Главная | Случайная
Обратная связь

ТОР 5 статей:

Методические подходы к анализу финансового состояния предприятия

Проблема периодизации русской литературы ХХ века. Краткая характеристика второй половины ХХ века

Ценовые и неценовые факторы

Характеристика шлифовальных кругов и ее маркировка

Служебные части речи. Предлог. Союз. Частицы

КАТЕГОРИИ:






Любое копирование без ссылки на переводчика и группу ЗАПРЕЩЕНО!! Уважайте чужой труд, пожалуйста!! 2 страница




─ С каких это пор ты ведешь себя как идиот рядом с детьми? ─ спросил я.

─ Мне нравятся дети, ─ сказал он, подняв на меня глаза. ─ Но она такая крошечная.

─ Нет, ─ уверил я его. ─ Она огромная.

─ Ты знаешь, о чем я.

─ Эй, ─ сказал я, садясь на стул близь моего рабочего стола. ─ Я хочу попросить об услуге. Хочу вытащить Сару на ужин в эту пятницу…

Беннетт прервал меня:

─ Неужто ты, наконец, позволишь кому-то посидеть с Анной?

Бросив сердитый взгляд в его сторону, объяснил:

─ Легче сказать, чем сделать, так? В любом случае, мама завтра уезжает в Лидс, поэтому не сможет посидеть с ней на этих выходных. Может, один из вас…?

Они оба уставились на меня, ошарашенные.

─ Ой, ну да ладно вам, это не так уж и тяжело. Нас не будет всего пару часов. Вы со своими замечательными половинками дадите ей пару бутылочек, смените парочку подгузников, она заснет, и мы будем дома.

─ Мы не можем, ─ сказал Беннетт, виновато улыбнувшись. ─ Мы с Хлои собираемся в Гудзонскую Долину.

─ На этих выходных? ─ спросил Уилл, кивая несколько раз в быстрой последовательности, словно убеждая себя. ─ Наверно, я смогу.

─ Великолепно! ─ сказал я. ─ Спасибо, дружище.

─ Я никогда не менял подгузник. И ни разу не кормил ребенка. Ханна стебется, что единственной девчонкой, которую я когда-либо очаровал, была Аспен ─ дочь Лив, ─ пожав плечами, он добавил, ─ но я уверен, это же природное чутье, да? ─ он начал перечислять правила на пальцах, ─ не обварить Анну в ванне, не оставлять молоко в микроволновке надолго, ─ он остановился, казалось, продолжая мысленно набрасывать свой список.

Представив, что могло случиться, выйди я прямо сейчас на пару минут из кабинета и оставь Анну на попечение Уилла, мой желудок сделал сальто назад, и тошнота подступила к горлу:

─ Ты не можешь захватить с собой Ханну?

─ Она обедает в гостях на этих выходных.

Потирая подбородок, я сказал:

─ Знаешь… Может тогда придешь сегодня к нам на ужин, посмотришь и поучишься?

Он кивнул, но тяжело сглотнул. Если быть честным, я знаю, что многого прошу. Одно дело ─ зависать с нами и Аннабель и совершенно другое ─ представить себя наедине с этой крошкой.

─ А что, со своим, куда вы там идете, прийти нельзя? ─ спросил Беннетт.

─ В том-то все и дело. И тем более Аннабель – не «оно».

─ Я не называл ее «оно».

Уилл и я повторили в унисон:

─ Называл.

Потирая лицо, я пробормотал:

─ Похер. Просто приходи на обед и захвати пиво.

Мы что-нибудь решим. Другого выбора нет.

Глава 2.

Сара.

 

Завернув на Пятьдесят Шестую улицу, я бросила взгляд на отель Le Parker Meridien, расположившийся в конце квартала.

