Главная | Случайная
Обратная связь

ТОР 5 статей:

Методические подходы к анализу финансового состояния предприятия

Проблема периодизации русской литературы ХХ века. Краткая характеристика второй половины ХХ века

Ценовые и неценовые факторы

Характеристика шлифовальных кругов и ее маркировка

Служебные части речи. Предлог. Союз. Частицы

КАТЕГОРИИ:






Статья 3: О христианских добродетелях




Глава 1: О страхе Божием

«И если вы называете Отцом Того, Который нелицеприятно судит каждого по делам, то со страхом проводите время странствования вашего, зная, что не тленным серебром или золотом искуплены вы от сует­ной жизни, преданной вам от отцов, но драгоценною Кровью Христа, как непорочного и чис­того Агнца, предназначенного еще прежде создания мира, но явившегося в последние време­на для вас» (1 Петр 1:17-20).

«Начало премудрости — страх Господень; разум добр у всех руководящимся им. Хвала его пребывает в век века» (Пс.110:10).

«Блажен муж, боящийся Гос­пода, заповеди Его сильно возлюбит» (Пс.111:1)

179. Сколь великое есть дарование Божие страх Божий и как блаженны имеющие его, Бо­жие слово свидетельствует. «Страх Господень — слава и похвала, и веселие, и венец радости. Страх Господень возвеселит сердце и даст весе­лие и радость и долгоденствие. Боящемуся Гос­пода благо будет напоследок, и в день смерти своей обретет благодать. Страх Господень — дар от Господа, и постав­ляет на стезях любви. Любовь к Господу — преславная премудрость; и кому является Он, разделяет ее по своему ус­мотрению. Начало премудрости — страх Господень, и с верными она образуется вместе во чреве. Среди людей утвердила она вечное основание и семени их вверится. Полнота премудрости — бояться Господа, и она напоит их от плодов своих. Весь дом их напол­нит тем, чего желают, и сосуды их — произведе­ниями своими. Венец Премудрости — страх Господень, произращающий мир и невредимое здравие. И то и дру­гое — дары Божий, и расширяет веселие любя­щим Его. Он видел ее и измерил ее, пролил, как дождь ведение и разумное знание, и возвысил сла­ву обладающих ею. Корень премудрости — бояться Господа, и ветви ее — долгоденствие. Страх Господень отгоняет грехи» (Сир.1:11-21). И еще: «Почтенны вельможа, и судья, и властелин, но нет из них больше боящегося Господа» (Сир.10:27). И еще: «ничего нет лучшего страха Господня и ничего нет слаще, как только внимать запове­дям Господним» (Сир.23:36). И еще: «Сколь велик тот, кто обрел премуд­рость, но несть больше боящегося Господа: страх Господень все превосходит» (Сир.25:13-14). И еще: «Боящийся Господа ничего не убоится и не устрашится, ибо Он — надежда ему. Блажен­на душа боящемуся Господа» (Сир.34:14-15). И еще говорит Бог: «Воссияет вам, боящимся имени Моего, Солнце правды, и исцеление в лучах его, и вы выйдете, и взыграете, как тельцы, от уз разрешенные» (Мал.4:2). И еще: «Страх Господень — источник жизни, уклоняющий от сети смертной» (Притч.14:27). И еще Псаломник: «Кто есть человек, боящий­ся Господа? Ему Он даст закон для пути, какой Ему угоден. Душа его среди благ водворится, и семя его наследует землю. Господь — опора боящимся Его, и завет Его это явит им» (Пс.24:12—14). Ибо страх Божий есть, как страж верный, который всегда бдит и хранит душевный дом от всякого зла, или даже, как стена крепкая и высокая, препятствующая стрелам, которые мечет враг, и недейственными их делает. Страх Божий не допускает прельщаться красотами мира сего. Страх Божий честь, славу, богатство, сла­дость и роскошь мира в подозрении учит иметь, как подающие случаи ко всякому злу. Страх Божий не дозволяет свободно уму рассеваться, языку — много говорить, глазам — на все смотреть, ушам — все слушать. Но учит все­гда и от всего беречься и, подобно птице, ос­матриваться. Страх Божий учит и позволенное, как-то: пищу, питье, одежду — не ради сласти и роско­ши, но ради нужды употреблять. Страх Божий учит прилежно внимать зако­ну Божиему и всякому полезному наставлению, обличению, наказанию. Страх Божий учит совесть рассматривать и теплым покаянием очищать. Страх Божий наставляет всегда молиться и воздыхать к Богу, чтобы в грех не впасть. Страх Божий увещевает уклоняться от слу­чаев, которые ко греху приводят. Страх Божий увещевает обидевшему про­щать, и на злобствующего не злобиться, злосло­вящего не злословить, укоряющего не укорять. Страх Божий, наконец, и сам страх челове­ческий смертный презирать учит, чтобы Бога не прогневать, и на смерть телесную предавать­ся, чтобы смерти душевной избежать. Страх Божий есть истинное училище сми­рения, которое привлекает Божию благодать. Воистину нет никого крепче и тверже того, кто имеет страх Божий. «Почтенны вельможа, и судья, и властелин, но нет из них больше бояще­гося Господа», — говорит Сирах (Сир.10:27).

