Главная | Случайная
Обратная связь

ТОР 5 статей:

Методические подходы к анализу финансового состояния предприятия

Проблема периодизации русской литературы ХХ века. Краткая характеристика второй половины ХХ века

Ценовые и неценовые факторы

Характеристика шлифовальных кругов и ее маркировка

Служебные части речи. Предлог. Союз. Частицы

КАТЕГОРИИ:






Перевод группы — https://vk.com/beautiful_translation 2 страница




— Все хорошо?

— Угу, а у тебя?

— Ага. Твой отец уже ушел?

Она кивнула.

— Они все передавали свои поздравления, и сказали, что увидятся с тобой позже на вечеринке. Селия захотела, чтобы папа немного отдохнул.

— О чем ты думала? — спросил он, разминая плечи Сэм.

Сэм повернулась к нему лицом.

— Просто вспомнила обстоятельства, при которых ты сюда попал.

— Нам пора оставить это в прошлом, — сказал Ник, едва касаясь ее губ, его тело проснулось от желания. Он задумался, всегда ли между ними будет эта искра, и что-то ему подсказывало, что да. Она возникла еще 6 лет назад, выдержала испытание в лице Питера, бывшего мужа Сэм, который помешал их отношениям. — Сегодня необычный день. Прекрасный шанс для нас обоих начать новую главу. — Его руки поднялись с ее талии и остановились на лице. — Жаль, мы не можем оказаться сегодня на тропическом острове, где я целую неделю без остановки мог бы заниматься с тобой любовью.

— Я бы тебе быстро надоела.

— Нет, — прошептал он, теперь одна его рука покоилась на ее пояснице, прижимая Сэм к его эрекции. — Никогда.

— В Конгрессе есть пасхальные выходные?

— Да, — ответил он, покусывая мочку Сэм, от чего она задрожала.

— Вот на них и слетаем в отпуск.

— Серьезно? Ты сможешь отпроситься?

— Я что-нибудь придумаю ради недели в постели с тобой.

Ник прижался лбом к ее лбу.

— Но до них еще несколько месяцев.

— Мы оба будем так заняты, что время пролетит незаметно.

— Шумиха утихнет, когда мы переедем в новый дом. — Ник купил дом на 9-й Улице через три дома от отца Сэм, чтобы она жила недалеко от него и поближе к работе. — После Нового года риэлторы выставят на продажу мою квартиру в Арлингтоне, но уже на следующей неделе мы сможем переехать в дом на 9-й улице.

Сэм высвободилась из его объятий и развернулась к окну.

— Это хорошо.

Он положил руки ей на плечи.

— Что сейчас твориться в твоей милой головке?

— Ничего.

— Саманта. Я хорошо тебя знаю. Чем ты обеспокоена?

— Все происходит так быстро, я едва успевают отдышаться.

— Согласен, в последнее время наша жизнь похожа на сумасшедший дом, но все утихнет, как только мы переедем в город. Представь, мы сможем больше спать вместо того, чтобы тратить время на дорогу в Арлингтон.

— Верно.

— Тогда в чем проблема?

Сделав глубокий вдох, Сэм повернулась лицом к Нику.

— Я пока не готова переехать к тебе.

Ник попытался скрыть свое разочарование.

— Я хочу, чтобы мы были вместе. Чтобы у нас были общий дом и вещи.

— Я понимаю твое желание, и мне нравится твой план, но я пока не могу.

— И сколько тебе нужно времени подумать? Неделю? Месяц?

— Сложно сказать. Но я знаю одно, я пока к этому не готова.

Неожиданно в нем заговорила злость.

— Это из-за Питера. — Он бы с радостью провел хотя бы пять минут наедине с ее бывшим мужем, но этому не бывать, ведь сейчас он в тюрьме по обвинению в попытке убийства и закладке бомб в их машины, которые едва не убили Сэм.

— Не совсем. Скорее из-за меня самой. — Она погладила живот, это был знак, что их разговор вызывал боль в желудке. — После всего случившегося я выбита из колеи.

