Главная | Случайная
Обратная связь

ТОР 5 статей:

Методические подходы к анализу финансового состояния предприятия

Проблема периодизации русской литературы ХХ века. Краткая характеристика второй половины ХХ века

Ценовые и неценовые факторы

Характеристика шлифовальных кругов и ее маркировка

Служебные части речи. Предлог. Союз. Частицы

КАТЕГОРИИ:






С редакционным содействием Майкла Эрика Беннета и Донны Уилсон 9 страница




Большинство таких навязчивостей довольно тривиальны, хотя любая навязчивость, связанная с едой, может иметь значительные последствия. То, что мы называем «взрывом навязчивости», позволяет уничтожать даже очень интенсивные, сильные навязчивости, часто за несколько минут, — поэтому это очень мощная техника. Мы хотим, чтобы вы сначала испробовали её на какой-нибудь тривиальной навязчивости. Потом, после того как вы изучите этот метод, вы сможете применить его к более существенным формам поведения и гораздо более значимым для вас реакциям. Взрыв навязчивости великолепно подходит для тех форм поведения или реакций, которые слишком интенсивны, чтобы их можно было легко убрать с помощью других техник, таких как метод взмаха.

Разрушив навязчивость, вы по-прежнему будете способны совершать это действие; вы просто не будете принуждены к нему. Разрушив навязчивое желание есть шоколадные конфеты, вы по-прежнему будете способны их есть — вы просто не будете чувствовать тягу к этому. Однажды мы демонстрировали этот метод в работе с человеком, который хотел устранить навязчивую потребность немедленно отвечать на все записи на своем автоответчике. Впоследствии он по-прежнему быстро реагировал на большинство телефонных звонков. У него просто перестало подскакивать кровяное давление, если он откладывал ответ на звонок, который был менее важным.

Вы можете использовать эту технику и для того, чтобы избавиться от навязчивой потребности чувствовать гнев или прибегать к насилию. Однако, обучаясь ей впервые, не выбирайте реакцию, связанную с насилием. Важно хорошо знать, что вы делаете, прежде чем использовать её для чего-либо подобного.

Демонстрация: выявление субмодальных магнитов

Мы собираемся сначала продемонстрировать, а потом обсудить, как и когда использовать этот метод экологичным путем. Для демонстрации, а также для последующего упражнения нам понадобится вполне тривиальная навязчивость; нечто, что вас действительно притягивает — но если бы вы избавились от этого поведения, то не пожалели об этом.

Сначала мы быстро продемонстрируем, как выявить субмодальности, которые вызывают навязчивость. После того, как все вы проделаете это в упражнении, мы продемонстрируем, как использовать субмодальности для устранения навязчивости. Кто хотел бы узнать, как работает его навязчивость?

О'кей, Рэчел, что вы вынуждены делать?

Рэчел: Я вынуждена есть шоколадные сердечки. Меня к ним так и тянет.

Есть что-то похожее, к чему вы относитесь нейтрально?

Рэчел: Меня не особо привлекает печенье. Я могу как есть его, так и не трогать.

Прекрасно. И вы не возражали бы, если бы эта навязчивость была разрушена, верно?

Рэчел: Вовсе нет.

Хорошо. Теперь я хочу, чтобы вы подумали о шоколадных сердечках и заметили, как они выглядят, когда вы думаете о них... А потом подумайте о печенье; заметьте, как оно выглядит в вашем воображении...

Теперь проверьте субмодальные отличия. Что отличает то, как вы видите шоколадные сердечки, от того, как вы видите печенье?

Рэчел: Шоколадные сердечки кажутся немного ближе. Они почти что выпрыгивают из тарелки. Мне кажется, что не вся картина ближе, а только сердечки. С печеньем такого нет.

Хорошо. Какие ещё отличия вы замечаете?

Рэчел: Шоколадные сердечки ярче, вокруг них почти что сияние. Это всё, что я замечаю.

