Главная | Случайная
Обратная связь

ТОР 5 статей:

Методические подходы к анализу финансового состояния предприятия

Проблема периодизации русской литературы ХХ века. Краткая характеристика второй половины ХХ века

Ценовые и неценовые факторы

Характеристика шлифовальных кругов и ее маркировка

Служебные части речи. Предлог. Союз. Частицы

КАТЕГОРИИ:






У джняни просто нет выбора.




Если самоотдача свершилась, больше нет личности, а есть только Брахман. Если все что есть – это ты, а ты Абсолют и кроме тебя нет никого, тебе невероятно близко и дорого каждое существо, ведь ты и оно это одно.

В любви джняни нет ни страсти, ни желания обладать, ни привязанности, ни ревности, ибо это любовь Бога к самому себе во всех существах. Это безусловное доверие, открытость и приятие божественного в каждом. Это очевидная истина для джняни, даже если он не показывает этого внешне.

Джняни пропитан любовью, он ее дышит, он сделан из нее. Но в этой любви нет ни любящего, ни того кого любят, а есть только сама любовь, которая ничего не разделяет. Бог в джняни любит самого себя через любовь к другому, оставаясь при этом единой сущностью.

 

песня «Любовь»

Любовь не знает правил,

Любовь не требует ничего взамен,

Любовь не сравнивает и не оценивает,

Любовь не ожидает и не просит,

Она отдает и отдается.

 

В Любви нет свободы для эго –

это сладкое рабство, благоухающий плен,

но именно оно и есть истинная свобода, свобода от «Я».

Все другие виды свободы вне Любви –

просто самообман эго.

 

В любви нет выгоды, цели и результата,

Она и есть цель и результат.

Любовь не решает никаких проблем,

Кроме одной – проблемы Тебя.

Когда есть истинная любовь – тебя нет,

Ибо Ты и любовь – понятия несовместимые

Когда есть Ты – любви нет.

Когда есть любовь – тебя нет.

Определенно, твои планы и намерения отсутствуют

В пространстве любви.

 

Любовь – это забыть о себе и вспомнить о Боге.

Отсутствие любви – это забыть о Боге

и вспомнить о своем эго.

В любви всегда все чисто, уникально, совершенно.

Вне любви самые стерильные и великие вещи

будут нечистыми и заурядными.

 

Говорят, любовь слепа, да это так,

но она слепа лишь к уродствам, клеткам

и убогим ценностям перевернутого мира эго.

Она просто смотрит в другую сторону

Но глаза любви видят сквозь всю Вселенную

Что может быть, глубже, сильнее Любви, выше Любви?

Только сама Любовь.

 

Любовь не абстракция в умах книгочеев-философов

И не абзац из энциклопедии.

Это сущность бытия, волнующая,

завораживающая, сводящая с ума

своей запредельностью.

 

Любовь – это не вздохи из сентиментальных романов

и не гламурные картинки с глянцевых журналов.

Это краеугольный камень Бытия, суть жизни,

первопринцип Вселенной,

закон богов, праатом из которых состоит Материя.

 

В Любви нет потерь, нет и приобретений,

а есть полное исчезновение.

В Любви нет места торгу,

а есть уступки, вплоть до полной капитуляции.

В Любви нет независимости,

а есть поглощенность до самозабвения, до растворения.

В любви нет ложных выборов,

фальшивых альтернатив – это огонь,

и если ты в него входишь и не выскакиваешь обратно,

он жжет, сжигая тебя до тла.

Здесь не работает логика,

здесь ни к чему ценности мира.

 

Любовь – это песня поклонения,

где поклоняющийся, растворяется в поклонении

и том, кому поклоняется, в том,

где Все есть Одно, без другого.

 

Глава 22

Отрешение и всеприятие джняни

«Такой мудрец не отвлекается на разнообразные ощущения, которым он может быть подвергнут, вне зависимости от того, считают это остальные приятным или неприятном. Он не привязан к удовольствиям, и удовольствия не владеют им, в нем нет стремления к удовольствиям.

Он полностью удовлетворен самим собой, не привязан ни к чему и не к кому, не имеет в своем сердце ненависти и не приязни. Он не пугается криков врагов и рыка льва в лесу, не восторгается, когда заходит в прекрасный сад, не расстраивается, если ему случается путешествовать в пустыне. Внутренне он совершенно свободен, но, тем не менее, он постоянно вовлечен в действия в подходящие моменту. Его отношения к разбойнику или благодетелю одинаковы».

Йога Васиштха, гл.5.9 «История о Витахавье»

 

Джняни отрешен от мира и живет, словно во сне без сновидений.

Однако, джняни всегда и везде объединяет свою джняну с жизнью во всей полноте, яркости красок и интенсивности. Быть джняни означает быть предельно отрешенным и одновременно быть во всеприятии, в полном единстве и интеграции со всем миром. Отрешенность джняни выражает аспект пустоты сознания, непроявленного, Абсолюта вне качеств.

Всеприятие джняни выражает принцип единства присутствия и шакти, манифестации, проявление качеств, блаженства и божественной игры.

Джняни видит, слышит, касается и обоняет, переживая мир в полноте его энергий.

