Главная | Случайная
Обратная связь

ТОР 5 статей:

Методические подходы к анализу финансового состояния предприятия

Проблема периодизации русской литературы ХХ века. Краткая характеристика второй половины ХХ века

Ценовые и неценовые факторы

Характеристика шлифовальных кругов и ее маркировка

Служебные части речи. Предлог. Союз. Частицы

КАТЕГОРИИ:






Вход в Гибельное Место




 

Я родился в Бруклине, в рабочей семье ирландских католиков, в дни Великой депрессии. В детстве я не проявлял особенных парапсихологических способностей и не припоминаю, чтобы переживал какие-то необычные ощущения.

Единственное религиозное событие моего детства — первое святое причастие — и то обмануло мои ожидания. Я не испытал ни экстаза, ни контакта с Богом, обещанных мне монахинями.

Так в четырнадцать лет я стал атеистом. В колледже я сначала специализировался в области электротехники, но, когда понял, что у меня аналитический, а не практический склад ума, переключился на математику. В двадцать лет я прошел три разных курса психотерапии, чтобы освободиться от остаточных конфликтов между моим атеистическим гедонизмом и католической индоктринацией детства.

Однажды, лет в восемнадцать, у меня возникло странное ощущение, что я выпал из времени, как Билли Пилгрим в романе Курта Воннегута “Бойня номер пять” . Года в двадцать четыре я снова пережил что-то вроде спонтанного сатори — эдакое внезапное осознание ощущения имманентной божественности во всем сущем.

Я считал оба эти переживания галлюцинациями и настолько их стыдился, что ни разу о них не заговорил ни с одним из трех моих психотерапевтов.

Затем в 1962 году, в возрасте тридцати лет, я начал экспериментировать с изменяющими сознание наркотиками. Эта проблема не менее дискуссионна, чем проблема безопасности атомных электростанций, поэтому давайте для начала вспомним, что об этих химических веществах говорит наука.

I. Есть мнение , что это психотомиметики ; иными словами, изменение сознания, которое они вызывают, считается имитированием психоза.

П. Кое-кто считает их галлюциногенами : то есть новое ментальное состояние, вызываемое их приемом, считается галлюцинаторным опытом, но не полным психозом.

III. Существует точка зрения, что это психоделики (слово придумано Хамфри Осмондом, доктором медицины) или метапрограммирующие вещества (термин Джона Лилли, д-ра медицины). То есть считается, что в новом состоянии мы можем реорганизовать и переимпринтировать нашу нервную систему для высшего функционирования.

В ходе будущих исследований наука окончательно решит, какое толкование наиболее правильно. К сожалению, к этому решению не прийти в результате проведения словесных прений или заключения диссидентов в тюрьмы. Оно также не зависит от сенсационности разоблачений и количества арестованных еретиков.

Это страшное неудобство для правительства, которое всегда хочет решать проблемы путем объявления любого инакомыслия вне закона. Но, к счастью, наука работает не так.

Изначально я заинтересовался изменяющими сознание наркотиками благодаря статье в самом консервативном журнале США — “Нэшэнэл Ревю” , редактируемом миллионером-католиком Уильямом Бакли Младшим.

Разумеется, позже Бакли и его журнал с неоинквизиторской яростью обличали эксперименты с наркотиками, но тогда, в невинном 1961 году, они наивно напечатали статью консервативного историка Р. Кирка с рецензией на “Двери восприятия” Олдоса Хаксли. В этой книге Хаксли рассказывал, как он трансцендировал время и пространство и ощутил, как он выразился, “Рай”.

О. Хаксли совершил свое путешествие под влиянием мескалина, получаемого из “священного кактуса” пейота, который используется в ритуалах американских индейцев. Как полагал Рассел Кирк, это было добротное научное доказательство “в пользу” религиозности в целом и “против” либеральных гуманистов, которых он считал первыми злодеями в истории. Среди прочего Кирк говорил, что “только самый догматичный материалист старой закалки” будет a priori отрицать отчет Хаксли, не повторив его эксперимент. В то время я был тем самым догматичным материалистом старой закалки, поэтому дико возмутился и на протяжении многих месяцев мысленно оспаривал справедливость этого утверждения. Казалось, что как материалист я должен был согласиться с одним аспектом в книге Хаксли, о котором не упомянул Кирк, — что сознание обладает химической природой и изменяется при изменении его химии. Это было вызовом.