Серый каменный фасад был мрачен, словно утреннее небо; тучные облака над головой были предвестниками снега, который мог обрушиться на город в любую секунду. Зима в Нью-Йорке после Рождества была тоскливой: холодно и сыро, слякоть, да и на небе в такие дни ни проблеска синевы. Однако, по сравнению с другими, в этом году она оказалась блаженно несуровой и вполне теплой, для того чтобы Макс постоянно выходил гулять с коляской-трансформером [прим.пер. – так называемая коляска «три в одном» , состоящая из люльки, прогулочной коляски и автокресла-переноски], вместе с Уиллом и Ханной, пока те нарезали круги по парку.

В переднем кармане моего пальто завибрировал телефон, и мне не было необходимости смотреть на экран, чтобы сказать, что это Хлои отправляет уже третье за последний час смс:

«Где ты? Ты не отделаешься от нас, Сара!»

Ну… Может, я и пропустила пару обедов с девочками, с тех пор как родилась Анна, однако довольно непросто выбраться куда-нибудь с новорожденным, которому только дай волю ─ припадет к моей груди в любой момент.

Я проигнорировала его, все еще не способная выкинуть из головы наш утренний разговор с Максом. Хлои может подождать.

Но естественно, не пройдя и трех шагов, меня охватил страх, что, возможно, сообщение было вовсе не от Хлои. Вдруг это Макс хотел сообщить мне, что Анне плохо или она поранилась, а может…

Я отошла с тротуара, чтобы спрятаться под козырек соседнего здания, вытаскивая телефон.

«Есть шанс, что Уилл присоединится к нам за ужином». гласило смс от Макса. – «Ты не против?»

Я ответила: «было бы неплохо», ─ и бросила телефон обратно в карман. С каждым сделанным шагом, соль, рассыпанная вдоль тротуара, хрустела под подошвой моих любимых сапожек. Хлои хотела сегодня прошвырнуться со мной по магазинам, перед тем как я бы бросила вызов офису. Мне же хотелось чувствовать себя комфортно в любимой юбке и сапожках на каблуках, в которых я чуть больше обычного виляла бедрами, и свитере, взглянув на который, Макс потерял дар речи и возбудился сегодня с утра. Мне необходимо было почувствовать себя самой собой.

Я одернула пиджак и стиснула в руке сумочку, которую Макс подарил мне на день рождения. На удивление, клатч от Burberry, а не сумку для памперсов. Я не выходила из дома без своей малышки-дочки, что уж говорить о груде подгузников, бутылочек, влажных салфеток и сменной одежды. С тех пор как родилась Анна, кожаная сумочка в руке ─ слишком легкая ноша для меня.

Меня не будет с ней сегодня всего пару часов, ─ напомнила я себе. Посмотрим, что из этого выйдет.

 

Улыбнувшись швейцару, я вошла в мраморный холл. Полы с черной мозаикой сияли белизной, а на стенах красовалась плитка из полированного камня. Люди расположились на лавочках и сидели, уткнувшись в свои телефоны. Из огромного зала долетали обрывки разговоров, отражаясь от каменных стен. Пройдя под внушительных размеров аркой, я повернула налево, пробираясь через множество столиков, ведущих в Norma’s [прим.пер. – кафе-ресторан при отеле Le Parker Meridien]. По обыкновению, сначала мне удалось услышать Хлои и лишь потом увидеть.

─ Посмотрите-ка кто пришел, - сказала Хлои, поднимаясь с места на своих высоченных каблуках на длиннющих ногах и с накрученными волосами, каскадом спасающими по плечам. Выражение ее лица так и говорило, что для начала мне ни в коем случае не избежать дерьмового выговора за свое опоздание. ─ Чертовски вовремя!

─ Знаю, знаю, ─ сказала я, вышагивая по дубовым полам по направлению к ним. ─ Простите. Просто поверьте мне на слово: время несется, как белка в колесе, когда у тебя есть ребенок, и даже если ты думаешь, что вышла из дома вовремя, то каким-то чудесным образом умудряешься опоздать на полтора часа.