Чтобы не ухудшать ситуацию, Ник решил закончить этот разговор.

— Милая, мы можем поговорить об этом позже. Не хочу, чтобы боль в желудке усилилась. И, кстати, ты обещала сходить в больницу после закрытия дела О`Конорра.

— Я схожу. Скоро.

Ник обнял ее, наслаждаясь тем, как идеально она ему подходит, словно два кусочка одного пазла.

— Очень на это надеюсь.

У Сэм зазвонил телефон, и ей пришлось отодвинуться от Ника, чтобы достать его из внутреннего кармана пиджака.

— Холланд.

Телефон был на громкой связи, поэтому Ник услышал голос Фредди Круза.

— Лейтенант.

— В чем дело?

— Четыре жертвы.

Сэм сморщилась.

— Дети?

— Трое взрослых и одни ребенок.

— Черт.

— Да, — тяжело вздыхая, сказал Фредди. — Дело плохо. Свидетели видели отца семейства всего в крови, выбегающим из дома. Но, эммм… я думаю, тебе стоит приехать.

— Зачем?

— В доме мы нашли коробку с вещами, касающимися дела твоего отца. Там газетные вырезки и многое другое, относящееся к стрельбе. Я подумал, тебе самой хотелось бы взглянуть. — После этого Фредди продиктовал ей адрес.

— Я скоро приеду. — Взгляд Сэм стал жестким и сосредоточенным, именно так она смотрела, когда вела расследование. Она убрала телефон в карман и посмотрела на Ника. — Ты же не против, что я уеду?

— Конечно, нет. — Ник видел, что Сэм уже переключилась на работу. — Если хочешь, я могу поехать с тобой.

Она покачала головой.

— У тебя гости. Я позвоню позже.

Ник поцеловал ее и прошептал.

— Будь осторожна.

— Я всегда осторожна.

 

***

Сэм старалась не нервничать, пока такси везло ее в южную часть города. Они так давно ждали зацепки по делу ее отца. Поможет ли это пролить свет на случившееся? После множества разочарований Сэм запретила себе надеяться раньше времени.

Больше двух лет назад по дороге домой заместитель начальника Скип Холланд остановил машину за превышение скорости на G Street. Последнее, что он помнит, как доложил об этом диспетчеру и направился к машине. Пуля, застрявшая между 3-м и 4-м позвонками, превратила его в инвалида, способного двигать только одним пальцем правой руки. Спустя неделю после выстрела Скип перенес инсульт, который парализовал левую половину его лица.

У них не было ни единой зацепки: ни свидетелей; ни результатов баллистической экспертизы, так как врачи посчитали опасным вытаскивать пулю; и в Скипа выстрелили до того, как он успел рассмотреть водителя. Сэм и ее коллеги давно решили, что дело о стрельбе в полицейского будет раскрыто, если кто-то из преступников начнет этим хвастаться. Это дело так и осталось не раскрытым, и Сэм пришлось пока с этим смириться.

Единственным плюсом в пристальном внимании прессы к Сэм — была возможность сообщить всем о сдвиге в деле ее отца. Кто-то что-то знал. Если бы им удалось хоть что-то узнать. Крошечная нить, по которой можно распутать этот клубок. Ее сестры и даже отец отчаялись узнать правду и найти стрелка. Но Сэм не успокоится, пока не раскроет это дело.

В Скипа стреляли всего за 3 месяца до его выхода на пенсию. Затем для их семьи наступили тяжелые времена, несколько месяцев страха и отчаяния, в результате чего им пришлось смириться с реальностью: оставшуюся жизнь ему придется провести в инвалидном кресле, спать с респиратором и передвигаться по городу в специально оборудованном фургоне.

Когда такси остановилось у указанного дома на First Avenue в неблагоприятном районе в Вашингтон Хайлэнд, Сэм достала из сумочки девятимиллиметровый пистолет, убрала его за пояс и прицепила полицейский значок на воротник пальто.

