Главная | Случайная
Обратная связь

ТОР 5 статей:

Методические подходы к анализу финансового состояния предприятия

Проблема периодизации русской литературы ХХ века. Краткая характеристика второй половины ХХ века

Ценовые и неценовые факторы

Характеристика шлифовальных кругов и ее маркировка

Служебные части речи. Предлог. Союз. Частицы

КАТЕГОРИИ:






21 страница. — Это безумие, вы думаете, о чем говорите?




— Это безумие, вы думаете, о чем говорите? — ходя по комнате, бушевал Аполлон. — Не буду отрицать, что задумка интересная, но Аи сорвет мне голову, если узнает, что я в это вмешался. Мы официально давно покинули этот мир, какой же переполох возникнет, если люди узнают, что боги еще тут.
— Ну, пожалуйста, — пытаясь принять самый милый и одновременно беспомощный вид, Гермиона с мольбой посмотрела на красивого бога.
— Не смотри на меня так, Гермиона, ты не знаешь, о чем просишь, — всегда легкомысленный бог был на удивление серьезен.
— Но ты обещал! — как капризный ребенок топнула ножкой Гриффиндорка, заслужив из-за этого насмешливый взгляд со стороны Малфоя. Тем не менее ее детский порыв был вознагражден.
На этот раз пришла очередь бога умоляюще смотреть на девушку, он включил в этот взгляд все свои обаятельные чары, которые бы, несомненно, подействовали, не виси на шее девушки эта проклятая снежинка Аида.
— Ладно, — вздохнув, произнес бог, поймав непреклонный взгляд искусительницы. — Но я здесь ни при чем, сама все объяснишь Аиду.
— Конечно, — промурлыкала Гермиона. — Я никогда этого не забуду.
— Я пошел соблазнять вашу ненаглядную. Как вы сказали, ее зовут?
— Леди Бланш, — подсказал Малфой.
— Да, конечно, леди Бланш, — рассеянно согласился бог и исчез, чтобы появиться в другой части дворца. Как только он ушел, Гермиона сбросила всю маску живости и, устало сев в кресло, прикрыла лицо руками.
— Насыщенный день, — заговорил Малфой.
— Они все в последнее время такие, — отозвалась девушка. — А что будет завтра, я даже представлять не хочу. Это скандал с Бланш, бал — жутко становится.
— А еще на балу ты будешь официально названа будущей Повелительницей, — добавил Драко.
— Замолчи, — резко приказала девушка, потом голос вновь стал усталым. — Я стараюсь об этом не думать.
— Ты сама избра…
— Замолчи! — вновь воскликнула Гермиона. — Просто помолчи.
— Это был твой выбор, — тем не менее произнес Малфой.
— Выбор? — девушка встала с кресла. — Да, мой, но я до сих пор сомневаюсь в его правильности, если хочешь знать. Да, я не уверена сейчас ни в чем, Лейла и Некрон принялись меня поздравлять после совета, от этого стало только хуже. А тут еще ты… — яростный поток слов оборвался.
Подойдя к ней, Драко притянул девушку к себе, легко коснувшись губами ее лба.
— Ты устала, — заметил он. — Ложись спать.
Не сказал больше ни слова, парень вышел из комнаты, оставив опешившую Гриффиндорку наедине со своими мыслями. В конце концов, Гермиона последовала его совету.

