Главная | Случайная
Обратная связь

ТОР 5 статей:

Методические подходы к анализу финансового состояния предприятия

Проблема периодизации русской литературы ХХ века. Краткая характеристика второй половины ХХ века

Ценовые и неценовые факторы

Характеристика шлифовальных кругов и ее маркировка

Служебные части речи. Предлог. Союз. Частицы

КАТЕГОРИИ:






Обряды и праздники в буддизме.




Обрядовая сторона буддизма многообразна, в его многочисленных школах и направлениях акцент делается на различных элементах буддийского культа. Собственно культовая практика, обязательная для всех верующих, в буддизме не получила такой детализации и регулярности, как в других религиях. Точнее говоря, практика монашеской аскезы в буддизме как бы вытесняет богослужение и нацеливает монаха на непосредственный контакт со сверхъ­естественным. С другой стороны, религиозный культ мирских последователей буддизма настолько размыт и гармонически слит с более ранними религиозно-культовыми наслоениями, особенно ин­дуистскими, что теряет другие важнейшие свойства культа – детализированность, устойчивость. Правда, степень регулярности будди­стского культа очень зависит от Сангхи: в тех странах и регионах, где Сангха многочисленна и влиятельна, культ упорядочен; там, где Сангха слаба, в культе весьма заметными становятся небуддийские религиозные компоненты.

Религиозная жизнь верующих сводится к посещению «святых» мест – рождения, просветления, смерти Будды, ступ с какой-нибудь реликвией или местного храма. Показательно, что большинство буд­дистских храмов посвящено общеиндуистским или местным боже­ствам, к которым иногда приобщаются исторические персонажи (в Монголии, например, поклоняются Чингиз-хану). Центральное мес­то в буддистских святилищах, как правило, занимает многометровая статуя Будды из дерева, камня, благородных металлов с инкрустаци­ями из драгоценных камней. Чаще всего Будда изображается в позе лотоса, хотя известно более 40 его излюбленных поз, каждая из кото­рых несет в себе понятный только верующему человеку глубинный религиозный смысл.

Самые распространенные религиозные обряды буддизма – поклонение и приношение. Когда буддисты входят в храм или в помеще­ние, где есть статуя Будды, они могут приблизиться к ней, встать на колени и трижды поклониться, касаясь лбом земли, что символизирует буддийские «три сокровища». Как правило, подношения статуе Будды делают троякого рода – в виде свеч, которые символизируют свет учения во тьме человеческого невежества, цветов, ука­зывающих на изменчивость мира, и ароматов, которые олицетворя­ют распространение учения. Но вполне допускается просто поставить перед статуей еду, которая символизирует милосердие.

Торжественные службы осуществляют по традиционному лунному календарю ежемесячно в дни ново- и полнолуния. Верующие при­ходят на эти богослужения с подношениями Будде и подарками для монахов. В эти дни они очень часто также принимают особые обе­ты – определенный промежуток времени вести более аскетическую жизнь (воздерживаться от потребления мяса, отказаться от украше­ний и развлечений, половой жизни и т. д.).

Культовая практика мирских последователей тибетского буддизма, получившего распространение в нашей стране, отличается определенным своеобразием. Она подразумевает участие мирян в обычных ежедневных и торжественных богослужениях в монастырях и ежегодных крупных праздниках (больших хуралах), ус­траиваемых там же. Любой монастырь (дацан, хурал) представляет собой сложный архи­тектурный комплекс из культовых, хозяйственных, учебных пост­роек, обнесенный побеленной оградой. В некоторых монастырях проживало временами по 6, 8 и даже 10 тысяч монахов. Вдоль монас­тырской ограды стоят так называемые молитвенные колеса (хурдэ), представляющие собой заполненные томами священной литературы цилиндры, насажанные на вертикальную ось. Для совершения молитвы неграмотные верующие активно используют их. Один механический поворот цилиндра равноценен прочтению всех заложенных в нем молитв.

Внутри любой ламаистский храм заполнен, или даже, переполнен картинами и скульптурами религиозного содержания. Перед изоб­ражениями божеств находится обтянутый материей жертвенный стол со священными обрядовыми предметами. Для лам отводится отдель­ный помост, расположенный между рядами поддерживающих кры­шу колонн. Во время совершения ежедневных богослужений (часто дважды или трижды в день) на нем на шелковых подушках (чем выше ранг ламы, тем выше у него помост и тем больше под ним подушек) восседают ламы, читающие текст розданной им постранично книги. Все ламы читают свои страницы одновременно. Иногда, прерывая чтение, ламы начинают петь, сопровождая религиозные гимны зву­ками различных ритуальных инструментов.