Не обращая внимания на толпу зевак, собравшихся за желтой лентой, Сэм протянула водителю двадцатку и, обойдя полицейские машины, скорую помощь и фургон медэксперта, направилась к входной двери. Она открыла тяжелые ворота, быстро поднялась по ступенькам и столкнулась с побледневшим Фредди, который спешил покинуть дом.

Сэм стало жаль ее заботливого и впечатлительного напарника. Она похлопала его по плечу.

— Дыши глубже.

Он последовал ее совету, но его лицо оставалось белым, карие глаза горели яростью.

— Я даже не могу представить, как можно было сотворить такое с беззащитным ребенком. Отцу полагается защищать своих детей.

— Это всегда тяжело, особенно если жертва — ребенок. — Сэм тут же вспомнила о погибшем во время перестрелки в наркопритоне ребенке.

— Он застрелил мать на кухне, — сказал Фредди. — Кажется, застал ее врасплох, на ней нет оборонительных ран. Входное отверстие на спине слева. Макнамара говорит, что пуля, скорее всего, попала прямо в сердце. Мы нашли пистолет спрятанным в коробке в шкафу в спальне. Там же была коробка с материалами, относящимися к делу твоего отца.

Сэм видела, как Фредди старался сохранить хладнокровие, сообщая ей информацию по делу.

— Детей забили до смерти. Мы обнаружили бейсбольную биту с остатками мозгового вещества на ней.

Сэм поморщилась.

— Что есть на отца?

— Кларенц Риз, 39 лет, длинный список приводов, но в основном за нарушение правопорядка и наркотики. Были обвинения, но ничего серьезного.

Сэм хотелось бы сказать, что ей знакомо это имя.

— Ближайшие родственники?

— Гонзо и Арнольд нашли адрес матери Риза. Уехали двадцать минут назад. Также разослали ориентировку на Риза.

Входная дверь открылась и на пороге появилась Линдси Макнамара, главный судмедэксперт. Следом за ней вышли два парамедика, вынося из дома крошечное тело в черном мешке. Несмотря на свою стойкость, в зеленых глазах Линдси стояли слезы.

— Невероятно, — пошептала она, проходя мимо.

Сэм сжала ей руку.

— Это последнее тело, — сказал Фредди.

Оторвав взгляд от черного мешка, который грузили в фургон судмедэксперта, Сэм переключило все свое внимание на Фредди.

— Ты не узнавал, приводы Риза как-то связаны с моим отцом?

— После того, как мы нашли коробку, Капитан Маллоун распорядился более тщательно изучить аресты Риза.

— Покажи, что у вас есть.

Фредди сделал несколько глотков прохладного воздуха и последовал в дом за Сэм.

Запах сразу же ударил ей в нос. Смесь смерти, крови и телесных выделений.

В гостиной были разбросаны старые игрушки, в центре комнаты располагался огромный телевизор. На нем были струи крови, как и на стенах. Крошечный диван был чистым, в отличие от штор, которые были пропитаны кровью.

Проходя мимо, Сэм поздоровалась с патрульными, прибывшими первыми на место преступления.

— Господи Боже, — прошептала она, и впервые за все время Фредди не возражал против ее использования имя господа всуе.

Он провел ее через кухню, где Кларенс Риз застрелил свою жену. Они поднялись по лестнице на второй этаж с тремя небольшими комнатами и крошечной ванной.

Сэм отметила беспорядок в доме: немытая посуда в раковине; разбросанные игрушки; обшарпанные стены; криво развешанные фотографии; полотенца и грязную одежду на полу в ванной; и старый потертый ковер в коридоре. Обстановка в доме была удручающей еще задолго до сегодняшней трагедии, когда Кларенс сошел с ума и убил всю свою семью.

В хозяйской спальне почти все место занимала огромная кровать. Фредди поднял с пола шкафа коробку, поставил ее на кровать и отошел в сторону, позволяя Сэм рассмотреть ее поближе.

Сэм уже успела надеть перчатки, после чего начала перебирать пожелтевшие газетные вырезки со статьями по стрельбе и распечатанные статьи с сайта департамента полиции. Под вырезками лежали фотографии и другие статьи, рассказывающие о работе ее отца за все тридцать лет службы.

