Главная | Случайная
Обратная связь

ТОР 5 статей:

Методические подходы к анализу финансового состояния предприятия

Проблема периодизации русской литературы ХХ века. Краткая характеристика второй половины ХХ века

Ценовые и неценовые факторы

Характеристика шлифовальных кругов и ее маркировка

Служебные части речи. Предлог. Союз. Частицы

КАТЕГОРИИ:






Когда одно кажется двумя . 2 страница




Освобождение — это энергетический сдвиг. Это сдвиг от ограниченного состояния, когда вы являетесь «кем-то», отдельным от всего этого мира человеком, обратно к естественному и очень обычному ощущению того, что есть только все. И это ограниченное состояние расширяется и становится всем, и то, чем вы себя считали, также становится всем.

Все это не имеет никакого отношения к Тони Парсонсу. Это не что-то, чем Тони Парсонс владеет, и не что-то, чего он достиг. Это не имеет никакого отношения к знаниям, личным усилиям или достижениям. Тони Парсонс ничем не отличается от кого-либо в этой комнате. Это просто организм тела-ума, который размахивает руками и разговаривает.

Трудность в том, что в процессе поиска мы все персонализируем. Мы пытаемся сказать: «Какая мне от этого польза? Что я могу от этого получить? Что мне нужно сделать, чтобы быть таким?» Из-за этого и вся неразбериха. Вам не нужно ничего делать, так как вы — это — уже делается. Это уже делается. Жизненность происходит. Бытие — это просто бытие.

И когда этот ищущий, который всегда думает, что ему нужно найти что-то и обнаружить что-то новое или совершенно другое, исчезает, то вдруг наступает полное расслабление, и мы проваливаемся в сплошную радость бытия. Не знания бытия, а простого, непосредственного бытия.

И когда происходит такое видимое освобождение, то люди нам говорят: «Так интересно. Долгие годы я искал блаженство, покой и все такое подобное. Все эти годы я их искал, не понимая, что то, что я искал, и есть вот это. Оно всегда здесь было. Оно никогда меня не покидало. Это совершенный возлюбленный».

Но давайте вместе поговорим об этом. И когда вы зададите вопрос, то не получите ответа. В каком-то

смысле вы ответ получите, но этот ответ будет постоянно приводить вопрошающего обратно к осознанию того, что есть только это. Разгадка жизни состоит в том, что нет никакой разгадки. Есть только жизнь.

Это не придуманная мною истина. Это вообще не истина. Нет никакой истины. Это просто демонстрация, описание того, что является единственной константой.

Это ее повторное открытие. И ее абсолютная простота ставит ум в тупик. Сегодня мы услышим, как ум будет с этим сражаться... потому что ум обожает истории. Ум хочет принимать участие в истории о том, как ищут и находят. А мы сегодня делимся знанием о том, что нечего находить. Это уже и так есть все.

+ + +

Я хотел спросить вас о пробуждении, потому что мы ведь на самом деле его испытываем.

На самом деле никто не испытывает пробуждение, потому что никто не пробуждается. Пробуждение приносит с собой осознание того, что никого нет.

И потом оно опять исчезает ?

Нет, оно не исчезает, это вы возвращаетесь. Есть только это и есть что-то, что возвращается и говорит: «Это что, оно и есть?» Все традиционные учения отрицают, что это оно и есть, так как они на самом деле говорят: «Чтобы найти просветление, нужно чем-то стать». Сама идея о том, что нужно чем-то стать, — это прямое отрицание того, что этоуже и так все, что есть.

Поэтому когда пробуждение, видимо, происходит с «никем», то ищущий на какое-то время возвращается, едва уловимый ищущий возвращается и говорит: «Что это

было? Не знаю, что это такое, но я это хочу». Поэтому вы возвращаетесь и вам кажется: того, что произошло, больше там нет. Но на самом деле это все. И позже мы видим, что тот, кто возвращается, кто хочет этим обладать, также этим является, и тогда все кончено.

Почему мы это отрицаем и почему мы возвращаемся?

