Главная

Популярная публикация

Научная публикация

Случайная публикация

Обратная связь

ТОР 5 статей:

Методические подходы к анализу финансового состояния предприятия

Проблема периодизации русской литературы ХХ века. Краткая характеристика второй половины ХХ века

Ценовые и неценовые факторы

Характеристика шлифовальных кругов и ее маркировка

Служебные части речи. Предлог. Союз. Частицы

КАТЕГОРИИ:






Религия и культура ведийской эпохи 4 страница




Нанды вели довольно активную внешнюю политику. В пуранах один из их царей назван «истребителем всех кшатриев». По мне­нию Ф. Е. Паргитера, он действительно низверг указанные в списке пуран кшатрийские династии — икшваков, панчалов, каший-цен, хайхаев, калингов, ашмаков, куру, майтхилов, шурасенов, иитихотров37. Трудно сказать, сопровождалось ли это и террито­риальными захватами, или речь шла лишь о сокрушении местных ишатрийских династий. Допустимо предположить, что Нанды вели Пирьбу с правителями соседних областей и некоторые из них признали верховную власть Нандов. Ряд источников говорит о «хождении в империю областей, чьи правители упоминаются в приведенном выше списке. «Катхасаритсагара» сообщает, напри­мер, о лагере Нанды в Айодхье, подтверждая тем самым данные нуран о подчинении икшваков, т. е. Кошалы38. Материалы позд­ней южноиндийской эпиграфики сохранили предание о проникно­вении Нандов в Южную Индию39. Из Хатхигумпхской надписи мм узнаем о том, что им принадлежала Калинга.

Нандская империя включала, таким образом, довольно большую чисть Северной Индии, а возможно, и какую-то часть Южной. Ипервые под властью одного правителя оказалась столь огромная территория. Хотя это единство было очень непрочным, сам факт пГп.единения различных районов Индии имел немалое значение: именно тогда были заложены основы Маурийской империя.

Чандрагупта и возвышение Маурьев. Данные источников о происхождении Маурьев противоречивы40. Джайнская традиция пи связывает правителей этой династии с Нандами, но помещает ик родовое поселение в пределах Нандского государства, подчер-


кивая, что основатель ее — Чандрагупта — выходец из сельской местности. Это перекликается со свидетельством Помпея Троги, утверждавшего, что Чандрагупта «был рожден по крайней мер' в простом роде» (Юстин XV. 4). Помпеи Трог, которому следован Юстин, опирался на местную индийскую традицию41. Только поздний комментатор «Вишну-пураны* Ратнагарбха считал пер вого из Маурьев сыном царя Нанды и одной из его жен по им*' ни Мура42. В самих же пуранах ничего об этом не говорится 4' Кое-какие данные о связи (правда, не родственной) Чандрагупта с Нандами есть в драме Вишакхадатты «Мудраракшаса». В не» Чанакья называет Чандрагупту «вридтала», что позволило от дельным ученым рассматривать его как шудру. Впрочем, анализ пьесы не дает оснований для такого вывода: термин «вришалэ» имел несколько значений — в «Законах Ману» под ним понимя лись кшатрийские роды, которые нарушили брахманские обря ды, а в комментарии (Медхатитхи) — человек, чьи взгляды от личны от традиционных брахманских44. Весьма вероятно, что в «Мудраракшасе» указанный термин мог употребляться в атом смысле.

Многие источники сообщают о кшатрийском происхождении Чандрагупты. «Махабодхивамса», например, относит его к цар скому роду (narindrakula), еще более ранняя «Махавамса» (V. 16) — к кшатрийскому роду Мориев — Маурьев (moriyanam khattiyanam vamse)45. «Дивья-авадана» называет наследникои Чандрагупты кшатриями.

Некоторые исследователи, в частности X. Сетх, считали, что Чандрагупта — выходец из Гандхары 46, но это утверждение про тиворечит материалам, связывающим Маурьев с Магадхой. Нед;» леко от Патны (древняя Паталипутра) расположено поселение Море (More), явившееся, по мнению Б. Пракаша, родиной May рьев*7, Б. Ч. Лоу сопоставлял имя Moriya (Maurya) с Moramvapa. местом около Раджагрихи, древней столицы Магадхи 48. Это поа воляет полагать, что Чандрагупта принадлежал к одному и;| кшатрийских родов, роду Маурьев, и не являлся шудрянским отпрыском династии Нандов.