Но ум джняни пуст, поэтому не возникает привязанности. Внутри джняни нет наслаждающегося эго, переживающего, он всегда остается в состоянии бесконечного пространства, ощущения «Ахам Брахмасми».

Когда происходит переживание наслаждения или боли, ощущения в теле или уме джняни, если джняни пребывает в состоянии бдительности (авадхана), то в первый миг такого восприятия он объединяет свое созерцание с внешним переживанием.

Тогда это не личность, а чистое пространство недвойственного осознавания соприкасается со слышимым, видимым, осязаемым и обоняемым. А в пространстве не остается ни привязанности, ни следов от переживаний.

Джняни всегда пребывает в неописуемом равновесии (самйога) между отрешением и всеприятием. Истинное всеприятие невозможно без отрешения. Высшее отрешение есть всеприятие. Когда отрешение и всеприятие встречаются в уме и теле джняни это именуют «великая встреча» (маха-мелана). Пустотное сознание джняни встречается с энергией блаженства, исходящей из внешнего мира. Такое единство в разных традициях именуют «сукха-шунья» (блаженство-пустота), соединение Шивы и Шакти, встреча сиддха и йогини.

Пока джняни имеет физическое тело, он испытывает все обычные импульсы, чувства и желания, возникающие в теле от пульсации праны в каналах, хотя его желания очищены и их немного.

Но в отличие от обычных людей чувства и желания, возникающие в уме и теле джняни не вводят его в иллюзию, не порабощают джняни, находятся под его полным сознательным контролем. Сознательный контроль над импульсами, желаниями джняни имеет благодаря владению искусством различения и созерцания. Он может мгновенно распознавать пустую суть любого желания переживания (кама-таттва).

Когда она распознается, то вместо очарования желания, ощущения в момент его испытания происходит его самоосвобождение и растворение в пространстве сознания джняни. В этот момент сознание джняни еще глубже поглощается переживанием Абсолюта.

Существует четыре способа отношений джняни с окружающими объектами. Это взаимодействие может быть:

­~ опустошающим,

­~ нейтральным,

­~ оживляющим и питающим,

­~ просветляющим.

 

Объекты чувств в зависимости от уровня осознанности могут выступать как:

­~ мирская жена (супруга),

~ сестра,

­~ мать,

­~ тантрийская супруга (дакини, дути, вестница, свакия).

 

Объект как «мирская супруга» означает обычное сансарное восприятие, когда нет осознанности при восприятии, которое сопровождается ревностью, привязанность, зависимостью и жаждой обладания и страданиями, как и в случае взаимоотношений с мирской супругой.

Объект как «сестра» означает ровные, чистые, приятные отношения, когда есть некоторая отстраненность и осознанность, зарожден наблюдатель (драшта), нет ни сильной привязанности, не ревности, ни желания обладания, как при взаимоотношениях с сестрой.

Объект как «мать» означает полноценную интеграцию в естественном состоянии, когда все объекты чувств самоосвобождаются в Сахаджье, и уму позволяется спонтанно переживать все явления этого мира, наслаждаясь ими подобно тому, как ребенок наслаждается общением с матерью без ограничений, поскольку есть распознавание пустотной и чистой сущности объекта, благодаря устойчивому пребыванию в Сахаджье. В этом случае объекты чувств напитывают йогина жизненной силой и ясностью по принципу «мать кормит сына».

Объект как «вестница» означает интеграцию с внешним с предельной полнотой осознанности, полную восторга и блаженства, подобного блаженству экстаза при соединении с «внутренней дакини», энергией Кундалини, дути (тантрийской дакини, вестницей), когда чувственные впечатления не только самоосвобождаются, но и даруют вспышки ясности, вводя ветры в центральный канал.

песня «Наставления о едином вкусе»

Начитывать мантры,

петь бхаджаны,

нести мирскую чепуху,

Проповедовать Дхарму,

восхвалять ее или хулить,

Просто лепетать,

подобно безумцу,

говорить правду

или лгать –

Все равно

для настоящего

Мастера­-авадхуты,

В самадхи узнавшего свой Ум –

чистое пространство недеяния,

Любые слова

будут чистой игрой,

Подобной священным молитвам и мантрам,

А потому,

не обращая внимания

на слова,

ищи их источник!

А затем,

если необходимо,

проявляй чистую речь,

помогая другим в Дхарме.

Делать простирания,

выполнять ритуалы,

заниматься обычными делами

Или совершать

непристойные жесты

и слоняться где попало –

Все равно

для истинного Мастера,

созерцающего Великий Ум,

Любое действие

всегда будет игрой,

Спонтанной,

чистой и священной,

подобно ритуальному

танцу божества,

А потому,

не обращая внимания

на внешнее поведение и действия,

Утвердись в их источнике –

великом пространстве недеяния,

А затем,

если нужно,

веди себя праведно

ради других.

Размышлять

над теориями Дхармы,

вызывать добродетельные чувства,

Взращивать

священные мысли,

Заниматься аналитической медитацией и визуализацией

или не делать этого вообще –

Все равно

для истинного Мастера,

познавшего свой Ум­пространство,

Того,

кто играет всем этим,

Ведь каждая мысль

видится неотделимой

от Великой Основы,

Ее украшением,

чистой священной игрой,

А потому,

не обращая внимания

на теории и мысли,

Ищи чистый Ум

вне мыслей

и утвердись в нем,

А затем,

если нужно,

используй священные мысли,

чтобы наставлять других,

И гневные,

чтобы усмирять

духов­демонов,

чинящих препятствия.