Верующие-миряне, как правило, на богослужениях не присутству­ют. Они ожидают около храма окончания молебствования, чтобы положить земные поклоны перед изображениями божеств и оставить им скромные подношения.

Особый пласт буддийского культа включает в себя соблюдение этических заповедей, ежедневные жертвоприношения перед домаш­ним алтарем, проведение ритуальных гаданий по разным житейским поводам, совершение обрядов жизненного цикла, особенно похорон. Особенно ответственны обряды, сопровождающие смерть и погре­бение, так как их несоблюдение даже в отдельных деталях неизбеж­но повлечет за собой новые смерти в семье. Они основаны на учении о бардо, промежуточном положении между перевоплощениями. Осо­бенно важно для будущей жизни состояние, в котором в течение 49 дней после смерти находится «ла» – своего рода жизненная сила умер­шего. Ла святых после смерти по пятицветной радуге уходит на небо. Ла простых мирян должен вывести из тела монах–лама. Обычно при­глашенный для этой цели монах садится у изголовья умершего и читает ему «Книгу Мертвых» (Бардо Тходол), в которой подробно описываются скитания души в промежутках между новыми реинкар­нациями. Далее лама обязан с помощью особых ритуалов вывести душу из тела, а затем направить ее в рай.

Буддийские праздники отмечаются по лунному календарю и не так многочисленны, как в других религиях. Все дело в том, что три наиболее знаменательных события в жизни Будды – рождение, просветление и погружение в нирвану – произошли в один день майского полнолуния. Этот день и считается главным праздником в буддизме, и отмечается он в апреле-мае гран­диозными карнавальными шествиями, суточными чтениями священ­ных текстов, посвященных жизни и перерождениям Будды. В феврале-марте отмечается праздник открытия Буддой основных принципов своего учения людям. В июне-июле, происходит праздник, который знаменует начало периода дождей в Индии. По преданию, Будда поднялся в своем медитативном созерцании на седьмое небо и про­поведовал там свое учение богам и своей матери, получившей вслед­ствие преждевременной кончины благоприятное перерождение. По­этому считается, что монахи, которым запрещено в этот день оставлять стены монастыря, стремятся повторить духовный подвиг Будды. Именно сезон дождей считается особенно благоприятным для принятия временных монашеских обетов. В эти дни монахи получа­ют особенно много даров, им также выдается одежда, которой они будут пользоваться в течение всего следующего года. Собственно го­воря, ткань монашеская община подбирает предварительно, а потом за сутки из нее нужно сшить монашескую одежду. Готовый наряд отдается мирянам, чтобы они имели еще один случай сделать подно­шение монахам. Такая усложненная церемония должна побуждать монахов подавать своим мирским последователям духовный пример, а их мирских последователей – демонстрировать свое милосердие.

Окончание сезона дождей отмечается в октябре-ноябре пышными процессиями вокруг пагод (ступ) с чтением сутр, что знаменует успешное возвращение Будды на Землю. Во многих буддийских странах распространен обычай снимать статуи Будды с пьедестала и возить их по улицам. Улицы, дома, монастыри, ступы, священные деревья иллюминируются масляными лампами, свечами и цветными электрическими лампочками, что символизирует привнесенное в мир просветление.

В регионах распространения буддизма тибетского толка празднуется день рождения Цзонкхапы, основателя школы гелуг-па. Существует еще значительное количество праздников и обрядов, которые отмечаются в буддийских странах и имеют в каждой из них традиционный оттенок.

Буддизм в России

Первые свидетельства о существовании буддизма на территории современной России относятся к VIII веку н. э. и связаны с государством Бохай, которое в 698-926 гг. занимало часть сегодняшних Приморья и Приамурья. Бохайцы, чья культура испытывала большое влияние соседних Китая, Кореи и Маньчжурии, исповедовали буддизм одного из направлений махаяны.

В составе же Российского государства буддизм начинает распространяться около четырехсот лет назад. Традиционными районами, где исповедуется буддизм, являются Бурятия, Тыва, Калмыкия, Читинская и Иркутская области, а народы, принадлежащие буддизму калмыки, буряты, тувинцы.