В индологической литературе не утихают споры и о последо­вательности двух этапов борьбы Чандрагупты за власть. В. Смит, X. Райчаудхури и другие ученые доказывали, что сначала он захватил власть в Паталипутре, а потом вступил в борьбу с гре­ческими гарнизонами, а Л. де ла Валле-Пуссэн, Н. Бхатасали, Р. Мукерджи настаивали на обратном порядке событий49. Поли­тическая обстановка, сложившаяся в Индии после ухода войска Александра, а также сообщения античных (прежде всего Юстина) и индийских источников свидетельствуют в пользу второй точки зрения.

В юношеском возрасте, согласно индийской традиции, Чандра­гупта жил в Таксиле, обучался наукам и вместе со своим настав­ником Чанакьей разрабатывал планы захвата магадхского пре­стола50. В Пенджабе, как свидетельствует «Махавамса-тика


(1.185), on приступил к формированию армии, набирая воинов ttu самых разных областей. Возможно, уже в это время Чандра­гупта делал попытки выступить против Нандов: буддийские и джнйнские сочинения сохранили рассказ о первой такой попытке, iтончившейся неудачей51. Чандрагупта и Чанакья поспешно дви­нулись к столице, не обеспечив прочность тыла. Не исключено, чти они намеревались использовать войска греко-македонцев. Кг л и верить Плутарху (LXII), юный Чандрагупта встретился с Александром и уговаривал его двинуться против царя Восточ­ной Индии Аграмеса (Уграсены). Не располагая еще достаточными силами, он старался соблазнить Александра легкой победой, вы­ступить же против него самого тогда, конечно, не мог: положение г[юко-македонцев в Пенджабе было вполне надежным. Вскоре, ише известно, обстановка резко изменилась. Александр с основным поиском двинулся на запад, а затем и совсем покинул пределы страны. Оккупированная территория была поделена между сат-рниами, в том числе и между индийскими правителями.

Дальнейшие события развивались очень быстро. Антимаке­донские восстания, убийство сатрапа Филиппа, передача сатрапии ни временное управление Эвдему и Амбхи и, наконец, кончина Александра — все это не могло не отразиться на политической ситуации, хотя ближайшие сподвижники Александра, собравшиеся н Иавилоне, не изменили структуру управления захваченной ин­дийской территорией. Обстановка в Пенджабе благоприятствовала Чандрагупте, армия которого постоянно увеличивалась. Показа­тельно, что собрание диадохов в 321 г. до н. э. вынуждено было внести существенные коррективы в ранее установленную систему управления империей. Диадохи теперь признали власть местных индийских царей. В тот период уже ни один македонский сатрап, т: роме Эвдема, не остался в районах к востоку от Инда. Можно И|и:дположить, что изменения в системе управления были вызваны И борьбой индийцев во главе с Чандрагуптой против греческих гнрнизонов. Эта борьба продолжалась, очевидно, несколько лет. Лишь в 317 г. Эвдем, убив Пора и захватив его боевых слонов, покинул Индию.

Со смертью Пора с политической арены ушел один из самых могущественных правителей Индии. В данной связи интерес представляет указание джайнской «Авашьяка-сутры» на то, что смерть Парватаки, которого ученые идентифицируют с Пором античных источников52, позволила Чандрагупте завладеть его цпрством и Нандской империей. Он стал единственным правите­лем Пенджаба83. Теперь можно было главный удар направить против Нандов.

Такая последовательность событий находит подтверждение и п свидетельствах Юстина, относившего основной этап борьбы индийцев против греков ко времени после смерти Александра: *|Индия]... как бы сбросила с шеи иго рабства и перебила его ннместников». Юстин различал и два периода в деятельности Чнндрагупты — борьбу против греков и захват престола. По со-


общению этого автора, Чандрагупта, скрываясь от мести Нанд^и и еще не думая о захвате власти, собрал наемников (latromv ■) и «возбудил индийцев к смене правления. Затем Сандроксп (Чандрагупта) предпринял войну с наместниками Александра-(XV. 4.18). Здесь речь, по-видимому, идет не о свержении Нандпн, как пытались трактовать отрывок некоторые ученые54, а о сощк» тивлении грекам. В latrones античного автора соблазнительна видеть «автономных» индийцев, выступавших против пришельцем и тяготившихся властью Александра. В индийских текстах голи рится о помощи Чан драгу пте республиканских образований Сене ро-Западной Индии, население которых в брахманских сочинениях часто называется варварами и разбойниками. Возможно, что К)е тин в подобного рода оценке идет за Помпеем Трогом, передавшим индийскую традицию. Последний, возможно, знал и местны-' индийские источники 55.

