Главная | Случайная
Обратная связь

ТОР 5 статей:

Методические подходы к анализу финансового состояния предприятия

Проблема периодизации русской литературы ХХ века. Краткая характеристика второй половины ХХ века

Ценовые и неценовые факторы

Характеристика шлифовальных кругов и ее маркировка

Служебные части речи. Предлог. Союз. Частицы

КАТЕГОРИИ:






Побережье Клифтон-холла 19 страница




Он нежно посмотрел на нее.

- Мы делаем остановку, чтобы сменить лошадей. А тебе, – он осторожно коснулся ее щеки и добавил: – Тебе следует немного подкрепиться, потому что мы не будем останавливаться до самой ночи.

Тори хотела бы вечно вот так лежать в его объятиях и чувствовать его теплое прикосновение, но к ее стыду в животе довольно громко заурчало. Она попыталась скрыть румянец и виновато улыбнулась.

- Так чего же мы ждем? Я умираю от голода.

Она хотела выпрямиться и отстраниться от него, но застыла, увидев в ответ его неожиданную улыбку. Никогда ещё на ее памяти он не улыбался так часто. И так нежно, что переворачивалось сердце. Приподняв руку, она коснулась его губ.

- Знаешь, если за день ты будешь улыбаться так же часто, как сегодня, боюсь, солнцу придется дать отставку.

Его улыбка вдруг померкла. Он нагнулся к ней с явным намерением поцеловать ее, но как раз в этот момент дверь экипажа открылась, и ему пришлось с тяжелым вздохом отпустить ее.

Тори не могла подавить своего разочарования из-за несостоявшегося поцелуя, но надеялась, что в будущем у них будет достаточно времени, чтобы восполнить эти мгновения. Держа друг друга за руку, они вошли в аккуратно обставленный холл постоялого двора, на первом этаже которого располагалась общая обеденная. Хозяин «Льва и Короны», мистер Морра, встретил их довольно тепло и тут же предложил попробовать отменный рыбный суп и ещё несколько замысловатых блюд, приготовленные его женой, которые обещали непременно прославить его заведение. Тори так сильно хотела есть, что просто не смогла дать отставку ни одному блюду, и Себастьян заказал для нее все предложенные яства. И пока они разговаривали, прислуга тут же бросилась подготавливать столик для гостей.

Довольная и готовая немедленно приступить к трапезе, Тори потянула Себастьяна за собой в большую светлую комнату, где было всего несколько человек. Видимо, заведение мистера Морры ещё не было прославлено так, как того хотел хозяин, но это сейчас не имело значения. Главное подкрепиться и поскорее тронуться в путь. Чтобы поскорее снова прижаться к Себастьяну. Эта мысль воодушевляла и волновала одновременно.

Тори повернулась к Себастьяну, на ходу делая ему какое-то замечание, когда неожиданно налетела на кого-то. Себастьян тут же схватил ее за руку, помогая ей вернуть равновесие. Тори выпрямилась, развернулась к тому, кого чуть не сбила с ног. И застыла, увидев довольно знакомое лицо.

- Лейтон? – изумленно спросила она, глядя на мужчину, которого хорошо знала много лет назад. – Гарри Лейтон, это вы?

Невероятно, но перед ней стоял человек, который семь лет назад трижды делал ей предложение выйти за него замуж. Ее первый и яростный кавалер, которому она дала жёсткий отказ. Так же три раза.

- Мисс Хадсон, – наконец проговорил он не менее изумленно, глядя на нее. – Не ожидал вас увидеть здесь. Что вы здесь делаете?

Его светлые, некогда сочного пшеничного цвета, волосы почти выцвели. Красивое лицо осунулось, черты стали более резкими, едва ли не жёсткими, а глаза смотрели с ещё большим холодом. Изменения были разительными, но встреча была настолько неожиданной, что Тори не придала этому большое значение.

- Не могу поверить, что встретила вас, – пролепетала она.

- А что в этом удивительного? – осведомился он, приподняв вопросительно свою бровь.

