Главная | Случайная
Обратная связь

ТОР 5 статей:

Методические подходы к анализу финансового состояния предприятия

Проблема периодизации русской литературы ХХ века. Краткая характеристика второй половины ХХ века

Ценовые и неценовые факторы

Характеристика шлифовальных кругов и ее маркировка

Служебные части речи. Предлог. Союз. Частицы

КАТЕГОРИИ:






Тематика: Эзотерика/Практическая эзотерика 2 страница




Почему мы веками вступали в кровавые битвы за правоту, правду, Бога и рай? Потому что слова разделяют, а мы часто позволяем им разделять нас. Позволяем сталкивать одного человека с другим в движимой страхом борьбе за власть. Мы называем себя хорошим, а другого человека — плохим.

Представьте себе, что вы неделю провели в Гондурасе, а я никогда там не бывала. Вы возвращаетесь и рассказываете мне о маракуйе, василисках и старших сержантах. Что я пойму из сказанного вами? Начну ли я представлять себе василисков, которых видела в иллюстрированных сборниках сказок, в то время как вы говорили о забавных ящерицах? Воображу ли я вооруженного человека в форме, в то время как вы говорили о рифовых рыбах? Смогу ли по-настоящему узнать, что такое василиск, пока не увижу одного из них живьем или хотя бы на картинке?

Предположим, рассказ о василисках меня так впечатлил, что я позаимствовала некоторые слова, употребляемые вами, прибавила к ним свой личный опыт со сборниками сказок и начала говорить с другими людьми о василисках. Знаю ли я, о чем говорю? Не буду ли просто манипулировать словесными ярлыками, не связанными с моим личным непосредственным опытом?

Когда вы рассказывали о василисках, услышала ли я именно то, что вы хотели сказать? Конечно, нет! Я услышала ваши слова и перевела их с помощью моего личного опыта.

Если бы я поехала в Гондурас и лично повстречала василиска, мой опыт имел бы ту глубину, которой не обладали слова. Возможно, я бы сказала: «О, теперь я понимаю, что такое василиск». Или: «Я не представляла себе, что они бегают на задних ногах». Или: «О Боже! Они совсем не похожи на тех, которых я видела на иллюстрациях к сборнику сказок».

После того как я лично увидела василисков, не примут ли ваши слова другое значение? Не начну ли я лучше понимать их значение? Не будет ли наш опыт встречи с василисками обладать сходными чертами, которые позволят осмысленно разговаривать о василисках?

Я даже склонюсь к тому, чтобы посчитать ваши слова о василисках правдой, хотя вы и не упомянули о том, что василиски бегают на задних ногах. Я стану понимать слова, которые вы использовали для описания василисков, с точки зрения моего собственного опыта.

Будут ли слова, который вы выбрали для описания василисков, единственно верными словами? Конечно, нет! Каждый человек, встречавшийся с василисками, описывает свой опыт по-разному. Какие слова истинны? Все, потому что они точно описывают опыт, или никакие, потому что каждый рассказ — это лишь частичное, неполное описание?

Предположим, что Джон и Мэри оба были в Гондурасе и видели василисков. Я никогда не бывала там. Если бы я просто слушала то, что они говорят о василисках, я могла бы прийти к заключению, что слова Джона правильны, а слова Мэри — нет. Я бы слышала лишь различия в словах и не могла соотнести эти различия с непосредственным опытом встречи с василиском. Я могла бы даже заключить на основании разницы в словах, что и непосредственный опыт был разным.

Что могло послужить причиной моего решения, что слова Джона правдивы? Боюсь ли я Джона? Может быть, Джон был добрее ко мне, чем Мэри? Хочу ли я от Джона чего-то, что Мэри мне дать не может?

Вербальное общение подобно старой игре в испорченный телефон. Первый человек шепчет что-то второму, второй шепчет услышанное третьему. К тому времени, как слова достигают последнего человека в цепочке, они уже полностью искажены.

