Главная | Случайная
Обратная связь

ТОР 5 статей:

Методические подходы к анализу финансового состояния предприятия

Проблема периодизации русской литературы ХХ века. Краткая характеристика второй половины ХХ века

Ценовые и неценовые факторы

Характеристика шлифовальных кругов и ее маркировка

Служебные части речи. Предлог. Союз. Частицы

КАТЕГОРИИ:






Роберт Лоуренс Стайн 3 страница




—Еще вот эти дома — и школа, — бросила Ханна. — Ты как?

Я ничего не ответил. У меня все из головы не выходили Марлинги. Я рассказал Хане о зверином вое. который доносился из их дома.

— Дядя Колин говорит, у них две немецкие Огромные и злые.

—Да нет у них никаких овчарок, — возразила Хана.

Я даже остановился.

—Как так нет?

—У Марлингов сроду не было собак, — повторила она. — Сколько живу здесь, никаких собак у них не видела,

— Почему же дядя сказал, что есть?

—Чтобы не пугать тебя.

—Я… я ничего не понимаю, — в полной растерянности проговорил я. — Но если у Марлингов нет собак, то откуда эти жуткие следы до самого окна?

Ханна только головой покачала и пристально посмотрела на меня своими блестящими, как маслины, серовато-зелеными глазами,

— А ты так и не врубаешься?

—А во что я должен врубаться?

—Да что Марлинги — оборотни! — воскликнула Ханна.

 

«В этом Волчьем Ручье все просто одержимы оборотнями», — подумал я.

Весь оставшийся путь до школы я смеялся и потешался над Ханной. Это ж надо, в наше время верить в оборотней!

— Ты просто хочешь попугать меня, —говорил я. — Только меня не так-то просто напугать. Я своими глазами видел одну из немецких овчарок Марлингов. Забыла? Она выла в окне Марлингов.

— Верь во что хочешь, — бросила Xанна, пожимая плечами.

— И больше не вздумай морочить мне голову этими оборотнями, — раздраженно закрыл я эту тему.

Только закрыть ее не удалось. К моему немалому изумлению, даже мистеру Шейну, классному руководителю шестого класса, не не терпелось поболтать об оборотнях. Он говорил о них все утро!

Ему было где-то около сорока. Такой толстенький, рыхлый, с редеющими темными волосами. На носу тяжелые черные очки. А лицо круглое и румяное. На нем был желтый свитер, и он выглядел в нем как спелая груша.

Но Ханна оказалась права. Он действительно был милым. Очень добрым. Он приветливо и тут же познакомил со всеми ребятами. Благодаря ему я сразу почувствовал себя как дома.

Он посадил меня за парту у окна. Ханна сидела на первой парте.

Шон с Арджуном сидели у окна на другой стороне класса. Они кивнули мне, но ничего не сказали.

Оба были какие-то взъерошенные и усталые на вид. Их мешковатая одежда вся была помятая, будто ее жевали. Можно было подумать, что они не спали всю ночь.

Странная мысль...

Задав обычные вопросы насчет отсутствующих и прочее, мистер Шейн уселся на краешке стола и обвел глазами класс. Он подождал, пока все усядутся и угомонятся.

—Кто из вас знает, что изучает ликантропия? — спросил он. Его темные глаза блеснули за стеклами очков.

Я даже слова-то такого не слыхивал. Но, к моему удивлению, поднялось сразу несколько рук. Он вызвал Арджуна.

— Людей, превращающихся в волков, — ответил Арджун.

— Оборотней! — воскликнул Шон.

Мистер Шейн кивнул.

— Правильно. Оборотней, — повторил он. — Именно их изучает ликантропия. — Он прокашлялся. — Поскольку Хэллоуин на носу, давайте поговорим о ликантропии.

—Нынче в Хэллоуин полнолуние! — подал голос высокий мальчик спортивного сложения.