— Это был он? — тихо спросила Сэм, глядя на семейное фото на прикроватной тумбочке. Она не знала Кларенса Риза. Это был широкоплечий мужчина, скорее всего, бывший регбист, темнокожий, с карими глазами и густыми короткими волосами. В некотором роде он был привлекательным. Его жена была белой, невзрачной, с каштановыми волосами и безразличной улыбкой. — Думаешь, это он выстрелил в отца?

— Мы этого пока не знаем, но обязательно выясним. Ты не единственная, кто хочет докопаться до правды. Фарнсуорт и Конклин тоже здесь были, — сказал Фредди, называя шефа и заместителя начальника департамента, которые были старыми друзьями отца. — У Фарнсуорта глаза загорелись, когда Конклин показал ему коробку.

— Упакуй все и отправь в лабораторию на анализ. К сожалению, оружие нам ничего не даст. — Как же она хотела, чтобы у них была та пуля.

— Маллоун сказал то же самое. Просто я хотел, чтобы ты сама это увидела.

Кивнув в ответ, Сэм вышла из комнаты, оставив Фредди заниматься уликами. Глубоко вдохнув через нос и выдохнув через рот, она попыталась успокоить нарастающую боль в желудке. Она допустила ошибку, заглянув в детскую комнату, где крови было больше, чем в гостиной.

— Я не хочу, чтобы отец знал об обнаруженных уликах, пока у нас не будет больше информации, — сказала она.

— Я предупрежу остальных.

— Не хочется давать ему ложную надежду.

— Я понимаю и думаю, остальные поддержат твое решение.

— Но если мы не найдем связь с арестами Риза, то нам придется спросить о нем отца.

— Пока ничего неизвестно, и ты права, нам нет необходимости лишний раз нервировать твоего отца. Надеюсь, мы быстро найдем и схватим Риза, а затем допросим его.

— Как звали жену Риза?

— Тиффани. Детей: Джордж, Разом и Мария.

Сэм внимательно изучила семейную фотографию.

— Она совсем не похожа на Тиффани.

— Да, — Фредди упаковал улики и снял перчатки. — Пошли отсюда. Если эксперты-криминалисты что-то найдут, то обязательно нам сообщат.

Сэм последний раз взглянула на семейное фото и пошла за Фредди.

 

 

 

 

Глава 4

 

Несколько часов спустя Сэм стояла перед зеркалом в своей комнате в доме отца, поправляя воротник кашемирового свитера, который он подарил ей на рождество. Без сомнения, его выбирала Селия, но это не имело значения. Главным было внимание, а ее отец всегда был щедр на нужные подарки. Злой и суровый коп на работе, дома он превращался в заботливого отца, любившего ходить по магазинам в поисках идеального подарка, которые дарил не только по праздникам, но и в обычные дни, просто чтобы порадовать своих девочек.

Горечь разъедала ее сердце, ведь сегодняшние события стали очередным пунктом в ее списке непонятных событий, приведших к ранению ее любимого отца. Но после этого вечера, когда она представляла человека, сделавшего тот роковой выстрел, перед глазами видела Кларенса Риза. Теперь главное найти его. Они весь день прочесывали город, но не нашли никого из членов его семьи, ни зацепок, где можно его искать.

Опираясь руками в комод, Сэм опустила голову, расслабляя плечи, прогоняя скопившееся напряжение и отчаяние. Часы, проведенные в архиве, также не показали никакой связи между Скипом Холладном и Кларенсом Ризом. Никаких арестов, выписанных штрафов, устных предупреждений, ничего. Либо Скип общался с Кларенсом в обход бумажной волоките. И выяснить это она может, только если спросит отца, но она не хотела начинать этот разговор, пока у них не появится больше информации. Она боялась лишний раз обнадеживать его.

Сделав глубокий вдох, Сэм мысленно закрыла эту тему, оставляя ее на завтрашний день. Сегодня им положено было праздновать. Хотя она была не в настроении, но понимала, ее новое положение обязывает, даже если расходится с ее желаниями.