Если мы поклоняемся словам, то поклоняемся ложным богам. В тот момент, когда слова воспринимаются как истина, а не как символы, попросту указывающие на восприятие человеком определенного опыта, они становятся ложными богами. Например, два человека могут прикоснуться к горячей электрической плите. Один может настаивать, что она обжигающе горячая. Второй может сказать: «не такая уж она и горячая». Каждое утверждение касается индивидуального восприятия каждого из этих людей, а не реальной температуры плиты.

Однако любой из этих людей с легкостью может начать утверждать, что именно его слова являются истинными, потому что таким образом он когнитивно и эмоционально структурировал свое переживание. Они могут даже начать спорить по поводу того, кто из них прав. Противоположные по значению слова могут описывать, и в действительности описывают одно и то же переживание.

Это не означает, что мы не можем использовать слова, чтобы сосредоточить ум и привести свои жизни к гармонии. Именно это и делают разумные религии и развитая духовность. Слова — это просто инструменты, а не цель.

Случается ли, что одни и те же слова могут быть как правдой, так и ложью? В зависимости от того, кто их использует, как, что они означают с точки зрения приобретенного опыта и исходят ли непосредственно из основания бытия, чернильного пятна пережитого, материи, скрытой за формой, Бога, универсальной энергии, то есть того (как бы мы это ни называли), что стоит за человеческими словами и само по себе неописуемо?

Такие слова, как Бог, рай и бесконечность, имеют значение в отношении определенных человеческих переживаний и определенных способов их понимания. Все они представляют собой усилие передать измененное состояние сознания, способ мышления, целый класс внутренних изменений, индивидуальное, ментальное, эмоциональное изменение. Они являются попытками отделить старое человеческое сознание, понимаемое с помощью таких слов, как «дьявол», «ад» и «время», от нового, цельного, творческого и измененного состояния сознания, понимаемого через такие слова, как «Бог», «рай» и «бесконечность».

Каждый из нас подобен горчичному зерну, которому нужны только плодородная почва и заботливый уход, чтобы превратиться в прекрасное растение. Может ли каждый из нас растить это зерно в себе и других, пока мы не станем прекрасными растениями? Все вместе можем ли взрастить человеческий сад любви, терпимости и гармонии? Не это ли называется возвращением в рай?

 

Падение

В начале

земля была бесформенна и пустынна,

и тьма покрывала ее глубины.

И человеческие чувства

отделили свет от тьмы,

и человеческий ум создал слова

«свет» и «тьма»,

и человек решил,

что свет есть добро,

а тьма есть зло.

Человек увидел искры маков

и создал красный цвет.

Он почувствовал тепло солнца

и создал безопасность и комфорт.

Он пережил тоску смерти

и создал горе.

Он пережил боль и создал дьявола.

Он пережил безмятежность

и создал Бога.

И человек пришел в восхищение от своих творений,

превращая их в моральные догмы.

Боль была плоха, а безмятежность хороша.

Дьявол был злом и Бог был добром.

Человек выдавал себя за Бога,

провозглашая, что его слово создало истину,

и слово другого — заблуждение.

Каждый человек создал свое древо познания

добра и зла,

и каждый верил, что его древо познания было

Древом познания,

применимым ко всем.

Один человек освободился

от созданных его братьями слов-идолов,

среди которых он был рожден,

и возвратился к переживаниям,

из которых они возникли.

Те, кто все еще поклонялись словам-идолам,

называли его«святым», «спасителем» или «дьяволом».

Высвободившись из словесных оков,

связывавших человечность,

он вернулся к переживанию,

из которого все возникло.

Свободный переживать красоту маков.

Свободный переживать тепло солнца.

Свободный переживать боль и радость человеческого существования.

Свободный с помощью ума создать

образ своего Творца.

Глядя на мир

незамутненным взором,

он создал новые словесные формы,

озаренные честностью.

Человеческие слова.

Неповторимые слова.

Уникальные слова.

Чистые слова.