─ А ты уверена, что дело не в Максе, который решил продемонстрировать свои шаловливые ручки, увидев тебя в этом прикиде? ─ рядом с Хлои спросила Ханна.

─ Сказала девушка, чей парень поклоняется женской груди, ─ сказала я, смеясь. ─ И… Все возможно.

Я обожала Ханну, однако Макс полюбил ее еще сильнее за последние пару лет, утверждая, что любой, кто крепко держал Уилла Самнера за яйца, значился как эксперт в списке Стеллы.

─ Просто игнорируй этого вождя гуннов, ─ сказал мой ассистент, а также хороший друг Джордж, указывая на Хлои. ─ Это женщина не успокоится, пока не поставит кого-нибудь в округе на колени.

─ Да, черт возьми. ─ сказала Хлои.

Обняв их, я повесила свое пальто на спинку стула, а затем заняла место.

─ Как поживает принцесса? ─ спросила Хлои, дуя поверх своей чашки. ─ А где она кстати?

─ Замечательно. Сегодня осталась с папочкой. ─ на моем лице растянулась горделивая улыбка. ─ Как Беннетт?

─ Сущий ад. ─ с такой же гордостью в голосе ответила она.

─ А чем похвастаетесь вы с Уиллом? ─ спросила я, разворачиваясь к Ханне. ─ Я едва вижу тебя, даже когда Макс с недавних пор вклинился в ваши пробежки. За что прошу прощения.

Ханна облокотилась локтем на стол.

─ Мне нравится его компания. И судя по глуповатому выражению лица Уилла, когда он замечает вашу прогулочную коляску на тропинке, могу уверить тебя, что и он вовсе не против.

─ Хорошо, потому что как бы мне не было жаль, но поспав лишний часик, я чувствую себя намного лучше.

─ Наверно, мне тоже стоит присоединиться к «братству бегунов», ─ предложил Джордж. ─ Уилл же бегает по пояс голенький весной?

─ Джордж, ─ сказала Ханна, не обращая внимания на его «пламенную речь», - Ты собираешься поведать Саре о маленьком красавчике, с которым встречаешься?

─ Встречался, ─ поправил он. ─ В прошедшем времени. Брр, мы прошли первую ступень расставания. Не хочу об этом говорить.

─ Какая ступень? ─ спросила Хлои.

Первая ступень, ─ разъяснил он. ─ Мне что, так всегда и придется быть вашим словарем гейского сленга, людишки? Первая ступень означает постараться отделаться от чувака, порвав с ним по смс, при этом, не выглядя настоящим мудаком. На второй ступени ты говоришь ему: эй, ты не звонишь в мой колокольчик, а я со всей очевидностью не звоню в твой. Так позволь этому поезду двигаться дальше к более важным станциям. Там, где и это не сработало, переходишь на третью ступень, и как бы постепенно начинаешь исчезать из жизни человека. Это болезненно, ибо за то время для другого человека ты становишься привычкой. Он знает, какой кофе ты пьешь и в какие дни употребляешь углеводы, и просто… Это может закончиться плачевно.

─ Конечно, может, ─ сказала я, помешивая свой кофе. ─ Связать себя узами брака с диетическими ограничениями ─ это та-а-а-ак романтично.

Джордж игриво толкнул меня в плечо:

─ Прибереги сарказм, потому что ты кормящая и очевидно, это съедает твой мозг. Так на чем я остановился? О! Четвертая стадия. Ну… Тут один человек сходит с ума от любви, а другому просто… Наплевать. Ужасно, правда? Итак, первая ступень не столь плоха, однако, как мне кажется, звучит гораздо хуже после четвертой. Если кто-то чувствует себя увереннее, расставшись по смс, у тебя уже точно не будет места, куда бы ты смог прийти и задать кучу вопросов, и ты точно уже не сможешь позвонить и выдать: «О, приветики, это я, тот парень, на которого ты напялил униформу «Укротителя львов». Может, объяснишь, какого хрена произошло?»