— Правильно, — снова кивнул мц Шейн. — Многие считают, что только в полнолуние оборотни превращаются в волков, но это неправильно. Хотя сила оборотней в полнолуние действительно возрастает.

Он закинул ногу на ногу, чуть откинулся назад и начал рассказывать. Он говорил о том, как два столетия назад в Европе зародились легенды о вервольфах. Обыкновенный человек, укушенный оборотнем, в полнолуние становится оборотнем.

—Это проклятие, и его нельзя снять, — продолжал мистер Шейн негромким монотонным голосом. Он явно хотел, чтоб его рассказ был жутким. — Сколько бы ни пытался человек с таким проклятием вести нормальную жизнь, он все равно превратится в волка, когда полная луна прольет на него свой свет.

—А девочки тоже? — спросила Ханна.

Кто-то хихикнул.

— Да. Девочки тоже, — совершенно cepьезно ответил учитель. — И будет рыскать по лесам в поиске добычи.

— Клево! — воскликнул рыжий мальчик, сидящий передо мной.

Все засмеялись.

—На рассвете волчья шкура с оборотня спадает, — продолжал свои объяснения мистер Шейн. — Он снова принимает человеческий облик. Он может спрятать шкуру до следующей ночи. Ведь если кто-нибудь найдет шкуру оборотня и сожжет ее, оборотень умрет.

—Клево! — снова громко сказал рыжий мальчик.

Снова многие засмеялись и оживленно загалдели.

Мистеру Шейну не сразу удалось угомонить класс. Он вспрыгнул со стола, подтянул свой свитер и зашагал перед доской.

— Кто-нибудь в классе верит в существование оборотней? — задал он вопрос.

Я засмеялся. Я ни на секунду не сомневался, что таких нет. Но каково же было мое изумление, когда поднялся лес рук. Все подняли лес рук.

— Вы все верите в оборотней! — воскликнул мистер Шейн

—Конечно, — подтвердил Арджун.

— Конечно— поддакнул Шон.

Я повернулся в их сторону. Оба внимательно смотрели на меня.

У меня вдруг по спине пробежал холодок. Что это значит? Что здесь происходит?

 

Как только уроки кончились, Шон с Арджуном подошли ко мне. В коридоре хлопали дверцы шкафчиков. Кафельные стены усиливали крики и смех.

Шон и Арджун с любопытством смотрели на меня.

—В чем дело? — спросил я, застегивая молнию на своей сумке.

Мистер Шейн помахал рукой и вышел класса, неся тяжело набитый портфель. В классе остались только мы.

—Ну, как тебе здесь? — спросил Шон.

—Чудно оказаться в чужой школе, правда? — подхватил Арджун.

—Типа того, — промычал я. — Особенно когда знаешь, что будешь тут всего несколько недель.

—Везет же некоторым, — пошутил Арджун. — А мы вот с Шоном надолго застряли здесь.

—В Волчьем Ручье не так уж плохо, —заметил я, вешая сумку на плечо.

Шон и Арджун ничего не ответили и все же внимательно смотрели на меня. Шон сунул руку в карман своих просторных джинсов, Арджун изучал серебряное колечко у себя на мизинце.

—Так ты не веришь в оборотней? — первым нарушил молчание Шон.

—Я? Да знаешь... — вдруг смутился я.

—Ты не поднял руку, — пояснил Арджун. —А все подняли.

—Ах, вот что. Да я и в самом деле не верю в эту чушь. Вы о чем, ребята? Мы уже на пороге двадцать первого века. Вы что, на каждом шагу встречаете людей, обросших волчьей шерстью? Не пудрите мне мозги.

Я хотел превратить все в шутку, но они не смеялись, а все также не сводили с меня глаз и физиономии у них были серьезные.

—Оборотни существуют, — негромким голосом, но твердо заявил Арджун. — Мы можем тебе это доказать.

—Не сомневаюсь, — с иронией поддакнул я, выкатив глаза. — Дед Мороз тоже существует. Я видел его в автобусе в Кливленде

—Мы можем это доказать, Алекс, — повторил Арджун — Мы можем показать тебе оборотня.