Люди, все еще поклонявшиеся ложным божествам,

механически повторяли чистые слова,

превращая и их в ложные идолы.

В устах идолопоклонников

чистые слова превратились в богохульство.

В устах идолопоклонников

чистые слова превратились в инструменты контроля.

В устах идолопоклонников

чистые слова приобрели смысл, противоположный

тому, что в них вкладывали спасители и святые.

В устах идолопоклонников

чистые слова стали кандалами, опутывающими человечество,

вместо того, чтобы его освобождать.

От автора: Если язык — это инструмент ума, то как можно использовать разделяющий язык для объединения? Как можно достигнуть целостности через разделение?

Таким образом, уместно упомянуть

о вместилище слов. Они по своей сути являются

одним из основных инструментов волшебника:

тем, что перекидывает мосты

от нереального к нереальному,

создавая в ходе этого процесса реальность.

Как стрелы, пропитанные ядом, или мягкая ткань, смоченная в целительном бальзаме

и возложенная на лоб, они передают систему смыслов. Однако мы часто воспринимаем их, да и многое другое, как данность, и не видим их глубинной магии.

В них заключен тот смысл,

когда самый могущественный кристалл становится простым камнем. И, подобно юному ученику волшебника, мы часто впустую растрачиваем слова,

не осознавая последствий,

которые легко могут выйти из-под контроля.

Именно из слов развивается реальность

и с помощью слов она облекается в форму и изменяется.

Джо Малоун

 

Часть III

 

 

Хайку

Пики, которые мы называем знанием,

безжалостно умерщвляют нашу

способность к творчеству.

 

Невежество и знание

Как мы можем узнать?

Понимание собственного невежества —первый шаг к настоящему знанию.

Сократ

Повар, художник и физик смотрели на одну и ту же прямоугольную поверхность. Повар видел стол, на котором он мог резать лук, петрушку и морковь. Художник видел последовательность цветов, которую он мог бы перенести на холст. Физик видел электроны, протоны и нейтроны, вращающиеся в пространстве. Кто из них обладал знанием? Кто был невежественен? Кто был прав? Кто ошибался?

Если мы хотим получить миску восхитительного овощного супа на обед, то, пожалуй, можем сказать, что повар знает, что представляет собой прямоугольная поверхность — место, чтобы резать овощи. Ясно, что ни последовательность цветов, ни атомы, вращающиеся в пространстве, не грозят нам миской супа.

Если мы хотим, чтобы прелестная картина украшала стену нашей гостиной, то обращаемся к художнику, видящему в ней последовательность цветов, которые могут быть перенесены на холст. Нарезанные лук, петрушка и морковь, как и вращающиеся электроны, протоны и нейтроны, не подарят нам рисунок.

Если повар, художник и физик сходятся на том, что прямоугольная поверхность называется «столом» или une table или une mesa , то можем ли мы сказать, что они знают, что собой представляет эта прямо­угольная поверхность? Если все европейцы в XIV веке соглашались, что Земля плоская, то можем ли мы сказать, что они знали, что Земля плоская? Можем ли мы сказать, что Земля в действительности плоская? Я так не думаю.

Так что же такое знание? Что такое незнание? Можем ли мы сказать что-либо со стопроцентной уверенностью?

Сенсорная информация и есть сенсорная информация. Мы постоянно разбиваем ее на слова, и делаем это по-разному — так же как повар, художник и физик.

Человеческий ум творчески отделяет одну часть сенсорной информации от другой; запоминает, анализирует, разделяет, структурирует и переструктурирует ее, чтобы создать схемы, в которых личности было бы удобно находиться. Можно ли с помощью взаимного уважения создать удобные схемы, которые все согласились бы называть знанием, пусть даже для ограниченного числа целей? Это ли ученые подразумевают под гипотезой и теорией?

 

Сцилла и Харибда

Опутанная паутиной несовершенства,

тишина препятствует моей цели;

речь искажает.

Абсурд и глупость моя речь,

однако говорить я должна.

У меня нет ответов,

только осознание.