Она оказалась не права, это был не скандал, это был скандал, скандалище! Все утро люди продолжали шуметь из-за опрометчивого поступка будущей королевы. Сказать что это их возмутило, значило ничего не сказать. Бланш опозорила не только себя, но и чуть не потянула за собой всю семью, которая вовремя отреклась от распутной дочери. О браке Дайгена и Бланш теперь не могло быть и речи, заплаканную девушку было решено отправить в ее маленький замок, ей был дан настоятельный совет не возвращаться в столицу.
Все утро слушала Гермиона эту историю от всех подряд, казалось, дворец еще больше оживился из-за столь неординарного случая. А девушка… она чувствовала себя паршиво, хотя понимала, что Бланш заслужила такое отношение к себе. И, тем не менее, чувство вины терзало девушку, но только до тех пор, пока она не увидела счастливого брата и не менее счастливую Лизель. Убедив себя, что она поступила правильно, Гермиона отправилась в библиотеку — туда редко кто заходил, а ей хотелось побыть одной.
Закрыв за собой дверь, она неторопливо вошла в громадное помещение. Сразу же, как только дверь захлопнулась, из-за поворота выбежал Милорд с двумя щенками. Кинувшись к девушке, папаша приветственно ткнулся носом ей в руку. Щенята, тонко гавкая, запрыгали на платье девушки. Засмеявшись, Гермиона решила пройти к ковру, на котором она обычно располагалась в библиотеке. Тем более, Миледи, скорее всего, ждет ее именно там, с остальными щенками.
— Похоже, не мне одному захотелось сегодня посетить библиотеку, — из-за угла вышел Драко.
Быстро опомнившись, Гермиона едва заметно поморщилась.
— Во дворце слишком шумно, даже ко мне в комнату беспрерывно стучат фрейлины, желая поделиться потрясающей новостью. Библиотека самое спокойное место.
Они вместе подошли к большому ковру возле камина, на котором, развалившись, лежала Миледи и кормила щенят. Увидев Гермиону, она предприняла слабую попытку встать, но девушка быстро пересекла эту возможность, подойдя к собаке.
— Как поживаешь, мамочка? — ласково спросила она, потеребив ее за лохматую голову.
Довольно высунув язык, собака ответила теплым взглядом. Щенки, вернувшиеся с Милордом, потеснили братьев-сестер и тоже принялись с увлечением обедать. Некоторое время Гермиона наблюдала за ними, а затем повернулась к Защитнику.
— Ты давно здесь?
— Около двух часов, — пожав плечами, парень удобно расположился на ковре. Закинув руки за голову, он смотрел в потолок.
Взяв несколько книг, девушка присела неподалеку от него. Но фолианты открыть не спешила. Первым заговорил Малфой.
— Я все думаю, какая причина заставила тебя здесь остаться, — задумчиво проговорил он.
— Малфой, я же просила не спрашивать об этом, — со вздохом ответила Гермиона.
— А я и не спрашиваю, — отозвался он. Его глаза спокойно смотрели на девушку.
— Ну, конечно, — хмыкнула она.
— Конечно. Правда, я буду не против, если ты все-таки хоть что-то расскажешь.
Слабо улыбнувшись, Гермиона провела рукой по спине примостившегося рядом Милорда. А что ей, собственно говоря, скрывать? Нервное состояние, преследовавшее ее весь вчерашний день, испарилось, и желание ничего не говорить исчезло вместе с ним.
— Боги мне просто показали, что сейчас происходит на Земле.
Один щенок, решив, что он наелся, подбежал к Гермионе, которая тут же приняла его на руки и, немного откинувшись назад, подняла над головой. Маленький шалун, задрыгав ногами и высунув язык, пытался достать им до лица принцессы. Необычным образом извернувшись, он все-таки достиг желаемого, лизнув Гермиону по носу. Рассмеявшись, девушка поставила довольно тяжелого щенка на ковер.
— И? — продолжил тему Малфой.
— Почему Дэймоса здесь нет, он же не отходил от щенят? — недоумевая, спросила девушка.
— Дайген, который сегодня находится в замечательном расположении духа, решил вместе с Аморалом поучить парня владению оружием. Интересно, почему у кронпринца столь замечательное расположение духа? — Драко ухмыльнулся, потом взгляд вновь стал серьезным. — И? Что они показали? — он настойчиво продолжил расспросы, наблюдая за игрой принцессы со щенком.
— Весьма необычную картину, — призналась Гермиона. — Больше я ничего не скажу. Сам, в конце концов, узнаешь.
— А если я решил здесь остаться? — ядовито осведомился он.
Резко подняв голову, Гермиона впилась в серые глаза. Сердце бешено забилась.
— Что?
— Я пошутил, Грейнджер, — он рассмеялся, — что мне тут делать? Конечно, я вернусь на Землю, мое место там, рядом с Темным Лордом, или ты забыла, чей я наследник?
Упоминание о Темном Лорде заставило Гриффиндорку улыбнуться, слабо, чтобы не заметил Малфой, которого ждет небольшой сюрприз.
— Я знала, что ты здесь не останешься, — немного отстранив щенка, Гермиона поднялась. — Пойду готовиться к балу.
— Так рано? Ты вроде хотела почитать?
— Я передумала, — быстрым шагом она вышла в коридор.
О, да, она знала, что ее так расстроило. Неудачная, впрочем, как и все, шутка Малфоя. “Не думай об этом”, — в какой раз приказала она себе.

