Главная | Случайная
Обратная связь

ТОР 5 статей:

Методические подходы к анализу финансового состояния предприятия

Проблема периодизации русской литературы ХХ века. Краткая характеристика второй половины ХХ века

Ценовые и неценовые факторы

Характеристика шлифовальных кругов и ее маркировка

Служебные части речи. Предлог. Союз. Частицы

КАТЕГОРИИ:






Глава 10. Путь через люк - освобождение диафрагмы




 

Купив билет и прогуливаясь по Главной улице среди чудес волшебной страны Диснейленд в городе Анахейм на юге Калифорнии, вы естественным образом фокусируете своё внимание на аттракционах, костюмах ваших любимых мультяшных персонажей и очаровательных весёлых декорациях. При этом вы, как правило, не замечаете присутствия мощной и эффективной системы безопасности, и это неудивительно: ведь она действует скрытно и из-за кулис. Она спрятана от глаз публики и, чтобы не нарушать «счастливую» атмосферу, появляется на свет только в случае необходимости.

Сравнение может показаться «притянутым за уши», но именно так я временами представляю себе диафрагму — как свою, очень личную систему диснеевской охраны, функционирующую в теле.

Диафрагма — это тайный центр контроля и управления, один из «открытых секретов» человеческого организма: все знают, что у нас есть диафрагма, но никто не уделяет ей особого внимания и не задумывается о том, что она делает. Ведь обычно происходит множество более интересных вещей.

Когда после обильного поглощения вредной пищи начинает болеть живот, мы вдруг осознаём, что у нас есть кишечник. Вдохнув слишком много дыма и начав кашлять, мы вспоминаем о легких и их потребности в свежем воздухе. Когда мы ощущаем сексуальное желание, наше внимание притягивается к гениталиям.

Но диафрагма? Она просто не фигурирует в картине тела. И при этом она контролирует наше эмоциональное выражение больше, чем любой другой сегмент.

Диафрагма — это тонкая куполообразная группа мышц, которые размещаются непосредственно под лёгкими и находятся в постоянном движении. Всякий раз, когда мы вдыхаем, мышцы диафрагмы сокращаются, смещаясь вниз, чтобы создать пространство для поступления воздуха в нижнюю часть легких. Всякий раз, когда мы выдыхаем, диафрагма смещается вверх, выталкивая воздух наружу.

Дыхание — одна из тех функций тела, которые никогда не приостанавливаются. Оно происходит автоматически, постоянно и без перерыва, с момента нашего рождения и до самой смерти. Таким образом, диафрагма непрерывно пульсирует, непрерывно движется вверх и вниз, и эта постоянная пульсация делает её одним из главных средств передачи энергии в теле.

Я уже рассказывала, что, согласно Райху, один из основных принципов человеческого здоровья заключается в том, что энергия должна свободно протекать через семь сегментов, волнами или импульсами двигаясь через жидкое содержимое тела. В этом движении энергии вверх и вниз по всему организму диафрагма является ключевым участком, потому что именно здесь больше, чем в любом другом месте, энергия может блокироваться.

Наше дыхание в определённой степени доступно для сознательного контроля. При желании мы можем на ограниченное время задержать дыхание, напрягая для этого диафрагму. Вы можете попробовать сделать это прямо сейчас. Наберите в лёгкие воздух и удерживайте его. Почувствуйте, как вы сжали мышцы диафрагмы, чтобы остановить дыхание. Это сжатие существенно уменьшает происходящую в теле пульсацию, препятствуя течению энергии. И поскольку поток энергии тесно связан с выражением наших чувств, это означает, что, напрягая диафрагму, можно также препятствовать движению волн эмоций. Таким образом, мы обладаем способностью контролировать из этого места свои чувства — что мы и делаем.