Удивительным было то, что она не думала, что их пути еще когда-нибудь пересекутся. Тори не собиралась говорить ему об этом, но ей ничего и не пришлось ответить. Лейтон заметил того, кто стоял за ее спиной, неожиданно резко выпрямился и посмотрел прямо на него. И сжав руку, Лейтон почти процедил:

- Себастьян!

Оторопев, Тори повернулась к Себастьяну и увидела, что и тот, не мигая, смотрит на Лейтона так пристально, будто узнал его. Будто знал его! Лицо Себастьяна было таким непроницаемым и суровы, а губы плотно сжатыми, что если бы Тори не знала его так хорошо, то подумала бы, что в данную минуту Себастьян испытывает сильнейшую ненависть.

- Гарри! – раздался его тихий, но очень опасный голос.

И все сомнения Тори отпали. Она перевела изумленный взгляд с Себастьяна на Лейтона и обратно.

- Вы знаете друг друга? – выдохнула она изумлённо.

- Мы виделись в Лондоне… – начал было Лейтон, но Себастьян тут же перебил его.

- Мы учились вместе!

Голос его прозвучал так напряженно и угрожающе, что Тори ошеломлённо и непонимающе уставилась на него. Он сказал это так, будто бросал вызов любому, кто посмеет засомневаться в его утверждении. Но почему? Откуда эта враждебность и ненависть? И откуда они на самом деле знали друг друга?

Тори перевела на Лейтона недоумевающий взгляд, надеясь хоть у него получить ответы на свои многочисленные вопросы.

- Гарри, вы тоже учились на духовника? – спросила она, пристально глядя на него.

В это было сложно поверить, но снова за него ответил Себастьян. Тем же стальным тоном.

- Он учился на другом факультете.

Лейтон как-то странно усмехнулся. То ли с иронией, то ли с презрением.

- Как давно это было, – протянул он голосом, лишенным однако ностальгии.

Всё то время, пока эти двое делали свои ошеломляющие признания, они ни разу не посмотрели на Тори, продолжая сверлить друг друга глазами. И Тори не выдержала.

- Лейтон, вы…

Но снова ей не дали закончить. И снова это был Себастьян, который жестко проговорил:

- Гарри, кажется, вы торопитесь. Мы не будем вас задерживать.

Лейтон снова ухмыльнулся, на этот раз с откровенным цинизмом, и покачал головой.

- Хотел бы я вернуть те годы, – сказал он, шагнув вперед.

Себастьян даже не уступил ему дорогу, продолжая упрямо стоять на месте.

- Время невозможно вернуть назад, – ответил он, провожая Лейтона холодным взглядом.

- Как же вы ошибаетесь, Себастьян. До скорой встречи.

Кивнув головой, он направился к двери, и только тут Тори заметила, что он хромает, тяжело ступая на правую ногу и постукивая по дощатому полу тростью.

- Лейтон, вы хромаете?

Остановившись у порога, он обернулся к ней.

- Пулевое ранение.

Тори была поражена.

- Вы были на войне?

- Нет, но как ни удивительно, пули свистят не только на континенте, но и здесь, в Англии. – Он очень пристально посмотрел на Тори и тихо добавил: – Это была дуэль.

- Дуэль? Но ведь дуэли запрещены.

- Семь лет назад это не остановило одного человека, который считал, будто оскорблён в самых своих святых чувствах. – Он надел свою шляпу и наклонил голову вперед в прощальном жесте. – А теперь разрешите откланяться. Прощайте.

Он ушёл, но Тори и Себастьян всё ещё стояли посредине обеденного помещения, глядя на дверь, за которой скрылся Лейтон. Их привела в чувства молодая девушка, которая хотела проводить гостей к приготовленному столу. Молча, они последовали за ней, и, едва усевшись, Тори внимательно посмотрела на Себастьяна.

- Не могу поверить, что ты знаешь Лейтона, – сказала она, отметив при этом, как он по-прежнему напряжён. И почти обозлен.