Гермиона была полностью готова к балу. Она и в этот раз одела то сказочное платье, струящееся словно вода, как и в тот раз, плечо девушки украшал эроссан, мягкий аромат постоянно витал вокруг нее. Цветок ей подарил Дайген, сказав, что обыскал весь сад в его поисках. А потом странно тихо произнес “спасибо, сестренка, я этого не забуду” и сразу же ушел. Вспыхнув, Гермиона долго думала, как он узнал, что она замешана в интриге против Бланш, или он имел в виду что-то другое? В конце концов, поняв, что этого ей никак не узнать, девушка смирилась с тем, что не только у нее должны быть тайны...
— Я надеялся, что ты его наденешь, — как всегда вошедший без стука, Слизеринец внимательно рассматривал девушку. Удовлетворенно кивнув, он подал ей руку. — Ну что, Повелительница, вы готовы?
— Я еще не Повелительница, — проворчала девушка, оглядывая Драко, он, безусловно, выглядел великолепно, от одного взгляда на него сердце начинало ускорять свой ритм. Гермиона давно признала, что он хоть и сволочь, но сволочь красивая, божественная, можно сказать.
Усмехнувшись, Драко подхватил свою спутницу за руку и повел в Зал. Им требовалось зайти вместе. Перед дверьми их остановили, потом последовал громаднейший набор титулов, откуда их только брали? Затем великолепная пара спустилась в зал.
Еще раз посмотрев на Малфоя, Гермиона ощутила острый укол скорой разлуки, ведь он завтра днем отправляется на Землю. Осталось меньше дня. Крепче сжав пальцы у него на запястье, девушка подвинулась ближе, поймав из-за этого вопросительный взгляд своего спутника. От необходимости отвечать на немой вопрос Гриффиндорку спасли подошедшие Дайген с Лизель. Не стоит добавлять, что оба просто сияли.
— Мы думали, что вы уже не придете, — показав милые ямочки на щеках, улыбнулась графиня. — Бал уже полчаса как начался.
Драко пожал плечами.
— Я не счел нужным появляться вовремя. И потому несколько позже зашел за ее высочеством, — он язвительно посмотрел на Гермиону.
— Я не знала, что бал уже начался, — растерянно ответила девушка, а потом перевела яростный взгляд в сторону своего спутника. — Малфой, раз ты любишь опаздывать, это не значит…
— Хватит ругаться, — вмешался Дайген. — Вы, в конце концов, последний день вместе. Хоть сегодня не перегрызитесь.
Гермиона встретилась с Драко взглядом. Оба знали, что сегодня последний день, но впервые кто-то произнес это вслух.
— Хорошо, — Малфой кивнул, все еще не отводя взора от девушки. — Думаю, мы сегодня не “перегрыземся”. Ваше высочество, позвольте пригласить Вас на танец?
— Конечно, лорд Защитник, — сквозь зубы ответила Гермиона, мило улыбаясь своему брату с Лизель.
Подозрительно посмотрев на них и не найдя к чему придраться, или не захотев делать этого, Дайген повлек блондинку в середину зала: пусть они сами разбираются.
Драко, последовав примеру друга, тоже повел Гермиону за собой. Положив руку ей на талию, а в другую взяв хрупкую руку девушки, Драко медленно задвигался в ритме вальса, увлекая Гриффиндорку в танец.

Гермиона, устало и вынужденно улыбаясь, слушала какого-то графа. Определенно, она никогда не полюбит балы. Слишком много шума. Уже приближалась полночь, и девушка надеялась незаметно ускользнуть к себе в комнату; она слишком устала, а эти разговоры с аристократами сил не прибавляли. Собственно говоря, выбраться из зала она уже пыталась два раза, но каждый раз у двери ее перехватывал какой-либо граф или барон, заводя совершенно бессмысленный разговор.
Наконец, освободившись от этого графа, Гермиона решила, что на этот раз она попытается выбраться из зала по-настоящему незаметно. Наложив на себя чары невзрачности, которым ее еще в самом начале обучения научили духи, девушка без проблем вышла из зала. Боги, как она устала!