Диафрагма располагается непосредственно над желудком и всем пищеварительным трактом. Поэтому всё то, что мы проглотили, всё то, что в нас против нашей воли запихнули извне — «Будь хорошим мальчиком, улыбайся, скажи „спасибо», а то не пойдёшь с нами в кино!» — должно было пройти через этот энергетический люк и удерживаться внутри напряжением диафрагмы.

В связи с этим в современном американском сленге существует неприятное, но, к сожалению, очень точное выражение, описывающее процесс проглатывания нежелательных вещей, особенно в контексте отношений с другими людьми. Это выражение «есть дерьмо», и обычно оно относится к ситуации, когда кто-то, обладающий властью, например, работодатель или начальник, устраивает вам разнос, а вы должны лишь вежливо отвечать: «Да, сэр» или «Благодарю вас».

Энергетически, пожалуй, горло является наиболее активным сегментом, когда дело доходит до «глотания дерьма». Но именно диафрагма захлопывает крышку, как только оно проходит в нижние сегменты. И именно она удерживает его там, поскольку совершенно очевидно, что когда вы «глотаете дерьмо», естественным импульсом будет при первой же возможности извергнуть его обратно. Так что вам нужна очень мощная крышка, чтобы удержать всё это внутри.

Немного ниже располагаются живот и сексуальный центр, и, в каком то смысле, диафрагма подобна проходу, ведущему к нашей внутренней животной энергии, ко всем первичным чувствам, связанным либо с младенчеством, либо с чувственностью — с самыми основами эмоций. Всякий раз, когда мы хотим отсечь себя от этих чувств, поднимающихся либо из живота, либо из сексуального центра, именно диафрагма является тем местом, где мы создаём напряжение, чтобы избежать с ними контакта, затолкать эти первобытные импульсы обратно, изгнать их из поля зрения и из нашего сознания.

Когда мы говорим о состоянии эмоционального расщепления у человека, при котором одна часть тела выражает некое желание и стремление, а другая — борется с этим импульсом или отторгает его, то часто такое расщепление проходит по диафрагме.

Это особенно верно для ситуаций, связанных с любовью и сексуальностью. Сердце, расположенное над диафрагмой, выражает некое желание, в то время как сексуальный центр, расположенный под нею, может хотеть чего-то совершенно противоположного.

Пусть, например, вы находитесь на корпоративной вечеринке и беседуете с неким безнравственным, но симпатичным плейбоем из отдела продаж. И вдруг вы неожиданно осознаёте, что ваш сексуальный центр гудит и начинает «заводиться».

Сердце замечает эту активность в нижней части тела и говорит: «Эй, ты что делаешь? У тебя постоянные взаимоотношения, и твой милый, любящий, заботливый бой-френд на следующей неделе вернётся из командировки в Шанхай. Не собираешься же ты связаться с этим… корпоративным Ромео, наплевав на истинную любовь, просто ради бессмысленного момента страсти?»

И где-то посередине между этими двумя импульсами диафрагма борется за сохранение закона и порядка, заталкивая обратно ваши противоправные сексуальные чувства, чтобы рука, в которой вы держите свой «мартини», не дрожала бы, а ваш голос продолжал бы оставаться спокойным и ровным.

«Да, я видела этот фильм. Мы ходили на него с Брайаном, моим женихом. Я говорила тебе, что я помолвлена? В июне мы планируем пожениться…»

Другое распространённое расщепление происходит между мышлением и чувствами. Первое, конечно же, осуществляется в уме, в то время как последние обычно зарождаются у нас в животе.

К примеру, после долгого преследования и нескольких дорогостоящих ужинов вы, в конце концов, преуспели в соблазнении прекрасной женщины вашей мечты. И вот, после венчающего всё это акта проявления ваших мужских качеств — абсолютно очевидно, что она достигла оргазма — вы лежите рядом с ней в постели.

Неожиданно из глубины вашего живота появляется странное желание, которое, если его выразить словами, обращёнными к вашей партнёрше, прозвучит так: «Правда было бы здорово, если бы я мог свернуться в твоих руках как ребёночек или положить голову тебе на колени, а ты бы мне спела колыбельную?»