Есть ли какая-либо разница в том, как эти вещи звучат для вас?

Рэчел: Нет. Нет, я не слышу ничего ни там, ни там.

Есть ли какие-либо различия в кинестетической системе, кроме ощущения принуждения?

Рэчел: Ну да, я чувствую, что меня тянет к ним.

Это часть вашей реакции: чувство принуждения. Мы заинтересованы только в том, чтобы обнаружить любые кинестетические ощущения, которые, возможно помогают создать эту реакцию.

Теперь у нас есть несколько отличий в субмодальностях, поэтому мы имеем некоторое представление о том, как мозг Рэчел кодирует «я вынуждена иметь нечто». В данном случае все субмодальности зрительные. Кодируя свои образы определенным образом, мозг Рэчел мгновенно знает, — просто глядя на образ — что она должна иметь, подобно сердечкам, а относительно чего у неё есть выбор, подобно печенью.

Следующий шаг — это проверка, выяснение того, какое из этих субмодальных различий является наиболее важным «магнитом», создающим её компульсивную[22] реакцию.

Рэчел, посмотрите на образ шоколадных сердечек. Попробуйте сделать сердечки немного ближе. Заставьте их выпрыгивать из тарелки немножко больше. Это усиливает или ослабляет ваше принуждение есть сердечки?

Рэчел (Её лицо розовеет, и она делает движения ртом): Да, мне сразу же больше хочется их.

О'кей. Теперь отодвиньте сердечки назад в тарелку. Изменяет ли это вашу реакцию?

Рэчел: Это позволяет мне не хотеть их так сильно.

Теперь давайте попробуем изменить яркость. Сделайте шоколадные сердечки немного ярче. Изменяет ли это вашу реакцию?

Рэчел: Изменяет, но не так сильно. По-моему, когда я заставила сердечки больше выпрыгивать из тарелки, они одновременно сделались и немного ярче. Если я просто делаю их ярче, то не чувствую большого изменения.

То есть это показывает, что близость является ведущей субмодальностью; она направляет реакцию Рэчел, а также изменяет яркость. Давайте ещё кое-что проверим. Попробуйте усилить ореол...

Рэчел: Это заставляет меня хотеть их больше, — но не так сильно, как тогда, когда я заставляла сердечки сильнее выпрыгивать.

Попробуйте ослабить ореол...

Рэчел: Это заставляет меня реагировать на сердечки немного меньше, но я всё равно их хочу.

Теперь мы знаем, что ключевая субмодальность, которая «ведет» реакцию Рэчел, заключается в том, чтобы образ выпрыгивал ближе к ней и дальше от фона.

Упражнение

А теперь мы хотим, чтобы вы все проделали эту часть друг с другом. На этом этапе мы хотим, чтобы вы дошли досюда. Удостоверьтесь, что выбираете навязчивость, которую вы не прочь потерять — потому что после упражнения у вас её, возможно, уже не будет. Вы можете спросить себя: «Будет ли без этой навязчивости чего-нибудь не хватать в моей жизни?» Поскольку вы собираетесь от неё избавиться, мы хотим быть уверены, что вам без неё будет лучше.

После того, как вы подумаете о своей навязчивости, подумайте о сходном поведении, которое вы не вынуждены выполнять. Если вы обязаны читать все комиксы, может быть, вы не должны читать все спортивные страницы. Если вы принуждены пить кофе, может быть, вы не обязаны пить чай — вы можете пить или не пить его. Если вы чувствуете чрезмерное принуждение мыть каждую тарелку на вашей кухне, может быть, вы не вынуждены подметать пол. Чем более схожи две формы поведения, тем лучше.