Мы все сочувственно кивнули, а Джордж, бросив взгляд на пиалку с маффинами, что стояла в центре стола, протянул руку и взял один.

─ Сейчас я просто заедаю свои чувства.

─ Ну-у же, Джордж. Когда ты успел влюбиться в него так сильно? ─ спросила Ханна.

─ Ой, нет, девочки, ─ засмеявшись, произнес Джордж. ─ Я не влюбляюсь в тех, чья фамилия не Самнер.

Официант остановился у нашего столика, сначала налил мне кофе, а затем принял заказ у каждого из нас.

─ Я буду хрустящие вафли с ягодами и девонширскими сливками. [прим.пер. ─ сливки, сквашенные путем медленного нагревания и медленного охлаждения] ─ сказала я ему.

─ Понятия не имею, как тебе удается выглядеть так, ─ сказала Хлои, указывая пальцем на мою фигуру. ─ И ни в чем себе не отказывать. Ты не бегаешь с Ханной, и я уверена, что несколько месяцев не видела тебя в офисном тренажёрном зале.

─ Одна из прелестей грудного вскармливания, ─ сказала я. ─ Мне приходится потреблять больше калорий, чтобы сохранить лактацию.

И это была правда. Я все еще занималась спортом, когда могла, однако беременность и материнство подарили мне новую фигуру, к которой я только сейчас начала привыкать: талия стала чуть шире, однако, изгибы никогда раньше не были настолько выраженными. Я всегда была немного худосочна, а сейчас чувствовала себя мягче, с округлившимися бедрами и грудью, чему я и сама удивлялась. Меня не задевало то, что иногда поворачиваясь к Максу, я видела, как он без зазрения совести пялится на мою грудь, напрочь не способный отвести взгляд. Я бы соврала, сказав, что в эти моменты не чувствовала себя чертовой королевой.

─ Так, когда ты собираешься вернуться на работу? ─ спросила Ханна и, осмотрев мой наряд, добавила. ─ Рискну предположить, именно туда ты сейчас и направляешься?

Кивнув, я сделал глоток кофе:

─ Формально я вернусь туда только на следующей неделе, но подумала, что будет проще немного подготовиться заранее.

─ Ты на самом деле собираешься сегодня войти в свой кабинет и усесться за рабочий стол? ─ спросил Джордж.

Джордж оказался моей манной небесной в то время, пока я отсутствовала. Меня не было шестнадцать недель, но я никогда не чувствовала себя отстраненной от дел компании Ryan Media Group, поэтому частенько заглядывала в офис, даже если все документы могла получить доставкой на дом. Даже не говоря об этом, мы с Джорджем выстроили систему: мы с Анной встречались с ним у его стола в приемной, он передавал мне стопку бумаг и любые сообщения, достойные внимания, а я оставляла ему все, над чем работала дома.

Я ни разу не зашла к себе в кабинет, а он не интересовался, в чем причина.

Что было довольно нелепо, если задуматься об этом. Я ─ Сара Стелла, умелый финансист многомиллионных компаний и куратор всего финансового отдела.

Но не могла подобрать волшебного ключика к тому, как совместить работу и материнство.

─ Ты еще не заходила к себе в кабинет? ─ спросила Ханна. ─ Не боишься, что все покажется немного нездешним?

─ Да нет. Ну, знаешь, я ведь хочу вернуться на работу. Она словно часть меня самой, которую необходимо вернуть назад. Мне необходимо это. Но Анна… Сама мысль находиться вдали от нее по восемь часов в день наполняет сердце виной, словно я в какой-то степени изменяю собственной дочери, ну или же что у меня напрочь отсутствует материнский инстинкт, чтобы остаться с ней дома. Вдобавок, я знаю, что рано или поздно захочу большего, и что тогда? Не эгоистично ли хотеть еще детей, когда я уверена, что мне всегда будет не хватать этой своей стороны?