Калмыки – единственный народ в Европе, исповедующий буддизм. Исторически калмыки – западная ветвь монгольского этноса ойратов (джунгар), населявших северо-запад современного Китая. В конце XVI века вследствие истощения пастбищ и военного давления Китая часть ойратов переселилась в южно-сибирские степи и получила наименование калмыков («калмак» – отделившийся). Продвигаясь на запад, они начали торговать с русскими. В 1608 году послы калмыков были приняты в Москве Василием Шуйским и получили право кочевать на незаселенных окраинах Российского государства. В 60-70-х годах XVII века создано Калмыцкое ханство, располагавшееся в нижнем течении Яика и Волги, вошло в состав России на условии службы «белому царю» – государю московскому.

В этот же период происходит массовое распространение буддизма среди калмыков, которые познакомились с ним еще в XIII веке. Калмыцкие тайши (князья) посвящают одного из своих сыновей в ламы (монахи). В 1640 году в местности Тарбагатай (Северный Казахстан) состоялся съезд, на котором был принят общеойратский свод законов – «Великое уложение», согласно которому буддизм школы гелуг стал государственной религией во всех ойратских улусах. Был начат перевод на калмыцкий язык буддийской литературы, определен правовой статус буддийского духовенства и монастырей (хурулов). Волжские калмыки длительное время имели только молитвенные кибитки – сюмэ, которых к концу XVII века насчитывалось 11. Сохранялась духовная связь с Тибетом; Далай-ламы утверждали власть хана.

Российское руководство не препятствовало исповеданию буддизма, но поощряло переход в православие, в частности освобождая от налогов и зависимости буддийским феодалам. В 1724 году крещение принял хан Баксадай Доржи (Петр Тайшин), получивший от Петра I в подарок походную церковь. В 1737 году указом Анны Иоановны на имя княгини Анны Тайшиной (вдовы Петра Тайшина) создавался город для поселения крещенных калмыков, названный Ставрополь-на-Волге. Но, не смотря на предпринимаемые правительством меры, большинство калмыков неохотно меняли веру и образ жизни, оставаясь буддистами и кочевниками.

Во второй половине XVIII века российское правительство стало ограничивать самостоятельность Калмыцкого ханства, а в 1771 году ликвидировало его. После этого три четверти калмыцкого населения во главе с ханом Убаши решили вернуться назад в Джунгарию, но значительная часть погибла в пути. В России осталось около пятидесяти тысяч калмыков. Ханская власть была упразднена, как и власть единого духовного лидера, назначаемого Далай-ламой. Вместо него в каждом калмыцком улусе избрали своего верховного ламу. Но в 1803 году русское правительство утвердило «Ламу калмыцкого народа» – духовного главу всех астраханских калмыков с резиденцией вблизи Астрахани и жалованием из казны. Избирал на эту должность из представленных кандидатов Астраханский генерал–губернатор, а утверждал Сенат. В ведении ламы находились все вопросы духовной жизни и частично гражданские, касающиеся семейных отношений. На рубеже XVIII–XIX веков появляются стационарные хурулы. К 30-м годам XIX века количество хурулов в Калмыцкой степи достигло 105, а число лам – около 5 тысяч. В 1836 году российское правительство ограничило количество хурулов и штат калмыцкого духовенства, получающего средства содержания из казны, до 76 хурулов и 2650 лам. Не вошедшие в штат монахи могли продолжать существование, но без привилегий и содержания.

В связи с уходом большинства населения калмыков в Джунгарию и разрывом связей с духовными центрами Монголии и Тибета уже с конца XVIII века стали появляться признаки трансформации религиозной жизни. Наряду с централизацией духовной власти и увеличении численности монахов, осознанное восприятие основ буддийской веры сменялось обрядоверием и суевериями. Оформляются и специфические черты традиционного калмыцкого буддизма: тесная связь монастырей и духовенства с родовыми общинами (хурулы, как правило, были «закреплены» за конкретными родами); наличие у калмыков не только представителей школы гелуг-па, но и других традиций.