Отдавая должное Чандрагупте как руководителю борьбы щи> тив греческих гарнизонов и остатков чужеземных войск, нельзя, однако, забывать, что в конце концов она велась за приход "■ власти кшатрийской династии Маурьев. Ученые, склонные рае сматривать войну с греками только в качестве широкого народ ного движения, упускают из виду его классовый характер, хоти Чандрагупта, очевидно, использовал антигреческое движение» своих интересах. Показательны в этой связи слова Помпея Троп' (Юстин XV. 4.13-14): «Руководителем борьбы за свободу быч здесь Сандрокотт, но после победы он, злоупотребив именем сио боды, превратил ее в рабство; захватив власть, он стал сам при теснять народ, который освободил от иноземного владычествам

На пути к магадхскому трону Чандрагупте пришлось столп нуться с Нандами, располагавшими огромной армией. В «Мшшн да-панхе» (IV. 8.26).упоминается о кровопролитном сражении между их войсками58, приводятся фантастические цифры потере 100 коти убитых солдат (1000 млн.), 10 тыс. слонов, 1 лакхло шадей (100 тыс.) и 5 тыс. колесничих.

По данным пуран, соперничество Чандрагупты с Нандами продолжалось 12 или 16 лет 59. Скорее всего эти годы охватывали весь период его борьбы за власть, в том числе и войну с греками. Если начало борьбы отнести к 326 г., когда Чандрагупта, ш» свидетельству Плутарха, уговаривал Александра двинуться протил Нандов, то завершиться она должна была примерно в 314 г. Анализ политической обстановки показывает, что весьма благо­приятные условия для захвата власти сложились после 317 г., когда последний македонский сатрап покинул Индию.

Весьма важны для определения этой даты годы правления Ашоки. Если согласиться, что оно началось в 268 г. до н. э., и учесть сведения пуран о продолжительности царствования Чанд­рагупты (24 года) и его сына Биндусары (25 лет), то получится, что воцарение Чандрагупты произошло в 317 г. до н. э. Указан­ная цифра не совпадает с датами, предложенными многими уче­ными (320, 321, 324, 325 гг.), но подтверждается материалами


'i'-которых индийских текстов (кстати, по джайнской традиции,

■ танавливается еще более поздняя датировка 59). Одним из до­
полнительных аргументов в пользу принимаемой нами точки

г"ния служит и сообщение Юстина о том, что «Сандрокотт, хватив царскую власть, владел Индией в то время, когда Селевк

■ кладывал основы своего будущего величия» (XV. 4.20). Оче-
"Дно, имеется в виду период, непосредственно предшествовавший

тановлению эры Селевка (312 г. до н. э.)60.

В индийских сочинениях почти не сохранилось упоминании ■■ каких-либо конкретных фактах, связанных с правлением Чанд-1>пгупты; у античных авторов имеются свидетельства только от-мнсительно взаимоотношений его с Селевком Никатором 61. Стра­нам (XV. 2.9), Плутарх (LXII), Юстин (XV. 4.21) и Аппиан («Си-гика» XI. 9.55) сообщают о мире между ними, но лишь Аппиан — пи открытых военных действиях. Селевк, писал он, «переправив­шись через Инд, пошел войском на Андрокотта, царя индийцев, |живших] вокруг него». Эти слова дали исследователям повод изображать Селевка инициатором войны, который стремился овла-|| гь территориями к востоку от Инда и своими блистательными победами превзойти Александра . Между том такое заключение ч>удно согласовать с данными источников, где утверждается, по главное внимание Селевка было обращено не на восток, а на шнад. В этом плане можно трактовать сообщение Юстина о том, но Селевк, уладив дела на востоке, двинулся в поход против Дигигона. Ему предстояла тяжелая борьба, и это заставляло его ■iv мать прежде всего об укреплении восточных границ. Скорее иг Селевк, а Чандрагупта был активным действующим лицом и конфликте. Вероятно, маурийский правитель, воспользовавшись ни пряженной обстановкой и борьбой диадохов за власть, предъ-1ШИЛ определенные требования своему западному соседу, желая получить ряд областей по Инду и к западу от него. Ведь неко­торые из этих областей были раньше захвачены Александром, но затем отошли к Селевку. Судя по материалам античных ■ п'шнений, перевес оказался на стороне Чандрагупты, который пи договору получил значительные территории. Правда, свидетель-i на древних авторов об этом очень противоречивы, что и привело i различным точкам зрения в современной индологической чигературе 63. По Страбону (XI. 2.9), Селевк получил 500 боевых iohob, ноотдал Чандрагупте те земли арианов, которые у них и пял Александр. Под частью Арианы, вошедшей в состав Мау-|)и некой империи, подразумевались, видимо, Паропамисады, Лрахосия и Гедросия. Подобное предположение подтверждается нмходками надписей Ашоки в Лампаке (Паропамисады) и Канда-|'нре (Арахосия).