Как странно!

Он пожал плечами, перевёл недовольный взгляд на тарелку с супом, стоящим перед ним, и с отвращением бросил:

- Ненавижу суп!

Глядя на него, можно было легко догадаться, что он ненавидит не только суп. Но Тори решила пока промолчать об этом, не желая портить и ему и себе настроение от хорошо начавшегося дня, вернее, это было продолжение волшебной ночи, которое могло… Нет, должно было повториться и сегодня. Она улыбнулась ему, пытаясь успокоить и немного смягчить его. Лейтон по-прежнему был неприятен ей, и она с трудом представляла, какого было Себастьяну, если ему довелось учиться с ним в одно время. Но Лейтон волновал сейчас ее меньше всего на свете. Когда рядом с ней находился Себастьян, остальной мир очень быстро начинал меркнуть.

- Может, я тогда возьму себе твой суп? – Сказав это, Тори приподнялась, нагнулась и взяла его тарелку. – Я такая голодная, что съем и целого слона. – Поставив тарелку напротив себя, она посмотрела на Себастьяна, подалась чуть вперед и поцеловала кончик носа. – Если ты сейчас же не улыбнешься, боюсь, начнется гроза, и мы застрянем здесь надолго.

К ее облегчению он всё же медленно улыбнулся. Сердце Тори забилось чаще. Довольная, она уселась на своё место и наклонила на бок голову, не отрывая взгляд от Себастьяна.

- Тебя развеселила перспектива застрять здесь, или обещание скорой грозы?

Почему-то от ее вопроса его улыбка стала ещё шире. Сердце Тори начинало медленно таять, но как раз в этот момент к ней на колени прыгнул такой упитанный рыжий кот, что она чуть не подскочила от испуга, взмахнув рукой. При этом Тори задела тарелку с супом, которая, покачнувшись, полетела на пол и разбилась на мелкие осколки, а суп обрызгал всё вокруг.

- Какого черта? – начал было Себастьян, готовый броситься к Тори, но та остановила его жестом руки.

- Всё в порядке, милый. – Она вздохнула с облегчением, когда кот спрыгнул на пол, добившись своего. – Видимо, это рыжее существо голодное, и ему захотелось полакомиться твоим супом.

Услышав звук бьющейся посуды, прибежала девушка, которая привела их сюда, и ахнула, увидев, что натворил их кот. За ней шёл хозяин заведения.

- Миссис Колбот, – обеспокоенно начал мистер Морра, глядя на Тори. – С вами всё в порядке?

- Мистер Морра, всё хорошо, – заверила она, улыбнувшись Морре. – Видимо, ваш кот просто проголодался.

- Негодник! – Морра повернулся к коту. – Я тебя три дня не буду кормить. Напугать так нашу гостью!

Расстроившись за этот неприятный инцидент, Морра развернулся и ушёл, пообещав, что принесёт самое лучшее угощение. Кот, не теряя ни минуты, начал лакать суп, который уцелел на небольшом куске фарфора, а служанка стала подметать пол от осколков. Тори хотела отругать котика за хитрость, но ее отвлек обеспокоенный голос Себастьяна.

- Ты в порядке? Ты точно не поранилась?

Тори повернулась к нему.

- Себа, со мной всё в порядке. И для убедительности могу показать все свои пальчики.

- Будь любезна.

У него был такой серьезный вид, что Тори рассмеялась.

- Надеюсь, ты шутишь?

Их прервал раздраженный голос девушки, которой всё никак не удавалось закончить уборку.

- Берти, отойди в сторону. Не видишь, я тут убираю. Разлегся мне тут. А ну, вставай!

Тори решила прийти на помощь бедному Берти, который всего лишь проголодался. Взглянув на него, она обнаружила, что рыжий кот лежит на полу.

- Он, наверное, так наелся, что не может двигаться. Да, Берти?

Но кот даже ухом не повел. Работница постоялого двора слегка толкнула его ногой, но Берти не пошевелился.