Ханжи – духовные овцы,

называющие себя

практикующими Дхарму,

Услышав эти наставления,

будут дрожать от страха,

Пандиты,

как обычно,

будут строить

новые теории,

Догматики

с омраченным разумом

Трястись и цепляться

за свои идеи,

подобные снам,

Но подлинные «львята» –

духовные гении,

истинно мудрые практики,

Будут рычать от восторга

и танцевать от счастья,

услышав такие наставления.

Пока ты не открыл

свой Великий Ум

и живешь в обычном

нечистом видении сансары,

Восприми эти наставления

в качестве воззрения,

но не поведения,

Чтобы быть успешным

в практике Дхармы,

и будь счастлив!

 

Глава 23

Вера джняни

«...Высшее Существо, Бесконечное Сознание есть родитель Брахмы, Вишну, Шивы и других. Только этому Бесконечному Сознанию стоит поклоняться и молиться.

Но нет смысла приглашать его при этом, никакие мантры не подходят для поклонений, оно настолько близко, что не нуждается в приглашении. Это Вездесущее Я всего.

Понимание Бесконечного Сознания без усилий является единственной верной формой поклонения Ему».

Йога Васиштха, гл. 6.4 «Методы поклонения Богу»

 

Джняни живет в безусловном пространстве веры, он сам является воплощением живого огня веры. Быть в осознаности, пребывать, созерцая в естественном состоянии, и верить, для джняни одно и тоже. Вера джняни вне имени и формы, слов и символов. Она – в тотальной самоотдаче свету Всевышнего (Брахма джьоти).

Вера для аджняни – это ключ к обретению знания Абсолюта.

Верить в Абсолют, в Бога для джняни значит быть им, не разделять. Джняни верит без верящего и без того во что верить. Для джняни вера – это бытие, истинная таковость внедвойственных понятий, без разделения на того, кто верит, веру и того во что верят. Поэтому вера джняни самая сокровенная, тайная, глубокая и святая.

Мир джняни целиком состоит из его веры. Он понимает, что существование вселенной это только акт веры. Великий Создатель творит вселенную, веря в нее и в себя как в Творца.

Все живые существа появляются из природы Я, Создателя, веря в себя.

Вера есть другое имя для Бога. Джняни живет, веря в Абсолют, и в то, что он не отличен от Абсолюта. Джняни знает: все миры проявляются из пустоты Абсолюта одной силой веры.

Джняни знает, что ему нужно научиться верить в то, что не существует, а иначе, откуда всему появиться?

Тот джняни, кто научился верить в то, чего нет, силой веры творит реальность, как художник силой своего искусства творит картины.

Вера джняни есть ежемгновенная тотальная преданность, послушание и самоотдача свету Нерожденного в себе.

Джняни идет по жизни ни на шаг не отступая от своей веры. Джняни истово, безгранично, до самозабвения верит в Абсолют, в то, что изначально совершенно, вечно, непостижимо и бесконечно, вездесуще, всепроникающе.

Вера джняни есть безусловная преданность Всевышней сущности. Эта преданность сильна, неистова, бескомпромисна, она полыхает как огонь. Ее нельзя поколебать или смутить, она сама воспламеняет все вокруг себя, заражая своей неистовой тотальностью, силой и глубиной.

Джняни верит в тот Абсолют, который есть основа всего – знания, воли, власти, силы, что есть фундамент мироздания, источник силы для всех душ. Он верит и знает, что он сам и есть этот Абсолют.

 

песня «Символ моей веры»

Верю в то, что

в Исконном Пространстве Таковости «Я есмь» нет верующего,

а есть лишь беспредельное, всеохватывающее,

всемогущее пространство величественного

бытия и осознавания,

полное невыразимого блаженства.

 

Верю в то, что

Исконное Бытие, сверкающая осознанность,

полная божественного величия

находится вне двойственных категорий,

порожденных умом, таких, как «вера-безверие»,

«освобождение-связанность», «внутреннее-внешнее»,

«прошлое-будущее», «я» и «другие», «добро-зло»,

«чистое-нечистое», «правда-ложь»,

«святое и обыденное».

 

Верю в то, что

вера и безверие суть непостижимые,

равностные игры Всевышнего Источника -

всеблаженного пространства чистого бытия,

которое проявляется как ему угодно

без каких-либо ограничений,

придуманных людьми.

 

Верю, что

любые веры и воззрения, основанные

на концепциях, именах и образах,

сами по себе суть магические иллюзии,

не имеющие основы и подобны волшебным снам,

чудесным миражам в пустоте,

пляшущим теням от языков ночного костра,

одновременно являясь изящным узором, игрой,

украшением Естественного Ума –

чистого Пространства Таковости.

 

Верю в то, что

мой Великий Ум, Всевышняя Сущность

всегда был, есть и будет чистым,

прозрачным, подобным хрусталю,

совершенным и извечно свободным,

без нужды в исправления, очищениях и достижении.