—Настоящего, — поддакнул Шон.

—Нет уж, спасибо. Я и в самом деле...

—Ты можешь сфотографировать его, — перебил меня Арджун.

—Конечно. Хоть целую пленку снимай! — подхватил его дружок.

Тут я задумался. Я вспомнил о фотоконкурсе. Мне позарез нужна была забойная хэллоуинская фотография для этого конкурса. Что-нибудь по-настоящему крутое.

Шон иАрджун придвинулись ко мне вплот ную и все надвигались, а я пятился, пока не наткнулся спиной на подоконник.

—Ну так что, Алекс, хочешь увидеть настоящего оборотня? — как с ножом к горлу пристал Шон.

—Хочешь снять настоящего оборотня? —вторил ему Арджун.

Они не сводили с меня глаз и ждали oтвета.

—А что я должен сделать? — спросил я.

 

Тетя Марта рассмеялась.

— Ханна, ты просто неотразима! — воскликнула она, прижав ладони к щекам.

—Спасибо. —Ханна присела в реверансе. —Спасибо!

Ханна пришла похвастать своим хэллоуинским нарядом. Она раздумала наряжаться пиратом. Тот костюм, в котором она пришла, был совершенно неописуемым. Она взяла много старой одежды, разорвала ее на куски и сшила как попадя.

Одна штанина на ее непомерных штанах была коричневой, а другая зеленой, да еще с пестрыми заплатами на коленях. Блузка, или как это называть, была сшита из лоскутов всех цветов радуги — желтых, голубых, красных... А поверх этой немыслимой блузки она напялила какую-то хламиду — уж совсем несусветную и тоже пеструю-препеструю. Всю эту фантазию венчала непомерная шляпа из разноцветных лоскутков, которая падала ей на лицо.

—Кем это ты вырядилась? Старьевщиком?

Она не рассмеялась.

—Я тряпичная кукла. Ты что, не видишь? — Она изо всех сил потянула свою хламиду.

Тетя Марта и дядя Колин дружно засмеялись. Я был рад, что они развеселились. За дом они выглядели такими усталыми и вялыми. Они через силу поддерживали разговор.

—Была такая песенка о тряпичной кукле, — сказала тетя Марта. — Помнишь, Колин?

Дядя отрицательно покачал головой.

—Я давно уже ничего не помню. Хорошо, хоть помню, что надо встать утром.

—О, ради бога, Колин, — засмеялась тетя и игриво ткнула его пальцем, а затем запела песенку о тряпичной кукле.

Ханна стала, дурачась, танцевать под ее пение, воздев руки над головой. Один из рукавов ее хламиды оторвался, и мы все покатились со смеху.

—А твой костюм где, Алекс? — спросила тетя. — Иди надень его. Давайте устроим генеральную репетицию.

—Я... я еще не соорудил, — растерялся я.

—Ну так давай выберем что-нибудь из старого тряпья и сошьем вечером костюм.

—Да нет... я еще не придумал.

Мне было совсем не до костюмов. Я все время посматривал из окна на темнеющее небо и думал о том, что должен буду сделать, совсем стемнеет.

Я думал о том, как мне встретиться с Шоном и Арджуном в лесу у ручья. В школе они велели мне взять камеру и ждать их там.

Они сказали, что оборотень приходит на это место каждую ночь, когда луна восходит до своей высшей точки на небе.

—Он воет на луну, — объяснял Арджун шепотом, выпучив глаза. — А потом опускает голову и лакает из ручья.

—Подожди, сам увидишь! — подхватил Шон. — Это человек и волк одновременно. Получеловек, полуволк.

Я смотрел на них, чуть прищурившись, пытаясь понять, дурачат они меня или нет. Выражение лиц у них было совершенно серьезное и очень возбужденное. И я решил, что они говорят правду.

Неужели такое возможно и оборотни действительно существуют?