Для некомпульсивного поведения обязательно выберите что-нибудь нейтральное. Не выбирайте чего-то такого, что вас отталкивает, потому что отвращение и привлекательность на самом деле очень схожи. И то, и другое — формы навязчивости; отличается только направление навязчивости: отталкивание вместо притяжения. Если вы принуждены есть шоколад, выберите какую-либо пищу, которую вы можете есть, но не чувствуете, что обязаны её есть. Не выбирайте пишу, которая вызывает у вас отвращение.

Когда у вас будут эти два переживания — компульсивное и нейтральное — проделайте сравнительный анализ. Каковы отличия в субмодальностях, и какая субмодальность влечет навязчивость? Обязательно проверьте все системы восприятия. Обнаружьте отличие, которое меняет дело.

Есть несколько способов проверить, какие субмодальности являются ведущими. Мы могли бы попросить Рэчел посмотреть на печенье — нейтральное переживание — и заставить печенье выпрыгивать из тарелки. Мы могли бы выяснить, вызывает ли это ощущение принуждения есть печенье. Если вы проверяете таким образом, то проследите, чтобы человек изменял каждую субмодальность понемножку и весьма медленно. Если он делает это чересчур быстро, вы можете внедрить новую навязчивость! Немного менее опасно проводить проверку, изменяя саму компульсивную реакцию, как это демонстрировали мы. Проверьте каждое субмодальное различие между нейтральным опытом и опытом навязчивости. Хорошо проверить это обоими путями — попросить человека сделать картину ярче... а потом тусклее.

Хелен: Мы ищем единственную субмодальность?

При навязчивостях одна субмодальность обычно ведёт другие. Если вы найдете две ведущие субмодальности - хорошо.

Обязательно отыщите аналоговую субмодальность, которая вызывает навязчивость и которую вы можете непрерывно варьировать вдоль некой шкалы. Дискретная субмодальность не будет работать в этой технике. Позднее мы обсудим это детально.

После того как вы определите субмодальные различия и выполните проверку, чтобы найти ведущую(-ие) субмодальность(-и), мы хотим, чтобы вы сделали ещё одну вещь, которую мы не демонстрировали. Выясните, можете ли вы устранить навязчивость простым ослаблением ведущей субмодальности. Предположим, вы находите, что ведущей субмодальностью для вашего партнёра является размер; когда мороженое становится больше, он хочет его сильнее. Я хочу, чтобы вы выяснили, не могли ли бы вы избавиться от этой навязчивости, просто делая мороженое меньше на вид. Вы уже знаете, что это временно ослабляло переживание вашим партнёром навязчивости, когда вы проводили проверку. Вопрос в том, можете ли вы устранить таким путем навязчивость навсегда. Попросите вашего партнёра увидеть, как мороженое становится меньше, до тех пор, пока он не сможет посмотреть на мороженое и сказать: «Нет, теперь меня к нему не тянет», или «Я могу съесть его, но не обязан». Потом, после того как в течение нескольких минут вы поговорите о чем-нибудь постороннем, проведите повторную проверку. Попросите его подумать о мороженом и выясните, чувствует ли он принуждение съесть его или же продолжает чувствовать себя нейтрально. Мы хотим, чтобы вы выяснили, устранит ли навязчивость одно лишь ослабление ведущей субмодальности.

Поработайте над этим упражнением в течение десяти минут, а потом возвращайтесь для следующего шага.

План упражнения

1. Подумайте о какой-нибудь второстепенной навязчивости.

2. Подумайте о чём-нибудь сходном, на что вы реагируете нейтрально.

3. Определите субмодальные различия.

4. Проведите проверку и найдите наиболее мощную «ведущую» субмодальность.

Обсуждение

Том: Я работал с Бобом, и когда я спросил его о субмодальных различиях, он сказал, что никаких различий не заметил.

Если ваш партнёр не замечает различий — есть несколько других способов обнаружить важные субмодальности. Вы можете спросить: «Что вам нужно сделать с картиной навязчивости, чтобы это заставило вас хотеть её больше?» Часто человек просто скажет вам: «Если я делаю её больше — я хочу её сильнее».