Конечно, шовинистический мужской ум немедленно подвергает это чувство цензуре: «Не будь идиотом. Ты не ребёнок. Ты — мужчина! Это она должна свернуться в твоих сильных надёжных руках и почувствовать себя защищённой».

Так, многими способами ум ведёт постоянную борьбу с нашими основными потребностями, и диафрагма принимает в этом весьма активное участие.

Мой наставник Чарльз Келли говорил, что напряжение, связанное с внутренним мышлением, накапливается в диафрагме, и поэтому каждый, кто много времени проводит думая, планируя, рассуждая и сравнивая, неизбежно создаст в этом сегменте хроническое напряжение. Это ещё один аспект роли диафрагмы как главного центра управления.

Взглянув на индийскую систему чакр, вы увидите, что третья чакра — энергетический центр, расположенный в солнечном сплетении, очень близко от диафрагмы — традиционно связывается с такими темами как власть, оценка, конкуренция, противостояние и хитрость. Таким образом, Келли и система чакр в данном вопросе сходятся.

Все три базовые эмоции — страх, гнев и боль — сдерживаются диафрагмой, а создаваемое в результате напряжение проявляется как закрепощённость. Мышцы становятся жёсткими и с трудом двигаются. Тем не менее, после того как панцирь верхних сегментов был ослаблен, я могу начать увеличивать подвижность диафрагмы на вдохе, при её смещении вниз, поскольку теперь есть открытый проход, ведущий в эту область. Так работать с диафрагмой я не могла, пока грудная клетка и горло слегка не приоткрылись. Именно поэтому, повторяю, мы снимаем панцирь, начиная сверху.

При работе с грудным сегментом вдох бывает коротким и резким, как при изумлении. Когда же я приглашаю клиента переместить внимание на диафрагму, вдох становится более глубоким и продолжительным.

При смещении диафрагмы вниз мы начинаем входить в контакт со страхом, который, как я ранее упоминала, удерживается вокруг ядра энергетического тела, примерно в области физического живота. Как только диафрагма начинает пропускать направленный вниз поток энергии, живот вовлекается в пульсацию и в этот момент клиент соприкасается со страхом.

Наиболее отчётливо этот эффект проявляется у худощавых женщин с плоскими животами. Их легко отнести к типу, удерживающему страх: у них слабые мышцы на периферии тела, а сами они очень лёгкие, как бы с крылышками на пятках, или как будто бы их кости сделаны из лёгкого материала. При таких плоских животах можно лишь удивляться, где помещаются их внутренности. Однако в напряжённом животе может храниться очень много страха, и это — первая эмоция, с которой мы сталкиваемся, когда люк диафрагмы распахивается. Это может быть очень пугающим, потому что часто связано с чувством беспомощности, боязнью не справиться с какой-то важной проблемой или неспособностью выстоять при встрече с некоей могучей фигурой.

Вся энергия людей, удерживающих страх, отведена от окружающего мира в центр и сжата там. Это — их способ бегства от какой-то пережитой угрозы или опасности. Но такое сжатие приводит к физическому истощению. Когда энергия оттягивается к центру, всё, что вы можете сделать, — лишь свалиться. В ногах нет энергии, чтобы стоять, в руках нет силы, чтобы защищаться, а глаза становятся невидящими и отключёнными. Это крайний случай, но я выделяю его, чтобы показать, как у людей, удерживающих страх, периферия становится неэффективной из-за недоступности источника энергии — ведь вся энергия удерживается вокруг ядра.

Когда мы дышим в живот, позволяя энергии проникать под диафрагму, страх может быть высвобожден. И только тогда появляется возможность ощутить свою силу, потому что блокирование в диафрагме не подпускает нас к жизненной энергии, хранящейся в нижней части туловища

Для меня это очень волнующее зрелище — когда тонкие, испуганные женщины, которым всегда приходилось быть милыми и приятными, неожиданно превращаются в фурий. С освобождением диафрагмы и растворением страха они соединяются со своей силой и гневом, который ранее сдерживали. Их ярость ошеломляюща, невероятна. Именно в этом состоянии женщина открывает для себя архетип Кали, индуистской матери-богини разрушения, которая, несмотря на свою женственность и творческие качества, обладает также и силой, способной разрушить весь мир.

