Главная | Случайная
Обратная связь

ТОР 5 статей:

Методические подходы к анализу финансового состояния предприятия

Проблема периодизации русской литературы ХХ века. Краткая характеристика второй половины ХХ века

Ценовые и неценовые факторы

Характеристика шлифовальных кругов и ее маркировка

Служебные части речи. Предлог. Союз. Частицы

КАТЕГОРИИ:






Глава 1. Храм Драконьего Покоя

 

Его размытая тень проскользнула над огромным строением, когда он развернулся для приземления. Хоть он и бывал здесь ранее, размеры и возраст каменного храма и его окружения до сих пор поражали его. Храм возвышался на несколько уровней, и каждый из них был построен для расы явно куда большей, нежели люди или орки. Ряды каннелированных колонн, выстроенных снаружи от круглого фундамента до округленной вершины, стояли подобно армии часовых, направивших свои взоры во все стороны леденящих тело и душу Драконьих Пустошей. Длинные клыкастые сосули повсюду свисали с древнего здания, страшные трещины пробежались по многим колоннам и изогнули арки, но, несмотря на разрушительное действие времени и череду ожесточённых конфликтов, храм Драконьего Покоя стоял непобежденным, вечным.

Для него это было желанным контрастом при сравнении с ужасающими и кажущимися бесконечными потрясениями, изводящими мир Азерота.

Остальные уже должны были собраться. Он всматривался в отдаленные святыни каждой из великих драконьих стай, окружающих храм Драконьего Покоя, - бронзовую, изумрудную, лазурную, рубиновую и обсидиановую. Сейчас они были святынями без предназначения - драконьи стаи находились в смятении или были разгромлены. Даже храм Драконьего Покоя - хоть и мог выдержать еще десять тысячелетий - рисковал стать всего лишь пережитком прошлого и символом давнопрошедшей надежды.

Огромный синий дракон вздохнул и начал спускаться. Выполняя маневр, он украдкой взглянул на обширные северные пространства вне храма и святынь – на беспорядочные насыпи, усеявшие ледяной пейзаж. И быстро отвел взгляд. Каждая насыпь была обледеневшим трупом дракона, некоторым из них было много тысяч лет. Драконьи Пустоши были кладбищем для сотен из его вида, какого бы цвета они не были. Это было мрачным напоминанием, что даже самые могущественные из существ были не неуязвимы.

Крылатый левиафан снова обратил все свое внимание на место его прибытия. Казалось, храм Драконьего Покоя разрастался перед ним. Когда он приблизился к одному из входов, храм полностью затмил дракона. Он спустился, оглянулся напоследок вокруг, и ступил внутрь.

Интерьер даже не пытался уменьшить ощущение грандиозности строения; первая палата возвышалась более чем на три драконьих роста. Факелы, которые, несмотря на тысячелетия, все еще полыхали, давали слабое освещение. Древняя резьба вырисовывалась над ним, среди нее было много нечетких фигурок, напоминающих людей или эльфов, сказать точно было сложно. Дракон не знал, представляли ли эти фигурки титанов, богоподобных существ, принесшими порядок и сформировавшими Азерот в его текущей форме, или все это было вырезано для какой-то иной цели. Это место было возведено не то, что задолго до его рождения - задолго до зарождения самих драконов.

Никто не знал, зачем был возведен храм, но давным-давно он стало местом сбора для величайших из его рода, Аспектов - стражей не только всех драконов, но всего Азерота. Здесь тысячелетиями встречалась пятерка чемпионов, дабы координировать действия стай. Здесь, во время войны Нексуса – когда Аспект Магии повел свою синюю стаю на зачистку Азерота от всех смертных магов, не преклонившихся перед ним - лидеры других трех стай создали Драконий Союз, ежегодное место для встреч, где они обсуждали планы действий, которые следовало принять в отношении сомнительного будущего мира. Здесь, после Войны Древних - когда демоны вторглись в Азерот и древний Калимдор был расколот - четверо из них, включая в то время Малигоса, сошлись, дабы определиться с их следующим шагом для противостояния предательству одного из них. Последнее стало одной из их главнейших задач, но даже та долгая борьба меркла по сравнению с тем, что являлось на самом деле их основной целью с самого начала: не что иное, как предотвращение наступления Времени Сумерек, когда вся жизнь на Азероте должна была вымереть.