Буряты – наиболее многочисленный российский этнос, исторически исповедующий буддизм. В Бурятии, как и повсюду, буддийский культ вступал во взаимодействие с традиционными культовыми системами, трансформируясь под воздействием местных архаических верований: почитания духов земли, гор, рек и деревьев, культа святых мест. Бурятский этнос оформляется в XVII-XVIII веках на базе северной ветви восточных монголов, после их вхождения в состав Российского государства. К этому же периоду относится активное распространение буддизма среди бурят. Но российское правительство, принимая бурят в свое подданство, обязалось их «в православную веру не принуждать», хотя добровольная христианизация поощрялась. В итоге, часть бурят сохраняют верность традиционному шаманизму, часть принимают буддизм и православие.

Связи бурят с монгольскими и тибетскими буддистами в этот период были особенно сильными. В 1712 году, спасаясь от маньчжурской оккупации, в поселения селенгийских бурят прибыло сто монгольских и пятьдесят тибетских лам. Духовным главой бурятские ламы считали высшего буддийского иерарха Монголии Джебцзун-дамба-хутухту, находившегося в городе Урге (современный Улан-Батор), который производил посвящение в ламы и утверждал иерархические звания, но при этом находился под контролем китайского правительства, отношения с которым порой оказывались напряженными. С подписанием в 1727 году Кяхтинского договора, который провел демаркацию российско-китайской границы, российские власти принимают к недопущению монгольских лам на территорию России. Этим решением было положено начало автономной бурятской буддийской организации, но так как соблюдался данный запрет не очень строго, и постоянные связи бурятского буддизма с духовными центрами Монголии и Тибета сохранялись.

Решив оформить буддизм юридически, Российское правительство в 1741 году издало распоряжение, в соответствии с которым в Забайкалье были приведены к присяге сто пятьдесят лам одиннадцати передвижных дацанов. В этом же году указом императрицы Елизаветы «ламайское вероисповедание» было признано в Российской империи официально. Ламы освобождались от уплаты налогов и получали право проповедовать буддизм «кочующим инородцам», бурятам и эвенкам. В середине XVIII века в Забайкалье вместо передвижных дацанов-юрт стали строить стационарные, деревянные. Центром забайкальского буддизма до 1809 года являлся Цонгольский дацан, а затем Гусиноозерский. В 1764 году его настоятель Дамба Доржи Заяев получил от российского правительства звание «Главного Бандидо-хамбо-ламы («ученый настоятель») всех буддистов, обитающих на южной стороне Байкала». Таким образом, на рубеже XVIII – XIX веков буддисты в России (калмыки и буряты) по инициативе правительства получают самостоятельную организацию, финансовую и политическую поддержку духовенства. Буддизм в России получает статус «дозволенной» религии, наряду с протестантизмом, католицизмом, исламом, предполагающий возможность проповеди в определенной этноконфессиональной среде. Буддийское духовенство, в ответ на подобное положение объявляет всех российских самодержцев – «белых царей», начиная с императрицы Екатерины II, земным воплощением милосердной богини Цаган-Дара-эхэ («Белой Тары»). В 1796 году в Забайкалье насчитывалось 16 дацанов и 700 лам. К середине XIX века их количество достигало 34, а численность лам – пяти с половиной тысяч. В среднем один лама приходился на 20 тыс. человек, но в некоторых родовых общинах соотношение монахов к мужскому населению было один к двум, и такие ламы мало отличались по образу жизни от остального населения. Быстрый рост числа лам – это, прежде всего, результат обычая, в соответствии с которым в бурятских семьях посвящали в ламы одного из сыновей. Но у российских властей такая ситуация вызывала тревогу, так как она приводила к сокращению налоговых поступлений. В 1853 году было принято решение уменьшить количество дацанов и число лам. «Положение о ламайском духовенстве Восточной Сибири» предусматривало штатное расписание на 34 дацана и 285 лам, получающих земельное и денежное содержание (500 десятин – на Бандидо-хамбо-ламу; 30–60 десятин (в зависимости от степени посвящения) – на ламу; 15 десятин – на ученика). Ламы, не вошедшие в штат, должны были вернуться в свои селения. Создание новых дацанов запрещалось, а строительство новых храмов («кумирен») разрешалось только с разрешения генерал-губернатора. Но, несмотря на данное предписание, число дацанов и лам все же увеличивалось.