Другой способ — сделать так, чтобы он попробовал сопротивляться навязчивости. Сначала подготовьте сцену. Если это шоколадные конфеты, вы можете сказать: «Вообразите тарелку шоколадных конфет прямо перед собой. Теперь повернитесь и отойдите от неё... Что происходит?

Хотите ли вы шоколадные конфеты сильнее? Как вы узнаете, что хотите их сильнее?» Обычно, уходя, он почувствует усилившееся желание, и вы можете попросить его заметить, что происходит с образом, когда желание усиливается. Обычно помещёние человека в сценарии, который преувеличивает желание, делает магнит более очевидным. Некоторые люди уступают своим навязчивостям настолько быстро, что у них нет времени осознать, что их к этому побуждает.

Один из ключей для того, чтобы помочь кому-либо получить доступ к навязчивости, — что дало бы вам нужную информацию — заключается в том, чтобы самому войти в состояние, подобное навязчивости именно этого типа. Если вы испытываете отношение типа «гм-гм», и действуете холодно и отстранение, как если бы вас не волновал объект навязчивости вашего партнёра — ваше несловесное поведение будет подталкивать его к диссоциированию от опыта и ослабит его реакцию. Это затруднит достижение им компульсивной реакции. Если вы передаете «состояние навязчивости» через все ваше несловесное поведение, он с большей вероятностью войдет в это состояние вместе с вами. «Что вы должны сделать с этим образом, чтобы это заставило вас хотеть его больше, так чтобы у вас слюнки потекли из-за этого страшно вкусного куска шоколада?»

Часто ведущим в результате окажется субмодальное различие «фигура/фон». В случае с Рэчел шоколадки становились ближе, в то время как тарелка оставалась на прежнем месте. Шоколадки были также окружены ореолом, который отделял их от фона.

Если человек не находит ничего такого, что принуждало бы его визуально, проверьте другие системы восприятия. Есть ли что-нибудь аудиальное или кинестетическое? Во время упражнения Чарльз говорил: «Я не вижу. Я не замечаю каких-либо отличий. Я не могу обнаружить, как изменить способ, которым это на меня воздействует». Я создала для него несколько сценариев, но мы не могли ничего найти. Я проверила несколько стандартных субмодальностей: «Сделайте это больше, пододвиньте ближе», но ни одна из них не оказала никакого влияния. Потом я спросила: «Ну ладно, а слышите ли вы что-нибудь?», и он мгновенно осознал голос. «Сделайте его громче». «О, да, это действует!» Таким образом, если человек не замечает никаких визуальных отличий, попросите его проверить другие системы восприятия.

Рут: Я вынуждена пить кофе, и мне кажется, что это чисто кинестетическое. Такое возможно?

Такое возможно, но не очень вероятно. Обычно, когда люди говорят вам «Это чисто кинестетическое» — они говорят о самом ощущении желания. Мы знаем, что это является ощущением. Мы же хотим знать, «Как ваш мозг порождает это ощущение желания? Вы, вероятно, не испытываете этого ощущения, думая о том, чтобы хлебнуть моторного масла. В чем отличие?» Обычно отличается сам образ кофе.

Если кинестетическое чувство является магнитом для вашей навязчивости пить кофе, то ощущением, которое вам нужно будет определить, должно быть тактильное или проприоцептивное чувство — ощущение кофе у вас на языке или во рту, — а не результирующее мета-ощущение желания.

У одного курильщика было странное тактильное ощущение, которое начиналось у него в шее, ползло вверх, ударяло в голову и начинало его накрывать. Критической субмодальностью была распространённость ощущения: когда оно распространялось шире, навязчивое желание курить становилось сильнее. Когда я попробовала это на себе, мне это тоже не понравилось! Если бы я испытывала это ощущение, я могла бы даже закурить! (смех) Это тактильное ощущение отличалось от чувства желания. Если вы получаете телесное ощущение, проведите проверку, чтобы удостовериться в том, что ощущение может быть использовано для создания желания, а не просто является ещё одним описанием самой этой реакции.