После заключения мира Селевк направил в Паталипутру — столицу Чандрагупты — своего посла Мегасфена. Это событие должно относиться к концу 303 или началу 302 г. до н. э.64. Обе династии, согласно Аппиану, заключили брачный союз.

Правление Биндусары. Сведения о периоде царствования Бин-


дусары — преемника Чандрагупты — немногочисленны, фрагмеи тарны и основываются в большинстве случаев на материал»* поздних буддийских сочинений Индии и Ланки, а также джайп ских произведений (прежде всего еПаришиштапарвана»). Весьмл отрывочны и свидетельства античных писателей о царе Амитрог хате (или Амитрохаде), которого допустимо отождествлять с мау рийским Биндусарой. У Страбона (И. 1.9) сохранилось упоминанш' о селевкидских посольствах ко двору индийских правителей: Мегасфена к Чандрагупте и Деймаха к его сыну Амитрогхате |,:

Со времен X. Лассена, предложившего сопоставлять греческое осцирохблтц; CajiixpoxaTSq) с санскритским aimtraghata («убийца врагов»), и до настоящего времени ведутся споры о смысловом значении этого имени, хотя правильность соотнесения Амитрог хаты греческих источников с Биндусарой уже не вызывает сом нений.

Изучение политической истории времен Биндусары позволяем считать, что титул «убийца врагов», которым наделили его an тичные писатели, отражал реальные события периода, когда и Паталипутре находился селевкидский посол Деймах. Протил центральной власти вспыхивали восстания в Таксиле, в горны > районах Северной Индии66. Очевидно, поднялись некоторые ране независимые области, стремившиеся вернуть свою автономии! Весьма сложная обстановка была и при дворе самого Биндусары По свидетельствам «Паришиштадарвана» (VIII. 446-447), здеп. шла борьба между царевичами, будущими наследниками престол;!. и сановниками за влияние на царя. Часто возникали заговоры.

Античные авторы донесли до нас сведения о дипломатических отношениях маурийского царя с эллинистическим Египтом и Cv левкидской империей. Мы уже ссылались на сообщение Страбол» о направлении в Паталипутру селевкидского посла. Данные Афи-нея более конкретны — он рассказывает об обмене посланиями между селевкидским Антиохом и индийским царем 'Ацлтрохатт^ (Биндусарой). Передает он и довольно анекдотический случай: индийский царь просил Ангиоха прислать ему сладкое вино, сушеные фиги и софиста. В ответ тот пообещал прислать только вино и фиги, ибо продавать софиста не разрешается. Свидетель­ство Афинея пока не подтверждено, однако у нас нет причин сомневаться в возможности обмена посланиями, тем более что факт существования тесных связей между Индией и ее западным соседом — Селевкидской империей — совершенно очевиден. Благодаря материалам Плиния (VI. 17), касающимся египетского посла Дионисия, который прибыл в Индию после Мегасфен;!, мы знаем о дипломатических отношениях Маурийской империи с эллинистическим Египтом. Плиний называет также и имя египетского правителя, направившего посольство, — Филадельф. Безусловно, здесь имеется в виду Птолемей Филадельф, царство­вавший в то время. Имя индийского царя не сообщается, но, поскольку Плиний упоминает о посольстве Дионисия после Мегасфена, допустимо думать, что Дионисий был направлен


Ниндусаре. Из сочинений античных писателей явствует, что

'■от индийский царь продолжал политику Чандрагупты по

шширению контактов со странами Запада. Нолее скупы свидетельства о взаимоотношении Биндусары с

тударствами Южной Индии. Малые наскальные эдикты Ашока > кпшляют наметить южную границу его империи, а отнесение -1 к ранним годам его правления — предположить, что указан-n.ik области входили в состав государства Маурьев еще при его предшественниках. Как отмечает Тараната, Биндусара захватил и| городов (владений) и распространил свою власть на территорию

i Восточного до Западного океана67. По мнению некоторых ис-

■ шдователей, часть этих областей могла находиться в южной
Индии и составлять часть его владений68.