 

Он как личность каждый миг как бы умирает в своей вере и возрождается в ней заново подобно фениксу. Джняни верит в Абсолют именно потому, что он им самим и является, а будучи Абсолютом как можно не верить в него или верить во что-либо иное.

Все имена и формы сами по себе для джняни – игра пустых отражений и не привлекают его внимания.

Но джняни тотально верит в их бесформенную сущность, тот Дух божественного огня, что их наполняет, принимая мириады форм.

Вера вдохновляет, согревает джняни, даруя ему мудрость знание и силу. Когда темные воды причинного Океана, Первозданного Хаоса озаряются малой вспышкой веры, исходящей из пространства Брахма-ахам-бхавы (переживания «Я есть Абсолют») начинается великая игра Божественного, появляется Бог-Творец, риши и кумары – создатели и хранители, боги повелители сил и стихий, Ману – прародители цивилизаций, люди и мириады существ – обитатели вселенной.

Так со вспышки веры в силу манифестации мира начинается новый цикл творения.

 

песня «В чем моя вера?»

Меня спросили:

«В чем твоя вера?

Кто твой Бог?

Молишься ли ты,

кому и как?»

 

Я же ответил:

«Вера моя вне безверья и веры,

без верующего, без надежды на небо и рай,

без страха адов,

без цеплянья за мысли о вере.

 

Бог мой вне мыслей

о Боге и Дьяволе,

спроси о нем лучше у снежинок

и капель дождя, у радуги в небе,

у поющих в поле цикад,

у неба ночью и звезд в тишине,

не имеет он ни формы, ни имени,

он, бескрайнему небу,

пространству Вселенной подобен,

потому и говорят что он –

Безопорное (Нираламбха).

Молюсь я,

но не так как другие,

слов не произношу,

и мыслей не творю,

ни о чем не прошу

и о Боге не размышляю,

о себе как о молящемся не думаю,

лишь в созерцании

вольно плыву с облаками,

с рекою теку в безмолвном восторге и знании,

резвясь и свободно играя, живу,

путешествуя по бескрайним

и вечным просторам

Сат – Чит – Ананды».

 

Глава 24

Личность джняни

«Тот, кто наполнен внутренним наслаждение, кого не затрагивают восторги и страдания, кто выполняет действия только физическим телом, тот утвердился в спокойствии. Он чист как небо, свободен от деланий, его действия спонтанны и всегда верны, в отношении к наслаждениям и страданиям он ведет себя подобно дереву или глине».

Йога Васиштха, гл.5.6 «История об Уддалаке»

 

Тот факт, что эго джняни растворилось в Абсолюте и исчезло, не означает, что у джняни вовсе нет личности как пустотной функции. Личность у него есть, так же, как есть маска, костюм и роль у любого актера, профессионала, но нет того, кто бы с этой личностью себя бы отождествлял, кто ею бы владел. Личность джняни – просто инструмент для жизни в мире, пустотная функция, подобная стихийной силе природы.

У джняни может быть много личностей, подобных иллюзорным, божественным тонким телам, но все они являются игрой его пустотного сознания.

Личность джняни не более чем видимость для других, она непостоянна, пуста, не имеет сущности и формируется силой сат-санкальпы джняни, божественного намерения в зависимости от обстоятельств.

Когда сознание джняни откликается на ситуацию и объединяется с ней, из первозданной пустоты вселенной проявляется ум, воля и сила их соединяющая.

Эта сила есть очищенная, подчиненная и преданная Высшему Я индивидуальная личность, ахамкара, которая проявляется как чистая форма саттвы (шуддха-саттва-сварупа). Эта личность чиста, игрива, пуста, нереальна по природе и подобна украшению джняни.

Она не затмевает сияние естественного состояния джняни, напротив, она подчеркивает ее совершенство, так же как драгоценное ожерелье на шее красивой женщины подчеркивает ее естественную красоту.

Ум джняни может быть острым или обычным, цвет его лица может быть белым или черным, его одежда может быть богатой или бедной, характер может быть спокойным или активным. Личность джняни может принимать облик царя, аскета, ученого или домохозяина, учителя, монаха, нищего, но его джняна остается неизменной.

 

песня «Мир для меня»

Для меня нет прошлого,

нет будущего,

а есть лишь непрерывные метаморфозы

на фоне играющих энергий сознания в настоящем.

 

Для меня нет никакого внутреннего,

никакого внешнего,

а есть лишь единая игра энергии

и сознания – Нада-бинду-майя.

 

Для меня нет правильных, добродетельных

и неправильных, порочных мыслей и поступков,

есть лишь действия бессознательные,

омраченные прошлой кармой,

и действия самоосвобожденные,

проявляющиеся как игра

единой энергии присутствия.

 

Для меня нет ни чистого,

ни нечистого,

есть лишь целостное восприятие всех явлений

как игры единой энергии-сознания.

 

Для меня нет правды,

как нет и лжи,

а есть лишь движение сознания,

за которым либо есть энергия,

либо ее нет.

 

Для меня нет друга,

нет врага,

а есть лишь бесконечные проявления

Единой Реальности

через тела и умы людей,

духов и богов.