Когда такая женщина в конце концов обретает внутреннюю устойчивость, её ноги становятся заземлёнными и укоренёнными как маленькие колонны, сила разливается по всему её телу, а в глазах мерцают искры гнева.

Очень захватывающе, когда в этом состоянии женской силы участница, только что высвободившая страх, стоит в середине общего круга. Она смотрит на других участников и говорит «Я могу показать вам свою силу», — или что-то очень простое, подобное этой фразе.

При этом происходит поворот всей её энергии, а иногда — также и всей её жизни.

В том случае, когда удерживаемой эмоцией является гнев, диафрагма застывает так, чтобы предотвратить движение энергии наружу. В случае с удержанием боли она обездвижена в обоих направлениях — и при вдохе, и при выдохе — так что блокируется само чувствование.

Добавьте к этому способность диафрагмы разделять тело пополам, расщепляя энергию уже описанным образом, и вы сможете понять, насколько велика важность этого сегмента как регулятора потока энергии. А в соединении с горлом он может вызвать полную остановку энергии, так что прекратится любое движение, и удерживать всё в своеобразном безжизненном равновесии.

Для того чтобы увеличить подвижность застывшей диафрагмы, я постоянно поддерживаю с ней контакт через свои руки. На выдохе клиента я надавливаю кончиками пальцев под его грудную клетку и на область солнечного сплетения, чтобы нижние части легких могли вытолкнуть весь воздух, а на фазе вдоха снимаю давление. Активно содействовать вдоху немного сложнее, но можно, например, положить руку на живот — а точнее, между животом и диафрагмой — и мягко надавливать на него с небольшой вибрацией, показывая, куда может проникнуть дыхание. Это побуждает диафрагму опускаться ниже. Иногда я работаю одной рукой, а иногда двумя; иногда — с самой диафрагмой, а иногда — с нижними ребрами с обеих сторон.

Мышцы диафрагмы с помощью тканей и связок прикрепляются по окружности к внутренней стороне всей грудной клетки. Там, где диафрагма соединяется с задней стороной тела, удерживается страх.

Райх много рассказывает об удерживании страха в области спины, говоря, что форма тела в этом месте создаёт впечатление ожидания удара сзади по голове Это результат шока, неожиданного нападения… кажется, что всё отлично, а затем: «Бах!» Голова уходит назад, плечи напрягаются, позвоночник изгибается дугой. Не зря мы говорим, что от фильма ужасов «спина холодеет» — потому что затрагивается страх, удерживаемый в наших спинах.

Работая с этой областью, я просовываю ладони под тело клиента, лежащего на матрасе, и надавливаю пальцами на мышцы позади диафрагмы. Одновременно я приглашаю клиента глубоко дышать. Это часто выводит на поверхность спрятанные там удивительные и неожиданные вещи. Темы, удерживаемые в спине, это нечто тайное — именно поэтому мы скрываем их сзади.

Я могу массировать в этой области мышцы, проходящие рядом с позвоночником, и думать, что имею дело со страхом, как вдруг неожиданно вырывается гнев — гнев, который был глубоко спрятан, скрыт из виду. Например, может быть так, что клиентка совершенно убеждена в том, что любит свою мать, что мать всегда поддерживала её, защищала от злобного отца и других родственников-мужчин. И вдруг неожиданно гнев прорывается наружу, а вместе с ним к этой женщине вдруг приходит осознание, что мать манипулировала ею из ревности, втягивая в удушающие взаимоотношения, не допускающие отцовской любви.