В моем сознании промелькнули картины: воющее существо в окне Марлингов, два растерзанных животных в лесу.

Кем они были растерзаны? Оборотнем?

У меня по спине пробежал холодок. Я никогда не верил в оборотней. Но я, в сущности, никогда бывал за пределами города.

В этом маленьком городишке, окруженном со всех сторон лесами, они вдруг обретали жизнь и становились реальными.

—Ну так как? — пристал ко мне Шон. — Придешь в полночь?

Попасть еще раз ночью в лес мне не хотелось. Спасибо! После всего того, что я видел!

С другой стороны, мне, конечно, не хотелось показать им, что я испугался.

Ну а главное, мне так хотелось сделать забойный снимок на фотоконкурс. Фото оборотня - вот это да! Первое место обеспечено. Что может соперничать с таким снимком?

Словом, я согласился как-нибудь выбраться из дома и в полночь встретиться в с Шоном и Арджуном. И вот сейчас, когда дело шло к ночи, я почувствовал, как начинаю нервничать.

Я смотрел на сгущающуюся тьму за окном, и у меня начинало сосать под ложечкой. Руки стали холодными и влажными.

—Алекс, о чем ты задумался? — перебила мои мысли тетя Марта.

—Что-что? — очнулся я и тряхнул головой.

Все засмеялись.

—Ты уставился в окно, глаза остекленели, смотреть страшно, — заметила Ханна.

—Да брось ты, я просто смотрел на луну, — отмахнулся я, передернув плечами.

—Это лунное безумие! — пошутил дядя Колин. — О-о-о-о! Тяжелый случай! •

—А это еще что такое? — спросил я.

—А я откуда знаю. Я только что это выдумал, — ответил дядя.

Мы все снова засмеялись.

Все были в таком хорошем настроении. Мне даже стало завидно. Мне и самому хотелось быть, как все, но из головы не шли мысли о том, что придется выбираться из дома и брести в ночную чащу.

Скоро Ханна ушла домой. Я сказал дяде «Спокойной ночи» и ушел к себе в комнату.

На часах было четверть одиннадцатого.

Я осмотрел камеру. Убедился, что зарядил ее высокочувствительной пленкой.

Потом сел почитать фотожурнал, надеясь, что так время пролетит быстрее.

Я смотрел на страницы журнала и ничего не видел. Я был не в силах сосредоточиться.

Каждые две секунды я помимо воли смотрел на часы.

Почему, когда ждешь, время тянется так медленно?

Наконец без десяти двенадцать я захлопнул журнал. Надел еще один свитер и сверху куртку. Схватил футляр с камерой и повесил на плечо.

Потом на цыпочках подошел к двери.

Тетя и дядя, скорее всего, ушли в лес на съемки ночных животных. Но на всякий случай я все же шел так, чтоб меня не было слышно. Вдруг они никуда не пошли!

Я выключил свет в комнате. Потом взялся за ручку и потянул.

—Ай!

Я повернул ручку и снова потянул.

Повернул в другую сторону и дернул изо всех сил.

—Быть того не может! — ахнул я.

Меня заперли!

Дверь заело, решил я.

Я дернул еще сильнее. Дергал и дергал. Я пробовал толкать, хотя помнил, что она открывается внутрь. Она не поддавалась ни так, ни эдак. Она была заперта. Заперта снаружи

Я отступил от двери. Я был вне себя.

Почему тетя и дядя заперли меня? Чтобы я не ходил в лес поздно ночью? Из-за вчерашних приключений?

— Как они смели так поступить со мной, —возмущался я.

Я бросился к окну. Раздернув занавески, я схватился за оконные шпингалеты.

Рама чуть поддалась... и я невольно вскрикнул.

Снаружи стояла металлическая решетка. Когда они успели поставить ее? Сегодня днем?

Я узник! Меня заперли в этой комнате, как птичку в клетке!

— Как они посмели! — снова крикнул я. —Этого быть не может!