§ 180. Признаки страха Божия примечают­ся следующие: 1) Имеющий страх Божий явно и тайно, то есть перед людьми и без людей, бережется от всяких грехов, поскольку везде перед собою видит Бога, Которого опасается прогневать. Следовательно, кто перед людьми не грешит, но тайно грешит, тот страха Божия не имеет, а име­ет стыд и страх человеческий; людей стыдится и боится, а не Бога; людям угождает, а не Богу. И такой человек есть лицемер. 2) Не смотрит на чужие грехи, а в свою со­весть проникает и, в ней находящиеся грехи усматривая, очищает усердным покаянием и молитвой. 3) Охотно слушает Божие слово и всякое наставление, наказание, обличение, и ищет того, чтобы или грехи, находящиеся в совести своей, усмотреть, и так в них каяться, или что­бы впредь смог удобнее беречься от них с по­мощью Божией. 4) Непрестанно и усердно молится и возды­хает, чтобы Сам Бог наставил его и сохранил от грехов и всего того, что ко греху приводит. 5) Избегает случаев, которые ко греху при­водят, как-то: собраний, увеселений, игр, бе­сед злых, разговоров о людях и прочих. 6) Зрение и слух бережет, ведая, что через них, как через двери, всякое зло входит в хра­мину сердечную и колеблет ее. 7) Языку не попускает много говорить, но более молчать, помышляя, что и за праздное слово следует воздать ответ в день Судный (см. Мф.12:36) и что этим малым членом более все­го все согрешаем (см. Иак.3:5). 8) От чести, богатства и утехи мира этого уклоняется, ибо они подают случай ко греху и отворяют дверь ко всякому нечестию. 9) Пищу и питие не ради сласти и роскоши, а ради нужды употребляет, чтобы только теле­сные укрепить силы и так дела звания своего делать и Богу служить мог. 10) Не только никакой временной беды или страха человеческого, но и самой смерти не боится. Если где следует или в беду впасть и умереть, или согрешить, лучше предпочтет бед­ствовать и умереть, нежели согрешить. И в стра­хе Божием всякую беду и самый страх смерт­ный превозмогает, так же, как одержимый же­стокой болезнью не чувствует другие легкие болезни, или как слышащий великий шум ти­хого голоса не слышит. Святой Иосиф, сын Иакова, предпочитает лучше в темнице сидеть, нежели с женой египетской смешаться и согре­шить (см. Быт.39:20). Повивальные бабки ев­рейские презирают беззаконное повеление фа­раона и не убивают младенцев мужского пола: «ибо убоялись Бога» (Исх.1:17, 21). Трое отроков разожженной печи (см. Дан.3:21), Сусанна — смерти (Дан.13:23) не боятся ради страха Божия, и прочее.