В качестве составной части работы по освобождению диафрагмы я приглашаю людей издавать звуки, вибрирующие в мышцах этого сегмента, например, «хо!». Когда диафрагма открыта и вибрация звука проникает в живот, может возникнуть низкое утробное рычание. Если же диафрагма заблокирована, то звук будет больше походить на ворчание. Этот же звук вибрирует и в горловом сегменте, способствуя выражению.

Как я говорила ранее, диафрагма связана со многими вещами, которые мы проглотили — буквально, фигурально и энергетически, — и особенно с проглатыванием того, что заставило бы нас почувствовать гнев, отвращение, тошноту. Тогда, в момент проглатывания мы не могли дать волю естественному рвотному рефлексу, но некоторые упражнения помогают его спровоцировать. Хорошо пробуждают диафрагму скручивания телом и изгибание позвоночника во время «Брыкательной серии» или «Приступа ярости». Это, в свою очередь, создаёт ощущение потери контроля. А одним из ощущений, связанных с потерей контроля, является тошнота — когда начинает высвобождаться проглоченная энергия.

Тошнота часто подступает с такой силой, что человека может действительно вырвать, и это хорошо, потому что вместе с рвотой происходит мощная эмоциональная разрядка Часто вместе с отвращением выплескивается ярость: «Как ты смеешь заставлять меня есть горох?» или «Как ты смеешь заставлять меня ходить в школу?» Вместе с этой тошнотой и яростью, по мере того как: расслабляется диафрагма, на поверхность выходит всё то, что нас когда-либо принуждали делать и что мы делать не хотели.

Сейчас вы уже понимаете, что наши эмоции могут сдерживаться, ощущаться и выражаться во всех сегментах. Но по мере нашего продвижения вниз эти эмоции начинают выходить из более глубоких областей тела, и соответственно возрастает их интенсивность.

В частности, если клиент начинает плакать в начале процесса освобождения от панциря, то энергия слёз и плача будет выражаться через глаза, горло, рот и, возможно, в небольшой степени через грудь. То есть энергия будет оставаться в верхней части тела. Глядя на тело клиента, я вижу, что энергия не проникает ниже грудного сегмента, а плач сопровождается высокими звуками, своего рода скулением и жалобами. Или же в нём содержится некое качество нытья — раздражение, которое хотело бы превратиться в гнев, но не обладает достаточной силой, и поэтому может продолжаться вечно.

По мере того как я приглашаю клиента дышать глубже и приступаю к работе с его грудной клеткой, лёгкие совершают всё более глубокие вдохи, и тогда рыдания начинают приходить из области сердца, устремляясь через горло ко рту и глазам. Затем, если клиент остаётся с этим плачем, наступает момент, когда диафрагма расслабляется, энергия опускается в нижние сегменты и из живота поднимаются глубокие рыдания.

Вам знакомо выражение «надрывающие сердце рыдания», а также выражение «боль, выворачивающая кишки наизнанку» или «чувства, от которых сводит кишки». Это лингвистическое указание на то, как увеличивается интенсивность эмоций по мере того, как мы опускаемся в нижние части тела.

Возможно, сейчас хороший момент для того, чтобы поговорить о моей собственной вовлечённости в процесс клиента. Я уже рассказывала, насколько радостным и вознаграждающим для меня является момент, когда участник группы или клиент на индивидуальной сессии совершает прорыв и высвобождает сдерживаемую энергию. Подобным же образом, ситуация, когда прорыва не происходит, может вызвать и разочарование, но чаще всего я остаюсь просто в состоянии любопытства, интереса: «Где ключ? Что может помочь этому человеку войти в контакт со своими чувствами и выразить их?» По большей части для меня не важно, соприкасаются ли клиенты со страхом, гневом или болью — или же со своей радостью. Но на каждой сессии я делаю всё возможное, используя столько приёмов из моего арсенала, сколько кажется разумным и уместным.