Третий народ на территории России, традиционно исповедующий буддизм – тувинцы. Это единственный тюркоязычный этнос, хотя и сильно монголизированный, который принял древнейшую мировую религию. Первые буддийские миссионеры появились в Саянах в первые века нашей эры, что, в частности, подтверждают наскальные рисунки на территории современной Хакасии. Затем, в VI в. буддизм начинает принимать элита тюркского общества. Однако широкое проникновение буддизма на эти территории было связано с властью монголов, принявших тибетский буддизм (ламаизм). Массовое приобщение предков тувинцев к основам буддизма происходит в XVI–XVII века. Первые передвижные монастыри (хурээ) появились в Танды-Урянхае (тогдашнее название Тывы) в 20-е годы XVIII века, а в 1753 году буддизм был признан государственной религией наряду с шаманизмом.

С 1757 года по 1911 года Танды-Урянхай находился в подчинении маньчжурских правителей Китая, которые так и не смогли утвердить здесь своего прямого господства. Это позволило сохранить культурно-этническую самобытность тувинцев; кроме того, укрепились связи с буддийскими духовными центрами Монголии и Тибета. В результате долгого сосуществования с шаманизмом тувинский буддизм перенял его традиции: культ оваа – духов-хозяев местности; культ ээренов – семейных хранителей. В буддийских церемониях наряду с ламами нередко принимали участие шаманы, а в хурээ существовала особая категория духовных лиц – бурхан боо («ламы-шаманы»). В 70–х годах XVIII века на территории Тывы начинают строить стационарные хурээ. Высшим духовным главой тывинских буддистов считался монгольский иерарх Джебцзун-дамба-хутухта в Урге, а настоятелю Нижне-Чааданского хурээ (даа-ламе) подчинялись все тувинские ламы.

Период рубежа XIX – XX веков – это время расцвета буддизма и активизации религиозной жизни, что во многом совпадает с тенденциями, наблюдаемыми и в православном христианстве и в исламе на территории Российской империи. Среди калмыков в этот период возникает движение за обновление буддизма. Начиная с 1906 года общины калмыцких улусов сами стали избирать главных лам, и 1917 году в Калмыкии действовали 28 больших и 64 малых (передвижных) хурула, их обслуживали около двух тысяч лам, действовали две академии. Данный период можно назвать временем расцвета буддийской культуры Забайкалья. Высшие философские школы действовали в Гусиноозерском, Цугольском, Агинском дацанах.

История российского буддизма связана с именем бурята Агвана Доржиева (1853-1938) – выдающегося религиозного деятеля, основателя буддийского храма в Санкт-Петербурге. Он был ближайшим доверенным лицом юного Далай-ламы XIII (1876-1933). С 1908 года Доржиев подолгу жил в России, выполняя миссию неофициального представителя Далай-ламы при российском правительстве. По инициативе Доржиева Далай-лама XIII обратился в Министерство иностранных дел России с просьбой открыть в Санкт-Петербурге буддийский храм, которая, следуя внешнеполитическим аргументам и стремлению к усилению лояльности бурят и калмыков, была удовлетворена. В то время буддийская община Петербурга была крайне малочисленной: всего 184 человека – калмыцкие, бурятские и монгольские купцы, а также дипломатические работники из Китая, Японии, Сиама. Богослужение в нем состоялось в 1913 году и он стал первым буддийским храмом в Европе.

В Тыве в 1912 году, после падения Цинской империи в результате Синьхайской революции, возобладали пророссийские настроения. Курултай с участием высших лам обратился к российскому правительству с просьбой принять Танды–Урянхай в состав России, и в июне 1914 года Тыва (под наименованием Урянхайский край) стала частью России. Столицей стал город Белоцарск, ныне – Кызыл. Одним из условий вхождение было сохранение ламаизма. Российская администрация в духовные дела территории не вмешивалась.

События 1917 года стали переломными и в истории страны, и судьбе религий на ее территории. Буддизм не стал исключением. После Февральской революции 1917 года Петроградский буддийский храм становится центром национальной жизни бурят и калмыков, но после Октябрьского переворота для него наступают тяжелые времена. Спасаясь от преследований, служившие в нем ламы покинули город. В храме разместились воинские части, он был полностью разграблен. Летом 1918 года был арестован Доржиев.