И вот та выдающаяся победа была, наконец, достигнута... но Аспекты дорого заплатили за нее. И теперь, здесь, впервые с той поры, как это древнее здание было выбрано в качестве их места встречи, четыре бывших Аспекта пришли не как защитники мира – теперь они отвечали только сами за себя.

Дракон спустился в теснину, вырезанную во льду, достигнув самой нижней, полупогребённой части храма. Он вслушивался, но не слышал голоса. Возможно, он все же прибыл раньше остальных. Он решил отлететь от храма и найти место по соседству, чтобы подождать там появления одного из Аспектов - даже после всех их заверений, он все еще считал, что, будучи самым молодым, не должен быть первым среди них каким-либо образом.

Но как только чешуйчатый змей спустился ниже, он, наконец, услышал голос. Ноздорму. Пунктуальность бронзовых драконов все еще оставался своевременной, даже сейчас...

Что тот сказал, синий дракон не мог разобрать. Однако ответ того, с кем говорил Ноздорму, прозвучал четко.

- Мы будем ждать, пока все не соберутся, - ответил мягкий, но все же командный женский голос. - Калесгос заслуживает такого же уважения, как любой из нас.

Услышав свое имя, синий дракон быстро ринулся вперед. Он не только не был первым, но явно остальных ожидать его.

- Я здесь! - проревел синий дракон. Он влетел в широкую, круглую палату, в центре которой поднималась мраморная платформа. Каждый угол этой платформы был все такой же огромной колонной.

Ноздорму одарил вновь прибывшего своим проницательным взглядом; по бокам гигантского бронзового дракона разместились две самки, одинаково внушительные в размере и величественности. Справа от бронзового была изумрудно-зеленая драконица с длинной шеей и гладкой чешуей, она смотрела не мигая своими иссини-радужными глазами. Изера, когда-то Дремлющая, в течение многих тысячелетий постоянно держала глаза закрытыми, и теперь никогда не закрывала их даже на мгновение. Она кивнула Калесгосу, но ничего не сказала.

Величественная багровая женщина-дракон с другой стороны от Ноздорму сделала несколько шагов к синему. В размере и обхвате она превосходила каждого из этих троих, но все опасения пред ней отступали благодаря ее кроткой внешности. Длинный гребень тянулся вниз от ее спины до хвоста, и синий дракон знал, что если бы она расправит свои широкие крылья, то тут же затмит ими обоих своих компаньонов.

Трое других дракона склонили свои головы при его прибытии, они были чуть меньше бывших Аспектов. Они стояли на широкой платформе позади исполинов, строго в соответствии с их цветом. Они пользовались наибольшим доверием и были самыми проверенными в бою из тех, кто служил чемпионам. Калесгос был хорошо знаком с каждым из них, от проворной и стремительной Хронорму - или Хроми - до храброй Меритры - дочери Изеры. Тем не менее, из трех он был больше всего знаком с темно-красным Афразастразом; он когда-то был командующим защитников храма Драконьего Покоя во время борьбы против Сумеречного Молота, фанатического культа, который пытался ускорить конец Азерота.

Последнее трио оставалось молчаливым, и держалось на заднем плане. Они были здесь, чтобы слушать. Их присутствие напомнило ему еще раз, что и у него должно было быть сопровождение.

Единственная проблема заключалась в том, что в Нексусе больше никого не оставалось, чтобы составить ему пару.

- Не надо бояться, Калесгос, - спокойно и мелодично ответила первая среди красных драконов на его вскрик, будто успокаивая. - Мы знали, что Вы вскоре прибудете. Ноздорму просто выразил свое беспокойство— не так ли, Ноздорму?

- Как ссскажете, - расплывчато ответил бронзовый. В его голосу звучали возраст и мудрость даже при том, что, как и другие, он находился на пике своей жизни.

- Вы слишком добры. - Синий склонил свою длинную, украшенную гребнем голову перед старшими драконами, добавив алой женщине, - Кейлек, с Вашего позволения, Алекстраза.

Ноздорму фыркнул, но Алекстраза кивнула.

- Кейлек. Простите мне за упущение предпочитаемого Вами — как младшие расы называют это? — прозвища. Но мне казалось, что Вам нравилось использовать его только в человеческом обличье.

- В последнее время я предпочитаю его в любом обличье. - Кейлек не стал вдаваться в подробности.

- Возможно, нам всем стоит взять себе прозвище попроще, - прервала их Изера без намека на сарказм. - В конце концов, теперь это их мир. И в самом деле, я даже заметила, что в последнее время провожу больше времени в человеческом облике, чем раньше. Возможно, это был бы лучший и самый быстрый способ закрыть нашу эру...