Материалист совершил первое психоделическое путешествие 28 декабря 1962 года в старом “домике для рабов”, расположенном в лесах около Йеллоу-Спрингс, Огайо. Вместе с женой Арлен и нашими четырьмя маленькими детьми я снял этот домик, принадлежавший антиохскому колледжу, всего за тридцать долларов в месяц и получил один акр расчищенной земли для выращивания овощей и тридцать акров леса для поиска Тайны. Земледелие поддерживало нас лишь частично; я работал помощником коммерческого директора в крошечной фирме в Йеллоу-Спрингс — антиохской компании по изготовлению экслибрисов. Но мы нашли (как нам казалось) способ вырваться из регламентированного городского улья, не умирая от голода.

Перед тем, как съесть свой первый пейотный грибочек, Материалист поинтересовался у Поставщика (чернокожего джазиста): “А вообще-то эта дрянь опасна?”.

“Мать твою, — ответил он. — Индейцы тысячелетиями жрут ее в каждое полнолуние”.

“Ах вот как… Ну да…”, — отозвался Материалист, тут же вспомнив выразительный рассказ Хаксли о его первом опыте, Я быстро съел семь грибочков и на двенадцать последующих часов закружился в водовороте неповторимого нелинейного путешествия, перенесшего меня в Гибельное Место. Это был самый познавательный и трансцендентальный опыт.

Естественно, через несколько лет все произошло бы иначе. Материалист сказал бы: “Но ведь газеты уверяют, что порой люди сходят с ума от этой дури и на много месяцев остаются психами”. На что Поставщик ответил бы: “А еще в газетах пишут, что наши войска во Вьетнаме помогают вьетнамцам. Чувак, не верь пурге, которую они гонят”.

Обладая любознательной и экпериментаторской натурой, я все равно отправился бы в это путешествие, но с большими сомнениями, а они легко могли бы перерасти в беспричинный страх или откровенную панику. Позже мы видели, что именно это и происходило с другими людьми после того, как пресса всерьез взялась за дело, раздувая пламя массовой истерии.

Как бы там ни было, Материалист просто испытывал обычное заблуждение первого путешествия: он решил, что переродился. В конце концов, в те времена Рассел Кирк и “Нэшэнэл Ревю” — официальные волхвы священного консерватизма — были на его стороне.

Когда в последующие недели я с грустью констатировал, что переродился не полностьюи в моем “центральном компьютере” по-прежнему остается много невротических, депрессивных и эготических программ, я был несколько разочарован.

Но путешествие было столь интересным и экстатическим… Как испанская блудница из известной поэмы, я пробовал “снова. И снова. И снова и снова и снова”. К середине 1963 года я совершил сорок путешествий во внутренний космос и отчетливо понял, что пейот, как правильно говорят индейцы, действительно был магической химической субстанцией, но, чтобы знать, как его употреблять с большей пользой, нужно быть шаманом.

Я не ставлю своей целью описывать те сорок пейотных сеансов яркой и сочной прозой. В шестидесятые годы сочинений такого рода было более чем достаточно. В терминологии д-ра Тимоти Лири, каждое путешествие подразумевало трансмутацию сознания от “символьных” и линейных земных контуров нервной системы к соматическо-генетическим футуристическим контурам. Материалист учился переживать восторг и блаженство, трансцендируя время. В каждом путешествии Тело Воскресало. Осирис поднимался из гроба, и на какое-то мгновение я становился божественным и вечным. Всякий раз “эффект йо-йо” (как называет это д-р Ричард Алперт) сохранялся в течение одного дня или около того, и я снова спускался на землю. Разумеется, следующее путешествие возвращало меня обратно наверх, но потом, в очередной раз, я снова падал. То вверх, то вниз, то вверх, то вниз — это и есть эффект йо-йо. Вдохновение сменялось отчаянием.

Но в моем сознании (моем “неврологическом функционировании”, как сказал бы д-р Лири) медленно и незаметно начинало происходить какое-то изменение.

У Материалиста частенько появлялась галлюцинация, в которой у него устанавливался телепатический контакт с растениями, причем не только во время полета на крыльях пейота, но и в состоянии нормального бодрствования. Галлюцинация — таково было суждение его инженерного рационального ума; и каждый раз, когда это случалось, все казалось чертовски реальным. Но Материалист слишком много знал, чтобы воспринимать это всерьез… и продолжал слишком много знать до самого конца шестидесятых, пока исследование Бакстера на полиграфах (многоканальных осциллографах, регистрирующих различные физиологические реакции организма) не представило ряд неопровержимых доказательств, что телепатия между человеком и растением может происходить постоянно, обычно ускользая от сознательного внимания со стороны человека.