- Берти, – позвала она кота и, присев, попыталась поднять его с пола. Но с ужасом замерла и тихо прошептала. – О Боже, он мертв!

Услышанное настолько сильно потрясло Тори, что у нее рот раскрылся от изумления.

Вскочив с места, Себастьян наклонился к коту и, сжав его загривок, поднял с пола. И застыл, обнаружив, что девушка права.

- Он мертв, – ошеломлённо констатировал Себастьян и неожиданно взглянул на разбитые осколки тарелки. А потом с таким бешеным взглядом посмотрел на бледную девушку, что та вздрогнула и сделала шаг назад, крепко сжимая метлу. – Кто варил это суп?

Она вдруг заплакала. И Тори потрясенно уставилась на Себастьяна, медленно осознавая, к чему он клонит.

- Не… – девочка дрожала, не в состоянии ответить.

Бросив на пол кота, Себастьян встал и навис над ней.

- Отвечай! – грозно потребовал он, сжав руку в кулак. – Кто сварил этот чертов суп?!

Тори встала с колотящимся сердцем, наблюдая всю эту нереальную картину. На звук его голоса снова прибежал хозяин заведения. И застыл, когда увидел, что произошло.

- Суп сварила моя жена, – еле смог ответить он, дрожа под яростным взглядом Себастьяна.

- Где ваша жена?

Тори никогда не видела Себастьян в таком гневе, но он начинал пугать не только мистера Морра.

- На… на кухне.

- Ведите меня туда!

Схватив всё ещё изумлённую Тори за руки, он потащил ее за собой, двинувшись за Моррой и проходя многочисленные коридоры. Когда они оказался на кухне, Себастьян подошёл к испуганно застывшей жене Морра и потребовал так грозно, что женщина побелела от страха.

- Немедленно попробуй свой суп!

Взяв дрожащей рукой ложку, она зачерпнула суп из кастрюли, который стоял на плите и сделала большой глоток.

- Ещё! – прорычал Себастьян. Когда жена Морра сделала пять глотков, Себастьян стал чего-то ждать. Возможно той же участи, что постигла и Берти. Но миссис Морра не упала, с ней ничего не произошло. И тогда он повернулся к мистеру Морра. – Ваш суп был отравлен! Как вы это можете объяснить?

Он так сильно сжимал ладонь Тори, что мог сломать ей руку и даже не заметить этого.

- Но… но сэр, это не так, клянусь! – с жаром воскликнул Морра, стоя возле жены.

Себастьян нервно провел рукой по волосам.

- Отравили мою порцию, – сказал он тихо. – Пока она стояла на столе. – Он вдруг посмотрел на Тори и резко добавил: – Уходим!

Он был в гневе, но Тори так и не поняла, что ко всему прочему его скрутил дикий страх. Потому что она была готова есть суп, который был отравлен. И предназначался ему. Она поняла это только тогда, когда он запихнул ее в экипаж и громко хлопнул дверью.

- Даже не вздумай выходить оттуда, пока я не вернусь! – яростно потребовал он и исчез.

Тори смотрела на захлопнувшуюся дверь, боясь даже дышать.

Холодная дрожь медленно охватывала всё тело. Боже праведный, враги Себастьяна находились совсем рядом! И на этот раз они были настроены более чем решительно. Тори побелела, едва представив, что если бы не взяла себе тот суп, Себастьян всё же мог бы его съесть. И упасть почти так же, как бедный Берти.

Его враги настигли их в самый уязвимый для них момент. И у Тори замерло сердце, когда она поняла, что Себастьян в одиночку пошёл искать их.

Глава 23

Тори места себе не находила, ожидая Себастьяна. В голове проносились всевозможные ужасные мысли, пока он не вернулся. И выглядел при этом так мрачно и замкнуто, что ещё больше напугал ее. Они тронулись в путь и ехали какое-то время в гробовой тишине. Тори стало не по себе от того холода, которым веяло от него. И в какой-то момент она не выдержала. Он не должен был отгораживаться от нее. Он не имел права держать ее в неведении и вести себя так отчуждённо, особенно сейчас.