Её прямолинейность заставила остальных замолчать. После неловкого для всех момента, Алекстраза направилась к самому центру широкого помоста. Остальные три последовали её примеру, Ноздорму направился на южный край, Изера на восток и Кейлек на север. Запад - место Нелтариона - со времен его древнего предательства оставался пустым.

Красный дракон окинула взглядом всех собравшихся и объявила: Да начнется совещание Союза!

Когда-то подобные заявления сопровождались неким волшебным зрелищем, но то было делом прошлого. Четыре исполина все еще внушали трепет, но стражами Азерота они уже не были. Они пожертвовали своей ролью Аспекта, чтобы раз и навсегда победить чудовищного черного дракона Смертокрыла. Смертокрыл... когда-то он был их товарищем, Нелтарионом, и тем, кто в своем злобном безумии почти преуспел в приближении Времени Сумерек.

То была достойная жертва, но Кейлек хорошо понимал, что следом за этим все четверо должны измениться навсегда.

Кейлек тайно изучал трех старших. Он только недавно стал Аспектом Магии, нехотя приняв этот титул и руководство над синей стаей после падения его предшественника и хозяина, Малигоса. Малигос, также называемый Ткачом Магии, слишком устал терпеть неразумное использование тайной магии меньшими расами и, наконец, он объявил, что такая сила должна быть вверена только драконам и их союзникам. Война Нексуса пронеслась через Азерот и закончилась только когда группа героев с помощью Алекстразы и несколько её драконов вошли в сердце его владений - в сам Нексус - и, к сожалению, положили конец и Малигосу, и его чудовищному крестовому походу. Разыскивая нового лидера, синие драконы выбрали одного из своей стаи, того, кто в ходе ряда событий оказался тем, кому они могли довериться больше всего: Кейлека.

Синий решил выждать, не начиная беседу. Алекстраза казалась незаинтересованной совещанием сразу после призыва Союза. Возможно, Хранительница Жизни ждала, чтобы кто-то другой возьмется за его проведение, но ни Изера, ни Ноздорму и виду не показали, что их это как-то касается.

Но другие не были столь же непробиваемыми. Беспокоясь явно куда больше, чем Кейлек, Хроми нарушила тишину.

- Если позволите, есть повод для беспокойства. Кажется, временные пути в движении! Это может иметь отношение к переносу Души Дракона…

Ноздорму отрезал.

- Временные пути больше не наша забота! Они оказались вне моей способности управления. Теперь младшие расы и только младшие расы будут иметь дело с ними, к какому бы будущему они нас не привели.

Хронорму, очевидно, хотела сказать больше, но ограничилась простым кивком. Однако когда она утихла, осмелилась выступить дочь Изеры.

- Возможно, это будет сказано не к месту, но пошли слухи, что Кошмар зашевелился в провале Альна. Он может искать себе новую марионетку, другого Бога Кошмара, который поможет ему снова вторгнуться в бодрствующий мир из Изумрудного Сна...

- Мы это обсудили, - строго сделала выговор Изера другой зеленой. Аура вокруг бывшего Аспекта на мгновение переменилась. – Мне кажется, мы обсуждали... да! Мы обсуждали! С провалом и порчей, все еще оставшейся в Изумрудном Сне, займутся друиды... да, друиды! Ночной эльф Наралекс уже приложил усилия, чтобы запечатать Кошмар. Друиды примут меры против Кошмара - более успешные, чем сделали бы мы.

Речь была намного более сосредоточенной, более сконцентрированной, чем предыдущие, услышанные Кейлеком от Изеры после того, как зеленый дракон лишилась роли и сил Аспекта. После этого Изера казалась еще более рассеянной и неспособной четко формулировать свои мысли. Однако с той поры ее разум прояснился и восстановил большую часть недавно потерянного.

Меритра казалась поникшей.

- Как скажешь, Матушка.

И вновь над сбором нависла тревожная тишина. Афразастраз, чья мудрость была неоспорима даже двумя другими подчиненными, не был склонен к внезапным высказываниям. Внезапно Кейлек остро почувствовал отсутствие кого-либо на его стороне.

Время, казалось, остановилось. Никто даже не шелохнулся. Наконец, хорошо осознавая, что отчасти его юность взывала к его нетерпению вне его способности вести речь, Кейлек выпалил: Позвольте мне сказать!

С умеренным любопытством другие левиафаны посмотрели в его сторону.