§ 181. Страх Божий рождается и умножает­ся при помощи Божией: 1) От размышления о страшных Его судь­бах, которые явились на грешниках, как-то: на Каине (см. Быт.4), на погибших потопом (см. Быт.7), на содомлянах, в огне и сере сгоревших (см. Быт.19), на фараоне, с воинством в море потонувшем (см. Исх.14), на Дафане и Авироне, землей поглощенных (см. Числ.16), на Авессаломе, между небом и землей повисшим и по­гибшем (см. 2 Цар.17), и на прочих. Но Бог, Который прежде за грехи казнил, Тот же и ныне на беззаконных посылает казни. Слышим ужас­ные землетрясения и города в одном гробе с жителями погребаемые; слышим и видим пла­чевные сражения между государствами, ужасные кровопролития, столькие тысячи народа, бесполезно от огня и меча падающего; видим и слышим ужасные пожары, в которых веси, села и города погибают. Все это показывает, что есть Бог, Который ненавидит беззакония и наказы­вает беззаконников. А временные наказания показывают, что будут и вечные для неисправ­ных и ожесточенных грешников: будет геенна, червь неусыпающий, скрежет зубов, тьма кро­мешная, беззаконных мучающая. 2) Рождается от размышления о Божиих свойствах; особенно рассуждение и память о вездесущии и всеведении Божием страх Божий производит. Вездесущие Божие показывает тебе, что Бог везде с тобою, и над тобою, и пе­ред тобою. «Мы Им живем, и движемся, и суще­ствуем» (Деян.17:28). Ходишь или почиваешь, говоришь или мол­чишь, один ты или с кем беседуешь? Бог с то­бою. Делаешь что? Видит Бог дело твое. Говоришь что? Слышит Бог слово твое. Мыслишь ли что? Проницает Бог помыш­ление твое. Гордишься ли? Бог смотрит на гордость твою. Отступает ли сердце твое от Бога и обраща­ется к твари? Смотрит Он на отступление твое. Преступаешь ли закон Его святой? Смот­рит на преступление твое. Делаешь ли неправду, совершаешь хище­ние, воровство? Смотрит Он на неправду твою, хищение и воровство твое. Блудодействуешь ли? Смотрит Он на блудодейство твое. Гневаешься ли, или злобишься, или убива­ешь ближнего твоего? Смотрит Он на гнев твой, злобу твою и убийство твое. Злословишь, хулишь, проклинаешь, оклеветываешь ли ближнего твоего? Слышит Он злословие, хулу, проклятье и клевету твою. Мыслишь ли обидеть, повредить, оклеве­тать, обмануть, оскорбить, опорочить, убить ближнего твоего? Хочешь ли нечистоту совер­шить? Видит Он злое помышление и начина­ние твое и препятствует тебе в совести твоей. Видит — и оскорбляется. Величество Его ос­корбляется твоей гордостью, что ты, «земля и пепел» (Сир.9:10), надмеваешься. Правда Его оскорбляется твоею неправдой. Истина Его оскорбляется твоей ложью. Святость Его ос­корбляется твоей нечистотой. Долготерпение Его — твоим нетерпением. Благость Его — тво­ей злобой. Милость Его — твоим жестокосер­дием. Щедрость Его — твоей скупостью. Лю­бовь Его оскорбляется твоей ненавистью и за­вистью. Итак, бойся перед величием Его гордиться, перед правдой Его неправду делать, перед свя­тостью Его в нечистоте валяться, перед истиной Его лгать, перед благостью Его злобиться, пе­ред долготерпением Его гневаться и предавать­ся ярости, перед милосердием Его свирепство­вать, перед кротостью Его злопамятствовать. Присутствует Он с тобою со Своим величием и всемогуществом, правдой, истиной, святостью, милосердием, щедротами, кротостью, благо­стью и долготерпением, хотя этими очами и не видишь Его, да и видеть невозможно. Велик Он и весьма страшен. Как не побоишься величия Его и дерзнешь возноситься перед Великим и Страшным? Праведен Он. Как не убоишься правду на­рушать перед Праведным? Истинен Он. Как не боишься лгать перед Истинным? Свят Он, Которому Ангелы со страхом предстоят и поют: «Свят, Свят, Свят Господь Саваоф» (Ис.6:3). Как не убоишься перед такой святостью бесчинствовать? Милосерден Он и Многомилостив. Как не убоишься перед Милосердным свирепо посту­пать? Щедр Он. Как не убоишься затворять серд­це свое для требующего перед Щедрым? Благ Он, кроток и долготерпелив. Как не убоишься перед благим, кротким и долготер­пеливым гневаться, предаваться ярости и злопамятствовать? Наконец, Создатель Он твой, Высочайший Господь и Царь твой, Отец твой. Как не убоишь­ся и не устыдишься перед Создателем своим, Царем и Господом страшным и Отцом бес­страшно поступать? Вседержитель Он, Который в руке Своей весь свет содержит (см. Пс.94:3—7). Как не стра­шишься Его, Который со светом и тебя в руке Своей держит, прогневлять? Перед Царем земным, Государем своим, или перед господином своим, или перед отцом сво­им не дерзаешь бесстрашия и бесчиния пока­зывать. Перед очами Бога твоего, Который есть Верховный Царь, и Господь всего света, и Отец Вечный, всегда и везде, где ни бываешь, нахо­дишься. И как не боишься бесстрашия перед Ним показывать? Как ни велик Монарх зем­ной, но он человек, подобный тебе; как ни вы­сок господин твой, но он человек, подобный тебе; как ни дорог тебе отец твой, но, он также человек, подобный тебе. Все также рождаются и умирают, как и ты, но однако, всякое им яв­ляешь почтение и благоговение. Бог, перед Ко­торым всегда находишься, так Велик, что весь свет перед Ним, как малейший прах или одна «капля» воды (см. Ис.40:15); так силен, что все из ничего творит Словом одним. И Он есть Царь царей и Господь господ, перед Которым и Ан­гелы трепещут, трясутся, благоговеют и со стра­хом поклоняются. Итак, как не страшишься согрешать перед Ним и такого Ему почтения не оказывать, ка­кое земному Царю, господину и отцу по плоти, себе подобным людям, оказываешь? Всякого почитания достоин Царь земной, господин твой и отец, и Сам Бог велит их почитать. Но Бог несравненно большего почитания, и тако­го, какого не может быть больше, такого вели­кого, как Он Сам Велик, почитания достоин. К этому высокому почитанию и пророк уве­щевает нас: «Служите Господу со страхом и ра­дуйтесь пред Ним с трепетом» (Пс.2:11). И в другом месте призывает нас к тому же: «Приди­те, радостно воспоем Господу, воскликнем Богу, Спасителю нашему, предстанем пред Лицом Его со славословием и в псалмах воскликнем Ему, ибо Бог — Великий Господь и Царь Великий по всей земле; ибо в руке Его все концы земли, и вер­шины гор Его же; ибо Его — море, и Он сотво­рил его, и сушу руки Его создали» (Пс.94:1—5). 3) Рождается и умножается страх Божий от рассуждения о повелении Божием. Ибо Бог, Который закон издал и повелевает его хранить, велик, и страшен, и Он — «Бог отмщений» (Пс.3:1), и повелевает его хранить твердо: «Ты запо­ведал заповеди Твоя твердо хранить» (Пс.118:4). И за преступление святого закона Своего вре­менной и вечной казнью грозит. Указы земно­го Царя, гнев которого только тело наше умер­твить может, нарушать боимся. Как Божиего повеления нарушать не бояться и праведного Его гнева, Который «может и душу, и тело погу­бить в геенне огненной» (Мф.10:28)? 4) Рождается страх Божий от рассуждения о Боге повелевающем, как Отце Благоутробном и нас любящем. Отцу плотскому послушание оказываем и опасаемся его прогневать. Как не боимся ослушаться Бога, Небесного и Вечного Отца, Который создал нас, и в Сыне Своем Единородном возродил нас, и столько являет нам благодеяний, которых и умом понять не можем? Какой отец так любит сына, как любит Бог нас? Скоро человеческая любовь претво­ряется в гнев и ненависть, но Божия любовь не так: она не перестает никогда. Мы перестаем и изменяем, оскудеваем и не храним верности и любви к Нему, а Он всегда «Тот же» (Евр.1:12), всегда «повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на правед­ных и неправедных» (Мф.5:45). 5) Поскольку истинный «страх Божий есть дар от Господа», как говорит Сирах (Сир.1:13), то должны мы его усердной молитвой у Бога просить, чтобы сердце наше и все чувства стра­хом Своим оградил.