Она расчесала свои каштановые кудри и немного подправила макияж. Даже если ей не хотелось веселиться, она не могла позволить себе выйти к гостям, выглядя как кикимора.

Она нагнулась застегнуть сапоги на высоком каблуке, в этот момент в комнату зашел Ник и закрыл за собой дверь. Стоя головой вниз, они увидела, что он был одет в черный свитер и хорошо сидящие джинсы, облегавшие его во всех нужных места.

— Ммммм, вы только посмотрите на этот вид, — пропел он, откровенно разглядывая ее попу.

Сэм стрельнула в него взглядом.

— Что случилось?

Выпрямившись, она пригладила волосы.

— Ничего.

— Что-то случилось.

— Перестань вести себя так, будто лучше всех меня знаешь, — выпалила она.

Сэм смотрела в зеркало, как Ник, ослепляя ее сексуальной улыбкой, медленно подходил к ней, а затем положил руки ей на плечи.

— Я действительно хорошо тебя знаю. — Он закрепил свои слова поцелуем в шею, от чего Сэм задрожала. — Видишь?

Она попыталась стряхнуть его руки, но безуспешно.

— Милая, я знаю, ты немного напугана…

— Ты ничего не знаешь.

— Я знаю, что люблю тебя, и мне больно видеть твои страдания.

Черт, Ник знал, как достучатся до нее. Силы и уверенность покинули ее, и Сэм прильнула к нему.

Ник обнимал ее за талию, опустив подбородок на макушку. Затем поймал ее взгляд в отражении зеркала.

— Расскажи мне.

— Меня это так бесит.

— Что именно?

— Что мой папа прикован к этому креслу, в то время как стрелок спокойно разгуливает на свободе, продолжает жить, словно ничего не случилось. Он забрал свободу моего отца! Он отнял у нас все! Он должен заплатить за содеянное! — Ком в горле не позволял ей говорит в полный голос. — Он должен заплатить.

— Да, должен, и я не сомневаюсь, что заплатит, ведь ты не успокоишься, пока это не произойдет. Ты не остановишься, пока не найдешь его. — Он развернул ее, теперь они стояли лицом друг к другу. — И знаешь, что? Он тоже об этом знает. Он боится тебя. Лучший детектив в городе села ему на хвост, и он знает об этом, Сэм. Спорю, это мешает ему спать.

Она прижалась щекой к его мускулистой груди. — Это меня бесит.

— Но злость — это хорошо. Это отличная мотивация. — Ник прижал ее к себе.

— Злость затуманивает глаза.

— Только, если ты это позволяешь. Твой отец так тобой гордится, — губы Ника коснулись ее волос, пока он успокаивал ее. — Сэм, твой папа не мог не нарадоваться. У него бежали слезы, когда он смотрел, как твои сестры цепляют лейтенантские пуговицы на твой воротник. Думаю, с него хватит переживаний на сегодня. Да и с нас тоже. Почему бы тебе не забыть пока о Кларенсе Ризе, и насладиться сегодняшним вечером? Каждый коп в городе сейчас его ищет. Ты так много работала, чтобы получить звание. Ты заслужила этот праздник, и не позволяй никому лишить тебя его. Особенно человеку, который итак достаточно навредил твоей семье.

Сэм посмотрела на него с завистью.

— А ты хорош.

На его лице опять появилась сексуальная ухмылочка, от которой у нее ноги подкашивались.

— Я стараюсь.

— Ты слишком добр ко мне.

— А как же иначе. — Он прижался к ее губам, забирая весь воздух из легких, даря чувственный, умопомрачительный поцелуй, прогоняющих все мысли, за исключением тех, которые связаны с обнажением его тела.

— Я знаю, ты злишься из-за моего отказа переехать к тебе, — сказала она, пока они решили перевести дыхание.

Ник заговорил, продолжая целовать Сэм.

— Я буду ждать до тех пор, пока ты не передумаешь.