Это отрицается, так как в его поиске кроется большая привлекательность. Это притягательно. Единство играет само с собой шутку под названием «стать отдельной личностью, которая ищет что-то под названием "как не быть отдельной личностью"». Но оно полностью очаровано самим поиском. Это игра бытия. А когда мы увидим, что есть все, больше не возникнет вопрос «почему?». Все время, пока есть ищущий, он на самом деле спрашивает: «Почему я потерял рай? Где находится рай?» Но это и есть рай. Даже его поиск, даже замешательство, — безупречное выражение безграничного. Некуда идти. Нет правильного или неправильного. Нет ничего, что было бы наверху или внизу. Нет ничего, что было бы «до» или «после». Все, что есть, — это. И это потрясающе.

+ + +

Так что это всегда сиюминутно и «сейчас».

Не «сейчас». Нет никакого «сейчас». Есть просто это. Вневременное выражение бесконечного.

И чем бы это ни было, у него нет никакой реальности?

Оно одновременно и реально, и нереально. Это и «ничто», и «что-то». Трудность в том, что когда мы, ви-

2 Тони Парсонс

димо, становимся индивидами, то кажется, будто мы становимся чем-то. «Я что-то собой представляю. И все вокруг меня также что-то собой представляет». И затем возникает желание чего-то под названием «просветление». И я становлюсь «чем-то, что найдет что-то под названием "просветление"». Но в реальности есть и что-то, и ничто. Все проявленное — это и что-то, и ничто. И отдельное «что-то» не в состоянии увидетЬ ничто. Оно боится увидеть ничто, так как ничто указывает на смерть личности. Это имеет отношение к смерти. Вы пришли сюда не получить что-то, а потерять что-то... сон о самих себе.

Если наступит просветление, то это гарантировано?

Освобождение — это не что-то, что происходит... оно уже существует. Но для ищущего это не так. Когда нет никакого ищущего, то «никто» видит, что есть только освобождение, есть только бытие. Поэтому на самом глубинном уровне, когда тело-ум перестает функционировать в качестве сновидящего, все, что есть, — это бытие.

Мне интересно, считаете ли вы, например, что медитация полезна?

А кто будет медитировать? И кому это будет полезно?

Извините?

Кто примет решение медитировать?

Вот именно. Поэтому это не имеет значения.

Медитация — это просто то, чем она является, и мы говорим не о том, что нужно быть «за» или «против»

чего-либо. Суть не в том, что нужно или не нужно медитировать. Она в том, что если медитация происходит, то она происходит, но нет никого, кто мог бы сделать так, чтобы медитация происходила. В этой комнате нет никого, кто мог бы заставить себя дышать или сидеть на стуле. Ни на каком уровне нет никакой свободной воли или выбора — кроме как во сне об отдельности.

Поэтому не имеет значения, медитирую я или нет.

Вы по-настоящему не слышите, о чем здесь говорится. Кто будет медитировать и каким образом медитация будет иметь значение?

Тони, на одном из ваших CD вы сказали, что мы подобны божественным марионеткам.

Да.

Не могли бы вы побольше об этом рассказать?

Ум-тело — всего лишь предмет. Внутри там никого нет. Это просто работающий механизм. Это организм, который вырастает и работает, и становится обусловленным, и имеет чувства, мысли, предпочтения и привычки, которые продолжаются, — и нет никого внутри, кто бы все это делал. Это просто единство возникает в качестве организма тела-ума, который является в своем роде божественной марионеткой в том смысле, что он просто отвечает и реагирует на все, что происходит, не проявляй какой-либо собственной воли. Однако нет никакого кукловода. Нет никакого сценария, никакого плана, никакой судьбы... это все просто безвременное бытие кажется чем-то, что, видимо, происходит.

+ + +

Тони, не могли бы вы поговорить о феномене, когда люди получают послания от ангелов?

Это всего лишь еще одна видимость. Это просто история.

История ?

Это просто видимость. Эта комната — видимость. Слушать новости сегодня вечером — то же самое, что говорить с ангелом. Это не имеет значения. Ум считает, что ангел каким-то образом явился из какого-то особенного, божественного места — но нет никакого особого, божественного места. Нет никакого другого места. Поэтому ангел — это единство, проявляющееся как ангел. Но давайте четко это проясним, так как ум очень умен, создавая всякого рода причины, чтобы сон продолжался, поэтому он и появляется в форме ангелов и вознесенных мастеров. Вы слышали о вознесенных мастерах?

Да. (смеется) Мне просто интересно, потому что вокруг столько книг...

