Главная | Случайная
Обратная связь

ТОР 5 статей:

Методические подходы к анализу финансового состояния предприятия

Проблема периодизации русской литературы ХХ века. Краткая характеристика второй половины ХХ века

Ценовые и неценовые факторы

Характеристика шлифовальных кругов и ее маркировка

Служебные части речи. Предлог. Союз. Частицы

КАТЕГОРИИ:






Практика – основа познания




 

Материалисты в прошлом придерживались тезиса о непосредственной достоверности чувственных образов и постулировали как бы зеркальное отображение внешнем мира всознании человека. С развитием науки и философии стало очевидным, что это упрощенные представления: субъект не есть нечто пассивное, страдательное, в процессе познания он действует активно и целенаправленно, отчего всякий познавательный результат несет на себе печать этой субъективности.

Знания как один из моментов духовной деятельности генетически связаны с практической деятельностью. Она, многократно повторяясь, позволяла, в частности, устанавливать, что с помощью предметов, различных в каких-то отношениях, можно производить одни и те же действия. Например, зверя можно убить заостренной палкой, и различия между отдельными палками в массе, длине и т.д. в определенных пределах не имеют при этом существенного значения. Топор, независимо от того, изготовлен ли он из камня, меди или железа, в известных условиях действует с одинаковым эффектом. Воспроизведение такого рода процессов по удовлетворению потребностей людей запечатлевались в их мозгу, они (как, впрочем, и звери) мысленно научались отличать внешние предметы, служащие удовлетворению их потребностей, от всех других предметов. Практическая деятельность, таким образом, явилась источником мысленного объединения предметов в классы, обобщения их по существенным признакам.

Следует обратить внимание на то, что в сознании человека предметы внешнею мира отражаются прежде всего теми сторонами и свойствами, которые способствуют ему в практической деятельности, в достижении поставленных целей. Именно эти стороны и свойства кладутся в основу образования понятий и формирования знаний о способах освоения и преобразования внешнего мира.

Практика пронизывает всю познавательную деятельность человека, включая ее самые абстрактные сферы. Возьмем, например, такую абстрактную науку, как математика. На первый взгляд, ее развитие есть продукт далеких, отвлеченных от реального мира творческих устремлений человека или, как у Гегеля, порождение одних идей другими идеями. В полном соответствии с гегелевской терминологией сложение положи-тельных чисел, например, отрицается в вычитании, а это в свою очередь отрицается на более высоком уровне арифметики, включающем в себя как положительные, так и отрицательные числа. Таким образом, историю математики можно представить как своеобразную «феноменологию духа». Вместе с тем верно и то, что, во-первых, математические понятия суть отражения отношений в объективном мире, в противном случае они не находили бы практического применения; во-вторых, получение самых абстрактных математических истин реализуется с помощью логических законов, сформировавшихся, в свою очередь, на основе практической деятельности людей и отношений объективного мира. По словам В.И.Ленина, «практическая деятельность человека миллиарды раз должна была приводить сознание человека к повторению различных логических фигур, дабы эти фигуры могли получить значение аксиом»[2].

Однако это вовсе не означает, что между практическими действиями и сформированными на их основе логическими формами и предписаниями существует полное соответствие. Логические формы – идеальное выражение внешнего бытия. Они фиксируют всеобщее в нем и абстрагируются от единичного, которое характерно для всякого чувственного образа. Но, будучи однажды возникшими, логические формы становятся предпосылкой идеальных планов дальнейшей практически преобразующей, чувственной деятельности. Их приложение к действительности происходит не безболезненно, не без коллизий и алогизмов, что обнаружили и хорошо выразили в своих вопросах уже древние философы. В наиболее отчетливой форме эти вопросы представлены в рассуждениях, известных под наименованием апорий Зенона Элейского.

Наш опыт, в частности, убедительно свидетельствует о том, что тело, имеющее большую скорость, догоняет и перегоняет другое тело, движущееся в том же направлении с меньшей скоростью. Но попытки применить для описания данного обстоятельства привычные нам логические категории наталкиваются на значительные трудности. Это хорошо иллюстрируется с помощью рассмотренной ранее апории «Ахиллес и черепаха». Данное рассуждение обнаруживает бессилие логического мышления, опирающегося на понятия конечности и прерывности, в сферах, где господствует бесконечность и непрерывность.


Действительность, окружающий мир, наша практическая деятельность несравненно богаче применяемых к ним логических средств. Апории Зенона – своевременный намек самоуверенному научному мышлению о ненадежности однажды выработанных понятий и методов, используемых в новых, неисследованных областях.

