Главная | Случайная
Обратная связь

ТОР 5 статей:

Методические подходы к анализу финансового состояния предприятия

Проблема периодизации русской литературы ХХ века. Краткая характеристика второй половины ХХ века

Ценовые и неценовые факторы

Характеристика шлифовальных кругов и ее маркировка

Служебные части речи. Предлог. Союз. Частицы

КАТЕГОРИИ:






Регулятивная ценность защиты прав человека 1 страница




Предисловие

Идея широкого правопонимания проводимых в России социально-экономических, а следовательно, и правовых реформ находит в юридической науке все большее признание. Однако в силу возникающих на пути реформ противоречий, связанных с еще имеющимися мощными инерционными силами, осмысление правильности выбора направления правовой реформы не находит должного отражения в научных исследованиях. Введение в практику новых правовых понятий и категорий сталкивается с непониманием и отрицанием их необходимости. Думается, что это временный процесс. Еще не всегда адекватно понимаются роль и значение в жизни государства такого правового понятия как обеспечение защиты прав и свобод человека и гражданина. Уже назрела насущная необходимость реального осуществления специальных юридических гарантий в сфере обеспечения защиты прав и свобод человека и гражданина. Тем более что Россия занимает достойное место в системе органов и организаций международной защиты прав человека, являясь участником подавляющего большинства важнейших международных соглашений в рамках ООН, ОБСЕ, Совета Европы. Активная международная деятельность России создает благоприятные условия для работы многочисленных неправительственных правозащитных организаций внутри страны. К ним относятся такие организации, как "Международная амнистия", "Московская Хельсинкская группа", "Мемориал", Фонд защиты гласности, Российский комитет адвокатов в защиту прав человека, "Центр содействия реформе уголовного судопроизводства", Фонд "Дом детей-сирот", Международная ассоциация защиты инвалидов, Фонд "Право матери", комитет "Гражданское содействие", Общество защиты осужденных хозяйственников и экономических свобод и многие другие. Очевиден эффект общественного воздействия на деятельность государственных органов, организаций и учреждений.

Год спустя после принятия новой Конституции Российской Федерации (1993), провозгласившей в качестве главной цели идею о том, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью, а признание, соблюдение и защита прав человека – обязанностью государства, по поручению Президента РФ была разработана Федеральная программа действий в области прав человека. Она основывалась на материалах Всемирной конференции по правам человека, прошедшей в Вене.

Вступление России в 1996 г. в Совет Европы, присоединение к Факультативному протоколу № 6 Европейской конвенции о защите прав и свобод человека и гражданина повлекло за собой осуществление ряда серьезных мероприятий, в числе которых мораторий на применение смертной казни, упразднение целого ряда уголовных наказаний. Более того, в связи с возникшей необходимостью были приняты новые Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы, Кодекс об административной ответственности, Гражданский, Налоговый, Таможенный, Бюджетный кодексы. Такого темпа правовых преобразований внутри государства Россия не знала за всю историю своего существования.

Однако быстрота проводимых преобразований, недоработанность принимаемых документов не облегчили, а только усложнили проблему защиты прав и свобод человека и гражданина. Не меняется обстановка в системе исполнения уголовных наказаний, не снижается число исковых заявлений в суды о нарушении жилищных прав граждан, заявлений о невыплате заработной платы, бесконечен поток жалоб на самоуправство и мздоимство как государственных, так и муниципальных служащих и т. д.

Бездействие принимаемых нормативно-правовых актов не может не быть связано с низким уровнем научного осмысления проблемы защиты прав человека. Число научных разработок по данной проблеме невелико. Как правило, научные исследования в области правового регулирования защиты прав человека носят фрагментарный характер, чаще подходы к проблеме формируются на отраслевом уровне: либо с позиции защиты субъективного права, либо с позиции судебной формы защиты прав и свобод, либо с точки зрения юридической ответственности, либо как категория "меры защиты" в праве.

Отсюда возникает необходимость отграничения понятия "защита права" от других близких понятий: "охрана права", "обеспечение прав и свобод", "мера защиты", "мера безопасности" и т. д.

