать покончила с собой?

Фасса кивнула. Слезы неудержимо струились по ее лицу.

— Ну что ж. Теперь ты не захочешь иметь со мной ничего общего. Я понимаю. Я не… я не… это был не только папа, знаешь ли. Еще и все те, другие мужчины… — Она старалась подавить рыдания.

Для человека, который несколько часов назад был на грани жизни и смерти, Сев проявлял удивительную способность к восстановлению. Нансию впечатлило, с какой силой он привлек к себе Фассу и обнял ее, несмотря на все сопротивление девушки.

— Ты, — твердо заявил он, — та женщина, которую я люблю, и ничто из того, что случилось до сегодняшнего дня, не имеет для меня ни малейшего значения.

Он на миг умолк, и Нансия выключила свои визуальные сенсоры. Она не думала, что меры безопасности действительно требуют того, чтобы наблюдать, как Сев Брайли-Соренсен целует Фассу дель Парма с отчаянной жаждой человека, задыхавшегося в вакууме и вдруг получившего доступ к баллону с кислородом.

 

На Шемали Микайя Квестар-Бенн наконец-то убедила Полиона прервать показательный VIP-тур по заводу. Она сказала, будто не верит, что Полион может произвести достаточно гиперчипов, чтобы удовлетворить ее запросы и, более того, расширить производственные мощности достаточно быстро для этого. На то, чтобы не нарушать требования, выдвигаемые Торговой Комиссией, уходит слишком много времени.

Полион хмыкнул и предложил Торговой Комиссии коллективно сделать нечто, анатомически невозможное для отдельного индивидуума. А если генерал желает посмотреть, как быстро на заводе производятся гиперчипы, она и ее друг могут прямо сейчас пройтись вместе с ним, Полионом, и посмотреть. Только нужно надеть защитные костюмы, добавил де Грас-Вальдхейм, сам влезая в серебристый костюм.

Пока Микайя и Фористер надевали предоставляемые для гостей комбинезоны, Микайя невинно отметила, что стоимость защитного облачения для всех работающих на конвейере узников должна быть немалой и что лично она не видит, каким образом можно поддерживать точность, необходимую для процесса сборки, при работе в неуклюжих перчатках скафандра.

Полион усмехнулся и согласился, что трудности это доставляет огромные.

 

На борту Сев и Фасса снова разговаривали. Нансия с некоторой осторожностью прислушивалась к их разговору, однако в нем не было ничего, способного привлечь ее внимание. Фасса была угрюма из-за перспективы провести долгие годы в заключении. Сева это тоже не очень радовало, но он заверил Фассу, что дождется ее.

— Если только они не решат стереть мне личность, — возразила Фасса. — Не думаю, что они способны отпустить убийцу на свободу.

— Фасса, но ты не убийца. Калеб не умер.

Фасса вздрогнула всем стройным телом и замерла.

— Не умер?

— Да, ты правильно сказала: никто тебе ничего не говорил, — согласился Сев. — Он не умер. И даже не очень серьезно пострадал: когда я покидал Бахати, он находился на лечении по поводу повреждений, причиненных нервной системе.

Последние сведения из Саммерлендской клиники гласят, что нервные функции должны довольно скоро полностью восстановиться и что он, вероятно, сможет вернуться к своим обязанностям «тела» через несколько недель, — подтвердила Нансия.

Сев и Фасса отпрянули друг от друга и вскинули глаза на динамик.

— Нансия! — воскликнул Сев. — Я не знал, что ты слушаешь.

— Ты сам дал мне такой приказ, — напомнила Нансия.

— Ох. Верно. — Сев задумался. — Могу ли я отменить этот приказ? И послушаешься ли ты меня в этом случае?

— Я на самом деле не должна этого делать.

— Запри нас обоих внутри, — предложил Сев. — Мне все равно. Но, прошу тебя, нельзя ли сейчас оставить нас? Это путешествие до Центральных — скорее всего, единственный мой шанс побыть наедине с моей девушкой еще на долгое-долгое время.

У Фассы был необычайно счастливый вид для того, кому предстоит суд и суровый приговор. Нансия выключила сенсоры в лазарете.