§ 182. Как страх Божий отвращает человека от всякого зла, так бесстрашие отворяет путь ко всякому злу и беззаконию. Отсюда хулы, клятвопреступления, мздоимство, лихоимство, насилия, хищения, воровство, сквернословия, бесчинные крики, насмешки, осуждения, кле­вета, коварство, лесть, обманы, всякая нечис­тота, бесчинство, — словом, всякое беззаконие и безбожие. Как конь свирепый, не имея правителя, стремится и бежит, куда хочет и глаза смотрят, так человек, от природы ко всякому злу склон­ный, если лишится страха Божия, как доброго правителя, на все злое устремляется, и куда злая воля ни повелевает идти ему, туда и идет, и что ни захочет, то и делает, от зла во зло, от греха в грех, и от беззакония в беззаконие впадает. Мыслит зло — и говорит зло; начинает зло — и совершает зло; и, как по ступеням, по различ­ным беззакониям во глубину зол нисходит, и так, придя в глубину зол, не думает. Тогда уже ни увещательное слово, ни слово угрозы на него не действует: на одно то только мыслью и делом стремится, на что злая воля и привыч­ка зовет. Бедное и плача достойное состояние тако­го человека, какого бы он звания ни был! Ибо от этого не что иное следует, как вечная поги­бель, если особливый Промысел Бога, Мило­сердного и не желающего смерти грешнику, оттуда, как Иону из чрева кита, не извлечет.

Глава 2: О смирении

«Всякий, возвышающий сам себя, смирится, а смиряющий себя возвысится» (Лк.18:14).

«Смиритесь пред Господом, и вознесет вас» (Иак.4:10).

«Научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем», — говорит Христос (Мф.11:29).

«Страху Божиему последует истинное смирение, ибо богобоящийся смиряется под крепкую руку Божию» (1 Петр 5:6).

§ 183. Какой гордостью сердце человечес­кое заражено, всякий может лучше приметить на другом, нежели на себе. Ибо пороки удоб­нее познаем в ближних наших, нежели в себе; и более очи наши обращаем на чужие, нежели на свои грехи. Но что человек в ближнем ви­дит, то и внутри себя имеет. Видим, как чело­век пытается над другим господствовать, при­казывать, повелевать, показаться лучшим для других, прославиться и превознестись, всеми почитаемым и поклоняемым быть, для чего столько средств употребляет, что и перечислить невозможно. Иной самовольно подвергает себя под треск и звук смертоносного неприятельского оружия, чтобы победителем назваться и чин получить. Иной школы и различные науки проходит, дабы или разумным и премудрым почитаться, или на высоком месте сидеть. Иной смолоду указам, правам и всяким приказным делам учится, что­бы судьею слыть. Иной богатства ищет, и тем хочет отличиться более прочих. Другой сози­дает богатые покои, дабы с почтенными и вы­сокими лицами знаться, и так самому как бы таким именоваться. Иного попечение о платье и убранстве цветном, чтобы так в собрании не на последнем месте сидеть и от встречающих­ся почтение и поклон получать. Иному на ум приходит высокие и богатые кареты, избран­ных и украшенных коней со множеством слуг приготавливать, дабы знатным и чиновным показаться. У иного богатый стол часто соби­рается, чтобы от питающихся честь и похвалу получать. Иной иное замышляет для прослав­ления имени своего. Корень всех этих неполезных, даже вредных замыслов — гордость житейская. Но кто от смертоносного этого зла начнет благодатью Божией уклоняться, и, оставив тварь, Творца искать, того другое, злейшее, зло встречает — духовная гордость и фарисейское высокоумие. Эта всепагубная язва особенно в тех привыка­ет гнездиться, которые много постятся, много дают милостыни, как тот фарисей на себе по­казал (Лк.18:10-11), а также в тех, которые уда­ляются в пустыни, заключаются в монастыри, одеваются мантиями, часто и много молятся, и прочие, по видимости неплохие дела, делать стараются. Так рядом с бедным человеком везде эта ехидна сидит и ищет, как бы ядом своим его умертвить! Против этого зла врачевство пред­лагает нам Сын Божий — смирение Свое и ве­лит у Себя тому учиться: «Научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем».