Роль и значение понятия "защита прав человека" трудно переоценить, особенно тогда, когда Российское государство выступило за признание "Декларации о праве и обязанности отдельных лиц, групп и органов общества поощрять и защищать общепризнанные права человека и основные свободы", принятой 53-й сессией Генеральной Ассамблеи ООН 9 декабря 1998 г. Декларация провозглашает (п. 1 ст. 2): "Каждое государство несет основную ответственность и обязанность защищать, поощрять и осуществлять все права человека и основные свободы …"[1].

Перед современным Российским государством стоит задача по созданию необходимых условий в социальной, экономической и политической областях для того, чтобы все население государства могло пользоваться провозглашенными Конституцией правами и свободами человека и гражданина. А значит, нужны такие законодательные и административные меры, которые бы гарантировали эффективность пользования провозглашенными правами человека.

Права человека и их защита – обязательные элементы в понимании сущности и содержания правового государства. Поэтому правовое государство не мыслится без полного признания прав человека и эффективно организованной их защиты. Признание прав человека Российской Федерацией в 1991 г. – эпохальный, исторический выбор в пользу правового государства, нерасторжимого единства прав человека, их защиты. Для российской правовой системы это означает необходимость существенной переориентации всего законодательства, всей системы правового регулирования в целях обеспечения признания, уважения и защиты прав человека. Отсюда вытекает потребность в изучении возможности формирования особой, свойственной букве и духу защиты прав человека системы правозащитного регулирования.

Основным признаком действенности, фактической работоспособности системы правозащитного регулирования является метод, которым она осуществляет свое регулятивное воздействие на поведение всех участников, вовлеченных в процесс защиты прав человека. Поэтому постановка вопроса о защите прав человека как методе правового регулирования – обязательная научно-теоретическая предпосылка установления режима торжества прав человека. А это, в свою очередь, предполагает уяснение логики формирования метода правового регулирования защиты прав человека и его сущности.

Метод правового регулирования защиты прав человека выступает организующим началом и венцом всей системы правового регулирования осуществления прав человека. В юридической науке начинает формироваться новое направление, призванное выяснить, пригодны ли традиционные методы для полного воплощения в жизнь конституционного положения о том, что "человек, его права и свободы являются высшей ценностью". Кроме того, необходимо всестороннее исследование проблемы правового регулирования защиты прав человека. Признание положения о том, что "соблюдение и защита прав и свобод гражданина – обязанность государства" требует ответа на вопрос, не привносят ли права человека и, в частности, право человека на правовую защиту в национальную правовую систему адекватный метод реализации своего регулятивного воздействия на общественные отношения? От характера полученных ответов во многом зависит понимание правильности формирования направлений преобразования правового образа жизни нашего общества на основе принципов свободы, демократии, уважения достоинства человека. Таким образом, теоретические исследования защиты прав человека с точки зрения правозащитного регулирования приобретают повышенную важность и актуальность. В особенности это относится к анализу проблем метода регулирования защиты прав человека.

Поиску ответов на эти вопросы и посвящена предлагаемая монография.

 

 

 

 


Раздел 1. Защита прав человека

как проблема правового

регулирования

Глава 1. Методологические основы исследования

правового регулирования защиты

прав человека

§ 1. Основные направления исследования

правового регулирования защиты прав человека

Воплощение в жизнь прав человека, их утверждение как величайшей общечеловеческой ценности всегда связано с качественным уровнем их научно-теоретического осмысления. В Российской Федерации конституционно признаны и взяты под защиту государством права и свободы человека. Это дало мощный импульс к разработке и формированию отечественной концепции прав и свобод человека. В течение сравнительно короткого времени проблематика, связанная с правами человека и их защитой, превратилась из узкопрофильной в генеральное направление развития российской юридической науки. И в этом нет ничего неожиданного, ибо и наше общество в целом, и каждый отдельный человек, государство и общественные правозащитные организации все более осознают, что жить и действовать "по правилам прав человека" – это значит наполнить свою жизнь подлинным достоинством и уважением, свободой и справедливостью, придавать своей жизни правовой комфорт и социальную стабильность. Однако как в научном, так и в практическом плане российскому обществу предстоит приложить еще немало усилий к тому, чтобы эти права превратить в действительную ценность для каждого и для всех.

Отметим, что отечественные научные исследования прав человека вбирают в себя как достижения общечеловеческой философской и правовой мысли, так и соответствующие разработки российских ученых дореволюционного (до 1917 г.) и "советского" периодов. Соответственно, современные исследования по данной проблеме приобретают все более зрелый и фундаментальный характер.