В различных иноземных и индийских сочинениях (прежде пито буддийских) повествуется о религиозной жизни в период правления Биндусары. Не только сообщение Афинея о просьбе ппря прислать софиста, но и материалы индийских документов

штдетельствуют о значительном интересе его к философии.

Цивья-авадана* рассказывает об аскете-адживике, который поль-"'пнлся большим влиянием при дворе Биндусары69, а «Махавам-

|| тика» — об адживике Джанасаме, домашнем жреце царя 70. гид источников, в том числе и буддийских, подчеркивают при-"■ |>женность Биндусары к брахманизму 71. В целом можно, веро-

мю, говорить о религиозной терпимости этого правителя, (йз-<чч:тно, что посол Деймах написал сочинение еО благочестии» 1 Hi pi euaePeiaq), посвященное, возможно, верованиям индийцев. Любопытно, что в греческой версии эдиктов Ашоки термин

■"aepeia идентичен пракритскому слову dhamma. К сожалению,

■суд Деймаха до нас не дошел.)

Весьма противоречивы сообщения источников о хронологиче-

их рамках правления царя. Наиболее авторитетные в этом

ношении пураны говорят о 25-летнем периоде царствования,

■ нкийские хроники — о 27-28-летнем, Тараната —' о 35-летнем,

' Арьяманджушримулакалъпа» — даже о 70-летнем. На основа-

мц дат воцарения Чандрагупты и Ашоки можно определить

нремя правления Биндусары. Принимая указания пуран как

услуживающие в данном случае большего доверия, получим

1ШЗ-268 гг. до н. э.


Глава IX

Расцвет империи маурьев при Ашоке

Расцвета империя Маурьев достигла при третьем правителе династии, сыне и преемнике Биндусары — Ашоке, одном ш самых известных государственных деятелей индийской древности. При нем возникло государственное образование, простиравшееся от Кашмира и Гималаев на севере до Майсура на юге, от областей современного Афганистана на северо-западе до Бенгальского залива на востоке; империя установила торговые и дипломатиче­ские отношения со многими государствами Запада и Востока.

Этому периоду посвящено множество работ, однако большин­ство из них страдает отсутствием историзма при анализе соци­ально-экономической структуры и государственного устройства империи, явной тенденциозностью в освещении царствования Ашоки, личность которого часто заслоняет от исследователей многие важные стороны жизни маурийского общества *. «В исто рии древней Индии, — писал Дж. Макфейл, — фигура Ашоки bo;i вышается подобно некой великой вершине Гималаев, блистающей в лучах солнца, в то время как более низкие хребты скрыты облаками»2. Из поля зрения ученых обычно выпадал вопрос о классовой направленности деятельности Ашоки, особенностях его политики. Император рисовался благожелательным правите лем, страстно желавшим принести добро своему народу 3.

Ряду работ по маурийской Индии присущ и другой недостаток: их авторы опираются на различные по времени источники. Такой метод исследования, хотя и позволяет нарисовать яркую и всеобъемлющую картину, не дает возможности выделить события и явления собственно маурийской эпохи, понять ее характер ные черты и особенности. Наиболее перспективным представля ется сопоставление основного для этого периода источника надписей Ашоки — с близкими по времени сочинениями («Артх;| шастрой», палийским каноном и прежде всего с сохранившимися фрагментами «Индики» Мегасфена) или даже с поздними, но восходящими к древней традиции (ланкийскими хрониками, цик­лом авадан об Ашоке и т, д.).

Свидетельства источников о наследниках Биндусары весьмн противоречивы. Почти всюду его сын и преемник на магадхском


престоле называется Ашокой: в пуранах — Ашокой или Ашока-ннрдхаяой, в сочинениях буддийского цикла об Ашоке и Упагуп-тп —Ашокой и Дхарма-Ашокой («Праведным Ашокой»)4, в юж­ной традиции — также и Пиядаси. Согласно комментарию Буд-дхагхоши, Piyadasa было собственным именем маурийского царе-нича, сына Биндусары,.которого после захвата им власти стали «сличать А&ока.