Я поднял раму и схватился за железный переплет решетки, пытаясь сломать ее.

Но железные прутья не поддавались.

Я все еще тряс решетку как безумный.

Руки у меня бессильно опустились, и пронзительный вопль вырвался из моего горла.

Я замер.

И услышал новый рев. Еще более громкий.

И близко. Совсем рядом.

Вой, от которого холодела кровь, становился громче. Откуда он доносился? Из дома Марлингов?

Прижавшись лицом к прутьям решетки, я вглядывался во тьму. Окно в спальню было снова открыто, но дом погружен в кромешную тьму. Света нигде не видно.

Я вглядывался и вглядывался. Луна скрылась за облаками. С трудом можно было разглядеть очертания дома.

Послышалось звериное ворчание. Затем звук тяжелых шагов.

В открытом окне спальни Марлингов появился какой-то силуэт, вот он выскользнул на улицу. Снова топот. Еще одна фигура выпрыгнула за окно и опустилась на четыре конечно-

Одно из существ запрокинуло голову и зашлось в долгом, печальном вое.

А потом оба помчались через задний двор к

Псы? Волки? Люди?

В этом непроницаемом мраке рассмотреть что-либо было невозможно.

Я смотрел им вслед, и в этот момент серебристый свет залил дом: облака рассеялись, и взошла луна.

Но было поздно. Слишком поздно.

Непонятные существа исчезли.

Я со злостью ударил кулаками по решетке.

Шон и Арджун ждут меня у ручья. А я не могу выбраться из дома.

Что они подумают? Что я сдрейфил? Что я слабак?

Теперь мне не сделать забойную фотографию!

Вне себя от злости, я с грохотом опустил окно.

— Завтра ночью, — поклялся я. — 3aвтра ночью я отправлюсь туда, и никакие тети и дяди меня не остановят. Завтра ночью я отправлюсь в лес и узнаю правду об оборотнях!

 

—Как вы могли такое сделать? — возмущенно набросился я утром на тетю с дядей, ворвавшись на кухню. — Как это вам в голову пришло запирать меня, ничего мне не сказав?

Тетя Марта поставила на стол кружку с кофе и встревоженно посмотрела на меня. Потом повернулась к дяде Колину,

—Может, лучше все рассказать Алексу, — обратилась она к нему.

Дядя Колин, прищурившись, посмотрел на меня.

—А ты пытался выбраться сегодня ночью, Алекс?

Я не сразу нашелся что ответить. Мне не хотелось рассказывать им о том, что я задумал.

—Кому понравится оказаться в клетке! — все так же возмущенно бросил я. — Я не маленький. Мне двенадцать, и я полагаю...

—Ты извини нас, — перебила меня тетя. Она бросила взгляд на кухонные часы и поставила передо мной чашку с кукурузными хлопьями.

—Но мы сделали это ради твоего же блага, — добавил дядя Колин, смяв салфетку. — У нас не было другого выхода. Мы не могли позволить тебе шляться по ночам в лесу, как это уже раз случалось. Это очень опасно.

—Мы ведь отвечаем за тебя, — подхват
тетя Марта, толкнув через весь стол чашку с хлопьями. — Мы же обещали твоим родителям, что вернем тебя в целости и сохранности Мы не хотели запирать тебя, Алекс. Но что мы могли придумать, чтобы...

—Но... но... — пытался возразить я.

—Не говоря уж о том, что Марлинги вчера звонили в полицию, — с мрачным видом сообщил дядя Колин.

—Чего-чего? — опешил я. — Они звонили в полицию из-за меня?

Он кивнул.

—Они пожаловались, что ты шпионил за ними.

Я с негодованием закричал.

—Но это же чушь какая-то! Я вовсе не шпионил за ними! Откуда они это взяли?

—Ладно, ладно. Не горячись, — пpoговорила тетя Марта, положив руку мне на плечо. — Выброси из головы этих Марлингов. Просто не приближайся больше к их дому — вот и все.

Я повернулся к ней.