§ 184. Смирение рождается: 1) От рассуждения о своем недостоинстве и достоинстве другого. Такое смирение показал на себе сотник в Капернауме, который Христу, Спасителю мира, сказал: «Господи! Я недостоин, чтобы Ты вошел под кров мой» (Мф.8:7-8); а так­же святой Предтеча, который, Духом Святым провидя Христово величие, и Свою перед Ним низость понимая, исповедал: «Идет Сильней­ший меня, у Которого я недостоин развязать ремень обуви» (Лк.3:16). 2) Бывает от рассуждения о бедности и ока­янстве своем. Так смирился мытарь, который, множеством грехов отягчаемый, не хотел и очей возвести на небо, но, ударяя себя в грудь, гово­рил: «Боже! Милостив буди мне, грешному» (18:13). 3) Происходит еще смирение от страха, ког­да перед кем-либо разгневанным и огорченным смиряемся, боясь последующей казни. Так сми­рились ниневитяне, услышав от проповеди пророка Ионы о грядущей на город их Божию казни. «И поверили мужи ниневийские Богу, и за­поведали пост, и облеклись во вретища от вели­ка до мала» (Ион.3:5). Так и смиряются прочие грешники, когда сердец их коснется Бог стра­хом Своим; и так бывает «начало премудрости, страх Господень» (Пс.110:10). 4) Бывает смирение от любви, когда один перед другим смиряется, не боясь суда и казни, но жалея, что его или сам оскорбил, или другой кто, за которого смиряющийся ходатайствует, и тем своим смирением желая его удовлетворить и оскорбление наградить. Так и самые высокие лица, страху человеческому не подлежащие, смиряются перед простыми, которых напрасно оскорбили. Приятное и любезное зрелище, ког­да высочество таким духом вниз нисходит и до­стоинство перед простотой склоняется! Князь и вельможа не стыдится просить прощения у раба! Плотским людям и сынам века сего снис­хождение это безумием кажется; но истинная премудрость для христиан истинных, которые подражают в этом деле Христу, Спасителю сво­ему, «Божией Силе и Божией премудрости» (1Кор.1:24). Он, будучи Сыном Всевышнего и Госпо­дом славы, не устыдился «принять образ раба, смириться, быть послушным даже до смерти, и смерти крестной» (Флп.2:7-8). К этому глубочай­шему и нашим умом непостижимому смирению убедило Его не что иное, как любовь к Небес­ному Своему Отцу, Который гордостью и не­послушанием человеческим разгневан был и оскорблен, — и сожаление к человеку, который из-за непослушания от Лица Божия отвержен был. Таким самопроизвольным смирением правде Божией раздраженной удовлетворил, и человека, от милости Божией отпадшего, опять в высочайшую Его милость привел. В это ясное зеркало смирения должны мы всегда смотреть, и перед Богом, Которого гре­хами оскорбили мы, смириться, и с пророком сердцем и устами исповедаться: «У Тебя, Госпо­ди, правда, у нас же на лицах стыд» (Дан 9:7), хотя бы геенны и муки не было. Ибо для нас более всякой муки быть должно одно то, когда видим нами прогневанного Того, Который есть веч­ная Любовь, Который нас по образу Своему создал и так чудно о нас промышляет.