В калмыцкой религиозной среде после февраля 1917 года проходили активные обновленческие процессы, вследствие чего планировалось значительно увеличить количество хурулов, ввести преподавание буддийского вероучения в светских калмыцких школах. Но во время Гражданской войны многие хурулы были разрушены, часть духовенства эмигрировала. В Бурятии так же активизируется обновленческое движение, которое провозглашает идеи выборности и коллегиальности духовной власти, национального освобождения и сотрудничества с Советской властью (над дацанами стали развиваться флаги с серпом и молотом). В годы Гражданской войны эта идея, поддержанная частью буддийского духовенства, вступает в конфронтацию с действиями одного из руководителей белого движения атамана забайкальского казачества Г. Семенова, имевшего бурятские корни. Руководители обновленческого движения, опасаясь репрессий, бежали из Забайкалья. В этот же период оформляется и третье, так называемое «балагатское» движение, возглавляемое ламой-подвижником Лубсаном-Санданом Цыденовым. В 1919 году им было провозглашено создание государства «Кодунай эрхидж балгасан», которое считается теократическим, так как во главе находилось духовное лицо. Цыденов проповедовал уход из официальных дацанов, исказивших истинное учение. Руководство балагатского движения преследовалось как белыми, так и красными. В течении трех лет Цыденов неоднократно арестовывался. Из тюрьмы он назначил своим приемником восьмилетнего мальчика Бидию Дандарона, которого считал перерождением одного из тибетских лам. Революция вновь поставила Туву перед выбором дальнейшего пути развития. В 1921 году на Всетувинском учредительном хурале была провозглашена Народная Республика Танну-Тува, находившаяся в союзнических отношениях с Советской Россией.

Окончание Гражданской войны и установление Советской власти стало новым, хотя и не продолжительным этапом в религиозной жизни российских буддистов. С целью сохранения поддержки от населения национальных окраин, их верования не подвергаются преследованию. Но вместе с тем, советское руководство старается усилить, наметившийся в начале ХХ века раскол на «традиционалистов» и «обновленцев», поддерживая последних. Тем более, что в рядах обновленцев находила сочувствие идея о реорганизации жизни на коммунистических началах. Агван Доржиев, выпущенный из тюрьмы по указанию Ленина и ставший главой обновленческого движения буддистов, прямо заявлял «буддизм – это и есть марксизм». Он был назначен представителем правительства Далай-Ламы в Советской России, что предполагалось использовать для «экспорта мировой революции». Благодаря его усилиям, Петроградский буддийский храм становится резиденцией Тибетской дипломатической миссии, что позволяет возобновить богослужение в нем и сделать его центром всесоюзного буддизма и буддологии.

В 1920 году была образована Калмыцкая автономная область в составе Советской России, в которой насчитывалось 35 хурулов с 1 тысячей духовенства. В Забайкалье состоялось несколько буддийских соборов (1922, 1925, 1928 гг.), на которых предпринимались попытки реорганизации конфессиональной жизни буддистов Бурятии. Власти поддерживали инициативы обновленцев в противостоянии с традиционалистами. В 1923 в Бурятии насчитывалось 43 дацана. В независимой Тувинской Народной Республике (переименована в 1927 году), несмотря на ее просоветский характер, первые десять лет существования были благоприятными для буддизма. К концу 1920 годов количество хурээ в Тыве достигло 28, а число лам – 3,5 тысяч.

Но со второй половины 1920 годов в СССР усиливается идеологическое давление на религии, а вслед за этим начинается преследования ее представителей, оборачивающиеся к началу 1930 годов массовыми репрессиями. В 1926 году постановлением государственного руководства Бурят-Монгольской автономной республики была проведена национализация имущества дацанов и закрыты религиозные школы. Разрушались культовые постройки, разворовывались и уничтожались произведения буддийского искусства, книги и рукописи изымались, производились массовые расстрелы лам и послушников. К ноябрю 1938 года было арестовано более 1800, а по другим данным более 15000 представителей буддийского духовенства. Последний дацан был закрыт в конце 1930 годов. К началу 1940-х годов буддийская организация калмыков была полностью разгромлена. Под давлением советского руководства на власти Тувинской Народной Республике так же начались преследования буддизма. Ленинградский буддийский храм был закрыт в 1935 году. Жившие при храме ламы и прочие лица (бурятские просветители, русские ученые-востоковеды) в 1937 году были арестованы и расстреляны. Доржиев в январе 1937 года покинул Ленинград и прибыл в Бурятию, на родину, где в ноябре того же года был арестован и умер в тюремной больнице Иркутска. С 1938 года здание Ленинградского буддийского храма использовалось государством как физкультурная база. Таким образом, к началу 1940–х годов на территории СССР и подконтрольной ему Тувинской республики не осталось ни одного буддийского монастыря или храма, ни одного, разрешенного властями ламы (хотя часть остававшихся на свободе представителей буддийского духовенства тайно осуществляли совершение обрядов).