Многие вещи я делаю спонтанно, исходя из момента, используя свой запас, накопленный за тридцать лет практики. Например, я могу использовать прикосновение, дыхание и движение, а затем вдруг почувствовать потребность в применении психологического подхода. Тогда я начну задавать вопросы, в то время как клиент дышит, или попрошу его выразить то, что он чувствует, словами. Эти слова могут раскрыть всю историю, и тогда я приглашу его продолжать, позволяя воспоминаниям подниматься на поверхность и прояснять ситуацию.

Что бы ни происходило, терапевт должен быть энергетически связан с клиентом. В сессии два человека работают вместе. Это не значит, что я что-то делаю с клиентом, или что клиент просто дышит, предоставленный сам себе. Скорее, это своеобразное энергетическое исследование, которое мы проводим вдвоём.

Я не организую процесс сессии рациональным, логическим образом. Я настраиваюсь на различные вещи: ощущаю напряжения в теле руками, замечаю что-то, связанное с направлением дыхания, чувствую поток энергии, вижу, как движется тело, слушаю звуки, издаваемые клиентом…

Иногда я ощущаю в собственном теле отражение того, что застопорилось у клиента. Работая, я вслушиваюсь в своё тело и точно чувствую, где удерживается энергия — может быть, в центре горла, может быть, в грудной клетке, может быть, где-то глубоко, глубоко внутри. С этим интуитивным чувством я могу предложить клиенту издать некий звук, который будет вибрировать в этой области его собственного тела, или приглашаю его начать двигаться и дышать так, чтобы было затронуто или пробудилось то место, где удерживается энергия. Когда он понимает меня и находит это место, я говорю: «Да, здесь! Позволь этому случиться!» Важно дать клиенту знать о том, что он — на правильном пути. Я подтверждаю, поддерживаю, признаю это, чтобы он мог идти в это место глубже, входить в контакт с эмоциями, «включая» их.

Я наслаждаюсь хорошей эмоциональной разрядкой по той простой причине, что мне нравится ощущать движение сильной энергии. Я люблю хорошую грозу, я люблю хороший оргазм, я люблю хорошее выражение ярости.

Мне также нравится и покой после бури, когда энергия успокоилась. Это спокойствие не несёт в себе мёртвого качества кладбища, но является безусловно живым, пульсирующим и всё-таки тихим. Это пространство после полного высвобождения так же ценно, как и само высвобождение, потому что это то время, когда энергия вновь заполняет всю систему. Те места, что ранее были напряжёнными, сейчас достаточно расслаблены для того, чтобы впитать новое качество жизненности. На самом глубоком уровне вся энергия может развернуться внутрь и создать тот безмолвный момент медитации и контакта с самим собой, который был не доступен до этого.

Клиент был пойман в ловушку на поверхности своим собственным панцирем и оставался там, пока мышечное напряжение не высвободилось, а затем… «Вууум!»… он падает в центр.

Моя задача заключается в том, чтобы поддержать это тонкое новое пространство. Я приглашаю человека закрыть глаза и положить руки на сердце или живот, либо предлагаю ему встретиться глазами с другими участниками и в молчании поделиться тем, что он чувствует. Это может быть очень волнующим переживанием — когда человек открывает глаза и видит людей вокруг себя, потому что многие из них также чувствуют эту идущую изнутри радость. Это некая синхронизация. Это освобождение для всей группы, потому что каждый может сесть в тот же поезд, каждый может двигаться вместе с волной энергии, созданной одним человеком в процессе эмоционального высвобождения.

Ну, скажем, почти каждый. Некоторые люди испытывают сильный дискомфорт. Они разрывают контакт и уходят из группы в угол или в туалет, потому что те чувства, что были высвобождены, теперь затрагивают внутри них самих нечто такое, что они отвергли. И это признак того, что для них сейчас самое время взглянуть на эту конкретную проблему и идти вглубь.

 




Не нашли, что искали? Воспользуйтесь поиском:

vikidalka.ru - 2015-2019 год. Все права принадлежат их авторам! Нарушение авторских прав | Нарушение персональных данных