─ Дерьмово, ─ сказала Хлои. ─ Как думаете, мужики когда-нибудь говорят на эту тему? Уверена, что нет. Ты из кожи вон лезла, чтобы стать той, кем являешься. Если есть шанс смешать два в одном ─ используй его. Может, придется подкорректировать что-то, но кому какая разница? Разберешься по ходу дела, ─ склонив голову на бок, она добавила:

─ Ты же видишь, Макс тоже не особо хочет оставаться дома.

─ На самом деле, ─ начала я, и этого было вполне достаточно, чтобы привлечь внимание Хлои. Отставив чашку, она устроилась поудобнее на стуле, ожидая. ─ Я понятия не имею, что с ним сейчас происходит. Знаю, он все так же хочет меня, как и до рождения Анны, но, думаю, его представления о замужестве и материнстве были немного иными. Он настолько осторожен, будто не уверен, как со мной обращаться.

─ Да разве можно его винить? ─ сказал Джордж, и мы все тут же повернулись к нему. ─ Ты видела, что происходит с вагиной после рождения детей?

Джордж, ─ сказала Хлои, качая головой.

─ Что? ─ закричал он.

─ Заткнись! ─ крикнула она в ответ.

─ Как бы ужасно это не было вспоминать, ─ сказала я, ─ в чем-то он прав. Думаю, Макс переживает, что вроде как сделал мне больно, а я без понятия, как доказать ему, что я все та же Сара, что и раньше. И мои желания не изменились.

Пожав плечами, Хлои взяла чашечку с кофе:

─ Не знаю, Сара. Он прошел путь от единоличного обладания тобой до совместного познания родительства. Меня вовсе не удивляет, что его мозг вносит некоторые корректировки в кодекс.

─ Не думаю, что он собирается обсуждать это со мной… ─ не решалась продолжить я, когда Хлои уже подняла руку.

─ Я говорю о том, что теперь он смотрит на тебя иначе, ─ сказала она, приподняв изогнутую бровь. ─ Сначала ты была его вожделением, теперь ─ мать его дочери.

Кивала, покусывая губу:

─ Он переживает, что я слишком чувствительна сейчас.

─ Именно, ─ немного мягче сказала она. ─ Рождение Анны оказалось не столь простым, как вам обоим казалось. Ты уже забыла об этом, но что если Макс все еще не пришел в себя?

Хлои была права. Утренний секс был диким и жестким; словно жажда плоти не давала Максу быть нежным. Вот чего я хотела.

─ Когда в последний раз вы выбирались из дома? ─ спросил Джордж.

─ После рождения Анны? Мы никуда не ходили.

Пришел его черед хмурить брови.

─ Ну, вот и одна из причин твоей проблемы, Пироженка.

─ Мы сейчас говорим о разнузданном сексе? ─ спросила Хлои, ─ Потому что Аннабель вряд ли поймет, что происходит.

─ Ага, ─ сказал Джордж, ─ Но, наверно, тяжело спариваться, как дикие животные, когда через две комнаты прямо по коридору сопит младенец. Вам нужно укромное местечко.

В чем-то он был прав.

─ Я люблю свою дочь больше всего на свете, но мне всегда не хватает времени. Я хочу оттрахать собственного мужа до такой степени, чтобы он и имя свое забыл.

Наш столик на пару минут окутала тишина.

─ Слишком грубо? ─ засмеявшись, спросила я.

─ Ничуть, ─ быстро сказал Джордж. ─ Думаю, мы все просто пытались представить себе эту картину.

─ Господи Боже, говорю как страдалица, ─ проговорила я, подперев кулаками подбородок. ─ Может, нам стоит начать с ужина? Макс вроде бы собирался попросить свою маму присмотреть за Анной на этих выходных.

─ Или же на следующих выходных мы с Беннеттом можем прийти на подмогу, ─ сказала Хлои.

─ Воу, воу, воу, ─ вклинился Джордж. ─ А я для чего тут? Коварный обольститель? Очаровашка? Как же я?