Скинув платье, которое лужицей осталось лежать посередине комнаты, девушка отправилась в ванную, где провела полчаса.
Лежа на большой мягкой кровати, она ощущала себя ужасно одинокой. А ведь Малфой тоже сегодня одинок, хотя, может, он нашел себе подружку, которая избавила бы его от одиночества. Нет, он даже не искал — Гермиона это точно знала, он ждал ее. Она это поняла после того первого танца на балу, как и поняла, что придет к нему ночью. Безумие какое-то! Тем не менее, это их последняя возможность побыть вместе, она не хочет ее потерять. Осторожно спустив ноги с кровати, девушка потянулась к халату, но быстро передумала. Взгляд обратился к лужице посреди комнаты, сверкающей в свете луны. Только платье, больше ничего. Пройдя к нему, девушка быстро надела легкую материю. Подойдя к двери, Гермиона в нерешительности остановилась. А что если она ошибается, ведь он может и не ждать ее, а быть с кем-то? Отогнав эти мысли, Гриффиндорка решительно повернула ручку двери.
Ей надо было только перебежать коридор.
Осторожно открыв другую дверь, она зашла в покои Защитника. Спальня была слабо освещена огнем свечей. Легко ступая по ковру босыми ногами, она зашла туда, где ее ждали. Сердце быстро стучало, грудь высоко вздымалась.
Да, он ждал ее. И знал, что она придет, а если бы не пришла, он сам бы пришел к ней. Слишком важной была его последняя ночь в этом мире, чтобы потратить ее на простой сон, слишком важной.
Как только силуэт девушки показался в дверном проеме, Драко медленно поднялся с кровати. На нем были только черные брюки. Гермиона зачарованно смотрела на парня, который неторопливо к ней приближался. Почему так медленно?
Щеки вспыхнули нежным румянцем, когда он подошел совсем близко.
— Я ждал тебя, — прошептал парень, прижимая девушку к себе.
— Я знаю, — мягко отозвалась Гермиона, положив голову ему на плечо.
Он тихо засмеялся.
— Ну конечно, ты же все знаешь, моя принцесса.
Отстранившись, Драко провел рукой по ее плечу, плавно опуская вниз шелковистый материал, который скользил по телу, подчиняясь властным движениям.
Резкий выдох девушки прорезал тишину, когда платье уже второй раз за день лежало лужицей на ковре. Улыбнувшись, парень медленно заскользил руками по ее податливому, упругому телу. Ласки с каждым мгновением становились более жадными, легкие стоны, срывающиеся с губ девушки — более частыми.
Последняя ночь, они в последний раз вместе. Не менее жадно Гермиона скользила мягкими губами по разгоряченному телу Слизеринца, которое горело огнем желания. Захватив ее губы, Драко впился в них ненасытным поцелуем, одновременно потянув за собой…
Когда девушка, обнаженная, лежала на кровати, он позволил себе несколько секунд полюбоваться ее совершенной красотой, которая опьяняла не меньше крепкого вина. И это красота принадлежала ему. Сегодня она была его.
Часто вздымающаяся упругая грудь девушки особенно надолго привлекла внимание Слизеринца, пока Гермиона настойчиво не потянула парня к кровати...
Соприкасающиеся тела разжигали ненасытную страсть, стоны наслаждения не переставали срываться с алых губ девушки. Чувствовать его в себе, ритмичные движения — все приводило ее в необычайный экстаз, боль и наслаждение...
Жадный рот хищно ловил ее губы, не оставляя их в покое. Затем шелковый язык скользил по точеной шее, спускаясь к быстро бьющейся жилке. Он осторожно прихватывал кожу зубами, потом проходился по ней языком, и каждый раз слышал ответный стон.
Изящные руки девушки скользили по влажному телу, пытаясь найти опору, она задыхалась, это был рай, где были только они вдвоем, больше никого.
— Ты замечательна, — хрипло шептал Драко. Его руки вновь и вновь скользили по этому божественному телу.
Волны наслаждения заполняли их полностью, не давая возможности испытывать что-либо другое помимо этого чувства.
Уже под утро они, усталые, лежали в объятиях друг друга, погруженные в легкую дремоту. Рука Слизеринца автоматически поглаживала талию девушки, а сама Гермиона мирно устроилась на его груди. Страсть не отпускала их всю ночь, последнюю ночь. Они запомнили каждое мгновение этой сумрачной тьмы, где отчаяние разлуки сплеталось с желанием обладать всегда, а не только жалкий клочок вечного времени. Иногда движения тел были резкими, собственническими, иногда мягкими и нежными. И пока утро не вступило в свои права, страсть ночи не отпускала ни на минуту.

 

Глава 37

 