Что происходило, когда вы пробовали просто ослабить ведущую субмодальность для устранения навязчивости? Удалось ли кому-нибудь из вас сделать это?

Мужчина: Я мог ослабить её ненадолго. Но всегда казалось, что чувство навязчивости наползает обратно.

Это то, что обычно происходит. Если вы в состоянии навсегда устранить её простым ослаблением ведущей субмодальности, то это, возможно, было вовсе не то, что мы называем навязчивостью. Возможно, это было что-то более слабое, ближе к желанию. Если кому-то из вас удалось навсегда устранить «навязчивость» простым ослаблением ведущей субмодальности, возьмите какую-либо другую навязчивость и продолжите упражнение.

Большинство из вас точно определили, что управляет вашими навязчивостями, и вы сделали это очень тщательно. Это необходимо, когда вы впервые учитесь технике. Исследование её требует времени. Проделав это несколько раз, вы научитесь быстро определять ведущую субмодальность, наблюдая за клиентом, и вам не понадобятся проверять такой большой ряд субмодальностей.

Спрашивая о субмодальностях, следите за точностью языка. Спрашивайте в точности о том, что вы хотите узнать. Если вы скажете: «Сделайте это больше. Теперь что вы думаете?» — это будет недостаточно конкретно. «О, теперь мне это действительно нравится». Это не то, что вы хотите узнать. Вы хотите узнать, «Когда вы делаете это больше, вынуждены ли вы хотеть этого больше; в большей ли степени вы чувствуете принуждение?» Следите за тем, чтобы точно спрашивать о той реакции, которая вас интересует. Вас не интересует, вызывает ли изменение какую-нибудь другую реакцию. Анне больше нравился образ мороженого, когда она делала его больше, но она не чувствовала усиления принуждения съесть его. Иногда человек изменяет картину и внезапно огорчается или чувствует какую-либо другую эмоцию. Это может быть более интенсивная реакция, но это не та реакция, о которой вы должны узнать.

Навязчивости

Навязчивости обычно имеют следующую последовательность из четырех элементов:

1. Репрезентация объекта навязчивости. Обычно она бывает зрительной, реже слуховой или кинестетической. Она позволяет человеку знать, что пришла пора ощутить навязчивость.

2. Субмодальное искажение репрезентации. Человек изменяет свою внутреннюю репрезентацию определенным образом. Несмотря на то, что в изменение может быть вовлечено более одной субмодальности, и оно может происходить в любой или во всех системах восприятия, обычно существует единственная аналоговая субмодальность — часто зрительная — которая запускает навязчивость и делает её принуждающей.

3. Ощущение навязчивости. Это кинестетическое мета-ощущение вынужденности делать что-то при отсутствии какого бы то ни было выбора.

4. Компульсивное поведение. Чувство навязчивости часто ведет к поведению, которое человек вынужден выполнять, — например, грызть ногти, есть конфеты и т. п. Если вы имеете дело с более обобщенной эмоциональной реакцией типа гнева, не исключено, что у человека отсутствует какая-либо конкретная поведенческая реакция.

Демонстрация: устранение навязчивости

Теперь давайте продолжим и продемонстрируем Взрыв Навязчивости. Для устранения навязчивости мы воспользуемся уже собранной вами ранее информацией. У кого есть навязчивость, от которой он хотел бы избавиться?

Фред: У меня.

Ваши ведущие субмодальности уже определены? (Да.) Идите сюда. Мы можем узнать содержание?

Фред: Конечно. Я люблю фисташки. Я даже не могу говорить о них без того, чтобы у меня не текли слюнки.