В годы Великой Отечественной войны тяжелая ситуация с религиозной жизнью у буддийских народов лишь усугубляется. С августа 1942 по январь 1943 года значительная территория Калмыкии была оккупирована фашистскими войсками, которые разрешили отправление культа. Было открыто несколько молитвенных домов. Но одни ламы отказывались от сотрудничества с немцами, другие же напротив, не только возобновили религиозную деятельность, но и даже эмигрировали с оккупационными войсками. 28 декабря 1943 года, за сотрудничество с немцами, калмыки были объявлены врагами народа, а Калмыцкая АССР ликвидирована. Население было депортировано в восточные районы СССР, где продолжались гонения на бывших духовных лиц. При дисперсном расселении обращение к ним верующих стало невозможным. Предметы культа семьи по возможности увозили с собой, но основная часть храмовых вещей безвозвратно погибла. Буддизм у калмыков продолжал сохраняться лишь на бытовом уровне, в рамках семейных традиций. Тувинская Народная Республика в 1944 году была включена в состав СССР, и процессы, происходившие в ней стали в еще большей степени взаимосвязаны с общесоюзными.

В послевоенный период намечается легализация религий и смягчение политики в отношении между Советским государством и существующими в стране вероисповеданиями. Но этот процесс лишь отчасти коснулся буддизма. В 1945 году оказавшиеся на свободе ламы обратились к Сталину с просьбой разрешить открыть некоторые дацаны в Бурятии, на что было дано согласие; открыты были два – Иволгинский и Агинский монастыри. В 1946 году с согласия властей и по инициативе верующих и группы лам в Улан-Уде состоялось собрание духовенства, на котором было принято Положение о буддийском духовенстве в СССР, содержащее основные принципы сотрудничества буддийской сангхи с Советским государством. В этом документе подчеркивались патриотические побуждения буддийского духовенства и их лояльность социалистическому строю. Было воссоздано Центральное духовное управление буддистов СССР (ЦДУБ) во главе с председателем Бандидо-хамбо-ламой П. Доржи. Эта структура, как и другие централизованные религиозные организации в СССР, была привлечена к пропаганде советской внешней политики. Таким образом, буддийская организация была восстановлена, но под строгим контролем властей и лишь в Бурятии. Буддийских общин в Тыве и Калмыкии по-прежнему не существовало. Кроме того, из-за идеологического давления многие верующие буряты боялись посещать дацаны.

Политику Хрущева в отношении религий никак нельзя назвать «оттепелью», идеологическое давление и антирелигиозная пропаганда лишь усиливается. Поэтому и без того тяжелое положение буддизма у традиционно исповедующих его народов никак не меняется. Правда, 1957 году происходит реабилитация калмыков и восстановление Калмыцкой автономной республики, но религиозная жизнь по-прежнему носит неофициальный, подпольный характер.

С середины 1960 годов интерес к буддизму наблюдается в кругах интеллигенции Ленинграда и Москвы. Здесь складываются небольшие группы русской (европейской) молодежи и интеллигенции интересующиеся буддизмом. В 1968 году здание Ленинградского храма было объявлено памятником архитектуры местного значения. В том же году СССР посещает лама Б. Римпоче, который тайно встречается с представителями московских, ленинградских, прибалтийских групп буддистов, тем самым устанавливая их связь с мировым буддизмом. Духовным наставником этих групп по праву считался, упоминаемый выше Б. Дандарон. К тому времени, проведя 20 лет в лагерях, став научным сотрудником и ламой, он формулирует учение на стыке традиционного тибетского буддизма, европейской философии и науки, что делает его популярным в этой среде. Но это вызывает озабоченность властей и в 1972 году он, по так называемому «делу Дандарона», был обвинен в создании секты, осужден на 5 лет и скончался в лагере, а ряд его последователей были направлены на принудительное психиатрическое лечение. Но тайные, хотя и весьма немногочисленные общины буддистов продолжают свое существование и в дальнейшем.

Со второй половины 1980 годов, под воздействием социально-политических процессов, происходит активизация религиозной жизни в стране. Буддизм не стал исключением. В 1988 году создается Ленинградское общество буддистов, которое два года спустя добивается передачи храма в руки верующих, и преобразовывает его в дацан. Община храма объединяет в себе как буддистов и калмыков, так и русских буддистов, что в дальнейшем приводит к противоречиям и расколам. На смену монопольному существованию школы гелуг приходит множество тибетских традиций, общим для которых остается признание высокого авторитета Далай-ламы, сочувствие свободе Тибета.