Вопросы

«Не существует неправильных вопросов», — он сказал

с уверенностью в голосе.

«Есть только неправильные ответы».

Возможно

Но

Если я задаю бессмысленные вопросы,

могу ли я ожидать осмысленного ответа?

Если я задаю расплывчатый вопрос,

могу ли ожидать ясного ответа?

Не являются ли вопрос и ответ

следствиями одной и той же идеи?

А правильный ответ

не заключен ли в правильном вопросе?

 

Ложь и истина

Как сложить мозаику

Разделение и дробление заключено в словах;

Но тишина благородна до самого конца.

Элджернон Чарлз Суинберн

Мы берем внешнюю реальность, делим ее на части и называем их с помощью слов. Мы видим то, что хотим увидеть, и делим увиденное на части так, чтобы защитить себя.

Затем мы привязываемся к словам и спорим с людьми, чьи мнения отличаются от наших, или с теми, кто структурирует реальность не так, как мы. Иногда мы даже злимся, так как другие люди не соглашаются с нашим мнением.

Мы все верим в иллюзии — словесные иллюзии. Я называю их словесными скульптурами. Необходимо верить во что-то, но раз так, то почему не выбрать, во что верить, осознанно, вместо того, чтобы делать это рефлекторно?

Ваши слова всегда являются правдой для вас, потому что именно таким образом вы структурируете реальность. Сколькими разными способами вы можете структурировать реальность? Какие из них нравятся больше всего?

Ваши слова могут не быть правдой для других, определяющих реальность способом, отличным от вашего. Если вы действительно хотите взаимодействовать, убедитесь в том, что вы знаете, что имеет в виду Джон, когда говорит о побережье. Говорит ли он об Уайкики или об Атлантик-Сити? Между ними существует огромная разница. Если он говорит о Уайкики, а вы думаете об Атлантик-Сити, вероятнее всего вы не услышите того, что он говорит.

Убедитесь в том, что точно определились с тем, что хотите сказать прежде, чем начнете говорить. Какой способ определения реальности с наибольшей вероятностью принесет желанные результаты? Вы хотите сказать: «Ты отвратительный неряха. Я ненавижу тебя». Или хотите сказать: «Я люблю тебя, но мне не нравится, когда ты разбрасываешь свое нижнее белье по полу. Собери его, пожалуйста». Вы хотите завершить ваши отношения или вы хотите, чтобы нижнее белье исчезло с пола?

Эта книга представляет собой иллюзию. Она написана с помощью искусства слова — моих собственных способов определения реальности. Вам либо понравятся слова, выбранные мной, либо нет. Если вам не нравятся мои слова, изваяйте собственные. Скорее всего, они будут служить лучше, чем заимствованные. Существует только одно правило: используйте слова так, чтобы они шли на пользу вам, другим и планете, а не наносили вред.

Джон и Джоана собирают мозаику. Они отделили те кусочки, которые располагаются по краям, и методом проб и ошибок составили из них прямоугольник. Затем начали сортировать оставшиеся кусочки по цвету: синие сюда, красные туда, желтые — опять туда. Работая с маленькими кусочками, они начинают складывать большие, куда укладываются все части мозаики. Мозаика закончена, все части находятся на своем месте, все подходят друг к другу как составляющие одного целого.

Могут ли Джон и Джоана сказать, что закончили составлять мозаику и сделали все правильно? Могут ли они сказать, что у них есть ответ? Они точно понимают, как собирать эту мозаику. Они могут сделать это снова. Они могут научить других делать это. Другие люди могут попытаться самостоятельно собрать мозаику и прийти к аналогичным результатам.

Хотя Джон и Джоана знают, как собрать мозаику, знают ли они о чем-нибудь, находящимся за границами этой мозаики?

Нет. Они собрали одну мозаику, с которой работали — устанавливая внутренние взаимосвязи до тех пор, пока мозаика не была собрана.