Глава 37

Гермиона неохотно приоткрыла глаза, окидывая взглядом комнату. Где она? Девушка неторопливо села на кровати, в еще не до конца проснувшемся сознании возникли некоторые картины прошлой ночи. Так значит, она все-таки решилась. Нет, она не жалела, ведь это была последняя ночь, но где, черт возьми, Малфой?!
Слизеринца в комнате не было, в этом и убедилась Гермиона, в который раз осмотрев шикарно обставленное помещение. Закутавшись в простыню, девушка уже намеревалась встать с кровати, как дверь ванной комнаты распахнулась, и из нее вышел немного растрепанный Малфой. Он был в светлых брюках и такой же рубашке с тремя не застегнутыми пуговицами.
— Ты уже проснулась? — несмотря на принятие ванны, голос продолжал быть сонным.
Гермиона слабо опустила голову, в знак согласия, потом быстро ее подняв.
Они просто смотрели друг другу в глаза. Никто из них не жалел, никто из них не хотел ссориться сейчас. Легким движением руки девушка пригласила парня сесть на кровать.
— Когда, — она запнулась. — Ты знаешь, когда врата откроются? — как Гермиона ни старалась, она не смогла себя заставить спросить вместо “когда откроются врата” — “когда ты уйдешь”
— Часа через четыре, — парень пожал плечами.
Гермиона медленно закрыла глаза. Так быстро? — хотелось спросить ей.
— Никогда не думала, что скажу это, — словно вытягивая из себя слова, проговорила девушка, — я буду по тебе скучать.
Легкая усмешка коснулась губ Слизеринца. Он мягко коснулся ее руки, принявшись перебирать пальцы. Гермиона опустила глаза, наблюдая за его движениями.
— Ты сегодня слишком сентиментальная, — заметил он, но без былого ехидства.
— Наверное, потому, что еще не отошла от шока радости, что больше никогда тебя не увижу, — с легким сарказмом парировала она.
— Ты непостоянна, — заметил он, — то говоришь, что будешь скучать, а теперь я от тебя слышу, что ты рада моему уходу.
— А я и не собиралась быть постоянной, — опять же парировала девушка.
Ее глаза встретились с серыми глазами. Испустив короткий, печальный вздох, она прильнула к его груди, крепко обняв. Он тут же обхватил руками ее талию. Гермиона чувствовала ускоренное биение его сердца, которое сливалось со стуком ее собственного. Тонкие пальчики девушки подобрались к рубашке, принявшись медленно ее расстегивать. Потом он прошлись по мускулистой груди — тренировки с Дайгеном определенно принесли пользу. Потянув его за собой, Гермиона легла на кровать, парень, положив голову ей на грудь, принялся медленно поглаживать ее тело. Легкие пальцы девушки перешли к светлым волосам, принявшись перебирать шелковистые пряди.
Прикрыв глаза, она наслаждалась этим спокойствием и близостью с человеком, которому доверила очень многое… очень многое, но не все. Какое-то время они были одной командой, теперь предстоит расстаться.
Гермиона не знала, сколько времени прошло, они просто лежали.
— Ммм… Малфой?
— Да? — лаконично отозвался он.
— У меня есть к тебе одна просьба, — нерешительно начала девушка.
— Ммм? — очевидно это обозначало “какая?”
— Я написала письма… хм… некоторым людям, ты бы не мог их передать?
Ответом ей был легкий смех.
— Так вот зачем ты все это устроила? – не требовалось уточнять, что он подразумевал под словом “все”, это и так было ясно. И обидно.
Гермиона сердито вспыхнула, но руку от волос не убрала.
— Ты же знаешь, что нет, — стараясь говорить мягче, ответила она.
Некоторое время он молчал, а потом неожиданно приподнялся.
— Знаю, — раздался тихий ответ.
Драко слегка приспустил простыню, обнажая грудь девушки. Пройдясь по ней ненавязчивым движением руки, он наклонился, подразнивая Гермиону легкими касаниями проворного языка.
— Малфой! — сквозь зубы выдохнула девушка.
Драко опять засмеялся, опалив нежную кожу теплым дыханием. Снова положив голову ей на грудь, он медленно закрыл глаза.
— Так что? — раздался напряженный голос девушки. Что было причиной напряженности — его недавняя выходка или ожидание отрицательного ответа — определить было сложно, скорее всего и то и другое.
— Нет, — он почувствовал, как она замерла. Помолчав некоторое время, парень продолжил. — Я отдам их Дамблдору, а он пусть делает с ними что хочет.
Громко выдохнув, Гермиона сердито посмотрела на Слизеринца. Знала же, что шуточки у него идиотские!
