Главная | Случайная
Обратная связь

ТОР 5 статей:

Методические подходы к анализу финансового состояния предприятия

Проблема периодизации русской литературы ХХ века. Краткая характеристика второй половины ХХ века

Ценовые и неценовые факторы

Характеристика шлифовальных кругов и ее маркировка

Служебные части речи. Предлог. Союз. Частицы

КАТЕГОРИИ:






Первый шаг на пути возвышения королевского дома: конкурентная борьба и формирование монополии в рамках одного удела




На различных фазах исторического развития значение королевской короны меняется, несмотря на то, что ее обладатели всегда — фактически или номинально — выполняли ряд центральных функций, в первую очередь, функцию военного вождя, возглавляющего армию страны в борьбе с внешним врагом.

К началу XII в. прежнее царство западных франков, которому извне уже не угрожали могущественные враги, окончательно распадается на множество уделов: «Союз, ранее скреплявший «провинции» и феодальные династии с «главой» монархии, теперь практически разорван. Исчезли последние признаки того подчинения «главе», что позволяло еще Гуго Капету и ero сыну хоть как-то влиять на ход событий, пусть и не в областях, принадлежащих крупнейшим вассалам. Феодальные группы первого порядка... приобрели черты независимых государств, закрытых для любого влияния со стороны короля, не говоря уж о его действиях. Связи крупных феодалов с обладателями королевской короны сводятся к минимуму. Эта трансформация отражается уже в официальных титулах и формулах. Феодальные князья XII в. перестают называться « comtes du Roi » или « comtes du royaume »»73.

В этой ситуации «королям» оставалось лишь делать то же, что и прочим крупным феодалам: они концентрировали свои усилия на укреплении собственного удела, на увеличении своей власти в той области, которая еще в какой-то степени была у них в руках, — в герцогстве Иль-де-Франс.

Людовик VI, король с 1108 по 1137 г., всю свою жизнь посвятил решению двух задач: увеличению своего собственного домена, т.е. той части герцогства, что не была роздана в лен (либо находилась в руках мелких вассалов), и борьбе со всеми возможными конкурентами — опять-таки в пределах своего герцогства, — пытавшимися померяться с ним силой. Решение одной задачи зависело от того, насколько успешно удастся справиться с другой: у побежденных и покоренных феодалов король отнимал владения (целиком или частично) и более не отдавал их в лен. Так он постепенно увеличивал владения своего дома, являвшегося основанием его хозяйственного и военного могущества.

Поначалу носитель королевского титула был просто крупным феодалом. Он располагал столь незначительными инструментами власти, что средние или даже мелкие феодалы (в случае их объединения) могли успешно оказывать ему сопротивление. Вместе с утратой им функции главного военачальника всей армии королевства, вместе с дальнейшей феодализацией уходит в прошлое не только главенство королевского дома. Под вопросом оказывается сама власть короля, его монопольное положение в пределах его исконной, родовой территории — право на главенство оспаривается другими конкурирующими с ним землевладельцами или высокородными семействами. Дом Капетингов в лице Людовика VI ведет борьбу с домами Монморанси, Бомонтов, Рошфоров, Монтлери, Ферте-Алэ, Пюизэ и многими другими74, подобно тому, как несколькими веками позже Гогенцоллерны в лице великих курфюрстов этого дома будут бороться с Китцовыми и Роховыми. Отличие лишь в том, что шансы Капетингов были гораздо ниже, поскольку в силу иного по сравнению с Германией состояния денежной и налоговой систем, как, впрочем, и военной техники, различие между военными и финансовыми ресурсами Капетингов и их противников не было так велико. Ведь у великого курфюрста уже имелись в монопольном распоряжении средства власти на своей территории, в то время как Людовик VI, — если отвлечься от того содействия, что оказывали ему церковные институты, — был просто крупным землевладельцем, господином в своем большом домене. Он вынужден был считаться с властвовавшими на той же земле феодалами меньшего масштаба, обладавшими несколько меньшей военной мощью, чем он. Монопольного положения на своей территории он мог достичь только победив в этой трудной борьбе, потеснив другие дома.

Только тот, кто познакомился со свидетельствами современников, в состоянии оценить, насколько мало дом Капетингов по военным и экономическим ресурсам превосходил другие феодальные дома франконского герцогства, сколь трудно — учитывая слабые экономические связи, незначительное развитие транспорта и коммуникаций, феодальную организацию войска и неразвитость осадных орудий, — королям давалась эта борьба за монопольное положение «князя» даже на этой небольшой территории. В качестве примера можно привести замок семейства Монтлери, расположенный на пути, соединявшем две важнейшие части домена Капетингов: он занимал господствующие позиции на линии связи Парижа с Орлеаном. Король капетингской династии Робер дал эти земли своему слуге или чиновнику — «grand forestier» — с позволением построить на них замок. Внук этого «grand forestier», живший в замке, правил окружающей местностью уже как независимый феодал. Такое центробежное развитие было типичным и неизбежным в то время73. Отцу Людовика VI после трудной и долгой борьбы наконец-то удалось достичь соглашения с домом Монтлери: он женил своего чуть ли не десятилетнего сына-бастарда на наследнице семейства Монтлери и тем самым поставил этот замок под контроль своего дома.