Наиболее важным и первостепенным вопросом для теории и практики прав человека является вопрос о том, что представляет собой такое явление, как "права и свободы человека". Многовековые поиски ответа на этот вопрос привели человечество поистине к величайшему открытию, состоящему в понимании того, что права человека – это продолжение социально-природных и интеллектуально-духовных свойств самого человека. Именно исходя из такого понимания прав человека следует, по нашему мнению, искать наиболее емкие и содержательные подходы к их изучению.

Анализ философской и специально-научной литературы показывает, что к настоящему времени в российском правоведении сложилось несколько достаточно обособленных направлений в исследовании прав человека.

В рамках первого направления основной акцент делается на онтологических проблемах изучения прав человека.По этому признаку его можно назвать философско-правовым подходом.Здесь теоретическому анализу подвергаются вопросы происхождения прав человека и логика приобретения ими юридической природы. Именно под этим углом зрения исследовали права человека И. Е. Фарбер, Е. А. Лукашева, Н. В. Витрук, Б. Л. Назаров, Ф. М. Рудинский и др.[2] Ими выявлены и детально рассмотрены такие важнейшие свойства этого явления, как сущность прав человека, их абсолютность и неотчуждаемость, а также закономерное в их соотношении с субъективным и объективным правом.

Обобщая научно-практическую полезность такого рода исследований, можно сделать вывод о том, что основная ценность философско-правового подхода заключается в его способности раскрыть социально-природные и юридические источники прав человека как единого и целостного образования. Именно в этом качестве, во многом "незнакомом" как для объективного, так и для субъективного права, философско-правовой подход предлагает научной общественности и законодательным органам воспринимать права человека.

Не менее значимым как для теории, так и для практики является активно развивающееся в последние 5–6 лет понимание прав человека как особого способа правового регулирования общественных отношений. Регулятивный подход к проблемам прав человека основан на признании того, что права человека, признанные международным сообществом и государством, привносят и в международно-правовую, и в национально-правовую системы соответствующие режимы, порядки и алгоритмы своего правового осуществления. Этот регулятивный эффект прав человека нашел свое теоретическое обоснование в работах В. И. Карташева, М. Ф. Орзиха, Н. И. Матузова, А. В. Малько и др., которые убедительно показали, что имплементация прав человека в правовые системы с неумолимой логикой ведет к коренным преобразованиям в механизмах правового регулирования[3]. Благодаря такому фундаментальному выводу становится очевидным, что внимание к правам человека является тем общим, что объединяет правовые системы тех государств, которые приобрели качество правовых. Следовательно, ни у одного демократического общества нет какого-то особого (выпадающего из этой логики) пути в эволюционном развитии его правовой системы. Регулятивные свойства прав человека унифицируют практику правового общения человека и государства, человека с иными субъектами правовой системы. В результате сами правовые системы приобретают схожие и даже общие черты. Однако это не приводит к обезличиванию правовых образов жизни демократических государств. Нельзя не отметить и такую регулятивную ценность, которую несут в себе права человека правовым системам обществ, как четко обозначенный предел правовой регламентации жизнедеятельности человека. На наш взгляд, регулятивный подход – это научно обоснованная и продиктованная потребностями практики точка зрения на права человека, позволяющая найти ответ на вопрос о том, каким образом выстраивать систему правового регулирования общественных отношений в правовом государстве.

Суть правозащитного направления состоит в понимании того, что права человека только тогда превращаются в реальную ценность, когда они надежно гарантированы и защищены. Данный аспект прав человека обстоятельно рассмотрен в работах А. Я. Азарова, Л. Б. Алексеева, Т. М. Калининой, А. С. Мордовца, А. В. Стремоухова и др.[4] Эти авторы последовательно проводят мысль об обязательном включении в определение общего понятия "права и свободы человека" указания на необходимость их защиты. Основным доводом в пользу такого понимания прав человека выступает тот факт, что защита прав человека основывается на праве человека на правовую защиту. Это право, по мнению ученых, не имеет никаких иных целей, кроме как устранять помехи на пути осуществления прав человека, восстанавливать уже нарушенные права и под угрозой применения мер принуждения делать невыгодным их нарушение.