— Что это? — вздрогнула она, услышав скрежет за одной из дверей, а потом тонкий лай.
— Это, наверное, щенок пришел, — неохотно вставая, проинформировал Драко, игнорируя все еще вопросительный взгляд.
Открыв дверь, парень впустил кучерявого щенка Миледи.
— А почему он пришел? — раз взгляды тут игнорировали, пришлось задать вопрос.
— Ты разве не знаешь? — голос сделался ехидным. — Лейла решила мне преподнести маленький подарок в виде этого лохматого… кхм…
— Чуда? — предложила Гермиона.
— Вообще-то, — Драко закинул руку за голову, — я хотел сказать чудовища или на крайний случай безобразия, но раз ты настаиваешь, то пусть будет чудо, — он хмыкнул: — без вище.
Придерживая простыню, девушка спустилась к собаке, потрепав игриво настроенного щенка за ушами.
— Ты не против, если я воспользуюсь твоей ванной? — осведомилась Гермиона.
— Милости просим.
Оставив без внимания эту реплику, она, встав, подхватила платье и направилась в ванную комнату. Опустившись в теплую воду, девушка первым делом добавила масло эроссана. Чувствуя приятный, освежающий запах, довольная Гермиона закрыла глаза.
Поднявшись из ванны спустя какое-то время, девушка принялась медленно водить по телу слегка шероховатой мочалкой. С помощью магической силы сверху на нее полились теплые струи воды — самодельный душ, так сказать.
Со стороны входа раздался резкий выдох, заставивший Гермиону вздрогнуть и резко развернуться. Так и есть, у двери стоял Слизеринец, не отводя глаз от обнаженной девушки.
— Малфой! — щеки залились розовым румянцем, но она заставила себя продолжить говорить. — Ты… ты… - попытка оказалась неудачной. Последние крохи самообладания покинули ее.
Опомнившись, она схватила полотенце и быстро в него закуталась.
— Меня поражает, — подходя ближе, заговорил Драко, — твое умение стесняться через раз. Или ты сама выбираешь время, Грейнджер?
— Только тогда, когда за мной нагло подглядывают, — огрызнулась девушка. Сказать, что она была возмущена — значит мало что сказать. И дело было не в стыде, а в принципах, которых все же она старалась придерживаться. Немного помолчав, Гермиона тихим, но твердым голосом добавила: — Я тебе уже говорила, что я не Грейнджер.
— Конечно, моя принцесса, — мягко согласился он. — Ты очаровательна в этом виде.
Наклонив голову, чтобы Малфой не заметил вновь порозовевшие щеки, девушка слабо улыбнулась.
— Я должна сказать спасибо? Ведь это был комплимент?
— Это правда, — просто ответил он. —Хотя от благодарности не откажусь.
Гермиона весело засмеялась, быстро на него посмотрев. Все принципы были забыты.
— Ты сегодня чересчур добрый.
— Это упрек? Мне исправиться? — Драко вопросительно приподнял бровь.
— Нет, — вздохнув, девушка взяла его за отвороты рубашки и прислонилась к твердому телу. Оставив легкий поцелуй на губах, она отстранилась. — А теперь выйди из ванной, мне надо переодеться.
Взгляд парня сделался насмешливым.
— Я не раз видел тебя без одежды, — напомнил он.
— Да, но все равно выйди… можешь это считать моей особенностью, — принципы снова возобладали.
— Ну, конечно, — хмыкнув, Драко вышел.
Пока Гермиона приводила себя в порядок, то полностью успела проанализировать сегодняшнее утро. Они были слишком дружны, что ли, или как выразился сам Малфой: сентиментальны. Девушка знала, не будь это последние часы перед разлукой навсегда, они бы вели себя по-другому, как обычно. Еще и грусть, нежелание расставаться вносило свою лепту, они предпочитали говорить, делать что угодно, лишь бы не касаться вопроса о том, что произойдет через пару часов.
Посмотревшись в зеркало, Гермиона вышла из ванной, подходя к задумчиво сидевшему в кресле Слизеринцу. Вокруг него, резвясь, бегал щенок, пытаясь запрыгнуть на колени. Хоть он и был размером с кошку, гибкости ему явно не хватало, так что все попытки ни к чему не привели.
— Ты знаешь, откуда Дайген узнал о том, что мы сделали с Бланш? — поинтересовалась девушка, садясь на подлокотник.
— А он узнал? — встрепенулся Слизеринец.
— Ну, вообще-то, я точно не знаю, — призналась Гермиона под пристальным взглядом. — Он просто меня поблагодарил, так и не объяснив, за что.
Драко внимательно посмотрел на девушку.
— Это, скорее всего, только его догадки, правду он знать не может, — парень небрежно откинулся назад. — А вы не испытываете угрызений совести из-за того, что сделали с леди Бланш, ваше высочество?