 

Для меня нет желаний

и нет их отсутствия,

а есть лишь умелое и неумелое

использование жизненной энергии.

 

Для меня нет ни индуизма,

ни буддизма, ни даосизма,

ни чего-либо еще,

а есть лишь игра

просветляющих энергий

Изначальной Сферы.

 

Глава 25

Желания джняни

«Сломи ударом дубины мудрости, каждое желание уже возникшее в сердце или только собирающееся возникнуть».

Йога Васиштха, гл.5.1 «История о короле Джанаке»

Желания у джняни отсутствуют в том смысле, как они переживаются людьми обыденного мира, то есть с омрачениями, впадением в зависимость, жаждой обладания, эгоизмом, страстью и утратой жизненной силы.

Джняни свободен от всех желаний, поскольку желания его сами его оставили, когда он обрел знание Абсолюта.

Знание Абсолюта по своей природе так притягательно, что никакое желание не может соперничать с этим знанием, поэтому джняни отрешен от любых желаний кроме тех, которые присущи по природе телу.

Некоторые желания ушли естественно благодаря узнаванию своей природы, как естественно испаряется роса, когда на нее попадают лучи солнца, другие были усмирены силой его самодисциплины и бдительности. Третьи остались в теле подобно его украшениям, поскольку полностью тело не может жить без желаний, ведь желания это движения ветра по каналам. Но эти желания никак не могут затмить сияющую природу ума джняни, в которую он погружен.

Его присутствие слилось с ними, он принял их как часть Высшего Я и соединился с ними во всеприятии и теперь они являются спонтанной игрой энергии Высшего Я, ни сковывают разум и не создают отпечатков.

Его сознание не стремится больше ни к чему, кроме как к пребыванию в своей естественной природе. Однако, тем не менее, созерцая, джняни переживает все многообразие энергий в теле, уме и чувствах, он открыт любым переживаниям в осознанной полноте всеприятия.

Нет такого переживания с которым он не мог бы объединиться, поскольку все может быть интегрировано в мандалу естественного созерцания.

Джняни, переживая какое-либо желание, в первый же миг восприятия, желания (кама кала), благодаря устойчивости в естественном созерцании, мгновенно распознает его пустую сущность (кама-таттва) и интегрируется с нею, удерживая тончайшее равновесие (самйога) игры энергии желания и отрешенности пустотного осознавания.

Благодаря своему искусству, он может оставаться незапятнанным переживанием желания подобно чистому лотосу, и без опасений взаимодействовать с любой энергией внешнего мира, тела или ума, позволяя энергии переживания двигаться естественно и не блокируя ее.

 

Какое бы желание не возникло, когда энергий желания движется, то, едва пробудившись, она тотчас же сталкивается с его созерцательной силой (джняна-шакти), столкнувшись, она теряет свое направление, и растворяется в своем источнике, наполняя тонкие каналы тела джняни свежестью, воссоединяя его белую и красную сущность в центральном канале, и побуждая его тонкие ветры к циркуляции.

 

«Песнь
Пробужденного»

Безмятежный, с любящим сердцем, отрешенный, бесстрашный, подобный тысяче слонов, покинувший все желания и привязанности, оставивший позади все авторитеты, сутры, мантры и тантры, свободный от понятий как связанности, так и Освобождения, иду я по миру,

преодолев все неведение,

страдания

и печаль.

Умиротворенный, величественный, как десять тысяч золотых львов, с умом, подобным небу, оставив позади все философские школы и Учения, не следующий понятиям ни Дхармы, ни не-Дхармы, никогда не употребляющий слово “я”, иду я по миру,

преодолев все неведение,

страдания

и печаль.

Могучий, безмятежный, словно носорог среди насекомых, иду я среди дхарм мира людей, содержа в себе гору Меру, богов и три мира, оставивший все понятия ума, оставивший понятия о “я” и “не-я”, оставивший все восприятия, оставивший все желания, неуязвимый для критики, не видящий ничего вне себя, иду я по ту сторону всех видов йоги, сутр и тантр,

преодолев все неведение,

страдания

и печаль.

Погруженный в созерцание самости, сделав свой ум созерцающим самого себя, не опирающийся ни на что другое, созерцающий днем и ночью, оставив позади все тщетные споры о проявленном и непроявленном Брахмане, о том, какой из богов выше, чье Учение глубже, реальна ли вселенная или нереальна, иду я по миру,

преодолев все неведение,

страдания

и печаль.

Свободный от всех привязанностей, оставив дом, друзей, врагов, все грехи, желания и общение с людьми, иду я по миру, не воспринимая его, словно в глубоком сне,

преодолев все неведение,

страдания

и печаль.

 

Глава 26

Переживания и ощущения джняни

«Тот, кто достиг состояния чистого существования, никогда не загрязняется: живет он или умирает, находится дома или где угодно, в богатстве или нищете, наслаждается ли он, танцует или отказывается от всего и уединяется на горе, душится ли он богатыми духами или ходит с грязными волосами и горит в огне, совершает дурные, запрещенные действия или занимается хорошими делами, умирает ли или живет до конца цикла творения. Потому что он ничего не совершает».