Да, я заметил, (смеется) Полно книг о вознесенных мастерах, и это всего лишь еще одна история, которая не имеет отношения к освобождению. Это ум, ориентированный на гуру, считает эти идеи важными в духовном плане.

Поэтому все это просто происходит в умах этил людей?

Да, все это происходит в этой истории. Но затем вы видите, что в каком-то смысле вся эта видимость —• всего лишь единство, которое кажется тем, чем кажется. Оно совершенно не имеет никакого отношения к кому-либо. Это просто то, что есть. Это не более важно, чем вон та стена. Стена является тем, чем является, и ангел тоже. И также есть люди, которые, по всей видимости, разговаривают с мертвыми. Это то же самое. Все это — игра бытия.

Как чэннелинг?

Да, так называемый чэннелинг. Это видимость.

Значит, чэннелинг возможен?

По-видимому, все возможно. Ум способен на все, кроме как на освобождение от себя самого.

Итак, единство, посредством ума, создает такие вещи, как чэннелинг, ангелов, вознесенных мастеров, и тому подобное. Все это просто единство. Но ищущего притягивают странные феномены, так как они кажутся какой-то магией. Я знаю людей, которые ходили к учителям и сообщали, что учитель сначала был на сцене, а затем исчез. А затем учитель может вновь появиться, а они исчезнут, (смеется) И тогда они станут учителями и увидят то, что видит учитель. И все это продолжается. Все это — абсолютно бессмысленная магия. Это единство, которое проявляется в разных формах. Конечно, человека пленяет идея о том, что все это имеет какое-то отношение к просветлению.

Поэтому вы можете пойти к учителям, которые владеют подобного рода магией. Вы можете пойти к учителям, у которых огромная харизма. Вы можете пойти к учителям, которые учат вас делать разного рода вещи. Все, что вы получите здесь, — это ничто.

Тогда давайте уберем ум. Отложим ум в сторону.

А кто собирается откладывать ум в сторону? Сновидящий не может отложить ум в сторону, так как сновидящий видит сон. Ум — это сочинитель историй... «Я — сновидящий, который ищет единство». Нет такой вещи, как ум. Все, что есть, — это мышление. Вы думаете, появляется мысль, и еще одна мысль, и еще одна. Не существует такой вещи, как ум. Но одна из мыслей, это «Я— отдельный человек». И еще одна мысль, это «Я могу пойти в место, которое называется "лучше, чем здесь"». Так и сочиняются различные истории.

Весь смысл освобождения в том, что оно не имеет никакого отношения ко всей этой истории. Освобождение просто есть, несмотря на эту историю. Освобождение — это все, что есть, и в освобождении и возникает видимость истории и видимость, так сказать, ищущего, который ищет то, что находится за пределами поиска. Поэтому нет никакой связи. Я знаю, что ум хотел бы, чтобы была связь между тем, что произошло до этого, и тем, что выражается сейчас. Но то, что произошло раньше, не имеет никакой важности для освобождения. К единству нельзя подкрасться. Нельзя придвинуться поближе к «всему». Существует только «все». Все время. Пока вы старается подкрасться, или приблизиться, к бытию, или двигаться по пути к бытию, вы являетесь бытием, которое старается приблизиться к бытию.

Но осознание этого не может быть получено вследствие любой попытки осознать, о чем вы говорите. Оно просто возникает.

Совершенно верно. Вы это слышите или не слышите.

И индивид ничего не может сделать ?

Нет. Это не то, что здесь говорится! Подобная идея подразумевает, что есть индивид, который ничего не может сделать. А открытая тайна наводит на мысль, что нет никакого индивида и, таким образом, никакого волевого акта любого рода... кроме как во сне.

Но вы говорите, что есть просто жизнь и что мы все это испытываем на собственном опыте?

Нет, есть просто жизнь. Бытие — это все, что есть.

Это просто жизнь. Мы просто думаем, что испытываем ее на собственном опыте.

В жизни есть люди, которые думают, что это их жизнь и их переживание. Отдельный индивид верит и переживает на собственном опыте, что то, что происходит, происходит с некоей центральной сущностью, которую он называет «я». Но все, что есть, — это жизнь, которая происходит... видимо. Это абсолютно и совершенно просто.

И абсолютно и совершенно бессмысленно.