Робость сковала Кейлека, но он быстро признал, что это чувство было порождено его собственной неуверенностью, не презрением с их стороны. Его жизнь, настолько трагичная, насколько это возможно, была меньшим, чем ничем, по сравнению с объединенными страданиями этих почтенных существ. То, что его считали равным даже какое-то время, все еще обескураживало его.

- Ну же? – подала голос Изера. - Если ты хочешь говорить, значит, ты должен говорить. Это достаточно просто.

Кейлек был слегка озадачен её прямотой. Изера была Дремлющей. Теперь она видела только пустую трату времени в мечтании или даже сомнений.

- Содержимое Нексуса…

- И это все? - Она выглядела еще менее заинтересованной, чем прежде. - Проблемы любой драконьей стаи - это её проблемы. Ты же сам знаешь. Твоя тема хоть как-то касается остальной части нас?

- Косвенно…

- Косвенно. Тогда – ведь так? - наше обсуждение окончено. И вообще, кажется у нас нет важной повестки для обсуждения. – Повернувшись к Алекстразе, Изера проворчала, - Я ведь говорила тебе? Я определенно это помню! Да... Я говорила! Я говорила, что по мне было ошибкой даже пытаться собраться здесь, сестра моя…

- Мы всегда встречались в цикле двойных лун. Это было бы непочтительно к...

Ноздорму снова фыркнул.

- Непочтительно к кому? Элуне? У Матери-Луны есссть её ночные эльфы, что поклоняются ей. Непочтительно к титанам или их ссслугам, хранителям? Мы даже не знаем, сссуществуют ли титаны до сссих пор! Конечно, это не будет непочтительно к нам. Я сссоглашусь с Изерой. Это было ошибкой. В Сссоюзе больше нет никакого сссмысла. Если у этого сссбора и есть какая-либо цель, то это должно быть дать, наконец, Сссоюзу уйти на покой и позволить каждому из нас идти дальше с нашими сссобственными проблемами.

Кейлек был ошеломлен неожиданным поворотом недолгой перепалки. Он ждал, затаив дыхание, когда Алекстраза успокоит этих двоих, но Хранительница Жизни не вмешивалась. Казалось, Алекстраза обдумывает предложение Ноздорму, как будто оно было крайне заслуживающим внимания.

Синий дракон сошел со своего места, направившись к центру, прямо к Алекстразе, не спуская глаз с бронзового.

- Но Союз - это не просто для нас! Это был основой для всего драконьего сотрудничества в течение тысячелетий! Союз поддержал порядок среди наших стай, не раз предотвращал катастрофу! Мы все знаем, что пока мы едины, всегда есть надежда…

- Пока мы едины, - вмешалась Изера. - Да, мы были очень едины все эти тысячелетия, не так ли? Нелтарион... Малигос... - Она выглядела так, будто намеревалась сказать большее, но с примирительным взглядом на Ноздорму она успокоилась.

- Не надо пропускать меня, - мрачно добавил бронзовый. Он расправил крылья. - Называйте его Дорнозму, повелителем стаи драконов бесконечности, если вам нравится, но этот проклятый дракон был моим далеким будущим и, таким образом, я виноват в его зле так же, как Нелтарион был виноват в том, что он позже сделал как Смертокрыл....

Алекстраза снова оказалась в центре ситуации.

- Нет, Ноздорму! Никто здесь не придирается к тебе из-за того, чего ты не сделал! Ты боролся рядом с другими против Дорнозму и изменил то будущее навсегда! Если и была даже самая отдаленная вина с твоей стороны, то она была стерта с уничтожением Дорнозму!

Кейлек и Изера преклонили головы в согласии. Хвост бронзового медленно волочился взад и вперед в знак благодарности за эти слова. Затем его лицо помрачнело вновь.

- Да... Я боролся со своим будущим собой..., когда у меня была сила бороться. Теперь, я - мы – такой же, как и любой другой дракон. Время Аспектов в прошлом, и время Драконьего Союза тоже.

И снова Кейлек не отметил несогласия от сестер.

- Но три из Вас - единая мудрость нашего вида! Аспекты всегда…

Изера ткнула своей мордой в его лицо.

- Мы... не... Аспекты.

- Но трое из Вас все еще…

- Мы понимаем твое беспокойство, Кейлек, - сказал Алекстраза с такой явной жалостью, что Кейлек вздрогнул. - Но наше время прошло, и Азерот должен смотреть на других защитников.

Когда она закончила объясняться, Ноздорму шагнул мимо них к одному из выходов. Изера вторила ему примеру.