По нашему мнению, основная научная и теоретическая ценность такого подхода в понимании прав человека заключается в том, что он ориентирует на поиск все более действенных средств и механизмов бесперебойного воплощения прав человека в жизнь.

Рассмотрение основных направлений исследования прав человека в отечественной юридической науке позволяет сделать вывод об их обоснованности, актуальности и значимости как с научно-методологической точки зрения, так и со стороны практики. Однако если принять во внимание своеобразие исторического периода, переживаемого Российской Федерацией, особенности места и роли государства в делах общества, социальных групп и отдельного человека, то нельзя не согласиться с тем, что в практической плоскости именно правозащитный аспект изучения прав человека отличается наибольшим социально-политическим и правовым напряжением, что эта напряженность сообщается и соответствующим научным исследованиям, в которых прослеживается тревога за состояние защищенности прав человека в России. Наиболее убедительным подтверждением этого являются плановые и специальные доклады Уполномоченного по правам человека в РФ О. О. Миронова. Из них однозначно следует, что нарушения прав человека со стороны органов государственной власти приняли массовый характер, что механизмы, рассчитанные на недопущение нарушений прав человека, в ряде случаев не сформированы и по этой причине не работают, а в других – открыто попираются должностными лицами[5]. Поэтому, на наш взгляд, именно правозащитная проблематика должна сегодня привлекать внимание все большего числа правоведов и, таким образом, превратиться в стратегически важное направление развития теории прав человека.

История также свидетельствует о том, что утверждение прав человека как величайшей общечеловеческой ценности всегда сопряжено с наличием реальной возможности у индивида осуществлять их защиту. В тех случаях, когда в силу каких-либо обстоятельств личность лишается возможности правовым образом защитить свои жизненно важные интересы, исчезает и сам институт прав человека. Так было в нашем советском обществе и во многих иных странах с тоталитарным режимом. Следовательно, права человека не мыслятся без надлежащим образом урегулированной и эффективно действующей их защиты. Более того, как пишет Е. А. Лукашева, "права человека не реализуются автоматически даже при благоприятных условиях. Поэтому необходимы усилия и даже борьба человека за свои права и свободы, которая должна органично включаться в систему мер, составляющую в единстве механизм защиты прав человека"[6].

Рассматривая правозащитное направление в теории прав человека, следует отметить, что используемый тезис о методологически конструктивной роли права человека на правовую защиту не должен препятствовать постановке вопроса в более широком плане, с точки зрения его анализа во взаимосвязи с соответствующими юридическими обязанностями. Действительно, изучение права человека на правовую защиту в отрыве от тех обязанностей, которые делают это право именно юридическим явлением, снижает его научную и практическую ценность, в то время как взятые в единстве они способны полномасштабно выразить и реализовать идею правовой защищенности прав человека. Думается, что комплексное исследование защиты прав человека (право человека на правовую защиту с обеспечивающими это право юридическими обязанностями) способно преодолеть имеющий место отрыв прав человека в целом и права человека на правовую защиту в частности от тех реальных механизмов, которыми располагает субъективное и объективное право. Как замечает С. С. Алексеев, с юридической стороны специфика права человека на правовую защиту заключается в том, что оно сконструировано по принципу – "право на право". Другими словами, оно изначально предполагает существование юридически обязанной стороны, и через юридические обязанности этой другой стороны право человека на правовую защиту вводится "в самые недра юридической материи, в сложные юридические механизмы, выраженные в юридических нормах, законах, объективных свойствах права"[7]. Через юридические обязанности право на правовую защиту получает возможность задействовать практически весь механизм правового регулирования защиты прав человека. Отсутствие теоретических исследований права человека на защиту в отмеченном единстве и взаимосвязи с юридическими обязанностями ведет при такой постановке проблемы к соответствующим пробелам и в деятельности законодателя. Именно здесь кроется одна из причин отмеченного О. О. Мироновым массового нарушения прав человека государством и его чиновниками.

§ 2. Защита прав человека как правовой институт.