Хлои театрально взбила копну волос:

Ты?

─ Чтобы ты знала, моя мама была директором детского сада, и я преподавал дошкольникам до конца учебы в колледже. Блин, я возился с малышами в яслях, учась в старшей школе, чтобы оплатить уроки маджореток [прим.пер. – девушки в военной форме, участницы парадов. Обычно они идут вместе с оркестром, отбивая ритм]. Хлои собиралась ответить, однако Джордж уже поднял руку. ─ Ох, заткнись Миллс! ─ он повернулся ко мне. ─ Я присмотрю за Анной. Все равно больше нечем заняться.

─ Правда? ─ спросила я. ─ Ты серьезно сможешь приглядеть за ней?

─ Даже с закрытыми глазами. Кроме того, ─ сказал он, снова поглядывая на маффины, ─ Я бы не назвал себя отвязным тусовщиком. Мои ночи непорочны.

 

Не успела я войти в квартиру, как меня окутал аромат дома. Я замечательно поболтала с девочками и Джорджем, а также хорошо провела день без истерик, слез и единственным «молочным происшествием», когда из-за важного телефонного звонка не смогла вовремя сцедить молоко. В следующий же раз мне ничего другого не оставалось, кроме как заняться этим во время разговора. Бум. Мои друзья были правы; я исправила недоразумение по ходу дела.

По правде говоря, завернув за угол, я была решительно настроена рассказать Максу о нашем предстоящем вечернем ужине, когда снова заметила его, обнаженного по пояс, лишь в полотенце, обернутом вокруг бедер, со спящей малюткой на руках, и в этот момент я была твердо намерена послать ужин к чертовой матери, умоляя его снова запустить в меня своих сперматозоидов. Сию же секунду.

Сосредоточься, Сара.

─ Я забираю тебя на ужин, ─ сказала я. ─ Сюрприз! И, Господи Боже, неужели я это сейчас скажу, но тебе на самом деле стоит что-нибудь накинуть на себя прямо сейчас, иначе мы никогда не выберемся из квартиры.

Макс в замешательстве посмотрел на меня:

─ На ужин? Как тебе уда…? ─ садясь, произнес он. ─ То есть, я собирался позвонить тебе сегодня. Пригласить поужинать в эти выходные, но мама завтра уезжает в Лидс. Я совершенно забыл, что это было указано в расписании.

─ Именно об этом я и говорю: Джордж сегодня вечером присмотрит за Анной.

─ Вечером? Джордж когда-нибудь вообще видел ребенка?

Перейдя на другую сторону комнаты, нежно поцеловала его в губы:

─ Привет, ─ сказала я, подарив ему еще один поцелуй. ─ Я знаю, о чем ты думаешь, но все хорошо.

Забрав спящую малышку с его рук, я наклонилась, прижавшись носом к ее нежной маленькой головке, глубоко вдыхая ее собственный аромат. Разумеется, у нее были волосики Макса ─ на оттенок темнее моих, но уже с маленькими завитушками. Чистый запах младенца защекотал ноздри, и я почувствовала, как налились мои груди, молоко почти тут же проступило на одежде.

Кресло-качалка, которое Макс привез мне из Англии, стояло у окна в детской. В моем любимом уголке нашей квартиры, где я с лихвой могла насладиться видом на город, пока кормила грудью. Положив Анну, я посмотрела вверх на супруга.

Никаких сомнений, он думал, я сошла с ума:

─ Мы говорим об одном и том же Джордже?

─ Сегодня утром я позавтракала с ними, прежде чем отправиться на работу. Ты знал, что его мама была директором детского сада, пока он рос? Джордж работал там, когда учился в старшей школе, и до окончания колледжа. Он работал с грудничками.

Он явно недоверчиво посмотрел на меня.

─ Мы говорим об одном и том же парне, которому чуть за двадцать и который напялил висконсинскую сырную шляпу и несколько струящихся мантий Иисуса на Хэллоуин, называя себя «Сырусом»?