Несколько раз Материалист вступал в контакт с Энергией или Разумом, которые, казалось, заслуживали характеристики “сверхчеловеческих”. Мне было очевидно, что будь я настроен менее скептично, я мог бы с легкостью назвать эти трансвременные диалоги встречами с богами и ангелами. (Куана Паркер, великий военный вождь индейского племени шайенов, который вернулся из одного пейотного путешествия пацифистом, а позже основал индейскую церковь, бывало говорил: “Бледнолицый входит в свою церковь и обращается кИисусу. Индеец входит в типи, принимает пейот и разговаривает сИисусом”.

Я считал сущностей, с которыми контактировал, Иксами, т. е. неизвестными — и пытался во время каждого эксперимента (и в ходе размышлений между экспериментами) найти им психологическое, нейрологическое или даже парапсихологическое объяснение.

Самая странная сущность, с которой я контактировал на протяжении двадцати месяцев психоделических исследований, проявилась на следующий день после окончания пейотного путешествия. Я полол сорняки в огороде, когда мое внимание привлекло какое-то движение на соседнем кукурузном поле. Я глянул в том направлении и увидел танцующего зеленокожего человека с бородавками и остроконечными ушами. Скептик завороженно наблюдал за ним примерно с минуту, а затем Зеленокожий растаял в воздухе. “Просто галлюцинация…”.

Но я не мог его забыть. В отличие от стремительного метапрограммирования во время пейотного путешествия, когда ты не можешь быть уверен, что “реально”, а что — всего лишь метапрограммист, ведущий свою игру, этот опыт обладал всеми качествами живой реальности и отличался только интенсивностью .

Существо с кукурузного поля было более прекрасным, более харизматичным, более божественным , чем все, что я способен сознательно представить, даже когда использую литературный дар для описания этого божества. Как утверждают мистики всех традиций: “Кто видел, тот знает ”.

Что ж, видеть я видел, но так ничего и не знал. Я испытывал раздражение, а не просветление.

Но оказалось, что это была не последняя встреча с тем особенным существом. Через пять лет, в 1968 году, Скептик прочитал книгу “Учения дона Хуана” Карлоса Кастанеды о традиционном мексиканском шаманизме и роли, которую играл в нем священный кактус. Кастанеда, антрополог, несколько раз видел того же самого зеленого человека, и дон Хуан Матус, шаман, сказал, что его зовут Мескалито.

Это был дух пейота. [10] Но Материалист увидел его еще до того, как прочитал, как он выглядит. Материалист был сильно обескуражен.

Самое правдоподобное объяснение заключается в том, что Мескалито — это архетип коллективного бессознательного в юнгианском смысле. О нем рассказывали многие другие люди помимо Кастанеды и меня; у него всегда одинаковая зеленая бородавчатая кожа и он часто танцует. [11]

Но смеем ли мы предполагать, что Мескалито может быть одним из “духов” растений, как всегда говорят о нем шаманы (а они знают его лучше)? Не правда ли, слишком глупое предположение для таких критически мыслящих умов, как наши? Однако, Парацельс, основатель современной медицины, верил в таких духов и утверждал, что часто с ними общался. Об этом также говорили немецкий поэт Гете и пионер органического земледелия Рудольф Штайнер. (Кстати, идеи Гете и Штайнера, некогда отвергаемые из-за их излишней мистичности, ныне серьезно рассматриваются многими экологами. [12])

Или вспомним д-ра Густава Фехнера, создателя научной психологии и психологической статистики. Фехнер ослеп, а потом к нему вновь возвратилось зрение, после чего он стал утверждать, что со своим новым зрением видит многие вещи, которые обычные люди не видят, в том числе ауры вокруг людей и других живых существ, а также растительных духов вроде Мескалито. Джордж Вашингтон Карвер тоже заявлял о контактах с растительными духами, и то же самое говорил великий Лютер Бербанк. Томас Эдисон настолько не сомневался в их реальном существовании, что потратил многие годы, пытаясь разработать фотографический процесс, который сделал бы их видимыми. [13]