§ 185. Причины, приводящие человека к смирению: 1) Бедность и окаянство наше убеждает нас смиряться. Возьми всякий себе в рассуждение, и получишь довольную причину смиряться; приникни в глубину сердца своего, и увидишь, какое там зло и бедствие кроется. Это зло злы­ми помыслами, как злое дерево злыми своими плодами, себя показывает. «Изнутри, из сердца человеческого, исходят злые помыслы, прелюбо­деяния, любодеяния, убийства, кражи, лихоим­ство, злоба, коварство, непотребство, завист­ливое око, богохульство, гордость, безумство», — говорит Христос (Мк.7:21-22). А что внутри, в сердце кроется, то наружу, как из котла кипя­щего, что вместиться не может, через внешние деяния извергается. Отсюда происходят ссоры, вражды, проклятия, злословия, хулы, лесть, обманы, насмешки, укоры; отсюда гнева пло­ды: мщение, зловоздаяние, кровопролитие, убийство; отсюда хищение, лихоимство, клят­вопреступление, обида бедных, пролитие слез вдов и сирот. Сердце извергает смрадные запа­хи и плоды свои: студодеяния, блудодеяния, прелюбодеяния, сквернословия, срамословия, слова и деяния стыдные, шутки бесстыдные, сладострастия скотские, Словом сказать, вся­кая мерзость и всякое зло из сердца исходит, как из земли посеянное семя возникает; и делом самим исполняется, если силою страха Божия не воспрепятствуется. Но, что человеческое окаянство умножает — человек этого зла и не узнает, пока Бог бла­годатью Своей не просветит его. Многие нечто о себе мечтают; против них апостол говорит: «Кто почитает себя чем-нибудь, будучи ничто, тот обольщает сам себя» (Галл.6:3). Но такие, когда благодатью Божией осмотрятся, увидят, что они ничто, и признает всякий: «Я заблудился, как овца погибшая» (Пс.118:176). И это бедствие и окаянство всем людям общие. Это должны мы познавать и признавать и так смиряться. 2) К этому бедствию другое, не меньшее, присовокупляется — многоразличная хитрость и вражда дьявольская. Этот враг «был человеко­убийца от начала» (Ин 8:44), и в сердце праро­дителя нашего злое свое семя (о котором в пер­вом пункте сказано) посеял, не перестает и ныне плевелы свои рассевать. Везде он с ковар­ством своим окружает нас: что ни делаем, о чем ни беседуем, примечает, и во всем хочет запнуть и озлобить нас. Спим ли, или отдыхаем? Он не спит, но бод­рствует на погибель нашу. Ходим ли, или сидим? Он наблюдает хож­дение, сидение и вставание наше. Едим ли, или пьем? Подкладывает козни свои. К молитве ли обращаемся? И тут не остав­ляет нас, и тут препятствует нам, старается рас­слабить нас, отвратить ум наш и сердце от Бога. От зла ли уклоняемся? Старается опять в него ввергнуть нас. Добро ли делаем? Подвизается и тут, чтобы не с добрым намерением и не с доброй целью это делалось нами. «Вот, — говорит блаженный Августин, — рас­простер под ногами нашими бесчисленные сети, и все пути наши различными наполнил обмана­ми, дабы уловить души наши. Сети положил в богатстве, сети положил в нищете, сети простер в пище, в питье, в роскоши, во сне и бдении; сети простер в слове, в деле и во всей жизни нашей» (Soliloqu, гл. 16). Поэтому святой апостол пре­достерегает нас, говоря: «Трезвитесь, бодрствуй­те, потому что противник ваш, диавол, ходит, как рыкающий лев, ища, кого поглотить» (1 Петр.5:8). Сети и козни этого злоковарного врага ус­матривает и от них уклоняется одно смирение. Ибо «смиренным Бог дает благодать» (Иак.4:6), которая их предостерегает, просвещает и сохра­няет от коварных сетей его. 3) Без благодати Божией ничего благоугодного человек творить не может. «Бог производит в нас и хотение и действие по Своему благоволе­нию», — говорит апостол (Флп.2:13). И Христос говорит: «Без Меня не можете делать ничего» (Ин.15:5), что и вышеуказанные в первом и во вто­ром пункте причины показывают. Ибо человек в духовных делах без Божией благодати как ис­сохшая ветвь, которая никакого плода принес­ти не может. «Как ветвь, — говорит Христос, — не может приносить плода сама собою, если не будет на лозе, так и вы, если не будете во Мне» (Ин.15:4). Итак, Богу, производящему в нас и хотение, и делание доброе, подобает всякая хва­ла и слава; а человеку приличествует стыд на лице и смирение, ибо не только делать, но и хотеть без Бога ничего доброго не может. «Если есть какое добро, малое или вели­кое, — говорит упомянутый блаженный Авгу­стин, — это Твое дарование, Господи; наше же только зло. Чем похвалится всякая плоть? Раз­ве злом? Это не похвала, а бедность. Твое, Гос­поди, добро, Твоя слава! Поэтому кто от Твоего добра славы себе ищет, тот вор и разбойник и подобен дьяволу, который хотел похитить сла­ву Твою. Ибо кто похвалы ищет от Твоего даро­вания и не ищет от того Твоей славы, но своей, тот хотя ради Твоего дарования и хвалится людьми, но Тобой осуждается, потому что от Твоего дарования не Твоей, а своей славы ис­кал. А кто людьми хвалится, Тобой же осужда­ется, того люди не защитят, когда будешь су­дить, и не избавят, когда Ты осудишь». И немного ниже: «Господи! Исповедую, как научил Ты меня, что я не что иное есть, как вся­кая суета, сень смертная, и бездна некая тем­ная, и земля пустая, из которой без Твоего бла­гословения ничего не произрастает, и плода не приносит, кроме стыда, греха и смерти. Если какое добро имел я когда, от Тебя его принял; какое добро ни имею, оно Твое и от Тебя его имею. Если когда стоял я, Тобою стоял; если когда падал, собою падал, и всегда бы в болоте лежал, если бы Ты меня не воздвиг; всегда бы слеп был, если бы Ты меня не просветил. Ког­да пал я, никогда бы не восстал, если бы Ты мне руки Своей не простер; но и когда Ты меня воз­двиг, всегда бы падал, если бы Ты меня не под­держивал; чаще бы погибал, если бы Ты мною не управлял. Так всегда, Господи, так всегда благодать Твоя и милость предваряет меня, она избавляет меня от всех зол, спасает от прошед­ших, восстанавливает от настоящих, и предва­ряет от будущих, пресекает и сети греховные передо мной, отнимает случаи и причины. По­скольку если бы Ты этого добра мне не сотво­рил, то я бы все грехи мира сотворил» (Soliloqu. Гл. 15). Так блаженный Августин о себе исповеду­ет; так учит премудрый учитель и нас о себе исповедовать и со смирением признавать не­мощь свою и окаянство, и, от зла ли когда ук­лоняемся, или доброе делаем, благодати и ми­лости Божией то все приписывать! 4) «Смиренным,- как Писание говорит, Господь дает благодать» (Иак.4:6). Как воды обыкновен­но с высоких гор на низкие места стекают, так реки дарований Божиих в долины смиренных сердец ниспускаются. И как сосуд пустой все удобно вмещает, так сердце, от суеты мирской и от гордости освобожденное, удобно к воспри­ятию дарований Божиих. Бог милостиво и че­ловеколюбиво смотрит на смиренное сердце, как Пресвятая Богородица говорит: «Призрел Он на смирение Рабы Своей» (Лк.1:48). Бог, богатый в милости и щедротах, всем хочет подать благодать Свою. Но, поскольку не во всех находит удобное к восприятию серд­це, потому не всем подает, а только тем, кото­рые «нищие духом» и признают нищету свою, «ал­чут и жаждут правды Его» (Мф.5:5-6). Как в на­чале Бог сотворил небо и землю, такие дивные дела из ничего, так Тот же Бог и ныне все из ни­чего творит. Кто считает, что он — ничто, из того нечто, как Всемогущий, соделывает. Отсюда бывает, что смиренный невежда и земледелец разумнее и мудрее в звании христианском, не­жели гордый мудрец мира сего, хотя красивых речей и письма не знает. Поэтому апостол гово­рит: «Никто не обольщай самого себя. Если кто из вас думает быть мудрым в веке сем, тот будь бе­зумным, чтобы быть мудрым» (1Кор.3:18). 5) Как на смиренное сердце изливаются дарования Божии, так в смиренном сердце, как в некой сокровищнице, сохраняются. Ибо такое сердце благодать и страх Божий окру­жает и, как верный страж, хранит его. Не так надменная гордость, но она и то, что и имеет, губит. Так прародитель наш в раю, когда захо­тел богом быть, потерял и то, что имел, Богом данное; захотел богом быть, но «сравнялся с несмысленными скотами и уподобился им» (Пс.48:21), — этого зла и сыны его причастились, и оплакать довольно не можем. Смирение есть как основание некое, на ко­тором духовную храмину добродетелей долж­ны мы созидать. Смиренный, без сомнения, «уподобляется мужу благоразумному, который построил дом свой на камне; и пошел дождь, и разлились реки, и подули ветры, и устремились на дом тот, и он не упал, потому что основан был на камне» (Мф.7:24-25). Ибо смирение при­держивается верой Того, Который все в руке Своей содержит; и потому это твердое основа­ние. Без этого основания, все, что ни создастся духовного, падет и в прах обратится. Фарисей думал, будто он создал храмину свою; но, по­скольку этого твердого основания не положил, обманулся, как пишется в Евангелии (Лк.18:11-12,14). Без смирения и построить ничего духовного невозможно, ибо, как сказано выше, без благодати Божией ничего духовного сотво­рить не можем. Ибо «Бог гордым противится, а смиренным дает благодать» (1Петр.5:5). 6) Без смирения истинного покаяния быть не может, но есть притворное и ложное, кото­рое только на устах, а не на сердце. Ибо как больной, который хочет исцелиться, должен сначала признать свою немощь и лекарю объя­вить, так и грешник, который душой немоществует, должен прежде всего душевную свою не­мощь признать, бедность и окаянство, признать себя преступником святого закона Божия, пе­ред судом Божиим виноватым, временного и вечного Божия наказания достойным, и с та­ким исповеданием прибегать верою ко Христу, душ и тел Врачу, и повергать себя духовно пе­ред пречистыми Его ногами, подобно евангель­ской блуднице (Лк.1:37-38), что без смирения быть не может. Ибо само такое сердечное при­знание бедности и окаянства есть признак сми­рения. Такое смирение показал блудный сын, когда признал свое не достоинство: «Отче! Я со­грешил против неба и пред тобою и уже недосто­ин называться сыном твоим» (Лк.15:21). Так сми­рился мытарь, когда стоял вдали, когда не хо­тел даже возвести очи на небо, «но, ударяя себя в грудь, говорил: «Боже! Милостив буди мне, греш­ному»» (Лк.18:13). 7) Без смирения молитва неполезна бывает, ибо «гордым Бог противится». Напротив, на сми­ренных милостиво призирает Бог: «Призрел на молитву смиренных и не уничижил моления их», — говорит Псаломник (Пс.101:18). Так Он при­зрел на молитву смиренного мытаря, хотя гре­хами и обременен был, — как и отринул гордое самохвальство фарисейское. «Всякий, возвыша­ющий сам себя, смирится, а смиряющий себя воз­высится» (Лк.18:14). Так сотник в Капернауме, который считал себя недостойным того, чтобы в дом его Христос вошел, получил желаемое, да еще с похвалою: «И в Израиле не нашел Я такой веры», — сказал Христос (Мф.8:10). Так верная хананеянка, которая не отказалась быть подоб­ной псам, едящим крохи, падающие с трапезы господ своих, слышит от Христа: «О женщина! Велика вера твоя; да будет тебе по желанию твоему». И исцелилась дочь ее в тот час» (Мф.15:28). Ибо где вера истинная, там и смирение: смирение от веры неотлучно. С такой верой и смирением и мы должны приступать к вели­честву Божиему, если хотим чего просить и просимое получить, — помнить, кто мы и к Кому с прошением приступаем. 8) К смирению приводит нас начало и ко­нец наш: из земли взяты, в землю и обращаем­ся, ибо мы земля, и в землю отойдем (Быт 2:7; 3:19). Если и утешает нас вера наша, что опять душа с телом в свое время соединится Божией силой, и в иной, прекраснейший, вид Божией благодатью облечемся, однако всякому следу­ет «однажды умереть» (Евр.9:27), в недрах земли, от которой взяты, скрыться и до общего вос­кресения почить. А эта мертвость и тление при­водит нам на память и то, что нас в это плачев­ное состояние грех привел, хотя несомненная надежда питает и укрепляет сердца наши, ибо «жизнь ваша сокрыта со Христом в Боге» (Кол 3:3). Размышление об этом конце, разрешении, тле­нии и рассыпании тела нашего не допустит нас надмеваться и над прочими возноситься. Ибо всем — высоким и низким, господам и рабам, богатым и нищим — следует по кончине один дом — земля, и всякому предстоит в смрад и в землю телом обратиться и рассыпаться. 9) Кто смирения не имеет и не старается иметь, тот опасаться должен, как бы с дьяво­лом, начальником гордости, не пасть и с ним вечно не быть отверженным от милости Бо­жией. «Гордым Бог противится». Ибо как у сми­ренных путь хотя и низкий, но к высокому Отечеству — небу — ведет, так гордые, хотя вы­соко поднимаются и летают, но в конце вниз, то есть в ад, низвергаются. Этого низвержения всякий высокоумный должен бояться. 10) Христос, Сын Божий, хотя и есть для нас образ и зеркало всех добродетелей, однако сми­рению и кротости у Себя учиться нам повеле­вает: «Научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем» (Мф.11:29). Отсюда видим, сколь ве­ликая добродетель — смирение: ибо начало свое имеет не от кого иного, но от Христа, Царя неба и земли. «Научитесь от Меня», — говорит, — не мертвых воскрешать и прочие чудеса творить, но чему? — «Ибо Я кроток и смирен сердцем. Если Сам Господь неба и земли был смирен сердцем, как исповедует; если смирил Себя до смерти кре­стной» (Флп.2:8); если не устыдился ноги уче­никам умыть (Ин 13:5); если свидетельствует Сам о Себе, что «Сын Человеческий не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послу­жить» (Мф.20:28); если говорит: «Я посреди вас (учеников), как служащий» (Лк.22:27), не тем ли более нам, рабам, по примеру Господа нашего, подобает смириться и не стыдиться братии сво­ей служить, и с ними, какие бы ни были, обра­щаться дружески. На этот образ взирали свя­тые апостолы и все святые, и у него учились, и так низким путем смирения в высокое Отече­ство — небо — вошли.