— Она это заслужила, — неожиданно жестоко отрезала Гермиона, но гнев исчез так же быстро, как и появился — минутная вспышка. — Сначала я жалела, а когда увидела Лизель и Дайгена, то перестала.
Они молчали… какое-то время. Каждый думал о только что произнесенных словах.
— Раньше бы ты так не сказала? — тихо заметил Драко.
— Да, — так же тихо согласилась она, — не сказала. И все-таки Аполлон молодец.
— Ну конечно, — ехидно согласился парень. Гермиона хотела переменить тему — он ей позволил. В другое время он не упустил бы возможности подколоть ее, но сегодня иной день, он — какое ужасное слово — последний.
Глаза девушка гневно вспыхнули. Гнев был наигранным — это было понятно обоим.
— Я серьезно, Малфой. И то, что он тебе не нравится, еще не причина говорить, что он плохо все сделал. Он сам устроил, чтобы служанка наткнулась на мужчину… обнаженного мужчину в кровати девушки.
— Он сам играл роль этого мужчины… обнаженного мужчины, — вставил Драко — в жизни все еще остались маленькие радости.
— Но ты же не будешь отрицать, что без него мало что получилось бы?
— А я и не собирался, — он поднялся с кресла. — Нам уже пора идти.
Опять перемена темы, но в этот раз вынужденная. Им нужно было идти.
Что Гермиона об этом думала? Ей самой бы хотелось знать ответ — мысли разбегались. Знала ли она что уже пора? Да. Знала ли она, что временем невозможно управлять? Да. Так почему же не подготовила себя?.. Очень просто — к этому невозможно подготовиться.
Не говоря ни слова, девушка сорвалась с места, кинувшись в объятия своего злейшего врага и Защитника одновременно. Губы с маниакальной жадностью впились в его приглашающие приоткрытые губы. Навсегда, навсегда запомнить их вкус, больше возможности не будет. Он до крови прокусил ее губу — она была этому даже рада, внешняя боль гораздо предпочтительнее внутренней.
Никаких слез, Гермиона никогда бы не проливала их по подобной причине, они бы просто не появились, даже захоти она этого. Просто тоска, которая, как в тисках, сдавила сердце, но ведь время все лечит — вылечит и ее. Она забудет как они… любили? Нет! Никогда! Тогда же что — хотели, жаждали обладать, даже стали близки друг другу насколько, насколько могут стать одержимые ненасытным желанием принадлежать ему или ей? Да — именно это.
Задыхаясь, Гермиона отстранилась. Их лбы соприкоснулись. Драко провел рукой по нежной щеке, убирая длинные темные пряди с лица девушки. Никаких обещаний.
— Пора?
— Пора, — как приговор.
Не торопясь, они пошли по коридорам, в Зал, где их ждали остальные, кто намеревался поехать к воротам. Это были: Дайген, Лизель, Аморал, Дэймос, Нейрина, Белзенкар, Брадор, Некрон, ну и сама Гермиона. Лейла, не любившая долгих прощаний, потому что знала, что расплачется, решила остаться во дворце. А возможно, она осталась и из-за опасения, что дочь все-таки перешагнет черту, разделяющую миры. Королева не хотела оказаться свидетельницей этого несчастья.
Окинув взглядом Гермиону с Драко, Белзенкар торжественно выпрямился.
— Пришло время открыть врата. Мы отправляемся к берегу?
Ответом был твердый кивок Слизеринца и едва заметный наклон головы задумавшейся девушки. Когда-то она спросила чародея, почему они не могут открыть врата в любом другом месте, на что получила весьма туманный ответ, ничего не объясняющий и в конце: наставительные слова, что как начнет изучать строение врат, то поймет. С того времени она кое-что об этом прочитала и была почти уверена, что нашла ответ на вопрос. Врата открывались с Земли, хоть и не сознательно. Астрономическая башня была, можно сказать, параллельна тому берегу у моря, куда двое учеников три месяца назад ступили впервые. И сделай врата они в другом месте — было еще неизвестно, где они выйдут. Впрочем — не все так просто, был еще какой-то тип врат, открывающихся с любого места и в другом мире появляющихся в желаемом, но этот способ требовал большего использования сил. Гермиона с этим до конца не разобралась, но поняла, что Белзенкару под силу открыть и другие врата, вряд ли старик бы сильно ослаб, так почему же он решил открыть врата на прежнем месте. У девушки были кое-какие смутные догадки, но не было ни одного подтверждения.