Понимание знания, с одной стороны, как продукта практической деятельности, а с другой стороны, как основы ее идеальных планов и программ является исходным принципом диалектико-материалистической теории познания, позволяющим раскрыть сущность единства познания в действительности.

 

Что есть истина?

 

Данный вопрос – один из центральных в теории познания. Он занимал людей с самых древних времен. К его разрешению обращались Платон и Аристотель, Бэкон и Декарт, Кант и Гегель, Маркс и Ленин, Гуссерль и Гадамер. И это не случайно, ибо истина является конечной целью всей познавательной деятельности человека.

Философы по-разному отвечали на этот вопрос. Платон и Аристотель являются родоначальниками древнейшей, классической концепции истины – истина есть соответствие мыслей действительности.

При всей простоте и очевидности классическая концепция истины столкнулась с немалыми трудностями, когда речь шла о способах установления соответствия мыслей действительности, особенно в теоретических областях знаний. Этими трудностями не преминули воспользоваться ее противники. Они утверждали, что в процессе познания человек имеет дело непосредственно не с объективным миром, а с продуктами его чувственного восприятия и концептуального осмысления, т.е. со знаниями. Поэтому нет и быть не может гарантий верного мысленного воспроизведения действительности и устранения из мыслей субъективных привнесений. Представители домарксового материализма, взявшие на вооружение классическую концепцию истины, не смогли справиться с этим (и не только с этим) возражением. Проблема была разрешена на более высокой стадии развития материалистической философии – в диалектическом материализме.

Продолжая классическую традицию в понимании истины, диалектикоматериалистическое учение является качественно новым этапом в его теоретическом развитии, преодолевает присущие классической концепции недостатки. В нем более глубоко и всесторонне обосновывается понятие объективной истины. В.И.Ленин, в частности, обращает внимание на то, что это понятие характеризует такое содержание человеческих представлений, «которое не зависит от субъекта, не зависит ни от человека, ни отчеловечества» [Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т.18. С.123). Какой бы субъективной ни была форма человеческих знаний, они имеют объективное содержание и соотносятся не просто с миром ощущений, а лежащим вне и независимо от него объективным миром, воспроизводят его. Поэтому объективно-истинное знание неопровержимо. Тем самым диалектико-материалистическое учение отмежевалось от любых попыток игнорирования объективной истины.

Важнейшей отличительной чертой диалектико-материалистического подхода является рассмотрение объективной истины в связи с практикой. Роль практики определяется тем, что она – связующее звено между объектом и субъектом познания. Предметы внешнего мира задаются субъекту через практику, в ней выделяются те их свойства, которые становятся предметом знания.

Связывая субъект и объект, практика тем самым представляет собой единство двух сторон – субъективной и объективной. Первая включает человека с его способностями, навыками, знаниями и формирующимися на их основе целями и действиями, вторая – условия, средства, исходные материалы и продукты, получаемые из исходных материалов под воздействием средств в определенных условиях деятельности. При этом объективная сторона практики может охватывать не только фрагменты природы, но и людей с их отношениями и деятельностью.

Практически включаясь во внешний мир, человек не только видоизменяет его, но и подчиняет свою субъективность его законам и возможностям. Если мы считаем человека частью природы, то и дела рук человеческих, производственные в том числе, надо рассматривать в рамках природы. В процессе практики человек может действовать только так, как действует природа, изменяя лишь формы вещества. Законы внешнего мира составляют основу целесообразной деятельности человека. Деятельность, рассогласованная с природой и ее законами, приводит человека к неудачам. Но поскольку, прежде чем что-то сделать, он составляет соответствующие проекты, планы и программы, строит прогнозы, выдвигает гипотезы и .д., то отсюда ясно, что практика – критерий отбора на предмет их истинности, т.е. соответствия действительности.

Знания, имеющие форму высказываний, теорий, являются истинными, если они соответствуют объективному миру, но не объективному миру самому по себе, как его представляли домарксовские материалисты, а тем его свойствам, которые выявлены практикой данной исторической эпохи. Именно это отношение и определяет содержание объективной истины в диалектико-материалистическом понимании.

Рассмотрение понятия истины в связи с практикой позволяет отвергнуть доводы противников классической концепции истины. Практика разрывает круг, в который они попадают, и выступает каналом выхода за пределы знания, соотнесения его с объективным миром.

Знания, имеющие форму высказываний, теорий, являются истинными, если они соответствуют объективному миру, но не объективному миру самому по себе, как его представляли домарксовские материалисты, а тем его свойствам, которые выявлены практикой данной исторической эпохи. Именно это отношение и определяет содержание объективной истины в диалектико-материалистическом понимании.