Существует Мозаика Человеческой Истины, которая может собираться разными людьми, так же как и обычная мозаика — картинка. На протяжении веков многие сделали это: Иисус, Будда, Лао-цзы, Сократ, Платон, Мухаммед, Мартин Лютер Кинг, Махатма Ганди, Герман Гессе, Халил Джебран, Фридрих Вильгельм Ницше, Уильям Шекспир, Пабло Пикассо, Уолт Уитмен, Эрнст Холмс и другие. Мы «знаем», мы также часть Мозаики Человеческой Истины, потому что существует связь между нашими мыслями, словами, чувствами и действиями и мыслями, словами, чувствами и действиями тех, кто ушел прежде нас. Все части мозаики складываются.

Однако научить других складывать мозаику сложно даже для самого творческого мастера, так как три переменные, участвующие в процессе сбора мозаики — это человеческое восприятие, слова и ум.

Как использовать разделяющие анализирующие слова, чтобы составить целостное переживание и точку зрения? Как может человек выразить значение, когда отдельное слово значит нечто разное для каждого ума, который воспринимает его?

Какие инструменты использовали мастера, чтобы передать свои знания о том, как складывается Мозаика Человеческой Истины, и как эта мудрость может быть использована для того, чтобы служить всякому человеку на планете?

Большинство использовали какую-либо форму искусства слова:

поэзия (Халил Джебран);

притчи (Иисус);

вопросы (Сократ);

новеллы (Герман Гессе);

заповеди (Моисей).

Некоторые использовали тишину или медитацию (буддийские монахи), другие применяли странные виды изменяющих сознание головоломок (дзен-буддийские монахи).

Когда мы пытаемся выйти за границы Мозаики Человеческой Истины, мы не можем знать. Мы просто должны доверять. Это называется «прыжок веры». Мы «прыгаем» за пределы линейного мышления, разделяющего языка и страха неизведанного, чтобы освободить нашу способность к творчеству.

Мы все способны сложить Мозаику Человеческой Истины, но это не просто. Кто захочет пристально вглядываться в собственные мысли, эмоции и действия? Кто желает изучить эмоциональные глубины собственного ужаса, для того, чтобы пройти через этот ад к психологическому раю на другой стороне? «Узок путь, ведущий в жизнь, и немногие находят его» (Матфей 7:14).

Слова могут указывать на Истину, но слова — это не Истина. Мозаика Человеческой Истины может быть лишь прочувствована — как синтез, мир, гармония и единение. Как только мы придумываем название для Истины, ум выступает вперед и противопоставляет Истину — Лжи. Таким образом, человеческий ум создал двойственность, которую рассеивает опыт слияния.

По аналогии с собранной Мозаикой Человеческой Истины существуют словесные скульптуры, которые по сути могут считаться отражением того, что было названо Истиной, и другие словесные конструкции, которые могут быть отнесены к искажениям того, что было названо Истиной. Словесные скульптуры, отражающие то, что было названо Правдой, тщательно отобраны, чтобы развивать каждого человека и максимально увеличить гармонию на этой планете. Они способствуют оптимальному взаимодействию активных уникальных человеческих существ. Они возникают из сознательного понимания того, как действуют слова, как работает наш ум и какие альтернативы нам доступны.

Существует карта человечества, которая может быть постигнута. Существует Мозаика Человеческой Истины, которая может составляться снова и снова, каждый раз новым человеком. Это нельзя описать словами. Это можно только пережить.

Постижение Мозаики Человеческой Истины невозможно без погружения в себя. Оно требует понимания своего ума, эмоций и сознания. Тщательное изучение собственного сознания — пугающий и подавляющий процесс. Кто захочет предпринять такое путешествие?

Составление Мозаики Человеческой Истины требует осознанного понимания отношений между переживаниями и словами, которые мы используем, чтобы структурировать их: знание/невежество, черное/белое, истинное/ложное. Один уровень сознательного понимания выбирает слова, которые создают гармонию вместо противоречий. Это единственный доступный выбор для сознания, погрузившегося в изучение своих темных пещер. Любая альтернатива гораздо более деструктивна и ужасна.