Калек не мог поверить тому, что он видел.

- Куда Вы идете?

Бронзовый левиафан посмотрел через плечо.

- Домой. Мы закончили. Нам не ссстоило было даже беспокоиться по поводу этого сссобрания.

- Он прав, - нехотя признала Хранительница Жизни, - и только тогда Кейлек понял, что он думал обо всех них с точки зрения лидеров, но они так больше не считали. Теперь они были, с их же точки зрения, простыми драконами, тремя среди многих.

- Алекстраза! Хотя бы Вы…

Это было, как будто его мать смутила его взглядом. Жалость сменилась заботой.

- Азерот выживет без нас. Ты - тот, кто не так давно ввязался во все это - тоже выживешь без нас. - Алекстраза посмотрела на отбывающего бронзового. - Ноздорму! Погоди! Мы встретимся еще раз через месяц! Если мы распускаем Союз, то мы сделаем это с надлежащим уважением!

Он выждал паузу, затем оглянулся.

- Ты права. Это действительно зассслуживает надлежащих похорон. Идет. Один месссяц с этого дня.

Красный гигант обратился к своей сестре.

- Изера?

- Я согласна. В этом есть смысл.

Алекстраза посмотрела на Кейлека. Столь потрясенный, будучи неспособный говорить, он яростно замотал головой.

- Трое против одного, - пробормотала красная. - Итак... решено.

Ноздорму даже не ждал ее заявления, бронзовый и его лейтенант уже летели к выходу. Изера и ее дочь не отставали.

Алекстраза наблюдала за ними еще мгновение, затем повернулась и с изяществом, невероятным даже для дракона, последовала вслед за Ноздорму и своей сестрой. Афразастраз замешкался достаточно долго, чтобы посочувствовать синему, прежде чем последовать за ней.

У Кейлека не оставалось иного выбора, кроме как последовать за ними или остаться в одиночестве. Все же, несмотря на его юность и стремительность, когда он достиг выхода, другие уже улетали, каждый своей дорогой.

- Пожалуйста, передумайте! - проревел он, и его просьба эхом отозвалась в пустошах. Голова Калека закружилась. Он прибыл сюда со своими проблемами, в надежде обсудить их со старшими драконами, и вместо этого он отчаянно пытался удержать некогда вечный Союз.

Ноздорму расправил свои крылья и мчался к горизонту, не оглядываясь на младшего дракона. Он уже был маленькой точкой, когда Изера в последний раз произнесла.

- По правде, мы рассматривали... да... да, мы давно уже все это рассматривали. Нам просто был нужен кто-то, кто прямо скажет об этом. - Изумрудный ящер подскочил в воздух. – И этот шанс нам представился, после того, как ты недавно вступил в наш круг. Я приношу извинения за это, молодой Кейлек.

И вот осталась лишь Алекстраза и он.

- Прощай, Кейлек. Мне жаль, что ты проделал весь этот путь ради нескольких досадных моментов... и такого поворота событий, которого ты, конечно, не ожидал и не заслужил того, чтобы с этим столкнуться.

После этих слов великий красный дракон взлетел, покидая безмолвного Кейлека, взиравшего, как исчезают эти трое среди темных облаков, покрывающих не только пустоши, но и почти весь холодный континент Нордскола.

- Что здесь произошло? - синий переспрашивал себя по множеству раз. - Что только что здесь произошло?

Поначалу Кейлеку казалось, что все может измениться к лучшему, сразу после того как он согласился остаться в Даларане и, пользуясь предложением мага Кадгара, присоединился к Кирин Тору. Но вскоре Кейлек заметил недоверие в глазах других магов. Он был синим драконом; и в первую очередь они видели в нем именно его. В конце концов, он извинился перед Джайной, сославшись на необходимость наблюдать за ослабевшими защитными чарами Нексуса и собрать всю коллекцию важных и могущественных артефактов в надежное место.

На самом деле Кейлек с нетерпением ждал этого сбора, надеясь на некую поддержку со стороны других стай. Ведь его собственная стая почти распалась. Он чувствовал, что потерпел неудачу как лидер и из-за катастрофы, связанной с похищением Радужного Средоточия, и из-за массового бегства других синих драконов. Нексус становился пустынным местом, и времени Кейлек ловил себя на том, что он уже и не стремиться бороться с уходами.

И теперь, те, к кому он отчаянно стремился обратиться, отвернулись от мира.