—Они оборотни? — выпалил я.

Дядя Колин чуть не поперхнулся. Тетя Марта издала короткий смешок.

—Это тебе Ханна наговорила? — спросила она.

—А хоть и Ханна.

Она неодобрительно покачала головой.

—У Ханны своеобразное чувство юмора

Марлинги просто с причудами, старые, очень необщительные чудаки, — вмешался дядя Колин, бросив взгляд в окно на дом напротив. Пapa злых людей и пара злых собак.

—Ханна говорит, что у них нет собак.

Дядя Колин скорчил недовольную мину.

—Скажи Ханне, чтоб не наседала на тебя.

—Да что ты хочешь сказать?

—Да она пытается напугать тебя, Алекс. Непонятно, что ли? Ты ее не слушай.

Раздался звонок. На пороге появилась Ханна, Она зашла за мной, чтобы идти в школу.

Я был рад уйти из дома дяди и тети. Я все еще сердился за эту историю с запиранием, но Ханне об этом не рассказал. Она просто посмеялась бы над всем этим. Да еще разболтала бы всем в школе: дескать, вот как тетя с дядей беспокоятся за меня — даже на ночь запирают, как ребенка.

Я ни словом не обмолвился и о собаках Марлингов. Мне не хотелось опять спорить об оборотнях. Я хотел сам узнать всю правду.

В школе я повесил куртку в шкафчик и отправился в класc мистера Шейна. Но только я повернул за угол, дорогу мне преградили Шон и Арджун.

Они подкарауливали меня. Обступив меня с двух сторон, они прижали меня к стене. Глаза у них горели от нетерпения.

—Привет, Алекс, — хлопнул меня по плечу Шон

—Ну как, видел ночью оборотней?

—Да... я... — растерянно забормотал я, не зная, что сказать. — Понимаете... тетя с дядей.

Чего это они на меня так уставились? Опять хотят запугать меня?

Шон как-то странно усмехнулся.

—Понравилось в лесу ночью? — спросил

—Как тебе там? — подхватил Арджун, — Поймал оборотня?

Я отпихнул их и отошел от стены.

—Так вы не приходили?

Оба так и прыснули и стали хлопать друга в ладоши.

—А ты что думал? — хохотал Арджун. – Мы что, чокнулись, что ли, чтобы по ночам по лесу шляться?

—Я дрых без задних ног, — подхватил Шон.

Они снова засмеялись и захлопали дружку по плечам

Так это была шутка! Они просто пошутили. Они меня не ждали. Они и не думали ходить в лес!

—Ну, расскажи, как там было? — поинтересовался Шон. — Ты испугался, когда не нашел нас с Арджуном?

—Да мне как-то не до вас было, — говорю. —И знаете почему? Я просто очень занят был—снимал оборотня!

—Чего? —выпучил глаза Шон.

Теперь настал их черед удивляться.

Конечно, я врал напропалую. Только им-то все равно не проверить, ходил я ночью в лес или нет.

—И что же ты видел? — недоверчиво глядя на меня, спросил Арджун.

_—Я шел за оборотнем, — продолжал я, стараясь не рассмеяться. — Он добрался до ручья и лакал воду. Все, как вы говорили.

—Слушай, перестань молоть чушь, — взмолился Шон.

—Чего тынесешь, правда, — выпучил глаза Арджун. —Тебе все это приснилось.

—Я могу доказать. У меня отснята целая пленка.

—Ну покажи, — потребовал Шон.

—Я ее еще не успел проявить.

Два дружка уставились на меня, пытаясь понять, дурачу я их или нет. Я чувствовал, что сейчас лопну от смеха, но пересилил себя и сохранял серьезную мину.

Прозвенел звонок.

—Опоздали! — закричал Арджун.

Мы бросились в класс и успели сесть за две секунды до прихода мистера Шейна.

Не спрашивайте, о чем говорил учитель. Я ни слова не слышал.