- Вы кого-нибудь нашли? – осторожно спросила она, пристально глядя на него.

Себастьян с мрачным видом смотрел в окно и даже не подумал взглянуть на нее, когда недовольно буркнул:

- Нет.

Тори сжалась, уговаривая себя сохранять спокойствие.

- Что ты будешь делать? – снова попыталась она, ощутив неприятную дрожь во всем теле.

Он молчал так долго, что Тори и не надеялась получить ответ на вопрос, который терзал ее с тех пор, как ее бесцеремонно запихнули в экипаж. Господи, она хотела знать, что происходит, чтобы знать, как защититься и защитить его! Она хотела, чтобы он успокоил ее, хотела хоть немного поверить в то, что всё будет хорошо. В первую очередь с ним. Она хотела обнять его, но по выражению его лица было ясно, что он не потерпит никаких прикосновений к себе.

Его молчание в конец вывело ее из себя, и Тори не смогла сдержаться.

- Черт побери, Себа, ты можешь посмотреть на меня и ответить на мой вопрос?!

И он повернул к ней свое лицо. Такое суровое, гневное и мрачное, что Тори затаила дыхание. Никогда она не видела его в таком состоянии. Ей казалось, что сейчас он может совершить нечто безрассудное. Нечто ужасное.

Себастьян сжал челюсти, пытаясь взять себя в руки. Он никого не нашел. Да и было бы удивительно, если бы было иначе. Никто не станет рисковать собой, если произойдет осечка. Себастьян трясся от гнева так, что едва владел собой. Но не только гнев одолевал его. Едва он вспоминал, как Вики взял себе его суп, собралась есть то, что предназначалось ему, как у него леденело всё внутри. Господи, она могла стать незапланированной жертвой его недругов, которым нужен был только он!

Себастьян медленно посмотрел на нее. И только тут увидел, как дрожит ее нижняя губа, как неестественно она бледна. И как дрожат ее плечи, хотя она и прикладывала все свои силы для того, чтобы скрыть это.

Он был зол. Очень зол. В первую очередь на себя за то, что не предугадал подобный шаг врагов. Ему следовало быть более осторожным, следовало сохранять бдительность. Себастьян был безумно зол на людей, которые пытались навредить ему. Но больше всего он был зол на Вики за то, что она чуть не приняла на себе его участь.

- Я ничего не могу тебе сказать! – жестко проговорил он, тяжело дыша.

Тори захотелось ударить его. Как он смеет говорить ей такое?!

- А своими предположениями можешь поделиться со мной? – сохраняя последнюю каплю спокойствия, спросила она, желая решить ситуацию мирным путем. Желая достучаться до него.

Но это почему-то ещё больше вывело его из себя. Себастьян выпрямился и подался вперед, глядя на нее своими потемневшими от гнева глазами.

- Чёрт побери, какие ещё предположения! – взорвался он. – Тебя чуть было не убили!

Тори остолбенела и уставилась на него.

- Меня? – Она тоже подалась вперед, не замечая, как он дрожит при этом. – Да будет тебе известно, что этот чертов суп предназначался тебе!

- Вот именно! – отрезал Себастьян, едва дыша, и резко добавил: – И ты не имела никакого права брать его себе!

- Не имела? – глухо повторила она и вдруг боль так сильно кольнула ее в сердце, что весь гнев разом улетучился из нее. К горлу подкатил густой ком, но проглотив ее, Тори всё же хрипло выдавила: – Неужели ты думаешь, что я оставила бы тебе этот суп, если бы знала заранее, что он отравлен?

Себастьян вдруг застонал, напряженные плечи опустились, будто он не выдержал опустившейся на них тяжести. А потом сгреб Вики в охапку и прижал к своему колотящемуся сердцу так крепко, что чуть не раздавил ее. Уткнувшись лицом ей в шею, Себастьян попытался справиться со своей болью и одновременно утешить ее, потому что понял, наконец, как сильно она напугана, как ей страшно. Вот только она даже не предполагала, что ему страшно намного больше. Господи, он не смог бы вынести ее потери! Он не смог бы жить, если бы перед его глазами на пол свалился не тот несчастный кот Берти.