Йога Васиштха, гл. 5.6 «История об Уддалаке»

Джняни всегда полон возвышенных переживаний, главное из которых – божественная гордость, единый вкус, чистое видение, радость, вера, преданность, сострадание, любовь, переживание пространства, ощущение всеведения, всемогущества, всеохватывания, всепроникновения, вездесущности, светоносности, единства и блаженства.

Гармония, чистота, красота, возвышенность, глобальность видения, масштабность мышления, вечность, бесконечность, пространственность, чувство тайны, устойчивость в видении, подобная горе естественно присущи джняни и окружают его постоянно подобно тому, как прекрасный аромат окружает цветок.

Нет такой секунды, такого мгновения, чтобы возвышенное переживание не наполняло его. Но само переживание джняни нераздельно с Абсолютом, ибо внутри тела джняни переживание испытывает не эго джняни (которое уже растворилось), а сам Абсолют. А значит, все переживания джняни не имеют самобытия, иллюзорны, пусты, являясь игрой – манифестацией Абсолюта.

Сознание джняни находится за пределами любых переживаний, являясь их источником. Его переживание не вводит в заблуждение и не захватывает его, играя роль украшений его знания. Переживает ли он вдохновляющие видения святых, богов, будд или искушающие и пугающие образы демонов, он не покинет созерцание своей естественной природы, не утратит тождество с Абсолютом. Его ощущение – «Я есть Брахман», так глубоко и устойчиво, что любое переживание растворяется в нем без остатка подобно соляной кукле, растворяющейся в глубоком океане.

 

песня «Как оценить Авадхуту»

У меня нет ни одной теории,

за которую я бы

держался.

 

У меня нет ни одного ритуала,

который мне нужно

выполнять.

 

У меня нет ни одного

знака отличия,

который мне нужно

носить.

 

У меня нет ни одной

священной или мирской обязанности,

которую я должен

исполнять.

 

У меня нет ни одной мысли,

которой я должен

придерживаться.

 

У меня нет ни одного

метода йоги, который

был бы для меня

обязательным.

 

У меня нет никакого

типа поведения,

которому я бы следовал.

 

У меня нет никакой идеологии или

убеждения, о которых я бы сказал:

да, это мои убеждения.

 

У меня нет ни конкретной нации,

ни религии, ни расы, ни рода,

ни касты, ни клана, ни семьи –

ведь я есть все – все это я сразу.

 

То тут, то там я странствую,

меняя обличья и помогая людям

под разными предлогами и

уловками.

 

Я друг всем и поддерживаю в основе

все религии, науки и культуры.

 

Будучи сам беспредельным

космическим Духом в теле,

Я могу выполнять или не выполнять

дела, ритуалы и методы

для блага других.

 

Я могу принимать или не принимать

знаки какой-либо религии

на благо других.

 

Я могу излагать или не излагать

какую-либо теорию

или философию,

если это необходимо.

 

Нет ничего, что не было бы

божественной игрой для меня.

 

Нет никого, кто не был бы

для меня проявлением

меня самого – Абсолюта,

Бесконечного сознания.

 

А теперь подумай, можешь ли ты

меня адекватно оценить, оставаясь

прежним самим собой?

 

Глава 27

Язык джняни

«Люди, говорящие о двойственности и недвойственности, невежественны как дети, просветленные посмеиваются над всем этим.

Однако, без таких рассуждений, основанных на двойственности и недвойственности, невозможно очистить чье-то сознания от неведения.

Я рассказываю об этом потому, что я твой близкий друг».

Йога Васиштха, гл.6.20.1 «История об охотнике и олене»

Пребывая в том бытии, что вне языка, логики и ума, джняни, тем не менее, иногда пользуется языком ради других. Язык джняни не выражает его состояния.

Слова для джняни не имеют никакого значения, поэтому джняни не имеет никакой надежды на то, что он может передать языком свое знание. Тем не менее, он использует язык для общения просто как инструмент или как средство указания на невыразимую реальность.

 

Его слова - это общепринятая речь (вохара-вачана), дань человеческой иллюзии, логики и менталитету.

Хоть он и пользуется речью, он не считает свои слова истинными, значимыми и реальными. С его точки зрения все слова подобны лепету безумца, эху в горах, они не значат ничего вообще, кроме того, что благодаря им кто-либо может получить намеки, указания, скрытое послание на то бесконечное сознание, в котором пребывает джняни.

Язык джняни может быть строен, логичен, и даже сух как у ученого философа, иногда он струится подобно словам поэта, опьяненного экстазом, а иногда он безумен, парадоксален и само слушание его парализует и останавливает ум.

И все же джняни знает, что самый лучший язык, подходящий для описание Абсолюта – тишина. Тишина джняни может оглушать понятийный ум, подобно грому, парализовывать подобно взгляду удава, поглощать подобно бездне.

 

«Сутра рычания пробужденного льва,
устраняющая одним ударом
океан заблуждения»

О друг, ты спрашиваешь о моей школе и линии передачи.

Если я свободен от таких понятий как «линия», «точка» или «плоскость», «получение» чего-либо или «передача» от кого-либо, о какой линии передачи может идти речь?

Это все подобно рогам на голове у зайца и радугам в небе.

О дорогой, если ты хочешь узнать суть моей линии, лучше освободи свой ум от понятий!