Хорошо. Что вы должны сделать, чтобы заставить себя хотеть их сильнее? Вы ведь уже хорошо это умеете, верно? (Фред вздыхает, и глядит вверх.) Вы что-то видите, верно? Что вы делаете с образом, чтобы заставить себя хотеть его больше?

Фред: Я добивался всё более и более резкой фокусировки.

И это действует? Похоже, да! Проверял ли ваш партнёр какие-либо другие субмодальности?

Женщина: Да. Когда мы попросили его взять одну фисташку крупным планом и сделать её очень большой — это изменило ситуацию.

Хорошо. Были упомянуты три субмодальности: фокус, крупный план и размер. Я должна сделать следующее: либо найти ту единственную, которая заставляет остальные включаться автоматически, либо найти наиболее значимую. Фред, что вы видите в самом начале — картину с целой кучей фисташек, или одну фисташку, или что?

Фред: Это полная тарелка.

О'кей, тарелка, полная фисташек. Я хочу, чтобы вы взяли одну фисташку крупным планом... Да, наблюдая за ним, мы видим, что крупный план вызывает сильную реакцию.

Теперь верните её обычный вид, а затем увеличьте весь образ. Обратите внимание на свою реакцию.

Фред (низким, задыхающимся голосом): Вы имеете в виду... увидеть больше фисташек?

Это не то, что я имела в виду, но вы можете попробовать и это. Что происходит, когда вы это делаете?..

Фред: К моему удивлению, это не очень существенно меняет дело.

Мы не получаем того же несловесного ответа, не так ли? Он не выглядит принужденным в той же степени. Теперь, Фред, попробуйте взять эту тарелку фисташек и сделать каждую из них больше... Это тоже не заставляет его реагировать столь же сильно, как крупный план. Теперь верните фисташкам обычный размер, и сделайте тарелку фисташек очень отчетливой...

Нет, это тоже не действует. Давайте проверим другую субмодальность. Возьмите тарелку фисташек и подвиньте её ближе, вместо того чтобы брать крупный план.

Фред: Я даже чувствую их запах, когда делаю это!

Но заставляет ли это вас хотеть их сильнее? Нас не интересует, можете ли вы чувствовать запах...

Фред: Нет, я не хочу их сильнее.

Именно крупный план достает вас, не так ли? У всех слюнки текут! Нам следовало делать это перед обедом.

Фред: Я съел сэндвич с фисташками (смех)

Прежде чем мы взорвем вашу навязчивость, я хочу, чтобы вы знали, что у вас по-прежнему будет возможность есть и получать удовольствие от фисташек, когда вы этого захотите. Просто вы не будете вынуждены делать это. При этом условии, уверены ли вы, что хотите устранить свою навязчивость, или же она столь приятна, что вы хотели бы сохранить её навсегда?

Фред: Нет, нет, нет. Я не могу иметь фисташки поблизости от себя, потому что обязательно съем их все за один присест. Я бы хотел иметь способность хранить их в доме.

О'кей. Теперь, Фред, у вас есть образ тарелки с фисташками, верно? Вот что я хочу от вас. Возьмите образ тарелки и очень быстро возьмите одну из фисташек максимально крупным планом, чтобы заставить себя действительно хотеть её. Потом начинайте снова с картины целой тарелки фисташек, и снова быстро возьмите крупный план.

Я хочу предупредить вас, что когда вы станете делать это, то это усилит ваше чувство навязчивости. Если в какой-то момент вы почувствуете, что оно становится таким интенсивным, что вы не можете его выдерживать — это означает, что вы всё делаете правильно, и вам осталось ещё совсем немного.

Продолжайте брать одну из фисташек крупным планом до тех пор, пока вы не захотите её сильнее, чем когда-либо раньше. Повторяйте это до тех пор, пока вы не заметите качественный сдвиг в вашей реакции... Быстрее, быстрее...

Правильно, ещё быстрее, до тех пор, пока вы уже не сможете делать этого ещё быстрее — Правильно. Прекрасно! Мгновение назад что-то немного сдвинулось, верно?