Абсолютно бессмысленно. Кроме как для мнимой отдельной сущности.

Но на самом деле все это не имеет значения.

Ничто не имеет значения. Видите ли, мнимый индивид думает: «Я могу сделать все, что угодно». Нет, вы не можете сделать все, потому что вы не можете «быть про-

I светленным» и вы не можете «не быть просветленным».

: Вы не можете ничего сделать, так как нет никакой ин- \ дивидуальной воли. Вы не можете ничего не делать. Вы

не можете что-либо делать. Никого нет. С одной стороны, это необычайно освобождает; с другой стороны, оно ужасно разочаровывает искателя-индивида. Вы не можете сейчас отсюда выйти и ограбить банк. Кто будет грабить банк?

+ + +

Итак, Тони, это «ничто», это наблюдающее «ничто» — является ли оно всезнающим ?

Нет, не в том смысле, в каком мы обычно представляем себе всезнающего. Ему не нужно быть всезнающим, так как ничто — это уже все. Тот вид всезнания, который мы считаем всезнанием, точно здесь не важен, так как уже есть ничто и все. Это безграничное бытие, лишенное цели, поэтому нет нужды в информации. Это чудо не-знания, в котором все уже и так является новым. Больше нет необходимости в информации.

Но вы описываете «ничто» как отдельный предмет, который находится где-то там, тогда как абсолютно все является «ничем». Это не что-то, что нужно обнаруживать, это уже и так является бытием.

Говорят, что нет никакого ума, есть просто клубок мыслей в эфире или что-то в этом роде... И эти мысли, которые витают в этом теле-уме, иногда очень странные. Почему же все эти мысли там витают ?

Вы на самом деле говорите «почему вообще что-то существует?». Мысли ничем не отличаются от эмоций, звуков и так далее. Мышление — просто еще одна часть того, что происходит. И мысли приходят, и в какой-то степени имеют некоторую власть все время, пока есть кто-то, кто их принимает.

ГЛАВА 1

Мы вырастаем, питая уважение к тому, что мы называем умом, хотя его и не существует. Мы уважаем большинство наших мыслей, так как думаем, что они нас куда-то приведут. Все мышление во сне — о том, чтобы к чему-то прийти. «Она меня любит». «Завтра я стану просветленным». Все это — предвкушение. В каком-то смысле все это — о продвижении парадокса о том, что есть кто-то, кто пытается к чему-то прийти. Но это просто мысли во сне.

Но не мы их генерируем ?

Нет. Все происходит из «ничто». Это просто то, что, видимо, происходит... с «никем». Никто никогда ничего не думал... никого не существует.

+ + +

Значит, есть лишь отдача себя и принятие того, что каждую минуту все, что происходит и возникает и случается, является именно таким, каким оно должно быть?

Нет, это не имеет к этому абсолютно никакого отно-* шения. Это не имеет никакого отношения к тому, чтобы что-то принимать. Это не имеет никакого отношения к тому, чтобы принимать то, что происходит в данный момент, так как ничего не происходит, и нет никакого момента, и нет никого.

Есть ли какой-то смысл в том, чтобы единство признавало единство?

Единство не признает единство. Существует лишь одно единство. Нет никакого действия. Это — все, что

есть. Бытие совершенно лишено действия, и в нем и возникает мнимое действие.

Если никто не знает, какой эта конкретная стена кажется Тони Парсонсу, то, по-видимому, существует ощущение отдельности.

Да.

Это противоречие или... Вы понимаете, что я пытаюсь сказать?

Да. В сновидении о том, что вы — отдельный индивид, все, что возникает, кажется уникальным, потому что это все, что есть. Поэтому в этом сне все для этого мнимого искателя является совершенно уникальным. И в освобождении эта уникальность все еще присутствует. Разница в том, что там внутри нет никого, с кем бы это происходило. Это просто происходит. И также проявляется загадка того, что именно «ничто» и является тем, что возникает в качестве уникальности. Это совершенно непостижимо. Невозможно понять, что в освобождении, когда никого нет, когда исчезла любая отдельность, все еще происходит прославление уникальной двойственности, которая, по-видимому, возникает. Но эту двойственность видят как игру бытия. И тогда мнимую двойственность прославляют.

И мы все еще ее прославляем ?

Тогда мнимую двойственность, или этот мир, который мы видим, этот сон, который мы видим, прославляет «никто».