Другой уровень сознательного понимания — понимание и нахождение контакта с основной энергией и динамикой со словами. Слова, произносимые тем, кто обладает сознательным пониманием, будут правдой. Слова, произнесенные тем, кто не обладает сознательным пониманием, будут ложью — механическим повторением чьих-то слов, когда у говорящего нет личного, пережитого понимания.

Не существует лингвистической правды кроме той, которую создали люди, согласившись считать ее таковой. Не существует знания кроме того, которое все люди договорились считать знанием. Не существует ни правильного, ни неправильного, кроме тех концепций правильного и неправильного, которые были созданы человеком.

Возможно ли, чтобы Бог существовал вне границ Мозаики Человеческой Истины? Если все, что может знать человек — это непрерывный поток сенсорных данных и структура, которую его ум придал этим сенсорным данным, он никогда не сможет точно узнать — существует ли Бог на самом деле. Он может верить. Если выбором будет — верить, то лишь потому, что это приносит мир и гармонию ему и окружающим.

На протяжении человеческой истории существовало множество людей, погрузившихся в глубины личного ада и родившихся заново в переживании постоянного осознавания потока сенсорных данных и того, как их ум созидательно структурирует эти данные. Многие называли уход от двойственности слов спасением, или разрывом иллюзорной завесы, или трансформацией, а человеческое сознание «раем» или «нирваной». Все они чувствовали некую связь с Энергией, далеко превосходящей их собственную, Энергией, которую называют Богом. Многие из тех человеческих существ, оглядываясь назад в то время, когда еще не обладали достаточной осознанностью и были пленниками жестких рамок языка и страха, называли свое прежнее эмоциональное состояние «адом». Могут ли слова «Бог» и «дьявол» обладать переживаемым значением внутри границ Мозаики Человеческой Истины, внутри человеческого опыта и внутри определения этого опыта, производимого умом, так же, как это происходит со словами «синий» и «океан»? Не правда ли, что нет ничего удивительного в том, что мистики не могут описать свое переживание Бога? Не правда ли, что нет ничего удивительного в том, что описания человеческого опыта того, что было названо Богом, включают такие слова, как «всеведущий», «всемогущий» и «вездесущий», в то же время «смиряющий» и «ужасающий»? Этот опыт содержит в себе все оттенки, все возможности.

 

Трехстишия хайку

(«Если»)

Мысль начинается с предположения.

Как же тогда человек может считать мысль

универсальной истиной?

Мысль начинается с предположения.

Не является ли мысль ничем иным как творчеством,

подобным Божественному?

Нормы

Человеческие нормы того, что хорошо, а что плохо

Провоцируют ожесточенные бои

в суде

на поле брани

улице

дома

наполняя

суд

поле брани

улицу

дом

напряжением

страхом

гневом

разочарованием

У Бога нет норм хорошего и плохого

Бог лишь избавляет от

напряжения

страха

гнева

разочарования

чтобы освободить

любовь

принятие

уважение

творчество

Полезные (но не единственно верные) правила

Надо:

1. Доверять себе.

2. Познавать себя.

3. Быть честным с собой.

4. Спрашивать себя:

Что я думаю?

Что я чувствую?

Чего я хочу?

Каковы доступные альтернативы?

5. Любить себя.

6. Делать все, что хочется, до тех пор, пока это никому не вредит, включая вас самих.

7. Самостоятельно принимать решения.

8. Заботиться о себе.

9. Разделять себя с другими.

10. Выказывать расположение.

Не надо:

1. Зацикливаться на других.

2. Зацикливаться на теориях или догмах.

3. Причинять вред другим.

4. Судить других.

5. Контролировать других.

 

Хорошее и плохое(правильное и неправильное)

Изменение назначениядисфункциональных слов

Нет закона более святого для меня, чем закон моей природы. Хорошее и плохое есть не что иное как названия, с легкостью применяемые ко всему. Единственно верно то, что находится в соответствии с моей волей; единственно ложно то, что против нее.