Фред: Чересчур большая. Она становится чересчур большой и уходит. И взять больше нечего.

Можно описать это и так. Теперь давайте поговорим немного, а потом проведём проверку.

Фред: А может, кто-нибудь сходит за фисташками? (смех)

Хорошая мысль: мы устроим настоящую проверку! Когда вы думаете о фисташках сейчас, вы их хотите?..

Фред: Нет. Я не могу получить крупный план. Я просто вижу теперь полную тарелку. Обычно я вижу тарелку, а затем беру одну из фисташек крупным планом и хватаю её. Но сейчас я просто вижу тарелку.

Вы уверены? Постарайтесь вернуть крупный план.

Фред: Может быть, я мог бы над этим поработать, (смех)

Сэлли: Что, если бы тарелка фисташек была вверху и сбоку от вас?..

Фред: Что-то стало другим.

Сэлли: Изменилась локализация образа. Она была другой до того, как он взял крупный план.

Хорошее наблюдение. Когда он визуализирует фисташки сейчас, он смотрит в другое место, чем прежде. Это дополнительное подтверждение. Фисташки сейчас находятся там, где был образ, не вызывающий навязчивости. Кто-нибудь знает, где достать немного фисташек?

Фред: Их можно купить внизу, на первом этаже отеля.

Хорошо. Мы купим их и попробуем сегодня после обеда! Есть ли у кого-либо вопросы к Фреду?

Билл: Фред, какими были ваши внутренние ощущения, когда вы делали взрыв?

Фред: Я видел тарелку и брал крупным планом какую-нибудь одну, особенно отчётливую фисташку. И чем больше я делал это, тем больше чувствовал, будто что-то как бы удерживает меня.

А потом что случилось?

Фред: Ну, Это не было приятным ощущением. Та фисташка становилась всё больше и больше, и каким-то образом достигла такого размера, что не выглядела больше естественной.

Это типичное описание перехода порога. У вашего мозга есть порог с обоих концов спектра. Давайте возьмем пример кого-нибудь, кто вынужден есть шоколад, и ведущую субмодальность — размер. Если его картина шоколада очень маленькая, она выглядит просто как чёрное пятнышко и не будет оказывать воздействия. Небольшое увеличение картины позволяет человеку переступить нижний порог, когда мозг узнает её как нечто, к чему есть принуждение. Увеличивая размер, он чувствует всё большее и большее принуждение до тех пор, пока шоколад не выглядит слишком большим и его реакция переходит верхний порог. Когда шоколад слишком большой, его мозг больше не опознает его как нечто, что он принужден иметь. Теперь его мозг смотрит на картину и помещает её в другую категорию, вроде «нелепый» или «огромный». Если вы делаете это достаточно быстро, сдвиг становится необратимым.

Когда мы впервые познакомились с этим методом, Стив использовал его, чтобы взорвать свою навязчивость читать комиксы. Он вынужден был читать комиксы от корки до корки, даже те, которые ему не нравились. Если он пробовал отложить тот, который ему особенно не нравился, обычно вокруг этого комикса как бы вырастала серая, похожая на плесень субстанция. Чем дальше он удалялся от этого комикса, тем больше было плесени, и тем больше Стива тянуло обратно к комиксу. Поэтому он заставил её расти больше и больше, очень быстро, до тех пор, пока она полностью не перестала его принуждать. Потом он вернулся обратно и произвел проверку; когда он пропускал какой-нибудь комикс, который его не интересовал, то над комиксом как бы появлялся маленький черный контур сгнившей плесени. Его переживания изменились раз и навсегда.