Одной из таких традиций можно назвать карма-кагью. Первый Буддийский центр школы карма-кагью зарегистрирован в Ленинграде в 1991 году. В религиозное объединение входит более сорока общин, полторы тысячи верующих. Руководство практикой во многих центрах в России, странах СНГ и на Западе осуществляет датчанин лама Оле Нидал.

В перестройку началось возрождение буддизма в Бурятии, которая становится очагом распространения буддизма среди других сибирских народов. В начале 1990 году стали действовать двенадцать дацанов. К концу XX века 90 процентов бурятского населения называли себя буддистами. С 1992 году Центральное духовное управление буддистов в Улан-Удэ получило статус общероссийской буддийской структуры. В 1991 году на конференции буддистов Калмыкии и Астраханской области было создано Объединение буддистов Калмыкии, независимое от Центрального духовного управления буддистов в Улан-Удэ. Калмыцкие ламы стали обучаться в Монголии и Индии. К концу XX века в Калмыкии действовало 14 хуралов и молитвенных домов. В Тувинской Республике в 1993 году действовало девять буддийских общин.

Состоявшийся в 1996 году в Бурятии Духовный собор служителей буддизма принял новый устав, в котором Центральное духовное управление буддистов России переименовано в Традиционную буддийскую сангху России. Главой этой организации стал Бандидо-хамбо-лама Дамба Аюшеев. Деятельность этой новой организации связана с восстановлением традиционного буддизма (участие в ритуалах, астрологическая помощь, тибетская медицина, молитвы), оценкой его как исконной религии бурят, искоренением шаманистских традиций. Централизованная организация Сангхи основана на подчинении ей дацанов (буддийских монастырей). Хамбо-лама занял твердую позицию в отношении проповеди буддизма только школы Гелуг, а к остальным, например дзен-буддизм или карма-кагью, Сангха должна относится, «как православные к пятидесятникам». Аюшев выражает надежды на то, что Традиционная Сангха будет объединять всех буддистов России, принадлежащих к школе Гелуг, но в Калмыкии и Тыве создаются свои централизованные организации, а недовольство авторитарностью хамбо–ламы привело к расколам среди буддистов в самой Бурятии.

Таким образом, в современном буддизме в России существует два основных типа буддистских организаций. Первый – общины традиционной школы тибетского буддизма Гелуг, распространенные в первую очередь в территории проживания калмыков, бурятов, тувинцев. Он достаточно консервативен, и предполагает многолетнюю практику обучения в монастыре со строгой дисциплиной. В массе верующих составляет сельское население, вовлечены в буддистскую практику, обряды и службы, которые проводятся в буддийских монастырях (дацанах, хурулах, хурээ). В их сознании в значительной степени превалирует религиозно-бытовая вера, они, как правило, мало занимаются изучением буддийской философии.

Второй – разнообразные общины и группы, относящие себя к школам буддизма, которые не принадлежат к школе Гелуг, а иногда не связаны даже с тибетской формой буддизма. В научной литературе он получил название «глобальный буддизм» и связывается с европейским освоением духовной культуры Востока. В настоящее время он представляет собой некий интеллектуально–духовный источник философско-религиозного характера, доступный всем и каждому, что, собственно, и подтверждает статус буддизма как мировой религии. Он становится все более секулярным и транснациональным. Его последователи, как правило, являются представителями самых разных национальностей. Но они зачастую имеют более высокий уровень образования, больше интересуются философией буддизма и различными буддистскими практиками. В настоящее время на территории России существует уже более 200 буддистских общин, групп и организаций.

Исследователи полагают, что общая численность буддистов России всех национальностей, школ и направлений составляет около миллиона человек, что составляет менее одного процента населения страны. Не смотря на это буддизм признан «Законом о свободе совести и религиозных объединениях» 1997 года одной из традиционных религий для современной России, играя значительную роль в истории ее народов, развитии культуры и духовности.

 

Краткие итоги




Не нашли, что искали? Воспользуйтесь поиском:

vikidalka.ru - 2015-2019 год. Все права принадлежат их авторам! Нарушение авторских прав | Нарушение персональных данных