Ты спрашиваешь, у кого я учился и кто мой Гуру.

«Учиться» или «разучиваться», «Гуру» и «ученик», «я» и «ты» – познай, все это лишь иллюзии твоего ума, подобные небесным цветам.

Если в Истинной Реальности нет ни Гуру, ни ученика, ни Учения, ни тебя, ни меня, а есть один лишь всепронизывающий Брахман, откуда возьмутся такие вопросы?

Если хочешь понять Учение моего Гуру, лучше освободи свой ум от иллюзий!

Ты спрашиваешь, достиг ли я Просветления или нет?

Но если я за пределами «достижения» чего-либо или «не-достижения», «Просветления» или «затемненности», «я» и «ты», как я могу истинно ответить тебе в этих понятиях?

Все это вымышленные понятия, существующие лишь в твоем уме, подобно городу гандхарвов и небесным цветам.

Монах-авадхута не имеет с этим ничего общего!

Лучше освободи свой ум от иллюзий и увидишь, достиг я или нет!

Ты спрашиваешь меня, какое Учение я проповедую, из какого я монастыря?

О друг, «Учение» или «заблуждение», «проповедь» или «исповедь», «монастырь» или «лес» – все эти понятия есть лишь иллюзии, придуманные твоим умом, подобные яйцам, которые снесла лошадь во сне.

Истинный монах не имеет с этим ничего общего!

Пойми чистоту недвойственности и освободись от всех понятий!

Ты спрашиваешь: реален ли Брахман или нереален, как появилась вселенная и кто ее создатель? Ты спрашиваешь: что будет с душой после смерти и как достичь Освобождения?

О друг, ты думаешь, я разделяю твои сны?

«Вселенная», «создатель» и «разрушитель», «появление» и «исчезновение» чего-либо, «душа» и «тело», «жизнь» и «смерть», «достижение» и «не-достижение», «Освобождение»или«связанность» – все это не более, чем проекции, сны твоего ума. В истинной Реальности Брахмана разве существуют такие понятия?

Даже когда я говорю в «истинной», даже когда я говорю в «Реальности» и «Брахмана», когда я говорю «существуют», «понятия» – это все равно иллюзии двойственного ума, подобные миражам. Так как сказать «истинное», означает разделить на истинное и не-истинное, и, утверждая одно, отрицать другое, а это – заблуждение, ведущее к рождению и смерти!

Сказать «Реальность», означает разделитьна Реальность и не-Реальность, и, утверждая Реальность, отрицать не-Реальность, а это – заблуждение, это – двойственность, ведущая к страданиям рождения и смерти!

Сказать «Брахман», означает разделять на «Брахман» и «майю» и, утверждая одно, отрицать другое, а это – заблуждение, это – двойственность, ведущая к рождению и смерти!

Сказать «существует», означает разделять существование и не-существование и, утверждая одно, отрицать другое, а это – заблуждение, двойственность, ведущая к иллюзиям рождения и смерти!

Сказать «такие», означает предполагать, что есть «не такие» и, утверждая одно, отрицать другое, а это – заблуждение, это – двойственность, ведущая к рождению и смерти!

Сказать «понятия», означает отрицать «не-понятия» и, утверждая одно, отрицать другое, а это – заблуждение, это – двойственность, ведущая к страданиям, рождению и смерти!

Даже сказать «это – заблуждение», означает утверждать одно и отрицать другое.

Когда он говорит о «заблуждениях», «учениках», «вселенной», «Реальности» – он говорит о них как о «не-заблуждениях», «не-учениках», «не-вселенной» и «не-Реальности».

Поэтому:

когда Пробужденный говорит об Учении –

он говорит о нем как о «не-Учении»,

когда Пробужденный говорит о «я»

он говорит о нем как о «не-я»,

когда он говорит о «Брахмане»

он говорит о нем как о «не-Брахмане»,

когда он говорит о «Гуру»

он говорит как о «не-Гуру»,

когда он говорит об «Освобождении», «Дхарме»,

«рождении» и «смерти»

он говорит как о «не-Освобождении», «не-Дхарме»,

«не-рождении» и «не-смерти».

 

Беспредельное бытие, Брахман, Высшая Самость, пронизывающая все, подобно пространству, вне всякой двойственности, свободна от любых мнений, в том числе и от этого.

Пойми, друг, это прямо сейчас и никогда не спрашивай ни о чем больше!

Пребывай свободным, вне всяких понятий, где бы ты ни был, куда бы ты ни шел, чтобы ты ни делал и чем бы ни был занят.

Будь свободен от иллюзий двойственности, созерцая Брахман как не-Брахман и разорви круг «рождения» и «смерти»!

Каждый читающий, восхваляющий, правильно понимающий, распространяющий эту сутру обретет в этой жизни плод Пробуждения.

Такова «Сутра рычания пробужденного льва», спонтанно возникшая из пространства ума йогина Вишну Дэва.

 

Глава 28

Джняни глазами других людей

«Чтобы не делал человек с чистым спокойным разумом, это будет верным, соответствующим ситуации и никогда не будет неверным.

Среди нас, о, Рама, многие выполняют не хорошие действия, являясь при этом мудрыми и обладающими чистым видением. Некоторые освобожденные живут семейной жизнью, но без привязанностей.