— Надеюсь, ты понимаешь, что дело не в тебе. Просто до этого я 4 года жила и спала с мужчиной, который оказался способным взорвать нас, а я об этом даже не догадывалась. Ради бога, я же коп, но у меня и в мыслях не было, что он может такое сделать.

— Сэм…

— Сейчас ты скажешь, что это не имеет к нам никакого отношения.

— Так и есть.

— Нет, Ник, имеет. Мой бывший муж пытался нас убить. Как я могу делать вид, что ничего не произошло, и спокойно переехать к тебе? Должно быть, со мной что-то не так, раз я не смогла …

Ник снова прервал ее речь поцелуем. — Все с тобой нормально. Ты была жертвой, как и я. Сэм, сейчас он в тюрьме. Тебе незачем больше о нем думать.

— Мне нужно немного времени, чтобы привести мысли в порядок. Я должна убедиться, что с прошлым покончено, до того, как наши отношения перейдут на новый уровень.

— Справедливо.

Чувствуя себя невероятно уязвимой, Сэм посмотрела Нику в глаза и увидела в них страсть и желание. Она до сих пор не могла поверить, что все это предназначалось ей.

— Ты же не против подождать?

— Я готов ждать тебя хоть целую вечность. Но в тоже время, я буду всего в трех домах от тебя, на случай если тебе ночью приспичит унять зов плоти.

Она засмеялась.

— Похоже, это будет происходить каждую ночь.

— Я так и думал, тебе нужно только мое тело.

Сэм скользнула руками под его свитер, погладив рельефные мышцы.

— И что вы намерены с этим делать, Сенатор? — спросила она.

Его тело напряглось, но он вытащил ее руки.

— Намерен отвести тебя на вечеринку.

— Черт.

Ник поймал зубами мочку ее уха и прошептал:

— А позже мы устроим свое маленькое празднование Нового года.

Сэм задрожала от предвкушения, удивляясь, как же легко ему удается вернуть ей отличное настроение. Похоже, у любви действительно есть свои преимущества.

 

***

— И это, по-твоему, небольшая вечеринка? — час спустя спросила Сэм, оглядывая снятый банкетный зал. Когда она предложила ему выпить пива и поесть пиццы в любимом полицейском баре О’Лири, Ник сморщил свой сенаторский нос, поэтому она позволила ему самому организовать сегодняшнее празднование.

— Я же не виноват, что у тебя почти сотня друзей копов.

— Да я и половины здесь не знаю.

— Кого, например?

— Ее, — Сэм указала на роскошную брюнетку, без стеснения флиртовавшую с Фредди. — Одна из твоих бывших.

— Это Джинджир — одна из законодательных помощников в моем офисе.

— Джинджир следует убрать свои похотливые ручонки от моего напарника, — сказал Сэм. Хотя она была рада вновь видеть Фредди улыбающимся, особенно после тяжелой смены.

— Кажется, вон там проблема посерьезней.

Ник указал на мило беседующих Кристину Биллингс и детектива Томму «Гонзо» Гонзалеса.

— Убери ее от него!

— Почему? — удивился Ник. — Они оба взрослые люди.

— Я ей не нравлюсь.

— И поэтому она не может говорить с твоим другом?

— Теперь он не только мой друг, но и подчиненный. Она настроит его против меня.

— Саманта, перестать, — он утянул ее на танцпол. — Ты все преувеличиваешь.

— Рада, что это тебя забавляет, — прорычала она.

— Так и есть, — Ник поцеловал Сэм.

— Вы двое, снимите комнату, — сказала Трейси сестра Сэм, танцуя со своим мужем Майком.

Сэм попыталась отодвинуться от Ника, но он лишь крепче прижимал ее к себе.

— Отличная вечеринка, — сказал Майк.

— Спасибо, — ответил Ник. — Твоему папе удалось что-нибудь поесть?

— Да, Селия об этом позаботилась, — ответила Трейси. — Ему весело в обществе всех его друзей полицейских.

Они все повернули головы к Скипу и Селии, стоявших рядом с Шефом Фарнсуортом, заместителем начальника Конклином и их женами, а также детективом-капитаном Малоуном и другими представителями департамента.