─ Единственный и неповторимый, ─ сказала я, смеясь при воспоминании. ─ Думаю, у него больше опыта ухода за детьми, нежели у нас. К тому же, мы будем неподалеку. Всего лишь за углом. Он сможет смс-нуть или позвонить при любом вопросе, и мы примчимся обратно, не пройдет и трех минут.

─ Но…

─ Никаких но. Именно это нам и нужно. А сейчас ─ одевайся, он будет здесь через пятнадцать минут.

 

Джордж показался на пороге нашего дома ровно через четырнадцать минут.

Из ванной я слышала, как Макс открыл дверь, позволив ему войти, и начал свой допрос «с пристрастием», сопровождая из комнаты в комнату.

─ А что насчет бутылочки? ─ спросил Макс, очевидно надеясь оказаться правым в том, что Джордж абсолютный профан в детских вопросах.

─ Сара кормит грудью, поэтому смею предположить, что вы храните сцеженное молоко в морозилке? А может даже свежее. В холодильнике. ─ сказал Джордж, я уверена, больше для себя, нежели для Макса. ─ Так о чем это я? Если честно, то за последние четыре месяца я видел грудь Сары чаще своей собственной.

Услышав звук открывающейся и закрывающейся морозильной камеры, я вошла в гостиную, наблюдая, как Джордж по порядку отвечает на вопросы Макса. Который, нехотя, выглядел удивленным.

─ Предполагаю, она сцеживает около шести унций молока [прим.пер. ─ 0, 18л], ─ продолжил Джордж. ─ Вероятно, каждые три часа или около того? Для начала подогрею молоко из холодильника ─ всегда только под теплой водой, ни в коем случае не в микроволновке. Ты же знаешь, все эти волны убивают полезные свойства, а потом если приспичит, воспользуюсь молоком из морозилки. Да впрочем, к тому времени вы, наверное, и сами вернетесь… ─ замолк Джордж.

─ У нас есть подогреватель для бутылочек, ─ сказал Макс, нахмурив брови, как я была уверена, в замешательстве. Джордж и правда выглядел более подкованным в уходе за грудничками, нежели мы. ─ А пеленки?

─ Ты имеешь в виду подгузники? Ох, вы, британцы, такие забавные. И ради бога, Максвелл, я мог бы запеленать тебя во сне, а ты бы даже ухом не повел. Я профи.

─ Ну или что-то вроде этого, ─ сказала я, спеша поцеловать его. ─ Прости, но Хлои здесь нет, а значит, я обязана отпустить очередную шуточку. Большое спасибо, что пришел.

Он отмахнулся:

─ Без проблем. Наверняка, мы с принцессой просто усядемся здесь и будем реветь под «Дневник памяти». Только вот уверен по совсем, совсем разным причинам.

Помимо поцелуев, объятий и напутственных инструкций, Джорджу понадобилось пятнадцать минут, чтобы вышвырнуть нас из квартиры.

 

***

 

Однако мы пошли не в ресторан за углом. Судя по всему, Джордж произвел настолько благоприятное впечатление, что Макс в последнюю минуту забронировал для нас столик в маленьком итальянском ресторанчике в нескольких милях от нашего дома. Я нервничала, находясь вдали от Анны, хотя на это не было причин, но в то же время чувствовала предвкушение.

Мы шли на свидание, только вдвоем, а сердце все еще стучит, как заведенное.

Пока Макс вел машину, я рассматривала его со стороны: свет уличных фонарей подчеркивал полноту его губ, гладко выбритый подбородок, и я вспомнила о нашем первом настоящем свидании ─ это же было оно? ─ когда он повел меня в ресторан «Царица Савская», и я не могла оторвать глаз от его рта. Все еще не могу.

Пресса уже не следовала за ним по пятам, как раньше, однако с рождением Анны увеличился спрос на фотки Горячего Папочки Макса Стеллы на Шестой Странице и всевозможные сплетни на интернет-сайтах. Не могу сказать, что винила их за это, и неважно как сильно была возмущена, когда эти писаки напугали меня в первый раз.