Сущность защиты прав человека

Изучение проблем правозащитной деятельности на современном этапе развития юридической науки концентрируется вокруг вопроса о том, что представляет собой защита прав и свобод человека как специальный, правовой институт. С точки зрения методологии, такой исследовательский интерес вполне закономерен, поскольку только через выявление сущности и других важнейших характеристик защиты прав и свобод человека появляется возможность обосновать формирование основ построения единого правозащитного механизма, его универсальность, международную и внутригосударственную возможность использования его средств и методов регулирования. Кроме того, глубокий и всесторонний анализ института защиты прав и свобод человека позволяет правильно определить роль и значение самой правозащитной активности человека в данном механизме. Ведь не вызывает сомнений, что когда личность защищает свои права, то этим самым она отстаивает не только собственный интерес, но и выполняет свой гражданский долг перед обществом – защищает закон и сложившийся в нем правопорядок. В этой связи слова И. Канта о том, что "каждый человек обязан отстаивать свое право" и следить, чтобы другие "не топтали его ногами", что человек "не должен отказываться от человеческого преимущества иметь право, а обязан так долго отстаивать его, как только может"[8], наполняют представления о защите прав человека не только индивидуальным, но и общественным звучанием.

Выявление сущности защиты прав человека и исследование с этих позиций юридической природы и регулятивной ценности всего института защиты прав человека призвано восполнить существующий пробел в теории прав человека вообще и правозащитного регулирования в частности. Разумеется, что выполнение этой задачи в целом – предмет коллективных усилий специалистов различных областей юридической науки. Мы же ставим перед собой цель выявить и теоретически обосновать закономерное во взаимосвязи защиты прав человека с методом ее правового регулирования. С этой позиции и рассматриваются указанные проблемы.

Анализ поставленной задачи требует уточнения некоторых терминов. В первую очередь, это относится к понятию "защита прав человека". Необходимо отметить, что термин "защита" применительно к правам человека с социологической стороны выражает потребность человека и социальных групп в обеспечении удовлетворения интересов человека специально-активным способом, а с юридической обозначает: а) набор специальных правовых средств: права человека, меры защиты прав человека, юридические средства, образующие в своей совокупности систему правового регулирования отношений, возникающих в процессе осуществления защиты прав человека; б) систему компетентных субъектов, обладающих правом на использование специальных юридических средств, и их деятельность, направленную как на обеспечение нормального, бесперебойного осуществления прав человека, так и на пресечение нарушений прав человека, восстановление нарушенных прав, применение мер наказания к виновным за их нарушение. Именно в таком значении термин "защита" используется, когда говорят о защите прав человека как о едином и целостном институте. Например, Т. Н. Калинина, исследуя институт защиты прав человека в качестве системного образования, приходит к выводу, что он состоит из "законодательной подсистемы (система законодательства), рассчитанной на регламентацию и защиту прав человека и основных свобод; правовой подсистемы (система права); институционной подсистемы (системы институтов, уполномоченных осуществлять правозащитную деятельность), включающей региональную и местную, надзорную и контрольную инфраструктуры; подсистемы гуманитарного информирования; подсистемы гуманитарного образования, переподготовки и повышения квалификации кадров; подсистемы "мозговых центров" накопления, хранения, воспроизводства и развития гуманитарной идеологии"[9]. По сути, аналогичного мнения придерживаются А. Азаров, В. Ройтер и К. Хюфнер, которые пишут: "Чтобы создать систему защиты прав человека, была необходима определенная последовательность действий, а именно: а) осмысление программы; б) определение прав человека; в) создание обязательных норм; г) формирование политической и юридической системы реализации прав человека"[10]. Следовательно, с точки зрения своего содержания, институт защиты прав человека охватывает всю совокупность организационных, регулятивных, коммуникативных, идеологических и иных элементов, которые функционально предназначены и сообразно своей природе включены в реальный процесс обеспечения защищенности прав человека[11]. При этом следует иметь в виду, что поскольку понятие "права человека" не знает, что такое "национальная принадлежность", то и институт их защиты не может быть ограничен сферой правозащитного действия национальной правовой системы. Таким образом, любая постановка вопроса о защите прав человека обязательно выводит исследователя в область международных отношений.

Как единая и общая система институт защиты прав человека включает в себя наряду с национальным компонентом и международный[12]. Соотношение и характер взаимосвязи этих основных элементов постоянно изменяются, ибо их нормативная основа – международное и внутригосударственное право "постоянно развиваются, изменяются их принципы и нормы, объекты и методы правового регулирования"[13]. Однако под таким углом зрения на общетеоретическом уровне проблема защиты прав человека еще не получила должного научного осмысления. Одной из причин такого положения является известная "невосприимчивость", сложившаяся между общей теорией права и государства и теорией международного права.