— Он просто светится, — сказала Сэм сестре.

— Сегодня у него хороший день.

— Да, — Сэм тут же вспомнила о Кларенсе Ризе, и жалела, что не могла рассказать об этом сестре, не желая обнадеживать ее раньше времени

— О’Конноры приехали, — сказал Ник, глядя на дверь. — Нам нужно подойти поздороваться. — Затем он обратился к Майку и Трейси. — А вы, ребята, веселитесь.

— Мы сегодня без детей, — сказала Трейси, улыбаясь мужу. — Нам уже весело, и вечер обещает быть еще лучше.

— Она мне нравится, — пропел довольный Майк. — Очень нравится.

Смеясь, Ник и Сэм оставили счастливую парочку на танцполе.

— Они до отвращения милые, — сказал Ник.

— Они всегда такими были. Я всегда завидовала, как у них все просто получалось.

Он сжал ее плечо, целуя в щеку.

— Теперь в этом нет необходимости. Мы запросто их обставим.

Растроганная его словами, Сэм постаралась не выглядеть удивленной теплым, приветственным объятиям от Сенатора и миссис О`Коннор. Ник считал их своими приемными родителями, и Сэм понимала, ей надо забыть о том, что они соврали ей во время расследования убийства их сына. Сэм пришлось попотеть, ловя 21-летного, незаконнорожденного сына Джона, которого прятали в целях сохранения репутации и политической карьеры Сенатора О`Коннора. Но, как позже выяснилось, мать, сын и их секрет стали главным мотивом для убийства Джона.

— Какой милый прием, — сказала Лэйн О`Коннор Нику.

— Я рад, что вам удалось прийти.

— О, мы бы ни за что его не пропустили. Ройс и Лизбет тоже скоро подойдут, — сказала она, говоря о своей дочери и зяте. Лэйн взяла Ника за руку. — То, что ты сделал для Терри… Я даже не могу выразить, как мы тебе благодарны. Мы не знаем, как благодарить тебя.

— Это был очень щедрый поступок, Сенатор, — добавил Грэхам. — Он тебя не подведет.

— Я в этом не сомневаюсь.

— Джуллиан передает свои поздравления. Он тоже хотел прийти, но у него затянулась встреча в Белом Доме.

— Уверен, им было о чем поговорить.

— Там явно настоящие дебаты, — заявил Грэхам. — Республиканцы будут отстаивать свое мнение, особенно Стенхауз. — Противостояние Грэхама О`Коннора и лидера сенатского меньшинства Уильяма Стенхауза длилось десятки лет, отчего Стенхауз хоть недолго, но был у Сэм в числе подозреваемых в убийстве Джона.

— Хорошо, что они нам не нужны, — улыбаясь, ответил Ник.

Грэхам довольно потер руки, — Обожаю быть в числе большинства.

Сэм удивило, что он говорил в настоящем времени. Вы можете вывести человека из Сената, но…

— Надеюсь, он найдет свободное время и поужинает с нами на следующей неделе, — сказал Ник. — Мне хотелось бы показать вам мой новый дом.

Сэм гадала, понимал ли Ник, о чем говорил. Как можно было приглашать Главу Верховного суда в дом, в котором ты еще даже не живешь? Но даже если ее это беспокоило, она знала, Ник, как всегда, блестяще все уладит.

— Хороший план, — сказал Грэхам.

— Жду не дождусь, когда увижу твой новый дом, Ник, — сказала Лэйн, — Прости, я все время забываю, теперь я должна называть тебя Сенатор.

— Для тебя я всегда останусь Ником, — сказал он, целуя Лэйн в щеку. — Почему бы вам не выпить, немного перекусить, а потом мы еще немного поболтаем.

— Отлично, — ответил Грэхам, обнял жену и повел ее в сторону бара.

— Они выглядят намного лучше, — Ник обратился к Сэм, когда они остались одни.

— Что ты сделал с Терри?

Ник продолжал смотреть на О`Конноров.

— Что?

— Терри. Что ты сделал?

— Я предложил ему занять место моего пресс-секретаря.