 

Я закрыла глаза, чувствуя, как сердце сдавило в тиски при воспоминании о нашей первой ночи после выхода фотографий в газете, которые заставили меня думать, будто он изменил мне. Он закатил вечеринку и после того как игнорировал меня всю неделю, я пришла, наконец-то готовая к разговору. Но все было не так просто, как я того ожидала ─ ему на самом деле было больно ─ за что я пару раз извинилась.

Я вспомнила маленькую, скупую улыбку, появившуюся на лице Макса следующим утром, когда мы проснулись вместе; он передал мне в руки последнюю частичку своего сердца.

Вспомнила, как сжалось мое сердце, увидев его таким, и что скрывать ─ было больно. Он боялся впустить меня обратно в свою жизнь, и в абсолютно непорочном свете утренних лучей, когда мы оба были потные и уставшие, не было ни единого шанса скрыть наши сущности, занявшись любовью или обнажить души в объективе фотоаппарата. Он смотрел на меня откровенно, подавленно и в тот момент мир принадлежал лишь нам двоим.

─ Останься, ─ сказал он, наклонившись, посасывая мою кожу прямо под ушком. ─ Останься со мной. Это изумительно, Лепесточек. Мы. Настолько прекрасно, что если ты снова сбежишь, я погибну.

─ Я не уйду.

─ Я люблю тебя, знаешь?

Я кивнула, сердце попало в ловушку чувств ─ страха и желания быть откровенной:

─ Я люблю тебя.

─ Значит, мы приняли решение. И значит, что мое сердце принадлежит тебе. А ты останешься здесь.

 

Вот так просто. На самом деле, как и всегда. И я должна была научиться доверять ему.

Но прямо сейчас появился другой образ: существеннее, да, но отчасти еще более непривычнее, однако простота того, что Макс и Сара ─ два сердца, что бьются в унисон, была столь очевидной, что я едва владела собой.

Потому что чувствовала все. Словно внутри открылся кран, наполняя меня добротой, гордостью и трепетом, страхом и ранимостью, силой и беспомощностью, а также страстью, и он никогда не закрывался. Чувства все наполняли и наполняли меня до тех пор, пока я не была уверена, что они выйдут из берегов, но разве я могла жаловаться на их изобилие? Как я бы смогла объяснить, что охвачена постоянным беспокойством, и если бы кто-нибудь в один прекрасный день навредил моему мужчине или ребенку, я бы разорвала их на части в стремлении защитить?

Как я могла жаловаться на то, что испытываю слишком сильное желание быть в одинаковой мере матерью и возлюбленной для двух людей, которые значат для меня больше, чем кислород?

Макс держал меня за руку во время поездки, пока Джордж не прислал смс, тем самым вырвав меня из воспоминаний.

─ О-о-ой, ─ сказала я, поворачивая экран к своему супругу. Джордж прислал фото Анны, уснувшей на его плече, прижав маленький кулачок к своему восхитительному ротику.

─ Можем, нам стоит отправить ему цветы в благодарность на следующей неделе, ─ сказал Макс, а затем ухмыльнулся, что явно не предвещало ничего хорошего, ─ И подписать, что они от Уилла.

─ Ты не посмеешь, ─ сказала я ему, сохраняя фото, прежде чем убрать телефон. ─ Если это сработает, он нам еще пригодится. Ой, можно же просто переквалифицировать его из помощника в няньку, предложив надбавку.

─ Я не против, ─ сказал он, целуя мою руку. ─ Может, тогда я смогу украсть тебя на выходные? Поедем куда-нибудь, где можно закрыться в комнате и все время ходить голышом?




Не нашли, что искали? Воспользуйтесь поиском:

vikidalka.ru - 2015-2019 год. Все права принадлежат их авторам! Нарушение авторских прав | Нарушение персональных данных