Вскочив на лошадей, небольшая группа неторопливо поехала по городу. Позади ехала карета, в которой сидели Брадор с Некроном и маленьким щенком. Последний, надо заметить, не сидел, а все норовил выпрыгнуть на улицу.
Слизеринца окружили друзья по походу в Обитель и давали советы. Особенно долго Драко разговаривал с Дайгеном.
Гермиона ехала рядом с чародеями, окидывая неторопливым взглядом толпу зевак.
— Грустишь? — мягко спросила Нейрина.
— Может быть, — девушка глубоко вздохнула. — Мне будет его не хватать, но я привыкну. Я знаю это.
— Конечно, — согласилась женщина, продолжая смотреть своими проницательными глазами на принцессу. — Привыкнешь, Гермиона.

…Бушующие волны накатывали на неровный берег. Темный синий океан пытался достать до группы путников, бредущих по кромке берега.
Океан был разумным, хотя многие этого не знали, как и не знали, что многое разумно. Хоть и вода в океане не задерживается подолгу на одном месте, как и камни, перекатывающиеся то под мягкими и нежными, то под бурными и безудержными волнами, но скалы — их единицы — остаются неизменными. Долгими, длинными столетиями они рассказывают воде и камням о случаях, произошедших на этих берегах — они помнят все, они рады видеть старые лица, как и рады услышать голос вновь прибывших спустя много тысячелетий молекул воды. Океан — это не единое существо, он объединяет в себя много всего. Он как королева-пчела, знает все, что слышит и видит каждая его частица. Но это знание настолько велико и огромно, что многое забывается.
А скалы помнят все, что связано с этим местом — это их дом. И сейчас они рассказывают свою историю, не обращая внимания на попытки волн поглотить странников. Странники? Ведь некоторые из них знакомы! И вновь начинается новая история, и так будет всегда…

Смахнув соленые брызги воды с лица, Гермиона окинула долгим взглядом мрачный океан — он такой загадочный и таинственный, такой привлекательный и опасный.
А вот и несколько скал, запримеченных еще давно. Интересно, давно они здесь стоят, наверное, с самого создания мира, а значит они безмолвные свидетели всего, что происходит в этом месте… странные мысли…
Спрыгнув с лошади, девушка неторопливо подошла к чародеям.
— Мы открываем врата, — она не поняла, кто это сказал. Странно это было — не различить разницу между мужским и женским голосом, но это было так. Впрочем, она и не старалась понять.
Драко встал рядом — он смотрел на океан, как смотрела на него минуту назад Гермиона.
Золотая воронка ослепила своим сиянием, привлекая внимание.
— Она продержится еще минут десять, — проговорил Белзенкар.
Снова начались прощания, а Гермиона все стояла рядом с ним и молчала. Она запоминала эти последние мгновения, каждую деталь, которая их сопровождает. Вот Лизель мягко улыбнулась Дайгену, Дэймос на прощание потрепал кружившегося у ног Слизеринца щенка, Драко небрежным жестом откинул слегка повлажневшие от сырого воздуха волосы.
Наконец, их взгляды встретились.
— Пришло время сказать «прощай»? — немного приподняв бровь в своей излюбленной манере, осведомился Слизеринец.
— Пришло, — согласилась Гермиона. Она была благодарна их спутникам, которые не обращали на них внимания, дав возможность поговорить.
Щенок, прижавшись к ногам парня, жалобно заскулил. Подняв его на руки, Драко протянул его девушке.
— Я хочу, чтобы он остался с тобой, забери его в Обитель Демонов, — он слегка усмехнулся, — тебе не помешает защитник. — Да, Защитник ей не помещает, но и защитник сойдет.
— Дай ему имя, — попросила Гермиона, принимая щенка.
Серые глаза на миг сделались задумчивыми, потом губ снова коснулась усмешка.
— Лорд.
— Оригинально, — легко хмыкнула девушка.
— А как же иначе!..
Все. Теперь нечего говорить, кроме слов прощанья. Времени истекло.
Мягко взяв щенка из рук Гермионы, Лизель пошла к своей лошади, за ней последовали и остальные.
— Быстрее прощайтесь, — напоследок сказал Белзенкар. — Врата долго не продержатся.
Отъехав на приличное расстояние, они остановились, ожидая Гермиону. Хотя, может они ожидали увидеть, как она за ним пройдет во врата? Кто знает.
Пора прощаться…
Драко взял ее руку, оставил на изящных пальцах девушки слабый поцелуй.
— Прощай, принцесса.
— Прощай, — эхом отозвалась Гермиона. Рука безвольно опустилась.
Она смотрела, как он уходит. Почему теперь время тянется так медленно.
Повернись! Повернись! — если он повернется, то она пойдет за ним…
…но он не повернулся, неверное, догадываясь, что произойдет, если он все же обернется. Каждый сделал свой выбор…
Золотое сияние поглотило высокий силуэт навсегда. На темном берегу, у бушующего моря осталась одна она. Карие глаза продолжали смотреть туда, где растаяло золотое сияние.

К*О*Н*Е*Ц




Не нашли, что искали? Воспользуйтесь поиском:

vikidalka.ru - 2015-2019 год. Все права принадлежат их авторам! Нарушение авторских прав | Нарушение персональных данных