Двойственность и недвойственность?

Их не две. Единство возникает как видимость двух.

Это загадка, парадокс.

Да. Вы никогда этого не поймете, потому что это вы пытаетесь понять. Когда нет никого, есть только бытие.

Это не отсутствие ума ?

Нет. Мышление все еще происходит. Нет ничего, что было бы не так. В освобождении может произойти все, что угодно. Ничто не отрицается, в том числе и мышление. Вся идея о том, что каким-то образом мышление отделено от единства, — еще одно проявление невежества. Все, что есть, превращается в мышление. «Я хочу чашку чая». «Я разоряюсь». «Она меня не любит». Возникают мысли. Возникает мысль, затем еще одна, затем еще... это происходит мышление, и бывают также моменты, когда мышление не происходит,

+ + +

Получается, что та жизненность, которой являюсь я, — та же, что и жизненность, которой является она...

Совершенно верно. Это просто жизненность. И она просто возникает, видимо, совершенно иным способом, что просто потрясающе. Но тот другой способ, которым она возникает, совершенно лишен смысла. Это просто абсолютная радость единства кажется двумя, и является, видимо, абсолютно уникальной. В этой истории все, что ни происходит сейчас, уникально. Больше оно никогда не произойдет. Оно никогда не происходило раньше.

Это что-то абсолютно новое. То, что происходит, абсолютно новое. Оно, видимо, приходит и уходит. Оно

живое и не живое. Вы находитесь в абсолютной новизне. Вы вдыхаете абсолютную новизну. Вы мыслите абсолютной новизной. Никто раньше так не говорил. Это совершеннейшая уникальность. Возникает, исчезает, возникает, исчезает. Это удивительно.

Тони, вы только что сказали «до» и «после», а это является временем.

Нет никакого «до» или «после».

Но вы только что сказали: «Никтораньше так не думал».

Попытка объяснить это тому, кто думает, что существует некое «до», — это потрясающее осознание того, что то, что видимо происходит, абсолютно уникально. Это еще один способ описать то, что люди считают чем- то, произошедшим раньше. Я пытаюсь сказать, что вы, сидящий на этом стуле, никогда раньше не происходили. Но я всего лишь разговариваю с тем, кто думает, что есть некое «до». А есть только это.

Мне все это напоминает цитату из Т. С. Элиота: «В неподвижной точке вращающегося мира... именно там находится танец». Значит, все на самом деле происходит в недвижимости.

И в тишине. Это недвижимость и тишина. Это недвижимость, которая движется, и тишина, которая звучит. И она абсолютно новая... видимо.

+ + +

Если бы у меня спросили, что я до настоящего моменте из всего этого вынес...

Вы имеете в виду сегодня?

Да, сейчас. Да, сегодня. Из того, что я здесь нахожусь.

Вы пытаетесь что-то из этого вынести?

Да.

Ладно. Хорошо.

Если бы кто-то, кто о вас никогда не слышал, спросил у меня, что вы говорите... в чем суть того, о чем вы говорите, то я бы ответил, что он говорит о принятии настоящего момента. Это мое видение. Оно правильное или неправильное?

Оно не правильное и не неправильное; это то, что воспринимается. Но все это выходит за пределы принятия и настоящего момента, оба из которых являются просто историями. Здесь говорится, что нет никого, кто мог бы принять, и нет никакого момента. Один момент подразумевает другой момент. Нет никакого момента. Это похоже на идею о том, чтобы быть здесь и сейчас. Нет никого, кто мог бы быть здесь, и нет никакого сейчас. И нет никого, кто мог бы это принять. Я не предлагаю вам это принять, так как с этой точки зрения нет никакого отдельного «я» и нет ничего, что надо было бы сделать. Когда отдельной сущности больше нет, мы видим, что это — все, что есть.

Это то, к чему вы сами, в качестве Тони Парсонса, пришли ?

Я совершенно ни к чему не приходил. В этом и весь смысл того, о чем мы говорим. То, о чем здесь говорится, не имеет никакого отношения к Тони Парсонсу. Тони Парсонс к этому не пришел. В этом и весь смысл.

В этом смысле Тони Парсонс — не что-то большее, чем ищущий, сновидящий. Так что я ни к чему не пришел. Некуда и некому приходить. Однако просто указывается на то, что это — все, что есть.