С учетом изложенного, а также в связи с самыми разнообразными вариантами и смысловыми нагрузками использования термина "институт" применительно к правам человека и их защите[14], мы в последующем будем исходить из того, что предмет понятия "институт защиты прав человека" является комплексным, охватывающим всю совокупность регулятивно-правовых и организационно-правовых средств обеспечения защищенности прав человека. В свою очередь, термин "регулятивно-правовое и организационно-правовое средство" интерпретируется нами в двух значениях. Во-первых, как единое и целостное правовое образование (совокупность собственно правовых явлений и организационно-правовых форм деятельности органов и организаций международного сообщества и государства, а также правовые свойства иных субъектов правозащитных отношений и их правомерная юридическая деятельность и др.), являющееся относительно обособленным элементом правового воздействия на общественные отношения, процесс и формы функционирования которого имеют юридическое закрепление. В данном контексте "правовое средство" толкуется предельно широко и фактически приравнено ко всему содержанию понятия "правовое регулирование". Главным отличительным критерием оценки входящих в него элементов является юридическая закрепленность их причастности к решению задач, стоящих перед правом. Смысл такого расширенного толкования заключается в том, чтобы иметь возможность единым термином обозначить всю совокупность правовых средств регулятивно-правового и организационно-правового обеспечения защиты прав человека.

Во втором значении термин "правовое средство" отражает конкретное, единичное регулятивно-правовое или организационно-правовое явление, включенное в процесс функционирования защиты прав человека. Такими средствами выступают: норма права, субъективное право, правозащитная деятельность и ее субъекты, правотворчество, правоприменение и др.

И широкое, и узкое толкования термина "правовое средство" согласуются с общетеоретическим положением о том, что "вопрос правовых средств – не столько вопрос обособления в особое подразделение тех или иных фрагментов правовой действительности, сколько вопрос их особого видения в строго определенном ракурсе – их функционального предназначения, их роли как инструментов оптимального решения социальных задач"[15].

В связи с изложенными взглядами относительно понятия "институт защиты прав человека" становится понятным, почему "государственная защита", "правовая защита", "судебная защита", "юридическая помощь адвоката-защитника", "защита своих прав и свобод" (самозащита) – понятия отчасти совпадающие, пересекающиеся и взаимодополняющие друг друга. Это объясняется тем, что все они представляют собой, сообразно специфике их природы, одно и то же явление – институт защиты прав человека.

В юридической литературе вопрос о сущности защиты прав человека как относительно обособленного и целостного явления все чаще обосновывается необходимостью проведения специального анализа. Отчасти это обусловлено общей направленностью современных исследований в области прав человека, которая в значительной мере характеризуется понятным на данном этапе прагматизмом, выражающимся в сборе и обобщении эмпирического материала в целях, прежде всего, информационного обеспечения юридической практики и юридического образования. Однако так или иначе, но проблема сущности прав человека и их защиты встает перед специалистами каждый раз, когда они пытаются конкретизировать значение этих категорий в связи с решением иных исследовательских задач. Так, А. А. Анферов, рассматривая вопрос о взаимосвязи прав человека и юридической ответственности, исходит из того, что сущность прав человека представлена гарантированными возможностями для человека действовать в соответствии со своими интересами[16]. В свою очередь, гарантированность предполагает облечение указанных возможностей человека в "юридически значимую форму своего существования – права и свободы человека. Эта форма возможностей человека означает их защищенность" [17].

Таким образом, из рассуждений А. А. Анферова следует, что сущность защиты прав человека заключена в юридической форме существования прав человека. Иными словами, защита прав человека как явление вторично относительно самих этих прав. Отсюда вытекает неприемлемый, с нашей точки зрения, вывод о том, что права человека и их защита имеют различия в своем генезисе, и поэтому право человека на правовую защиту не может быть признано видом прав человека.







Не нашли, что искали? Воспользуйтесь поиском:

vikidalka.ru - 2015-2021 год. Все права принадлежат их авторам! Нарушение авторских прав | Нарушение персональных данных