В надписях самого императора это имя упоминается лишь и двух версиях I малого наскального эдикта. Обычно эдикты составлялись от имени Пиядаси Деванампия (санскр. Приядарши Д(шанамприя) — «Царя Пиядаси, угодного богам». В греческих версиях эдиктов царь величается Пиядаси (Пюбаат)?), в арамей­ских — Приядарша (prydrS). «Угодный богам», своего рода по­четный титул, носили и другие правители Индии (например, виук Ашоки Дашаратха) и Ланки (так, царь Тисса, современник Лшоки, принял этот титул в честь индийского союзника)5.

Полное отсутствие эпиграфических данных о борьбе Ашоки цц магадхский трон и первых годах правления заставляет обра­титься к материалам поздних буддийских и джайнских источ­ников, содержащих, однако, сильно приукрашенные рассказы о праведном царе-буддисте. Хронисты нелестно отзываются о царевиче Ашоке, Чанда-Ашоке («Жестоком Ашоке») первых лит царствования, и стараются противопоставить его Дхарма-Лшоке, коим император, будто бы стал, приняв буддизм. Буд­дийские сочинения (например, «Дивья-авадана») подчеркивают и явно недружелюбные взаимоотношения Биндусары и буду­щего правителя, очевидно не назначенного наследником пре­стола.

Если верить материалам южной традиции, Ашока был направ­лен в Западную Индию (провинцию Аванти) с центром в Уджая-ии, где пробыл более десяти лет. Узнав о смерти Биндусары, ок поспешил в Паталипутру, чтобы захватить магадхский трон6. < 'свероиндийские же источники сообщают о пребывании его в Ссиеро-Западной Индии — Такшапгале (Таксиле), куда Билдусара послал его для подавления восстания 7.

Некоторые ученые склонны рассматривать поход Ашоки в Таксилу как чисто военную экспедицию и высказались против точки зрения, согласно которой он был властителем Северо-За­падной Индии с центром в Таксиле. Действительно, по «Дивья-«надане», он отправился на подавление таксильского восстания ип столицы империи Паталипутры, но ведь царевич, правитель славных провинций, не должен был постоянно находиться в своей резиденции и мог осуществлять управление и контроль через гноих чиновников. В городе находился, по-видимому, глава мест­ной администрации, обладавший, несмотря на подчинение цент­ральной власти, определенной самостоятельностью. Такого мест­ного правителя Таксилы, Кунджаракарну, называют известный поэт XI в. Кшемендра, отразивший более древнюю традицию, н также составитель «Ашока-аваданамалы»8.


По пути в Таксилу Ашока подчинил или, вернее, усмирил соседнюю область Кхашу, которая, вероятно, тоже восстала про­тив центра. Тибетский историк Тараната повествует, кроме того, и о подавлении царевичем горцев Непала и жителей других земель 9.

Расходясь в описании фактов, относящихся к периоду до восшествия Ашоки на магадхский престол, все источники едины в том, что царевичу пришлось завоевывать его в упорной борьбе с братьями. Наиболее подробно эти события излагаются в буд­дийских сочинениях северной традиции. Согласно южной тради­ции, отразившейся в ланкийских хрониках, соперничество про­должалось и после захвата власти, а коронация состоялась лишь спустя четыре года. Сообщение ланкийских хроник, вначале безоговорочно принятое исследователями, с течением времени вызывало все больше сомнений. Тщательный источниковедческий анализ, проведенный голландским ученым П. Эггермонтом, позво­лил ему выделить несколько редакций и установить наличие разных хронологических схем в этих источниках. Такого рода различия, по его мнению, привели к необоснованному выводу о четырехлетнем правлении Ашоки до коронации 10. Заключение о немедленной после захвата престола коронации не исключает, однако, реальности борьбы Ашоки с братьями за власть, вместе с тем оно весьма существенно для определения даты воцарени — вопрос, остающийся до сих пор дискуссионным.

Во П и XIII больших наскальных эдиктах упоминаются не­которые эллинистические правители — Антиох II Теос, Птоле­мей II Филадельф, Антигон Гонат, Маг — царь Кирены и Алек­сандр — царь Эпира. То, что они перечисляются вместе, указы­вает на одновременность их царствования.