 

На Шемали ей тоже нечего особо было наблюдать. Микайя и Фористер не стали ждать, пока им устроят полный тур по конвейеру сборки гиперчипов; несколько кадров с заключенными, работающими без всякой защиты с едкими кислотами, в помещениях, наполненных ядовитым газом, были уликами, необходимыми для подтверждения детальных свидетельских показаний Сева. Записи смотрелись особенно чудовищно в сопровождении мягкого, вежливого голоса Полиона, объясняющего, каким образом он ускорил и удешевил производство, обрекая тем самым узников, находящихся на его попечении, на медленную и мучительную смерть от производственного отравления. К тому времени, как Нансия просмотрела эти изображения, Микайя уже закрутила кандал-проволоки вокруг запястий, лодыжек и даже шеи Полиона. Активировав поле, связывающее лодыжки, она зачитала ему официальную формулу ареста.

— Вы не можете это сделать! — запротестовал Полион. — Вы знаете, кто я? Я де Грас-Вальдхейм! И у меня есть разрешение губернатора Ляути на все, что я здесь сделал.

— Мой «мозговой» корабль уже затребовал санкции на проведение теста на наркотики в отношении губернатора Ляути и всего прочего гражданского персонала, — ответил ему Фористер. — Едва услышав, как разговаривает ваш диспетчер космопорта, я заподозрил применение «блажена». Что вы сделали: превратили в наркомана любого, кто способен на вас донести?

— Вы не можете арестовать меня, — повторил Полной, как будто не понял ни слова.

Микайя Квестар-Бенн улыбнулась. Эта улыбка могла бы заморозить сталь до стеклянной хрупкости.

— Хочешь побиться об заклад, сынок? Иди впереди меня. Медленно. Не хочу, чтобы при попытке к бегству кандал-поле отрезало тебе обе ступни: это слишком быстрая и легкая смерть для такого, как ты.

И когда Полион снова открыл рот, генерал активировала расширенное кандал-поле от надетого на шею проводника, чтобы не дать арестованному размахивать языком и дальше.

Когда они выходили из цеха, вслед им несся хриплый, захлебывающийся смех узников.

 

Глава 16

 

К вящему потрясению и изумлению Полиона, старуха-киборг и ее напарник действительно сумели убедить губернатора Ляути, что наделены правом арестовать и депортировать де Грас-Вальдхейма. Термин «убедить», вероятно, был слишком сильным. С горестным удивлением Полион понял, что попал в собственную ловушку. Губернатор, как и все гражданские служащие, оставшиеся на Шемали, постоянно получал дозу разработанного Альфой бинт Герца-Фонг седуктрона. Поскольку Ляути занимался совершенно несущественной работой, Полион держал его на такой высокой дозе, что губернатор мог только дружески кивать и соглашаться со всеми, кто бы с ним ни говорил.

Должно быть, кто-то это вычислил и придумал, как использовать против самого Полиона. Рот де Грас-Вальдхейма был заткнут кандал-полем, и Полион мог только смотреть и слушать, пока эта Микайя Квестар-Бенн и ее напарник изрекали официальные словеса, потрясали своими фальшивыми — они просто не могли быть не фальшивыми! — верительными грамотами и вели его обратно к флайеру. К тому самому флайеру, на котором он привез их сюда из космопорта.

Они заботливо убрали поле от его рта, как только флайер поднялся в воздух. Полион хранил гордое молчание во время всего короткого пути обратно в космопорт, однако его мозг работал в бешеном темпе. Полион отказывался признать, что его «арест» был настоящим. У настоящих агентов Центра есть свой транспорт, они не станут летать на попутном корабле от «Перевозок ОГ» или просить эту мелкую лживую шлюшку Фассу дель Парма выступать как посредницу. Должно быть, это какой-то трюк, измышленный Дарнеллом и Фассой для того, чтобы взять контроль над производством гиперчипов. Полион не намеревался доставлять им или их дружкам радость наблюдать, как он сопротивляется и протестует. Позднее, когда он раскроет их игру, он сможет заставить их поползать в пыли. Дарнелла будет легко сломать, но Фасса… Полион неприятно улыбнулся, подумав о том, как именно он будет выбивать из нее гордость. Он еще никогда не угрожал Фассе физически. Может быть, пора начать.