Я чувствую себя немного потерянным.

Это нормально. Весь смысл того, чтобы быть здесь — в том, чтобы быть потерянным.

Там я тоже чувствую себя потерянным.

Но возможно, что того, кто находится там и чувствует себя потерянным, больше не будет. Здесь дело не в том, чтобы научиться получать какие-либо знания.

Если есть ничто, значит, и здесь тоже ничего нет верно?

Все это — иллюзия. Это сон.

Я думаю,что когда вы говорите, что все — иллюзия, я бы не использовал этот термин, так как я считаю, что он создает некую путаницу. Это и реально, и нереально Сновидение — это сон об отдельности.

Понятно.

Если я скажу вам, что стена — это иллюзия, вы можете пойти и удариться о нее головой, и она все еще будет казаться стеной, и ваша головная боль будет казаться головной болью. Но по своей сути обе они — ничто, которое всем этим кажется.

Но ведь моей голове было бы больно только потому, что я обусловлен знанием о том, что это стена.

Вовсе нет. Нет никакого «вас». Нет никакого обусловливания. Нет никакой стены. Но внешне кажется, что есть вы, который может удариться головой о стену и почувствовать боль.

Понятно. Но когда в этой жизни я засыпаю, мне снятся сны, и мои сны кажутся реальностью.

Да.

И много что происходит.

Кажется.

А утром я просыпаюсь и обнаруживаю, что это был всего лишь сон. Ничто не произошло.

Да. Но когда сновидящий утром просыпается, существует еще один сон, который теперь кажется реальным. Это сон о том, что я — отдельный индивид.

Понятно. Значит, это такой же сон, как и тот, что снится мне ночью.

Сон есть то, чем он является. Это видимость.

Да, это фантазия, верно?

Вы можете назвать это фантазией, если хотите. Но это видимость. Это ничто, которое производит впечат

ление вашей спальни и вашего тела, вас в кровати и тому подобное.

Но в реальности нет никакого тела.

Кажется, что есть. Но все время, пока есть кто-то, этот отдельный индивид постоянно что-то ищет, постоянно жаждет «ничто» — и боится его.

Так как он живет в этом сне, где он является «чем- то», он думает, что то, чего он так хочет, — это много денег или много возлюбленных, или много чего-либо еще. И, в конце концов, окончательный поиск — это поиск чего-то под названием «просветление». Нет ничего под названием «просветление», так как уже есть только то, что является ничем и всем.

Трудность сновидящего в том, что он всегда ищет то, чего он хочет, в чем-то другом, и никогда не может увидеть, что ничто суть все, что на сайом деле и является тем, что он так хочет и одновременно боится. И получается затруднительное, проигрышное со всех сторон положение.

Да. Почти как порочный круг?

Да, таким оно кажется. Все время, пока есть поиск, это тайна... и вместе с тем это открыто является всем.

+ + +

Итак, нет никакого Мюнхена? /смеется)

Нет никакого Мюнхена, нет. Нет никакого Мюнхена, нет никакого Лондона, нет ничего, кроме вот этого. Если вы встанете и выйдете отсюда, то когда вы будете выходить, именно то, что будет по мере этого возникать, и будет «ничто», возникающее как все, и оно будет похоже на ступеньки. Поэтому вам не нужно никуда идти или что-либо знать. Просветление не имеет никакого отношения к тому, чтобы все знать, все видеть, видеть, что же там происходит в Африке, так как это — и есть все. Это — абсолютно все.

Но если я в Африке, то Африка — это все.

Да, безусловно.

И пока я в Африке, этого не существует.

Нет, конечно же, это не так. Ваш дом не существует, ваш любимый человек не существует... у вас есть любимый человек? (смеется)

Поэтому это — все, что есть?

Это — все, что есть, и не имеет значения то, что ум думает, что он может с этим сделать. Куда бы ум ни уходил и что бы он ни делал, все это просто бытие, которое производит впечатление всего этого.

Все это проявление в каком-то смысле поддерживает парадокс того, что вы — отдельный человек, который сидит в комнате, где сидят еще семьдесят или восемьдесят отдельных людей. «Я чем-то являюсь. Он чем-то является. Том чем-то является. Подобным образом, и Тони Парсонс чем-то является». Тогда как на самом деле это просто «ничто» говорит с «ничто». «Ничто» говорит «ничто»: «Давай, уже и так есть ничто и все».