Изучение материалов о правлении названных царей показало, что издание эдиктов должно относиться к 256-255 гг. до н. э., когда все эти цари еще были живы11. Большие наскальные эдикты составлены по истечении 12 лет с момента коронации. Значит, воцарение Ашоки произошло приблизительно в 268 г. до н. э. Правильность такой датировки подтверждается другими материалами: в буддийской традиции сохранилось повествование о строительстве при Ашоке 84 тыс. ступ, что будто бы сопро­вождалось затмением солнца и последующей поездкой императора по святым местам. Исследователи установили, что в период его правления было три солнечных затмения — в 249, 242 и 232 гг. до н. э.12. В надписи из Румминдеи, содержащей указание на 20-й год царствования Ашоки, говорится о посещении им места рождения Будды. Буддийская традиция свидетельствует о начале поездки сразу после затмения солнца. Таким образом, если считать, что затмение было в 249 г., то дата воцарения будет приходиться примерно на 268 г. до н. э.

Ланкийские хроники донесли сообщение, что воцарение про­изошло через 218 лет после нирваны Будды п, т. е. после 483 или 486 г. до н. э.; в настоящее время эти цифры признаны иаи-


Места находок надписей Ашоки

более вероятными. Вторую дату принимают П. Эггермонт, Р. Тхапар, Р. Мукерджи. И если следовать этой точке зрения, начало царствования Ашоки нужно относить к 268 г. до н. э. Поскольку эта дата устанавливается по эпиграфическим ма­териалам, она представляется наиболее приемлемой и надежной.


По сведениям ланкийских хроник, Ашока правил 37 лет, по пуранам — 36 лет, значит, конец его царствования падает на 232-231 гг. до н. э.14.

Границы Маурийской империи при Ашоке позволяют опреде­лить прежде всего свидетельства эдиктов и более поздних источ­ников, хотя мнения ученых и здесь не совпадают. Значительные споры вызывает вопрос о западных границах государства. Неко­торые территории Западной Индии упоминаются в V и XIII больших наскальных эдиктах. В V, например, в связи с учреж­дением нового разряда чиновников — дхармамахаматров — импе­ратор предписывает: «Они назначены... для распространения [основ] дхармы среди ионов, камбоджийцев, гандхарцев, ристи-ков, питиников и других западных народов». Слово aparata (санскр. aparanta) переводится в этом случае как «народы запад­ных областей». Подобное толкование подтверждается самыми различными текстами, которые, говоря об «апаранте», имели в виду и Западную Индию в целом, и ее отдельные части. Ана­лиз надписей показывает, что в эпоху Маурьев термин aparanta приобрел более широкое значение, а именно западные области страны, к западу и северо-западу от Мадхьядеши. В числе наро­дов aparata назван и народ Гандхары — области, обычно поме­щаемой в Северной (или иногда Северо-Западной) Индии — в Уттарапатхе.

Из материалов эпиграфики вытекает, что пароды, перечис­ленные в V эдикте, составляли население империи Маурьев. На это прежде всего указывают находки надписей на территории» связанной с областями ионов и камбоджийцев (греко-арамейская и так называемая индо-арамейская билингвы из Кандагара), и характеристика ионов, камбоджийцев, питиников как находя­щихся в пределах империи (в тексте hida — «здесь»)16.

Относительно ионов — уопа (санскр. yavanas) — было выска­зано немало соображений 16: в них видели персов, греческих ко­лонистов до эпохи Александра, македонских поселенцев и т. д. Первая идентификация вряд ли правомерна. Под яванами, без­условно, понимались греки, но их непосредственная связь с по­селениями, созданными Александром, не совсем ясна. Не исклю­чено, что с уопа можно ассоциировать и греческие поселения, существовавшие еще до Александра17. В решении вопроса о локализации ионов большую роль сыграли находки в Кандагаре двуязычных надписей Ашоки 13. Открытие их явилось эпигра­фическим подтверждением вывода о вхождении Арахосии в империю Маурьев; раньше этот вывод базировался лишь н сообщениях античных авторов об итогах мирных переговоро между Селевком и Чандрагуптой.

Если греческая версия Кандагарской билингвы адресовалась1 грекоязычному населению Арахосии, отождествляемому с yonas эдиктов Ашоки, то арамейская версия, содержащая ряд иран­ских слов, очевидно, относилась к kambojas 19. Анализ арамей­ского текста свидетельствует об обитании в этом районе ирано-






Не нашли, что искали? Воспользуйтесь поиском:

vikidalka.ru - 2015-2024 год. Все права принадлежат их авторам! Нарушение авторских прав | Нарушение персональных данных