Марсель Воджел (чья корпорация Воджел Люминисценс разработала краситель, применяемый во флюоресцирующих карандашах, и психоделические цвета, популярные в плакатном искусстве шестидесятых) в течение десяти лет занимался изучением растительного сознания и растительной “телепатии”. В одном эксперименте Воджел и группа психологов пытались сконцентрироваться на сексуальном образе, подключив растение к полиграфу, чтобы выяснить электрохимические реакции растения на мысли людей. Осциллографическая кривая реакции растения продемонстрировала типичное возбуждение. Воджел предполагает, что беседы о сексе могут “возбуждать” в атмосфере некую разновидность сексуальной энергии — что-то вроде “оргона” д-ра Вильгельма Райха. Если это так, то древние ритуалы плодородия, в которых люди вступали в половые сношения на свежезасеянных полях, и в самом деле могли стимулировать богатый урожай, а шаманы не так уж наивны, как нам хочется думать. [14]

Мескалито может быть одновременно архетипом юнгианского коллективного бессознательного и антропоморфной человеческой перекодировкой устойчивого сигнала, который посылает “молекулярный разум” растительного мира. Естественно, что все шаманы в земледельческих обществах страстно стремились обрести дар декодирования таких оргономических, или нейроэлектрических, сигналов.

Иными словами, согласно этой модели, Мескалито — это генетический сигнал в нашем коллективном бессознательном, который активизируется при получении молекулярных “посланий” из растительного мира.

Этот шаманский вид избирательного “внимания”, или “особое восприятие”, в современном мире демонстрирует доктор Воджел, выступая с многочисленными лекциями перед аудиторией. Во время этих лекций он аккуратно “считывает” сигналы с растений. Это не более странно, чем избирательный йогический транс типичного городского жителя, благодаря которому он с полным безразличием и автоматизмом переносит немыслимый шум, столпотворение, нищету, неврозы, насилие, изнасилования, грабежи, несправедливость и эксплуатацию, “экранируя” все это и концентрируясь лишь на роботоподобном повторении отведенной ему роли в структуре улья. Таким образом, можно научиться принимать или игнорировать гораздо более широкий диапазон сигналов, чем представляется нейрологически неискушенному человеку.

По третьей модели, Мескалито и вся его родня (феи, “маленькие человечки” и т. п.) — это инопланетяне, которые экспериментируют на нас многие тысячи лет. И это отнюдь не означает, что они прибывают сюда в космических кораблях.

Поразмыслите над следующими гипотезами:

1. Закон Кларка (писателя-фантаста Артура К. Кларка):

 

“Любая достаточно развитая технология неотличима от магии”.

 

Представьте технологию, какой она будет через сто лет после нас. Через тысячу лет. Через миллион лет после нас. А затем вспомните, что многие звезды, у которых, возможно, есть планеты, а на них — цивилизации, в буквальном смысле на миллиарды лет старше нашего солнца. Не исключено, что в нашей галактике существуют расы, чей уровень технологии опережает наш на 10 миллиардов лет.

В старой ковбойской шутке спрашивается: “Сколько апачей прячется в этой комнате?”. Ответ: “Сколько хочет”. Развитые коммуникационные технологии куда более изощрены, чем охотничьи техники апачей. Если Кларк прав (пусть даже на материалистическом уровне), единственный ответ на вопрос: “Сколько развитых цивилизаций отслеживают события в этой комнате?”, — должен быть таким: “Столько, сколько хочет”.

2. Следствие Уилсона из закона Кларка (выведено РАУ):

 

“Любая достаточно развитая парапсихология еще более неотличима от магии”.

 

Рассмотрим парапсихологию, которая неуклонно развивалась на протяжении последних семидесяти лет, несмотря на сильное противодействие. Перенесите ее мысленно на сто лет вперед. На тысячу. На миллион. И представьте расы в нашей галактике, которые старше нас на 10 миллиардов лет.

Возможно, инопланетяне с развитым псионическим знанием экспериментируют на нас и (или) способствуют нашей эволюции и (или) миллионы лет играют с нами в онтологические игры, превращаясь по собственному желанию в любую форму — от Мескалито до Господа Бога Иеговы, ни разу не покидали свою родную планету .

Если торговец из Западной Вирджинии и студент колледжа из Вашингтона “галлюцинировали”, что были похищены движущимися со сверхсветовыми скоростями НЛО и доставлены на планету Ланалус, где все ходят нагишом, то, может быть, существует единый межзвездный передатчик , транслирующий такого рода “обучающие программы”? Может быть.

 




Не нашли, что искали? Воспользуйтесь поиском:

vikidalka.ru - 2015-2019 год. Все права принадлежат их авторам! Нарушение авторских прав | Нарушение персональных данных