«Allons, beau fils Louis, — говорил он незадолго до смерти своему старшему сыну и наследнику Людовику VI, — garde bien cette tour de Monthléry, qui en me causant tant de tourments, m’a vieilli avant l’âge et par laquelle je n’ai jamais pu jouir d’une paix durable ni d’une véritable repos... Elle était le centre de tous les perfides de près ou de loin et il n’arrivait de désordre que par elle ou avec son concours... Car... Monthléry se trouvant entre Corbeil d’une part et Châuteaufort à droit, toutes les fois qu’il survenait quelque conflit Paris se trouvait investi, de sorte qu’il n’y avait plus de communication possible entre Paris et Orléans, si ce n’est avec une force armée »*»76. Проблемы коммуникации, до сих пор играющие немалую роль в межгосударственных отношениях, были не менее важны при тогдашнем уровне общественного развития, и их решение в ином по величине пространстве сталкивалось с не меньшими трудностями. Они в полной мере проявлялись во взаимоотношениях между феодалами, независимо от того, носят они королевский титул или нет. Примером может служить микроскопический отрезок на пути из Парижа в Орлеан — Монтлери лежит в 24 километрах от Парижа.

Фактически еще немалая часть времени правления Людовика VI ушла на борьбу за эту крепость, пока ему, наконец, не удалось окончательно отобрать эти земли у дома Монтлери и установить здесь безраздельную власть Капетингов. Как и всегда в таких случаях, победа означала одновременно военное усиление и экономическое обогащение победившего дома. Подчинение себе Монтлери принесло королю доходы в размере 200 ливров — значительная в те времена сумма. К этому следует добавить еще и тринадцать прямых ленов и двадцать косвенных, или вторичных, ленов зависимых от этих тринадцати77, — их владельцы стали теперь вассалами короля, увеличивая тем самым военную мощь Капетингов.

Столь же медленно и трудно шла другая борьба, которую приходилось вести Людовику VI. Ему понадобилось три военные экспедиции (1111, 1112 и 1118 гг.), чтобы сломить сопротивление отдельных рыцарских семейств в районе Орлеана78; он потратил два десятка лет на то, чтобы справиться с домами Рошфоров, Ферте-Алэ и Пюизэ и присоединить их поместья к владениям собственного дома. В результате домен Капетингов настолько вырос и упрочился, а его владельцы обрели такие экономические и военные возможности, такие богатства, что уже могли не опасаться конкуренции прочих рыцарей в пределах своего герцогства и достигли монопольного положения на данной территории.

Четыре-пять веков спустя королевская функция настолько укрепилась, что обладатели короны стали монополистами, располагающими огромными военными и финансовыми ресурсами на территории всего королевства. Борьба Людовика VI с другими феодалами на территории собственного герцогства была первым шагом на пути к монопольному положению королевского дома в более поздние времена. Поначалу дом номинальных обладателей короны по величине земель, по военной и экономической силе немногим превосходил другие феодальные семейства. Дифференциация размера владений была относительно невелика, а потому незначительна была и социальная дифференциация рыцарей, какими бы титулами они себя ни украшали. Затем одни из семейств аккумулируют земли (посредством заключения браков, покупки и завоевания владений) и получают превосходство над соседями. То, что именно старому королевскому дому удалось добиться превосходства в герцогстве Иль-де-Франс, могло зависеть — если отвлечься от того, что они изначально располагали довольно большими земельными владениями, — от личных качеств представителей этого дома, от поддержки церкви, от традиционного почитания королей. Но точно такая же дифференциация рыцарских владений происходила одновременно на всех прочих территориях королевства. Мы уже говорили о смещении равновесия в сообществе рыцарей в пользу немногих крупных и в ущерб множеству мелких и средних рыцарских семейств. На каждой из территорий раньше или позже одному из феодальных домов удавалось за счет аккумуляции земель достичь своего рода гегемонии, или монопольного положения. То, что чем-то аналогичным занимался обладатель короны, Людовик Толстый, выглядит как его отказ от королевской функции. Но ему и не оставалось ничего другого в условиях существовавшего распределения средств власти в обществе.




Не нашли, что искали? Воспользуйтесь поиском:

vikidalka.ru - 2015-2018 год. Все права принадлежат их авторам! Нарушение авторских прав | Нарушение персональных данных