- Вики, – прошептал он, боясь отпустить ее хоть на миг. Ведь только в его объятиях она была в полной безопасности. – Замолчи, слышишь? Никогда больше не говори так.

Она всхлипнула и крепче обняла его за плечи.

- Я скажу это тысячу раз, если понадобиться. Я буду готова есть сотни супов, если это спасет тебя.

Он не мог вынести такого признания. Он не мог вынести мысли о том, что их может что-то разлучить. Особенно теперь, когда он, наконец, обрел ее. Господи, он действительно обрел ее, а теперь слышал слова, которые разрывало ему сердце.

- Вики, – хрипло выдавил он. – Жизнь моя, обещаю, что найду этих мерзавцев, и они заплатят мне за всё!

- Обними меня, Себа, – простонала Тори, ужасно боясь того, что они касаются друг друга в последний раз. – Не отпускай меня, умоляю…

- Ни за что!

Ей была невыносима мысль о том, что их могут разлучить. Неужели она столько лет страдала только для того, чтобы теперь собственными глазами увидеть его смерть! Вздрогнув, она спрятала на его плече свое бледное лицо и попыталась отогнать от себя дурные мысли. Пока она была в объятиях Себастьяна, у нее были силы поверить в лучший исход.

Так они доехали до своей следующей остановки, очередного постоялого двора, где им предстояло переночевать. К тому времени оба успокоились настолько, что вновь могли рассуждать здраво.

Номер был заказан. Камин ярко горел, согревая комнату. Едва войдя внутрь, Тори повернулась к Себастьяну, который стоял возле порога с таким видом, словно не собирался долго задерживаться. Словно торопился уйти.

- О нет! – воскликнула она, направляясь к нему. – Даже ну думай! Я не выпущу тебя из этой комнаты. У тебя здесь определенно не могут быть дела.

Но он не сдвинулся с места.

- Мне нужно написать письмо Эдварду.

Тори замерла в шаге от него.

- У тебя на самом деле появились какие-то догадки, да?

И он не стал лгать ей.

- Да.

- И кто это может быть? Кто пытается… навредить тебе?

- До тех пор, пока Эдвард не ответит, я не могу быть уверен. Иначе впустую потрачу время там, где нужно было бы действовать с предельной осторожностью. – Он сам преодолел расстояние, отделяющее их, поднял руку и коснулся ее щеки. – Вики, прошу, не волнуйся. Я совсем скоро вернусь. Обещаю.

Она медленно кивнула, пытаясь проглотить ком в горле.

- Обещай быть осторожным.

И к ее удивлению он несмело улыбнулся.

- Обещаю, – заверил он и вышел, велев запереть за собой дверь.

Когда он улыбался, Тори казало, что всё непременно будет хорошо. Ей так хотелось в это верить. Так хотелось верить в то, что враги Себастьяна не смогут причинить ему зла.

Оставшись одна, Тори сделала глубокий вздох и окинула небольшую комнату изучающим взглядом. И увидела саквояж Себастьяна, где лежала мазь Алекс. Где лежала его Библия.

«В нем было кое-что очень ценное для меня».

Вспомнив тот странный разговор, Тори нахмурилась и направилась к его саквояжу. Что такого ценного мог он хранить в Библии, ради чего так безрассудно рисковал жизнью? Опустившись на колени, она потянулась к саквояжу, открыла его и полезла внутрь. Она бы умерла от любопытства, если бы не узнала, что лежало в Библии. И пусть он мог давно переложить заветную вещь, у Тори так сильно колотилось сердец, что она точно знала: внутри что-то есть.