Вся ирония заключалась в том, что, несмотря на свое желание прибыть сюда, Кейлек рассматривал и отказ от этого путешествия. Он стыдился своей неудачи в поисках Радужного Средоточия и ужасных событий, которые случились из-за артефакта, в частности разрушение Терамора. Кейлек сначала не хотел признавать свое унижение при тех, кто считал его равным несмотря на невероятное различие в возрасте и опыте. Все же, в конце концов, Кейлек принял решение прийти... лишь для того, чтобы потерпеть новое фиаско.

По его спине пробежал холодок , который не имел никакого отношения к стихиям. Синий дракон оглянулся назад, на храм Драконьего Покоя, когда-то легендарное для него место. Теперь, как он подозревал, он смотрит на него, вероятно, в последний раз. Без Союза была лишь одна причина прибыть в эту застывшую местность… и это была смерть.

Но, несмотря на все свалившиеся напасти, Кейлек еще не был готов умирать. Его юность могла бы быть ключевым фактором в его неудачах, но она также подгоняла его, даже если он понятия не имел, что ему предпринять своим следующим шагом.

Поднялся ветер, его порыв сквозь храм создавал неземное завывание, которое, наконец, расшевелило синего, чтобы тот покинул это место. Ударяя крылья, он поднялся высоко. Как только он оторвался от земли, он устремился быть как можно дальше от величественного храма Драконьего Покоя. Кейлек направился в сторону дома и ускорил темп.

Но, оставляя позади себя храм, что-то насторожило его. Хотя он больше не был Аспектом, Кейлек все еще оставался синим драконом, и, таким образом, был более восприимчивым к тайной магии во всех ее различных формах. След был настолько уникальным, что, несмотря на его настроение, Кейлек устремился к источнику.

Но первый взгляд на нижележащий пейзаж не дал дракону никакой подсказки, откуда исходит сигнал. Сконцентрировавшись, Кейлеку удалось точнее определить общую область. Катастрофа в храме мгновенно забылась, и синий спустился, чтобы поближе все рассмотреть.

Его путь лежал к останкам множества драконов. Несмотря на защищающие свойства постоянной вечной мерзлоты, ветер и другие стихии в конечном счете стерли все узнаваемые следы мертвых. Даже в тех телах, от которых остались лишь кости, нельзя было признать крупных, гордых животных, которыми они были когда-то. После произошедшего в храме, фатальность этой местности вновь поразила его, но он продолжил спускаться, несмотря на дурные предчувствия.

И затем, наконец, он ощутил, откуда точно происходили волшебные эманации. Кейлек повернулся в том направлении — и резко застыл в воздухе. Он был так ошеломлен увиденным, что все, что он мог делать - не забывать временами махать своими крыльями.

Возможно, гигантский размер позволил скелету оставаться почти неповрежденным даже спустя столько эпох. Помимо его невероятных размеров, еще к нему также привлекало внимание угол, под которым он находился. Почти все другие замороженные останки, рассеянные по обширной, обособленной области, лежали так, как будто эти драконы просто заснули. И в самом деле, большинство из них поступало именно так: приземлялись и с поддержкой и относительно небольшим состраданием других из их рода делали свой последний вздох.

Но только ни этот исполин. Этот левиафан умер насильственно.

Подобным образом в кровавой битве умерли многие и многие другие.

Треснувшая морда черепа раскрыла часть огромной утробы, которая могла бы поглотить Кейлека. Нижнюю часть челюсти нигде не было видно. Область шеи скрутило нелепым способом, показывая, насколько разрушительным было столкновение с землей. Туловище также лежало резко скрюченным, позвоночник выгнулся под невозможным углом. Полузакопанные ребра сформировали вьющийся тоннель, который мог конкурировать в высоте с большими палатами храма.

В пределах того жуткого прохода Кейлек точно определил местоположение таинственных эманаций. Дракон дрожал, испытывая чувство истинного страха. Затем, пересилив себя, синий левиафан нырнул внутрь гигантских морозных костей.

Нырнул внутрь костей Отца Драконов... Галакронда.

 


<== предыдущая лекция | следующая лекция ==>
ДОГМАТЫ, ТАИНСТВА И БОГОСЛУЖЕНИЕ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ | ОБЩИЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О РАЗВИТИИ НЕРВНОЙ СИСТЕМЫ


Не нашли, что искали? Воспользуйтесь поиском:

vikidalka.ru - 2015-2021 год. Все права принадлежат их авторам! Нарушение авторских прав | Нарушение персональных данных