§ 186. Смирение не только вне показывать, но особенно внутри должно стараться иметь. Есть такие, которые вне показываются сми­ренными, но внутри этого не имеют. Многие откладывают чины и титулы мира этого, но не хотят отложить высокого о себе мнения; отре­каются от чести и сана мирского, но хотят по­читаться ради святости. Многие не стыдятся называть себя перед людьми грешниками, или, что еще более, даже всех грешнейшими, но от других того слышать не хотят, и потому устами только таковыми себя называют. Иные, как серп, согнутую шею носят, но внутри ум воз­носят. Другие низкие поклоны перед братией своей делают, но сердцем непреклонны быва­ют. Иной в разодранном рубище ходит, но сер­дца разодрать не хочет. Многие мало и тихо, а иные и совсем не говорят, но сердцами беспре­станно ближних порочат. Иные черной рясой и мантией тело покрывают, но сердца покрыть не хотят. Так и прочие знаки смирения пока­зывают! Все таковые смирения на сердце не имеют. Могут эти знаки быть приметами смирения. Но если нет того, что они значат, то они не что иное, как лицемерие. И подобны таковые меху, возду­хом надутому, который кажется, что чем-то на­полнен, но, когда воздух выпустится, показыва­ется, что пуст; или даже, по слову Христову, по­добны «окрашенным гробам, которые снаружи кажутся красивыми, а внутри полны костей мер­твых и всякой нечистоты» (Мф.23:27). Поэтому смирение, как и всякое благочестие, в сердце должно иметь. Ибо Бог судит по «намерению сер­дечному» (1Кор.4:5), а не по наружности, как пе­ред людьми являемся.