Есть короли, как ты, которые выполняют королевские обязанности без привязанности и волнения.

Есть те, которые следуют писаниям и выполняют ритуалы.

Есть приверженные Богу, медитации, своим обязанностям. Есть те, кто отвернулся от всего внутреннего, но живут как невежественные люди, совершая самые различные действия. Есть те, которые живут в густых лесах, погруженные в медитацию.

Некоторые живут в святых местах, другие скитаются в разных странах, чтобы полностью преодолеть привязанности и отвращения.

Некоторые постоянно путешествуют с места на место. Некоторые оставили свои естественные обязанности, а другие привержены им.

Некоторые ведут себя как мудрые, а некоторые – как безумцы.

Некоторые являются людьми, а некоторые – богами или демонами».

Йога Васиштха, гл. 6.21«История Кундаданты»

Адекватно описать мир, в состоянии джняни для людей обыденного двойственного мира невозможно. Это не возможно так же как капля не может вместить в себя океан, как слепой не может описать краски природы, и как рыбы не могут рассуждать об орлах, летающих в небе.

Людям обыденного мира видно только тело джняни, но не его джняну. Глаза других людей, не являющихся джняни, не могут видеть его сущность, ибо их ум не способен проникнуть в знание которым обладает джняни. Они могут видеть тело, слышать голос, оценивать слова, но все это не имеет никакого значения с точки зрения джняни, поскольку он всем этим не является и пребывает в трансцендентном сознании за пределами тела, слов и речи.

Для джняни его как личности и других нет, а все есть только Брахман. Нет слов, нет мыслей, а значит и оценки на них построенные иллюзорны, подобны разговорам во сне. Джняни есть первозданное причинное состояние бытия (сат), которое осознает само себя (чит), зарождая бесконечные отражения и играя в них, получает безграничное блаженство (ананда).

В нем нет деления на субъект и объект, дживатман и Брахман, Атман и эго, пустоту и проявленность, покой и движение, действие и недеяние, причину и результат. Но, а для других, тех, кто не является джняни, есть только ограниченное, обыденное видение. В обыденном видении джняна невозможна, просветление недопустимо, а само существование джняни и его знания неправдоподобно, подобно выдумке, фантазии, миражу, небылицам. Ибо, признать их существование, значит отменить все обыденное видение сансары, так ценимое людьми, пребывающими в сансаре.

Логика, этика, физика и психология обыденного мира не допускают в нем наличие джняны и джняни – его носителя. Ибо наличие джняны, отменяет их все за ненадобностью, ведь все они не обладают самосуществованием, они есть продукт ума, погруженного в иллюзию, хотя с другой точки зрения, они являются игровыми манифестацией Абсолюта.

Джняни верит в джняну, но и обычные люди тоже верят в иллюзию сансары. Их вера в их иллюзорный мир очень сильна, ибо каков бы ни был объект веры, истинная вера всегда тотальна. Зная это, джняни живет так чтобы не разрушать чужую веру.

Даже если это вера в иллюзию, вера в неведение, джняни уважает ее, ибо, как он считает вера это личный выбор каждого и ее нужно уважать.

Поэтому джняни насколько возможно скрывает свою джняну, чтобы не подвергать сомнению веру тысяч людей, живущих вокруг. Иногда он живет, просто стараясь быть незаметным, иногда он выдает себя за кого-то другого, иногда он распускает смехотворные небылицы, чтобы никто не воспринимал его всерьез и не обращал на него внимания, иногда он играет роль ученого-философа, монаха, учителя, иногда – чудака увлеченного чудесами, мага, шамана, набожного искателя, не нашедшего свой путь, верующего погруженного в духовную традицию, иногда он даже может брать на себя роль псевдо-джняни, искусно маскируя свет своей джняны под маской юродства, внешней набожности, философии или учености. Нет конца играм джняни, которые зависят от времени и обстоятельств, в которых он живет в относительном мире.

Иногда люди обыденного мира, наслушавшись рассказов о джняни, бывают разочарованы, встречая джняни. Ведь они ожидали увидеть нечто необычное, а увидели обычного вежливого философа. Но это потому, что джняни сам этого захотел и принял такую роль. Ибо он знает, что за встречу с джняной и истинным джняни, люди обыденного мира платят непомерной ценой – всеми своими иллюзиями. А кто из людей обычного мира готов по-настоящему отдать свои иллюзии, ради какой-то встречи?

Поэтому джняни ревностно хранит тайну своей джняны, доверяя ее лишь тем, кто прошел испытания временем и верой.

 

песня «Как понять Джняни»

Те, кто рассудочно анализирует слова и высказывания Мастера,

давая им оценку,

Подобны собакам, лающим на свое отражение в зеркале

– они не знают разницы между Мастером и его тенью,

Ведь он запределен

и вне любых ограничивающих слов

и умственных суждений,

А его речи подобны сплетням, игре, эху,

лепету ребенка или безумца.

Это уловка, чтобы заарканить

спящие умы непробужденных учеников.







Не нашли, что искали? Воспользуйтесь поиском:

vikidalka.ru - 2015-2020 год. Все права принадлежат их авторам! Нарушение авторских прав | Нарушение персональных данных