И как в прошлый раз на самом дне увидела черную кожаную книгу с вытесненным золотистыми нитками крестом посередине. Чувствуя необычное волнение, Тори обхватила книгу чуть дрожащими пальцами и вытащила из саквояжа. Сделав глубокий вдох, она развернула толстый переплет, понимая, что сейчас раскроет величайшую тайну Себастьяна.

Прямо под переплетом лежал аккуратно сложенный в пятнах, потрепанный и истертый до дыр серый шелковый платок. Он не мог быть серым, ибо таким сделало его время. Странно. Он хранил в священной для себя книге какой-то старый платок? Нахмурившись, Тори пролистала все страницы Библии, но так ничего не нашла. И снова вернулась к платку. Проведя по нему пальцами, она ощутила какое-то странное стеснение в груди.

В тот день, когда она положила ему в карман мешочек с миндалем бабушки Ады, Библия была уже внутри. И он так поспешно отпрянул от нее, словно боялся, будто она увидит там что-то недозволенное. Если бы в Библии лежало что-то объёмное, оно бы выпирало из кармана. Значит…

Тори взялась за край платка и развернула его. И обомлела, уронив Библию. Она даже не услышала, как стукнувшись о край саквояжа, Библия приземлилась на пол. У нее внутри что-то оборвалось, когда она увидела до боли знакомые инициалы в левом углу платка. Инициалы, которые вышила ее мама специально для нее.

Это был платок, который подарила ей мать много лет назад.

И это был тот самый платок, который Тори повязала Себастьяну на руку целую вечность назад. На мальчишеских соревнованиях…

Это был ее платок!

***

Остановившись перед дверью их номера, Себастьян вздохнул и постучался. Письмо было написано и отдано посыльному, которому хорошо заплатили за то, чтобы его доставили как можно скорее. Дику и Робину было велено не спускать глаз со всех входов и выходов гостиницы. Все меры предосторожности были предприняты, и Себастьян хотел бы вздохнуть с облегчением, но не мог. Он сожалел о том, что в таких опасных условиях приходится везти Вики туда, где их судьбы, наконец, соединяться. Жалел о том, что Вики становилась свидетельницей жутких событий.

Путь к их счастью нужно было пройти совсем иначе, но его жизнь, казалось, состояла из одних препятствий. Если нужно было пройти ещё несколько испытаний, чтобы, наконец, заполучить Вики, Себастьян готов был сделать всё что угодно. Пока она рядом с ним, пока обнимает и целует его, он сможет преодолеть любые трудности.

Когда Себастьян постучался во второй раз и ему не ответили, он почувствовал такой страх, что задрожали руки. И стал почти барабанить в дверь.

- Вики!

У него чуть не остановилось сердце, пока он ждал ответа. За эти несколько секунд самые разные и опасные мысли пронеслись у него в голове.

Но дверь вскоре открылась.

Вики стояла перед ним с опущенной головой. Себастьян был безумно рад ее видеть, но его насторожило ее поведение. Убедившись, что он вошёл, Вики развернулась и, даже не попытавшись взглянуть на него, отошла к круглому столу возле окна.

Дурное предчувствие охватило Себастьяна.

- Вики, – позвал он ее мягким голосом, закрывая дверь. – Что с тобой? Что-то произошло?

К его огромному изумлению она резко повернулась к нему, держа что-то в руке, странную вещицу, которую подняла вверх, и полными слез глазами посмотрела прямо на него.

- Это тот самый платок, который я повязала тебе на руку на соревнованиях шестнадцать лет назад? – хриплым от непонятных эмоций голосом спросила она.

Себастьян застыл, затаив дыхание, и изумлённо смотрел на серый платок, который был зажат между ее дрожащими пальцами. Он не мог оторвать взгляд от единственного куска материи, который придавал ему силы жить дальше все эти мучительные шестнадцать лет. Кусок материи, который спасал его от сумасшествия последние пять лет. Платок, в котором была заключена вся его жизнь.

Он не мог дышать, не смог произнести ни слова, переведя взгляд на Вики, которая с горящими глазами смотрела на него. Не получив ответа, она сделала шаг в его сторону.

