Главная | Случайная
Обратная связь

ТОР 5 статей:

Методические подходы к анализу финансового состояния предприятия

Проблема периодизации русской литературы ХХ века. Краткая характеристика второй половины ХХ века

Ценовые и неценовые факторы

Характеристика шлифовальных кругов и ее маркировка

Служебные части речи. Предлог. Союз. Частицы

КАТЕГОРИИ:






ЧТО ДЕЛАТЬ, или ПРИТЧА О ЛЕСОРУБЕ




Книга вот-вот завершится, уже надо откланиваться, пора и честь знать. И все же автору не по себе, что так и не прозвучало на ее страницах извечного русского вопроса. Вы догадались, какого? Вот именно – а что делать? Хороший вопрос, ничего не скажешь. Но если, после всего сказанного, кто-то ждет на сей счет еще каких-то рецептов, то их не будет. Одно знаю наверняка – и в жизни нашей, и в языке нашем все может еще счастливо перемениться, но только при одном всенепременном условии: если начнем – пусть мучительно, пусть со скрипом, натужно – но меняться мы сами. А потому напоследок подарю-ка я моему дорогому читателю коротенькую, но очень мудрую притчу, которую еще ребенком услышал от наших стариков. В ней говорится о том, как в дубовую чащу пришел лесоруб, маленький человек с небольшим топором. Никто из деревьев на него и внимания не обратил, и только старый могучий дуб весь затрясся от страха, кивая в ужасе на топор. В ответ деревья помоложе стали стыдить его, говоря: «Ну, как нам, могучим великанам, может навредить этот крошечный кусочек железа?» «Не железа этого я боюсь, - ответил седой патриарх, - мне страшно при виде его рукоятки, ведь она из наших».

 

«МЕНЯ ЗДЕСЬ РУССКИМ ИМЕНЕМ КОГДА-ТО НАРЕКЛИ…»

И напоследок о том, что мучило и не давало покоя много лет и только недавно, кажется, отпустило. А виною всему русская пословица: «Где родился – там и сгодился», что жила во мне ядовитой занозой и немым укором. Будем честны, помимо прав юридических, о которых нам так много ныне твердят, существуют – слава Богу! – права нравственные, которые сегодня не в чести. Есть ли у меня, человека другой национальности, рожденного в ином крае, в иной традиции, моральное право говорить, а главное – теперь еще и излагать на бумаге все это? Непростой вопрос, но с некоторых пор все чаще вспоминаю о том, что, в отличие от многих и многих соотечественников моих, родился еще раз в возрасте сорока двух лет. На сей раз для жизни вечной. И произошло это главное событие всей моей жизни в небольшом, но дивном московском храме Преподобного Сергия Радонежского в Крапивниках, Подворье Патриарха Московского и всея Руси. Случилось, как в известной песне: «Меня здесь русским именем когда-то нарекли…» Так что, простите, Христа ради, если что не так, и не обессудьте.

 

Итак, книга подошла к концу, я благодарен вам, говорю вам спасибо – спаси Бог – за долготерпение ваше, а ведь это молитва за вас. И, возможно, кто-то из прочитавших ее скажет мысленно спасибо мне. И эта будет молитва за меня, грешного. Будем прощаться, пора и честь знать. А жаль, мне было так хорошо с тобой, мой добрый читатель. Азербайджанец бодро скажет: «саг ол!», что значит «будь здоров!», персиянин же нежно пропоет: «Худа хафиз», что дословно «препоручаю Богу». Английское «гуд бай» то же, что и «всего доброго». Итальянское «чао!» звучанием своим так напомнит нам русское «отчаливай». Турок воскликнет: «хай дэ гюле-гюле!», пожелав напоследок чаще смеяться. Русский же, расставаясь, промолвит: «Прощай». Словно попросит прошения за обиды, вольные или невольные, ведь одному Богу ведомо, увидимся ли еще, расставаться же следует с легким сердцем, чтобы не поминали лихом. Вот и я, прощаясь, прошу у вас прощения. За что? Возможно, и за то, что время, потраченное на это чтение, покажется, быть может, кому-то потерянным зря. И чем смогу тогда оправдаться? Наверное, только репликой одной шекспировской героини: «Любовью я богаче, чем словами…». И разве ж не случалось порой обидеть человека нечаянно, даже не подозревая об этом.

Воистину, удивителен язык русский. В нем и прощание – молитва...

… Еще и потому пока дышу,

Пою и плачу, и молюсь

По-русски,

И только так – живу,

Иначе бы не смог,

Что полночь заполночь,

Едва уткнусь в подушку,

Меня целует

В темную макушку

Отец Благий –

Пресветлый

Русский

Бог.

 

 

Ирзабеков Фазиль Давуд оглы,

в Святом Крещении Василий

 

май 2006 г.


СОДЕРЖАНИЕ

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ

Всеволод ТРОИЦКИЙ, профессор, доктор филологических наук, главный научный сотрудник мировой литературы при Российской академии наук

Духовность слова







Не нашли, что искали? Воспользуйтесь поиском:

vikidalka.ru - 2015-2020 год. Все права принадлежат их авторам! Нарушение авторских прав | Нарушение персональных данных