Объективная истина не есть нечто застывшее и окаменевшее. Она находится в постоянном развитии, становится более полной с каждым новым открытием. Диалектический процесс изменения и развития объективной истины характеризуется понятиями относительной и абсолютной истины.

Относительная истинаэто знание, которое приближенно и неполно воспроизводит объективный мир. Специфические свойства относительной истины – приближенность и неполнота – органически присущи процессу познания, поскольку человек не может познавать мир, не фиксируя своего внимания на одних его сторонах и не отвлекаясь от других.

Противоположностью относительной истины является истинаабсолютная. Каким бы односторонним и ограниченным ни было некоторое знание, оно содержит в себе элемент, который никогда не отбрасывается, выступает предпосылкой дальнейшего развития познания и в снятом виде содержится в его новых результатах. Это – абсолютная истина. Например, геометрия Евклида представляет собой относительное знание, поскольку обобщает человеческий опыт в привычных для нас, трехмерных пространственных условиях и непригодна относительно больших пространств. Вместе с тем в рамках повседневного опыта она является абсолютной и вечной истиной, предельно полным и точным знанием.

Отказ от признания в относительной истине зерен абсолютной истины (релятивизм) ведет к отрицанию объективности познания, к агностицизму. Точно так же неверен и противоположный подход, когда игнорируется относительность истинных результатов познания в угоду признания их абсолютности (догматизм).

Одновременное наличие в знании абсолютных и относительных моментов предполагает его использование в строго определенных объективных границах. Его распространение за эти границы ведет к ошибкам и заблуждениям. Иными словами, истина конкретна. Принцип конкретностиодин из главных принципов диалектического подхода к познанию. В соответствии с этим принципом требуется точный учет всех условий, в которых находится объект познания, рассмотрение главных, существенных связей, свойств, тенденций его развития вместе с их проявлениями. Крайний случай неконкретного подхода – рассуждения, претендующие на истинность не только в данном контексте пространства и времени, но и вне всякого контекста, рассуждения, «истинные» сами по себе, всегда и везде.

«Пагубна или благотворна война?» – вопрос, которым Н.Г.Чернышевский иллюстрировал диалектическое понимание принципа конкретности. «Вообще, – писал он, – нельзя отвечать на это решительным образом; надобно знать, о какой войне идет дело, все зависит от обстоятельств, времени и места... Например, война 1812 года была спасительна для русского народа; марафонская битва была благодетельнейшим событием в истории человечества. Таков смысл аксиомы: «отвлеченной истины нет; истина конкретна» [Чернышевс-
кий Н.Г. Соч. М., 1986. Т.1. С.281]. Добавим, что в наши дни любая война, чреватая применением ракетно-ядерного оружия, будет, безусловно, пагубной для человечества.

Истине противостоит заблуждение, т.е. принимаемое за истину искаженное представление о действительности. Было бы неверным считать заблуждение чем-то сугубо субъективным, что можно исключить при желании из познавательного процесса. Какими бы точными и надежными ни казались методологические регулятивы и правила, указывающие дорогу к истине, они не могут соответствовать всему кроющемуся в неизведанном разнообразию объективного мира и потому неизбежно сталкиваются с предметами, находящимися за пределами своей применимости. Таким образом, заблуждение – вполне естественный этап в освоении новых, еще неизвестных сфер бытия.

Итак, истина есть процесс. Благодаря ему совершается переход от незнания к знанию, от знания менее полного и точного к знанию более полному и точному. Решение вопроса об истинности наших знаний, т.е. соответствии их действительности, имеет практическую основу.

Процесс познания осмысливается глубже, если выявить его особенности в науке.

Научное знание

 

Наукаэто форма познавательной деятельности человека (наряду с искусством, религией и т.д.), специфической функцией которой выступают выработка и совершенствование объективно-истинных знаний. Понятие науки включает в себя как деятельность по получению нового знания – научное исследование, так и результат этой деятельности - научное знание. Далеко не всякое знание является таковым. Имеются многообразные формы вненаучного знания – мифическое, религиозное, мистическое, магическое, художественное, бытовое и др. В наши дни широко распространяются и многими бездумно воспринимаются знания из таких вненаучных сфер, как астрология, хиромантия, ясновидение и т.п.

Генезис и развитие науки непосредственно связаны с осознанием особой роли истинных представлений, которая определялась тем, что они были благом для человека, служили опорой в его практических делах, открывали надежные пути к овладению внешним миром. Но уже в древности было замечено, что истинность некоторого положения может быть кажущейся или случайной, а потому требует глубокого изучения и обоснования. Объективно-истинное и обоснованное знание впоследствии стали называть научным.