Я все думал о Шоне и Арджуне. Что я им скажу завтра, когда они потребуют от меня фотографии с оборотнем?

Неужели придется признаться, что я морочил им головы?

Нет, решил я. У меня есть план получше.

...— Я хочу сегодня ночью выбраться из дома и поснимать дом Марлингов, — шепотом говорил я в трубку.

—=Алекс? Ты что? Чего ты шепотом говоришь? — звенел в трубке голос Ханны.

Я говорил шепотом, потому что у тети с дядей был только один телефон. Старомодный черный телефон на столике в гостиной. А сами дядя и тетя готовили обед на кухне. Я слышал их голоса из своего кресла.

—Ханна, я хочу спрятаться за домом, — шептал я. — И снять того, кто выпрыгивает по ночам из окна.

— У тебя что-то с горлом или что? — никак не врубалась Ханна. — Я ничего не слышу.

Я открыл рот, чтобы повторить то, что говорил, но в этот момент в комнату вошла тетя Марта.

— Обед на столе, Алекс. С кем это ты разговариваешь?

— С Ханной, — ответил я тете, а в трубку бросил: — Ну ладно, мне надо идти. Позвоню попозже, — и повесил трубку.

Я рассчитывал, что Ханна захочет присоединиться ко мне ночью. Вдвоем было бы веселее. Я решил перезвонить ей попозже.

Зевая и всячески показывая, как хочу cпать, я отправился к себе в комнату сразу после десяти. Через несколько минут я услышал, как щелкнул замок в моей двери. Это тетя с дядей снова заперли меня.

Но на сей раз я оказался хитрее и провел их. Я успел подготовиться.

Еще перед обедом я засунул в щель, куда входит язычок замка, жвачку, так что замок не мог полностью закрыться.

Я опять натянул еще один свитер, проверил камеру и стал ждать, поглядывая на часы.

Незадолго до полуночи я повесил через плечо камеру, осторожно открыл дверь (она легко поддалась) и выскочил из дома на залитый лунным светом двор. Я был готов раскрыть тайну Марлингов.

Я бросил быстрый взгляд на дом Марлингов. Потом развернулся и побежал по мокрой траве к дому Ханны.

Там уже потушили свет. Задняя дверь была не заперта и раскачивалась на ветру, словно приглашая меня зайти.

Но я обошел дом и подкрался к окну в комнате Ханны. Серебряный свет луны заливал оконное стекло, отчего оно, словно зеркало, отражало деревья.

Внутри ничего не было видно. Но окно было чуть приоткрыто.

—Ханна... — позвал я громким шепотом. — Ханна, ты спишь?

В комнате послышалось движение. Занавески раздвинулись.

— Кто там? — раздался сонный голос Ханны.

— Это я, Алекс, — зашептал я, поднявшись на цыпочки. — Подойди к окну.

— Алекс? Что ты тут делаешь?

— Я хочу сделать снимки Марлингов, — объяснил я. — Пойдешь со мной, Ханна?

— Чего ты говоришь? Снимки? Но уже поздно, Алекс. Я спала, а...

— Каждую ночь из их дома доносится звериный вой, — не сдавался я. — А потом кто-то или что-то выпрыгивает из окна спальни и мчится в лес. Дядя говорит, что это их псы, но…

—Я же говорила тебе, — перебила меня Ханна. — Нет у Марлингов никаких собак. Они оборотни. Можешь не верить мне, но это правда. Твои тетя и дядя знают об этом, но не хотят тебя пугать.

— Потому я и задумал сделать фото, — продолжал объяснять я. — Я буду первым, кому удалось снять на пленку оборотней. Одевайся, 'Пошли, — упрашивал я. — Мне хочется, чтоб ты тоже увидела.

— Ты спятил, Алекс. Это же так опасно. Ты говорил об этих растерзанных животных. Их же разорвали на куски. Если Марлинги заметят тебя, они и тебя разделают на кусочки.

От этих слов меня мороз по коже подрал. Но я раскрыть эту тайну и сделать снимки.