§ 187. Здесь предлагаются некоторые знаки истинного смирения, которое не только вне, но и внутри, в сердце, имеется. 1) Познать истинное свое окаянство и бед­ность и сердцем признавать; это окаянство всем нам общее, хотя то мало кто это познает и признает; почему немногие и смирение истинное имеют. 2) Не презирать никого, и самого подлей­шего. Никого не осуждать не только словом, но даже мыслью, а на свое окаянство и зло смот­реть и оплакивать, и так милости у Всемогуще­го Бога просить. 3) Чести и славы не искать, и, хотя подается, недостойным себя считать не только устами, но и на деле. И если нужно быть в чести, жалеть о том, и с подвластными обходиться как с братья­ми своими, не считать себя лучше их, пользы их искать, а не почтения и поклонов от них. И хотя нужно будет кого наказывать и к страху приво­дить, в сердце думать, что и сам не лучше их. 4) Терпеть без роптания и охотно всякое презрение и бесчестие; ибо смирение без тер­пения быть не может, и где терпение истинное, там и смирение. Ибо кто не терпит презрения, тот любит почитание и похвалу, что есть знак гордости. 5) Доброхотно и усердно повиноваться и слушать не только высших, но и равных, и меньших в нуждах их и требованиях: ибо сми­рение пред всеми склоняется, как и любовь. 6) С низшими обходиться так, как с равны­ми себе, не почитать себя выше и лучше их, но помнить, что все люди одного и того же есте­ства — и сановитые, и простые. 7) Считать себя окаяннее и грешнее всех остальных. Ибо смирение, когда на свои толь­ко пороки смотрит, то и находит себя достой­нейшим осуждения более других. 8) В истинном смирении примечается не­престанная алчба и жажда Божией благодати: ибо смирение не смотрит на то, что имеет, но рассуждает о том и ищет того, чего не имеет. Как учащиеся из книг и у учителей чем более учат­ся и узнают, тем более невежество свое видят, потому что намного больше не знают, нежели знают, так и учащиеся в школе премудрости Бо­жией тем более познают, что они убоги духовно, чем более причащаются дарований Божиих: ибо видят, что многого не имеют, потому и ищут со смирением и воздыханием.

§ 188. Здесь вкратце прилагается, каким образом смирение искать. 1) Стараться познать себя, свою бедность, немощь и окаянство, и ту немощь почаще пе­ред душевными очами полагать. 2) О величестве Божием и о своей подлости рассуждать. 3) О смирении Христовом, Чья любовь к нам, как и смирение ради нас так велико, что и умом понять невозможно, размышлять с прилежанием, что святое Евангелие тебе представ­ляет. 4) Не смотреть на то, какое имеешь добро, но смотреть, какого еще не имеешь. 5) Помнить прежде совершенные грехи. «Воспоминание прежних грехов, — говорит святой Иоанн Златоуст, — есть довольная узда, чтобы усмирить и уцеломудрить нас» (Беседа 31 на Книгу Бытия). А притом и о том рассуждать, что еще более и тяжелее можешь согрешить, если благодать Божия не поможет тебе, как бла­женный Августин исповедует. 6) Какое добро сделал, Богу то приписывать и благодарить, а не считать своим. 7) Когда видишь или слышишь брата согре­шающего, то не о грехе только его рассуждай, но и добре внимай тому, что он еще делает или делал, и так увидишь, что он лучше тебе, как говорит свт. Василий Великий (В слове о сми­рении). К тому же, от его падения своего бере­гись и свои грехи на ум приведи. Ибо падать — общее зло человеческое. Читай еще главу о гордости, и сравнивай одно с другим, чтобы лучше понять. Ибо что от гордости отводит, то приводит к смирению, которое всегда противно гордости.

 

 






Не нашли, что искали? Воспользуйтесь поиском:

vikidalka.ru - 2015-2019 год. Все права принадлежат их авторам! Нарушение авторских прав | Нарушение персональных данных