Основой научного знания является знание обыденное, или здравый смысл, формирующийся как продукт непосредственно практического отношения к внешнему миру. Здравый смысл имеет дело преимущественно с явлениями. На уровне явлений познаваемый объект отождествляется с образом, получаемым в представлении. Однако «обычное представление схватывает различие и противоречие, но не переход от одного к другому»[3]. Оно слабо отражает глубинные, сущностные связи предметов. Поэтому здравый смысл наряду с объективно-истинными положениями включает в себя массу поспешных, даже противоречивых обобщений. Гегель характеризовал его как «такой способ мышления какой-либо эпохи, в котором содержатся все предрассудки своего времени»[4].

Если наука стремится вникнуть в каждую из вновь открываемых истин, пытается обосновать ее, поставить под сомнение все, что, казалось бы, «овеяно веками», то здравый смысл, напротив, весьма настороженно относится к непривычному, новому, выходящему за рамки обыденности. Но ясность и прозрачность здравого смысла оказываются весьма обманчивыми, поскольку все, за что он ратует, как правило, некритично усвоено и принято на веру.

Наряду с истинностью и обоснованностью научное знание обладает другими особыми характеристиками – системностью, направленностью на отражение сущностных свойств изучаемых объектов, опережением практики. Специфичен язык науки. Однако все эти свойства, как и многие другие, являются вторичными по отношению к истинности и обоснованности, производны от них.

Возьмем первое из этих свойств – системность. Очевидно, что оно есть результат процедуры систематизации, непременно сопутствующей совершенствованию научного знания. Формы систематизации могут быть самыми разнообразными. Важнейшие среди них – доказательство, классификация, аксиоматизация. Но для каждой из этих форм характерна первичная связь, которую можно выразить с помощью союза «если, то». Им обозначается наличие основания и обосновываемого. Для классификации – это связь между различными классами (например, родом и видом), для аксиоматизации – между аксиомами и теоремами и т.д. Осознание одной единственной связи «если, то» уже свидетельствует о появлении концептуальной системы, хотя и простой, состоящей всего лишь из двух элементов. Но, как правило, система знания представляет собой множество таких связей, выступающих в органическом единстве между собой. Введение некоторого положения в систему знания является одним из наиболее важных шагов в его обосновании.

Присущие научному знанию истинность и обоснованность результатов органически сочетаются с познанием сущности изучаемых объектов. Сопоставление возможных оснований при принятии решения, выбор из них наиболее эффективных связаны с движением к сущности. Чем лучше обосновано то или иное положение, решение, действие, тем глубже познание ситуаций, в которых человеку приходится действовать. Верно и обратное. Поэтому одной из основных задач научного познания является вскрытие глубинных, сущностных связей объективного мира, формулирование законов науки, создание научных теорий.

Знание законов, которым подчиняется жизнь объекта, позволяет рассматривать его возможные, в частности, будущие состояния, от-сутствующие в нынешней практике людей. Объективная истинность рас-смотрения, стремление к обоснованию знаний, таким образом, влекут за собой опережающее отражение действительности и прогнозирование прак-тической деятельности. Настоящий ученый всегда опережает свое время.

Задачи, связанные с открытием истинных положений и их обоснованием, породили потребность в специфическом языке науки. Разговорный язык не отвечает этим задачам. Его выражения, связи между ними, как правило, многозначны, нечетки и потому не могут обеспечить строгость обоснования, влекут за собой неверные выводы. К тому же отличие вновь открываемых истин от уже известных требует новых знаковых средств фиксации и сообщения таких истин.

Научный язык создается на базе разговорного. При этом посредством особого рода определений вводятся новые языковые выражения, уточняются уже существующие и, таким образом, вырабатывается научная терминология, т.е. совокупность слов с точным, единственным значением в рамках данной научной дисциплины. За разговорным языком сохраняется роль универсального средства популяризации научных знаний.

Итак, научное знание возникло на базе жизненно важных представлений, сложившихся в результате длительных наблюдений и практического опыта многих поколений людей, т.е. на базе того, что обычно называют здравым смыслом. Решающее значение при этом имело осознание того факта, что предпосылкой и гарантом успешных действий в окружающем мире являются истинность и обоснованность такого рода представлений. Стремление людей сделать свои представления как можно более истинными и обоснованными, в конечном счете, привело к возникновению научного знания и науки вообще. Эти черты определяют специфику ее развития по настоящее время.

 






Не нашли, что искали? Воспользуйтесь поиском:

vikidalka.ru - 2015-2019 год. Все права принадлежат их авторам! Нарушение авторских прав | Нарушение персональных данных