— Что? Почему?

— Потому что он любит и знает эту работу, и он прозябает на своем месте. А также он брат Джона. Мне показалось это правильным решением.

— Но он тоже меня ненавидит. Два твоих главных сотрудника меня ненавидят!

— Я поговорил с ними обоими и объяснил, что если они не будут относиться к тебе с должным уважением, им придется искать другую работу.

— Правда? — пропищала Сэм. Ее сердце взволнованно билось в груди. Эмоции могут нахлынуть, когда ты этого совершенно не ожидаешь.

— Их я могу заменить, но не тебя.

— Сенатор, а вы умеете сладко говорить, — вздохнув, прошептала она. — Очень сладко.

 

Глава 5

 

За две минуты до полуночи, Ник начал переживать, что не мог найти Сэм. Он был в шаге от того, чтобы попросить Ди-Джея объявить в микрофон ее имя, но заметил ее спрятавшейся в углу и проверяющей сообщения на телефоне.

Пробравшись к ней через толпу, Ник забрал ее телефон, убрал к себе в задний карман, и, схватив за руку, потащил за собой.

Сэм упиралась.

— Эй, ты что делаешь?

— Пошли, — настаивал Ник, волоча ее к лестнице.

— Куда ты идешь? Скоро же полночь.

— Вот именно. — Ник побежал по лестнице, почти взвалив Сэм себе на плечи. Добравшись до верхнего пролета, он открыл дверь на крышу. Внизу простиралась панорама ночного города, а над головой ярко сияли звезды.

— Ого, Ник, — восторженно сказала Сэм. — Ты только посмотри! — Она приподнялась на носочки, чтобы лучше видеть Капитолийский холм и Белый дом.

Ник притянул ее к себе.

— Тебе нравится?

— Конечно. Вид просто чудесный.

— Тебе не холодно?

— Нет, — ответила она, подняв глаза к небу.

Снизу раздался отсчет последних секунд до Нового года.

Ник накрыл щеку Сэм ладонью.

— Я люблю тебя. В этом году, и в следующем, и в каждом последующем до конца моих дней.

Сэм потянулась к нему и поцеловала, когда в небе появились первые огни фейерверка. Поцелуй был нежным, глубоким.

— Я тоже тебя люблю. Это самая лучшая новогодняя ночь в моей жизни.

— Нет, первая из многих, — он расцеловал ее в щеки. — Это я тебе обещаю.

— А мы можем делать это каждый год? — Глаза Сэм горели от восторга, именно такими Ник любил их видеть больше всего. — Мы может приходить и встречать Новый год здесь?

— Звучит, как план, — сказал он, но ему было сложно говорить от нахлынувших эмоций. Ник даже понятия не имел, что можно любить так сильно. — В следующий раз я захвачу шампанское.

— Оно нам не нужно.

Хоть на улице и было холодно, и из ртов вырывались клубы пара, они стояли на крыше, досматривая фейерверк до конца. Ник обнимал Сэм сзади, вдыхая ее аромат, смешанный с жасмином и ванилью, который он узнает где угодно.

— Мне нравится, как цвета фейерверка играют на памятниках, — сказала Сэм, накрывая руки Ника на своей талии.

— Угу, мне тоже.

Последний залп фейерверка сопровождался яркой вспышкой и оглушительными криками. Сэм устало выдохнула.

— Это было великолепно, — она повернула голову к Нику. — Спасибо тебе за это.

— У меня есть ода теория.

— Что еще за теория?

Не в силах устоять, Ник наклонился и поцеловал Сэм.

— Как встретишь первые минуты нового года, так его и проведешь. — Подключая язык, Ник провел им по ее нижней губе, распаляя Сэм, заставляя ее развернуться и обхватить его руками за шею. Губы, языки, зубы все смешалось в страстном танце. Опустив руки ниже, он положил их ей на попку и слегка приподнял. Сэм удивила его, обвив его талию ногами.

vikidalka.ru - 2015-2018 год. Все права принадлежат их авторам! Нарушение авторских прав | Нарушение персональных данных