— Они нас не увидят! — заверил я ее. — Мы спрячемся в кустах за домом.

—Нас? Да ты что, Алекс? Я ни за что не пойду. Я отстраха умру. Я и тебе говорю: шел бы ты лучше домой.

— Ну Ханна, — упрашивал я, схватив ее за руку. — Пойдем, ну же, Ханна. Разве тебе не хочется посмотреть на оборотней?

— И не подумаю! — резко крикнула Ханна, выдергивая руку. — Иди домой, Алекс. Это не игрушки. Это действительно опасно.

— Но послушай, Ханна...

Но она закрыла окно.

Я тупо смотрел на деревья, отражающиеся в стекле. Кто знает, может, она права. Снова по спине пробежал холодок. Может, я лезу куда не надо и опасность в самом деле велика. Если Марлинги застукают меня...

Раздался низкий рев. Я с трудом проглотил комок, застрявший в горле. И застыл на месте

Оборачиваться было бессмысленно. Я и так знал по звуку.

Оборотень был прямо за спиной.

Раздался новый рев. Я невольно вскрикнул.

Ноги у меня подгибались. Я судорожно вздохнул и круто повернулся, чтобы увидеть зверя.

Никого.

Ни души.

Пустота.

Я проглотил комок, подступивший к горлу, Во рту пересохло.

Новый рев. Тут только до меня дошло, откуда он доносится. Из окна спальни Марлингов.

Они сейчас выпрыгнут, сказал я себе. Я слышал точно такие же звуки каждую ночь перед тем, как они вылезают через окно.

А я стою на открытом месте и виден со всех сторон. Они же меня сразу увидят!

Ноги мне не повиновались. Но я стиснул зубы, набрал полную грудь воздуха и усилием воли заставил себя сдвинуться с места.

Кроссовки заскользили по мокрой траве. Я чуть не упал, но удержался и бросился к кустам, разделявшим участки тети и дяди и Марлингов.

Тяжело дыша, я упал на колени. Сердце колотилось так сильно, что ломило в груди.

Я пригнул голову и схватился за ремешок камеры.

Из открытого окна Марлингов раздался жуткий звериный вой. Луна высветила стену с окном спальни. На дворе стало светло как днем Трава сверкала инеем.

Я стал расстегивать молнию футляра. Надо было сделать это как можно быстрее и извлечь камеру. Но руки у меня так тряслись, что я никак не мог расстегнуть проклятую молнию.

Снова послышался вой. Я резко повернулся к окну.

В окне появилась темная фигура.

С подоконника свесилась нога.

Потом другая.

Стройная фигура опустилась на землю.

Все произошло так быстро. Словно время вдруг убыстрило свой ход.

Не отрывая глаз от окна, я сражался с молнией на футляре.

Вторая фигура выскользнула из темного окна Марлингов.

Теперь уже две смутные фигуры стояли на земле и потягивались.

Человеческие?

Нет, волчьи.

Человеческие.

Что это на них?

Накидка с капюшоном?

Темные тяжелые меховые накидки, наброшенные на плечи, свисали вниз.

Они стояли спиной ко мне. Лиц я не видел.

Держа руки на поясе, они потягивались, выгибали спины, наклонялись сбоку на бок, словно спортсмены, делающие разминку перед большим забегом.

А потом запрокинули головы — и завыли на луну!

«Повернитесь! — молча молил я, пригнувшись за кустами. — Ну что вам стоит, повернитесь. Я хочу увидеть ваши лица!»

— О-о-о-о! — Невольно воскликнул я, когда увидел, как их меховые накидки задвигались. Они стали вращаться вокруг них, все плотнее облегая тела.

И тут до меня дошло, что никакие это не накидки. Это были звериные шкуры.




Не нашли, что искали? Воспользуйтесь поиском:

vikidalka.ru - 2015-2018 год. Все права принадлежат их авторам! Нарушение авторских прав | Нарушение персональных данных