Затем, когда флайер мягко приземлился на посадочную площадку, Полион моргнул, на момент узрев силуэт корабля на светлом фоне неба. Одни только гладкие линии и обтекаемые контуры, без вводящих в заблуждение логотипов и раскраски «ОГ», и Полион понял, что такой же в точности корабль он видел раньше.

— Курьерская Служба, — простонал он и впервые начал верить, что действительно арестован.

— Хоть до одного дошло, — отозвался невысокий молчаливый мужчина, сопровождавший генерала Квестар-Бенн, и протянул Полиону руку, чтобы помочь ему выйти из флайера. — Пора и мне представиться. Фористер Амонтильядо-и-Мэдок, «тело» ФН-935.

— Ты — «тело», старина? — фыркнул Полион. — Я в это поверю только тогда, когда увижу! — Он отказался от помощи и выпрыгнул из флайера самостоятельно: ноги вместе, руки стянуты впереди, но тем не менее прыжок вышел спортивно-изящный. Несмотря на кандал-поле, Полион не потерял ни своей силы, ни естественного чувства равновесия.

— Вам не придется ждать долго, — спокойно ответил Фористер. — Я представлю вас моему «мозговому» кораблю, как только мы окажемся на борту.

Полион хранил угрюмое молчание, пока его конвоировали в корабельный лифт, доставляли вверх на жилой уровень и вдоль по коридору мрачно-лиловой раскраски в ту каюту, где ему предстояло пребывать в заключении. Оказавшись там, Полион привалился к стене и стал ждать. «Тело» Фористер и киборг Микайя вышли, оставив его запястья и лодыжки по-прежнему связанными.

— Подождите! — крикнул Полион. — Разве вы не собираетесь…

Диафрагма двери, несколько раз щелкнув, сомкнулась за ними, а момент спустя из динамиков над головой зазвучал приятный женский голос.

— Добро пожаловать на борт ФН-935, — сказала эта… это. — Я Нансия, «мозговой» корабль этого тандема. Ваш арест произведен законно по Центральному Кодексу… — И она зачитала параграфы и ссылки на прецеденты, ничего не означающие для Полиона. — Будучи заключенным, ожидающим суда за тяжкие преступления, вы можете быть по полному праву связаны кандал-полем на протяжении всего путешествия, которое продлится примерно две недели. Генерал Квестар-Бенн передала функции контроля над кандал-полем на мой компьютер. Если вы дадите слово не причинять вреда ни мне, ни вашим спутникам, я сейчас отключу поле и предоставлю вам свободу в пределах вашей каюты.

Полион окинул взглядом тесное помещение и сардонически рассмеялся.

— Даю тебе слово, — произнес он. Слова нынче дешевы.

Как только он договорил, электромагнитное поле прекратило свою вибрацию. Запястья и лодыжки покалывало от возвращающейся чувствительности; неприятное ощущение, но намного, намного лучше, чем сидеть со связанными руками и ногами на протяжении двух недель.

«Мозговой» корабль блеял какие-то угрозы насчет усыпляющего газа и других мер ограничения, которые будут применены, если заключенный доставит неприятности, но Полион даже не давал себе труда слушать. Ему слишком многое нужно было обдумать. И кроме того, он не намеревался делать ничего, что мог бы увидеть корабль. Он не настолько туп.

Ненавязчиво, якобы разминая запястья для восстановления полной подвижности, Полион коснулся нагрудного кармана и ощутил успокаивающую выпуклость именно там, где она и должна была быть: там он всегда носил мини-кристалл с последней тестовой версией своей управляющей программы. «Я умница, — подумал Полион. — Слишком умен, чтобы эта парочка смогла удержать меня под замком».






Не нашли, что искали? Воспользуйтесь поиском:

vikidalka.ru - 2015-2024 год. Все права принадлежат их авторам! Нарушение авторских прав | Нарушение персональных данных