Взрыв Навязчивости — это пример техники порога, в котором вы берете очень сильную реакцию и усиливаете её, вместо того чтобы пытаться её ослабить или устранить Вы усиливаете её так значительно и так быстро, что в определенной точке она переходит порог и «лопается». Это очень похоже на надувание воздушного шара. До некоторого момента каждый ваш вдох делает шар больше. Однако если вы продолжите вдувать воздух в шар, он, в конце концов, лопнет. После того как он лопнул, вы не можете вернуть шар, забрав назад последнюю порцию воздуха. В действительности вы вообще не сможете восстановить его без очень больших трудностей! Другим примером является перегибание куска металла или проволоки до тех пор, пока они не переламываются. После того как они сломались, вы не можете вернуть этот кусок проволоки простым её разгибанием.

Есть два способа произвести взрыв:

1. Одноразовое усиление субмодальности

2. Многократный метод храповика.

Первый способ заключается в том, чтобы быстро усилить ведущую субмодальность до такой крайней степени, что кинестетическая реакция пересекает верхний порог и лопается — как это сделал Стив. Если бы ведущей субмодальностью Фреда был размер, он мог бы взять ту тарелку фисташек и очень быстро сделать картину больше и больше, до тех пор, пока реакция не лопнула бы.

Метод храповика, который я использовала с Фредом, на самом деле является многократным быстрым последовательным повторением первого метода. В этом случае вы берете ведущую субмодальность и усиливаете её очень быстро. Потом снова начинаете с картины в первоначальном состоянии и снова быстро усиливаете субмодальность. Вы делаете это снова и снова быстро и последовательно, чтобы усилить кинестетическую реакцию принуждения. В качестве примера давайте предположим, что магнитом навязчивости является яркость. Я начинаю с того, что заставляю человека увидеть образ, а потом быстро увеличить яркость. Потом я хочу, чтобы человек мгновенно увидел образ с первоначальной яркостью и постепенно опять сделал его ярче. Вы быстро повторяете это раз за разом очень быстро, до тех пор, пока что-то не лопается. После взрыва его реакция изменяется, и он больше не испытывает принуждения.

Это очень похоже на использование автомобильного домкрата. Вы нажимаете на рычаг домкрата, и машина немножко приподнимается. Вы снова жмете на рычаг домкрата, и машина приподнимается ещё немножко. С каждым нажатием рычага машина поднимается выше и выше. Рычаг домкрата подобен субмодальности, с которой вы работаете с помощью метода храповика: размеру, яркости и т. п. Поднимающаяся вверх машина соответствует усилению вашего кинестетического ощущения принуждения. В обоих методах мы очень быстро усиливаем реакцию хотения чего-либо до тех пор, пока человек не переступает через порог и его реакция не разрушается. Когда навязчивость человека лопается, сдвиг обычно можно заметить и снаружи. Вы можете увидеть, как его несловесная реакция всё более усиливается, а потом внезапно перестает усиливаться и начинает ослабевать.

В обоих методах вы варьируете субмодальность вдоль шкалы, чтобы усилить кинестетическую реакцию. Вот почему вам необходима аналоговая, а не дискретная субмодальность.

Инерция, или длительность, в кинестетической системе — вот что заставляет работать метод храповика. Вы можете изменять внутренние образы или звуки очень быстро, без того чтобы рядом продолжал болтаться старый образ. Однако если вы испытываете действительно сильное ощущение, требуется гораздо больше времени, чтобы совершить сдвиг к какому-либо другому ощущению. Интенсивные эмоциональные состояния сопровождаются большим количеством гормональных и химических изменений, и вашему телу требуется некоторое время, чтобы вернуться к нейтральному состоянию. Предположим, к примеру, вы убеждены, что находитесь в смертельной опасности, и ваше тело начинает вырабатывать адреналин. Если потом вы понимаете, что на самом деле никакой опасности нет, всё равно вам требуется какое-то время, чтобы успокоиться кинестетически.




Не нашли, что искали? Воспользуйтесь поиском:

vikidalka.ru - 2015-2018 год. Все права принадлежат их авторам! Нарушение авторских прав | Нарушение персональных данных