Ральф Уолдо Эмерсон

Мне не нравятся слова «хорошее» и «плохое». Они отдают осуждением. Почему бы вместо них не использовать слова «функциональное» и «дисфункциональное»?

Предположим, вы купили новенький BMW. Колеса накачаны точно до тридцати двух фунтов. Сиденья находятся именно в том положении, которое подходит для долгой комфортабельной поездки. Аккумулятор подсоединен к стартеру, распределительной панели и генератору тока, так что двигатель начинает работать с поворотом ключа. Бензобак наполнен качественным бензином, и машина едет.

Теперь представим, что вы купили тот же самый BMW, но колеса накачаны только на двадцать фунтов. Ничего не происходит, когда вы нажимаете на рычаг, чтобы изменить положение сиденья. Когда вы сидите на месте водителя, вам тесно, и вы недостаточно хорошо видите дорогу, так как находитесь слишком низко. Кто-то забыл присоединить провода аккумулятора к стартеру. Когда вы поворачиваете ключ, ничего не происходит. Бензобак пуст. Машина не движется. Она не может выполнить свою непосредственную функцию и доставить вас из дома в офис.

Скажем ли мы, что первая машина хорошая, а вторая — плохая? Мы сказали бы, что первая машина работает и функциональна, а вторая — не работает и дисфункциональна.

Более того, первая машина функциональна только для определенной цели, заключающейся в перемещении нас из одного места в другое. Если бы нам нужно было разбить красивый сад, обе машины были бы дисфункциональны.

Вы и я подобны этим двум машинам.

Мы можем пить чистую, фильтрованную воду. Мы можем есть свежие, экологически чистые фрукты и овощи. Мы можем проходить пару километров каждый день. Мы можем обращать внимание на то, что нам необходимо изменить в себе, а не на то, что должны изменить другие. Мы не становимся хорошими из-за того, что делаем это. Мы просто становимся более функциональными.

Мы можем пить хлорированную воду из-под крана или газировку, кушать пропитанные пестицидами фрукты и овощи, часами смотреть телевизор. Спать на неровном матрасе под одеялами, которые или слишком теплые, или слишком холодные, обращать внимание на то, что должны изменить в себе другие, вместо того, чтобы смотреть, что нам следовало бы изменить в нас. И мы не становимся плохими из-за того, что делаем это. Мы просто менее функциональны.

Вы хотите быть более функциональными или менее функциональными?

Для того чтобы весь BMW был функциональным, каждая его часть обязана быть функциональной. Аккумулятор — работать. Стартер — тоже. В бензобаке нужен бензин. Сиденья должны находиться на определенной высоте. Но кроме этого, все части — гармонично работать вместе. При согласованной работе всех частей это отличная машина, которая делает именно то, чего мы хотим.

Вы и я похожи на эту машину. Наше сердце, легкие, суставы и мышцы и, прежде всего, наш ум должны действовать. Когда все эти части гармонично работают, они порождают энергичного, радостного, позитивного, эффективного индивидуума.

А что же насчет всего общества?

Представьте, что вы заботитесь о себе, а я — нет. Вы счастливы, энергичны и функциональны. Я грустна, апатична и нефункциональна. Вы предлагаете мне чистую воду, а я бросаю в ответ, что предпочитаю газировку. Вы предлагаете мне натуральное яблоко, а я говорю, что мне больше нравится картофель «фри». Я начинаю злиться на попытки контролировать меня и предлагаю оставить меня в покое. Вы чувствуете обиду, так как просто пытались помочь со всем уважением к моему праву делать выбор. Как вы поступите? Оставите ли меня, проводя со мной меньше времени, и будете искать других отношений? Потеряю ли я друга?




Не нашли, что искали? Воспользуйтесь поиском:

vikidalka.ru - 2015-2019 год. Все права принадлежат их авторам! Нарушение авторских прав | Нарушение персональных данных