- Это тот самый платок? – снова спросила она, неумолимо подходя к нему.

Себастьян медленно пришёл в себя.

- Где… где ты его нашла? – удивлённо спросил он.

Она не заставила его долго ждать.

- В твоей Библии. – Ее глаза сверкали от гнева, но в них отчетливо виднелась и боль. И мольба. И потрясение. Она остановилась прямо перед ним. – Ты хранил его целых шестнадцать лет?

- Откуда ты догадалась?.. – хотел было спросить он, но понял, что сам же выдал себя еще вчера, когда рассказал о своём ранении.

- Почему ты украл у меня платок?

Он остолбенел от ее неожиданного вопроса.

- Украл? – повторил Себастьян, не веря своим ушам.

- Я не давала его тебе!

- Что? – Он не понимал, чем вызвал ее гнев и почему она говорит такие вещи. И не был готов к подобному разговору, но ее слова окончательно вывели его из себя. Себастьян навис над ней и почти рыкнул: – Это мой платок! Ты сама повязала его мне на руку после игр! Неужели забыла об этом?

Вики вздрогнула так, словно он ударил ее. Подняв к нему свое бледное лицо, она посмотрела на него полными слёз глазами и сказала то, что чуть не разбило ему сердце.

- Забыла? – хрипло молвила она, пытаясь проглотить ком в горле. – Ты думаешь, я способна забыть хоть бы миг, проведённый с тобой? Я лишь не могу вспомнить, когда это дала тебе право вложить в этот жалкий кусок материи столько значения, что от этого зависела твоя жизнь. Я не давала тебе права рисковать жизнью ради этого платка!

Себастьян замер, чувствуя стеснение в груди. Ему было больно дышать. Ему было больно видеть, как одинокая слезинка катиться по нежной щеке, разрывая его сердце на части. Ему было безумно больно слышать слова, которые так немыслимо много значили для него. Но больше всего ему было мучительно видеть отражение собственной боли в ее глазах. Господи, если бы не этот платок, неизвестно, дожил бы он до сегодняшнего дня!

Глядя в самые обожаемые на свете серые глаза, Себастьян не смог сдержаться от признания. Признание, которое буквально душило его.

- Это было единственное, что связывало меня с тобой.

Слёзы ещё быстрее побежали по ее щекам. Не в силах больше сдерживаться, Себастьян схватил ее и прижал к своей груди, боясь умереть перед ней от боли. Она не должна была знать о платке. Она не должна была обнаруживать его ахиллесову пяту. Она смотрела на него так, словно это значило для нее все. Господи, он так часто боялся раскрыть ей свое сердце и получить холодный отпор! Он так сильно боялся того, что она снова назовет его скучным занудой! А теперь она прижималась к нему так, словно от этого зависела вся ее жизнь. Почти как в тот день, когда Бонни напал на нее.

Она, как и этот истёртый до дыр платок, принадлежали ему. Всегда.

- Себа, – глухо молвила она, крепко обнимая его. – Я когда-нибудь убью тебя за все те глупости, которые ты совершал без меня.

Тори едва могла дышать, пытаясь всем телом вжаться в него. У нее болели глаза, у нее болело горло. Но больше всего у нее болело сердце. Господи, он был готов умереть, защищая платок, но не мог набраться храбрости и сказать, что любит ее! Он был готов пойти в армию и истерзать свое тело, лишь бы она не прикасалась к нему. Он был готов оберегать и хранить ее платок вместо ее сердца. Неужели можно любить так сильно, так отчаянно? И так безрассудно?

- Вики…

Она любила его до боли. Так, что разрывалось всё внутри. И впервые Тори захотела вручить ему свое признание. Не дать, а именно вручить. Как самый бесценный дар на свете. Потому что он был таким же глупым, как она. Потому что он любил ее так же безумно, как она.




Не нашли, что искали? Воспользуйтесь поиском:

vikidalka.ru - 2015-2019 год. Все права принадлежат их авторам! Нарушение авторских прав | Нарушение персональных данных