Переживание тела-ума ничем не отличается от переживания мысли ?

Нет, это просто то, что происходит. Я должен сказать, что когда пробуждение, как кажется, происходит, одним из последних исчезает ощущение местонахождения, так как в нас так глубоко укоренилось осознание того, что это мое тело и что это я с ним расхаживаю. Когда я выйду из этой комнаты, именно это и увидят. В каком-то смысле это последнее, что исчезнет. Осознание того, что это тело — просто тело. Это не чье-то тело, им никто не обладает?

Я всегда думаю о своем детстве, и, возможно, это самое первое местонахождение, которое существует... это — там, и это — я, это — ты...

И затем очень сильная часть этого ищет удовольствие ; и стремится избегать боли. Поэтому после отделения, f так как уже существует сильное желание, мы ищем удо- § вольствие и стремимся избегать боли, и мы начинаем g становиться «деловыми» людьми. Мы естественным образом улыбаемся нашей матери, она отвечает на нашу улыбку, и нам это нравится, поэтому мы и дальше продолжаем так делать.

+ + +

А есть ли какой-то смысл в том, чтобы единство знало единство? *

Единству не нужно ничего знать. Существует лишь единство. Нет никакого действия. Это — все, что есть. Оно полностью бездействует. И в этом бездействии возникает мнимое действие. Но в сновидении о том, что мы — отдельные индивиды, все явления все еще обладают уникальностью, так как это все, что есть.

Итак, в этом сновидении все для него абсолютно уникально. В освобождении, в осознании единства, все еще присутствует эта уникальность. Разница в том, что там нет никого, с кем бы это происходило. Это просто кажется происходящим. Это «ничто» появляется как уникальность. Это совершенно непостижимо — незнающая естьность без познающего.

Невозможно понять, что в освобождении, когда никого нет, когда всякая отдельность исчезла, все еще кажется, что возникает эта уникальная двойственность. Но тогда ее полностью осознают как игру бытия.

+ + +

Иногда вы говорите о вертикальном времени, противопоставляя его линейному времени.

Нет, не о вертикальном времени. О вертикальности.

О вертикальности. Именно тогда этот сдвиг, чем бы он ни был, видимо, и происходит? Это завершение истории?

Это видение того, что существует лишь это, безвременное, и это также является наслаждением всей историей времени, если при этом видишь эту историю насквозь, видишь, что история совершенно бессмысленная и больше не имеет никакого значения или власти. Она только кажется происходящей во времени, вот и все.

Но кто ее видит ?

История видится как ничто, которое суть все. На самом деле, я бы не пытался это понять.

Поэтому было бы верным сказать — и я думаю, что вы уже несколько раз это говорили, скорее всего, даже на этом ретрите — что в обычной жизни на самом деле

происходит очень много обычного видения, в том числе мыслей, и это нормально. Мы все это делаем, не осознавая. А затем этот своего рода психологический момент, это ощущение «я», возникает в виде вуали, предъявляя на это свои права посредством привычки жить жизнью, основанной на праве давности или обычая.

Да. И тогда, когда произойдет пробуждение, оно скажет «А, это то, что всегда там было».

Совершенно верно.

Таким образом, на самом деле, есть лишь бытие. Во всей этой видимости есть лишь то, что есть. Это только то, что происходит. Это неизбежно. Это все.

Каким-то образом это психологическое ощущение «я», которое возникает и говорит «я», мешает видению самого себя, так как оно такое тонкое, что покрывает...

Да. Таким образом, это открытая тайна.

Да, совершенно верно.

Она остается тайной все время, пока есть кто-то, кто пытается ее разгадать. Тогда она остается тайной. И только когда ее нйкто не ищет, она и становится открытой и очевидной.

Это похоже на вечность, правда?

Это и есть вечность.

Однако когда мы разговариваем, люди говорят: «Я вчера просветлел», однако не было никакого «вчера», в котором можно было бы просветлеть.

Нет, не было. И не было никого, кто бы просветлел.

Это нечто настолько мягкое, правда ?

vikidalka.ru - 2015-2018 год. Все права принадлежат их авторам! Нарушение авторских прав | Нарушение персональных данных